Глава 34. Чудесно выглядишь

Глава 34. Чудесно выглядишь

Не бывает так, чтобы всё одномоментно сделалось идеально хорошо. Вернее, бывает, но только в сказках. В реальной жизни только и жди каверзу. Вот и у Марты не обошлось без подвоха — с артефактом оказалось всё не так просто.

— Альс нельзя применять сразу, — предупредил Генрих. — Сначала его нужно выдержать сутки в специальном очищающем зелье. Моим людям пришлось купить клык у непроверенного торговца артефактами. Мы не знаем, кем и как Альс использовался прежде.

Радость Марты померкла — так не