Глава 24. Сделка с совестью

Глава 24. Сделка с совестью

Худшие опасения Марты подтвердились. Одри, собравшись с духом, принялся рассказывать о своей семейной жизни.

— Мы с супругой вместе уже двадцать лет. Многое повидали. Как говорится — пуд соли вместе съели. Бывали у нас и радости, и горести. Поначалу жили очень скромно, но теперь не бедствуем.

Марта слушала внимательно, стараясь понять, куда клонит Одри. Может, речь всё же не про супружеские измены?

— Я очень люблю Валисию. Она красавица. Вы её видели?

Марта кивнула.

— Да, очень милая женщина.

— Всегда восхищался её характером. И всегда боялся потерять. Я очень не хочу, чтобы что-то помешало нашей супружеской жизни. Поэтому и обратился к вам. Понимаете, моя супруга… — Одри снова замялся, — она… то есть я… В общем, есть некоторые сомнения в… — лицо управляющего сделалось пунцовым. Он спрятал взгляд и принялся терзать в руках платок, которым вытирал лоб.

— Речь о супружеской измене? — помогла ему Марта.

— Да, — с трудом выдавил из себя Одри.

А ещё говорил, что у него не совсем обычная проблема. Да с такой проблемой приходит каждый второй. По крайней мере, так было в их с Виктором детективном агентстве. Ревнивые мужья жаждали проверить, не растут ли у них рога.

Нет, Марта не хотела браться за это дело. И никакой обещанный свиток, как бы он ни разжигал любопытство, её не переубедит. Каждый раз, когда под давлением обстоятельств она соглашалась на подобное, происходило что-то не то. Тётя Лайма, которую муж заподозрил в изменах, устроила в санузле в Сити-холле что-то ужасное, чего Марта так до сих пор и не вспомнила. Это был первый звоночек. Но Марта умудрилась уже и в этом мире приобрести негативный опыт с уличённой в изменах женой посла. Ввязалась в семейные разборки — и теперь она под колпаком тайной канцелярии.

Вот такая неутешительная статистика накопилась у Марты. Но дело даже не в статистике. Пообщавшись с Ламмертом, она по-новому взглянула на свой дар. Ламмерт использует свои способности во благо — исцеляет недуги. А Марта что? Она тоже должна помогать людям. Делать добро. Как-то это мелковато — использовать дар, чтобы уличать в супружеской неверности.

— Одри, — Марта попыталась найти необидные слова, но твёрдо выразить свой отказ, — сердце велит мне использовать дар ве́лича только во благо. Но если применять его в такой деликатной области как супружеские отношения — это может принести вред.

— Так ведь я и не прошу вас применять дар. Напротив, — Одри нервно заёрзал в кресле.

— Тогда какой помощи вы ждёте? — удивилась Марта.

— Я прошу не применять ко мне ваш дар, а моей супруге сказать, что применили.

Дело приобретало новый оборот. Марта уже перестала понимать Одри.

— Хочу сказать, что вскорости Валисия обратится к вам с просьбой… э… проверить меня.

А, вот оно что. Кажется, Марта начала догадываться в чём дело. В этот раз в изменах подозревается не жена, а муж.

— Но откуда вы знаете, что она ко мне обратится?

— Я случайно услышал обрывок её разговора с вашей компаньонкой, — уже не только лоб, а и всё лицо Одри покрылось испариной. Нелегко сознаваться в том, что ко всем своим прочим грехам, ещё и подслушиваешь чужие разговоры. — Насколько я понял, ваша компаньонка дала Валисии предварительное согласие.

Всё ясно. Значит, это работа Бадди. Она хотела найти здесь, в замке, клиентов, и она нашла. Вот только как же с оплатой? Бадди заламывает такие цены, что даже управляющему не по карману. Откуда ж деньги у его жены?

— Но вы говорили, что ваш семейный бюджет не позволяет воспользоваться услугами.

— Думаю, Валисия тоже предложила не деньги.

А что? Что Бадди у неё выторговала? Впрочем, какая разница? Что бы это ни было, Марта потребует, чтобы атильда вернула. Дело выглядит ещё более неэтичным, чем показалось вначале. Валисия будет просить, чтобы Марта проверила Одри на супружескую неверность. Уже и без проверки понятно, что за Одри водится какой-то грешок. Однако он хочет, чтобы Марта не применяла к нему свой дар, но его супруге солгала, что проверка состоялась и Одри чист.

— Однажды я оступился… — управляющий глубоко вздохнул. — Но я очень жалею об этом. Моя прекрасная Валисия не должна знать. Это разобьёт её сердце…

Марта не знала, что и думать. Верить ли в это раскаяние или нет? Что движет Одри? Действительно он просто не хочет расстраивать жену, или там замешано что-то ещё? В любом случае Марта была категорически настроена отказать.

— Так вы мне поможете? — взглянул он умоляюще.

Ответить Марта не успела. В комнату влетела Бадди. Как всегда взмыленная и возбуждённая после поездки в Клостен. И не изменяя традициям последних дней — не с пустыми руками. Её вместительный саквояж раздуло от покупок.

— С вашего позволения я откланяюсь, — засуетился Одри. Говорить при атильде ему явно не хотелось — видимо, не доверял, — позовите, если будет ещё что-нибудь нужно, — этой фразой он хотел показать Бадди, что приходил по деду.

Поглядев на Марту многозначительно: мол, очень надеюсь на вашу помощь, он спешным шагом вышел за дверь.

Бадди проводила его взглядом и принялась разбирать саквояж. Обычно она каждую купленную вещь представляла Марте с помпезностью, набивая себе, как добытчице, цену. Но в этот раз закончила, даже не начав.

— Потом, — махнула она рукой. — Нам надо поговорить.

Придав лицу выражение таинственности, она пристроилась в соседнее кресло. А вот это хорошо — поговорить не помешает. У Марты тоже было пылкое желание перекинуться парой слов. Её давило возмущение. Почему Бадди не просто ищет клиентов, а раздаёт им обещания, даже не посоветовавшись с Мартой? Зачем она согласилась помочь Валисии? Партнёры так не поступают. Бадди должна согласовывать с Мартой, за какие дела браться, а за какие нет, а не ставить перед фактом. Марта собиралась потребовать, чтобы атильда сегодня же вечером встретилась с Валисией и дала отбой.

— У меня не очень хорошие новости, — начала Бадди. — Мои люди, которым я давала задание отыскать клык тороунской акулы, вернулись ни с чем.

Марта мгновенно сникла. Как же она надеялась, что вот-вот заветный артефакт, восстанавливающий память, будет найден.

— Но не расстраивайся раньше времени. Альс скоро будет у тебя.

— Правда? — Марта расцвела.

— Можешь не сомневаться. Я разыскала новый канал, — Бадди гордо вздёрнула нос.

— Какой? — подалась от нетерпения вперёд Марта.

— Есть тут один человек… — таинственно улыбнулась атильда. — Валисия, жена Одри.

Марта сердито покачала головой:

— Знаю я уже про Валисию. Не заговаривай мне зубы. Зачем ты согласилась ей помочь? Я больше не буду применять дар, чтобы проверить на супружеские измены.

— Да подожди ты строжиться, — проигнорировала гнев Марты Бадди. — Когда узнаешь, что к чему, благодарить меня будешь. Валисия, оказывается, из наших.

— Что значит «из наших»?

— Тоже атильда. Только никому ни слова.

Марта уже знала, что к атильдам — лесным ведьмам, отношение в этом мире не намного лучше, чем к вольникам. Их недолюбливают и побаиваются, хоть их магический дар и не особо силён. Так — зелья какие сварить могут да несколько немудрёных заклинаний знают. Но славятся хитростью, изворотливостью и большими связями. Интересно, как Валисии удалось окрутить Одри?

— Так вот, хочет она своего муженька на чистую воду вывести. Ревнивая, что дьявол. Подозревает, что он за её спиной амурные дела творит, а может, и не только амурные. И если мы ей поможем, то клык тороунской акулы будет наш. Знает она человека, который редкими артефактами торгует. Видела у него Альс собственными глазами. Но ты не думай. Я не так проста, — Бадди самодовольно крякнула. — Я с ней договорилась — сначала она покажет товар, чтобы мы тоже увидели его собственными глазами, а уж потом будем ей помогать. Ну? Не молодец я? Она обещалась, что через три дня клык уже будет у неё.

Марта бессильно откинулась на спинку кресла. Её терзали жуткие противоречия. Такой желанный артефакт, но она дала себе слово больше не браться за дела о супружеской измене. А тут ещё и Одри со своей просьбой солгать. Что ей делать? Идти на сделку с совестью?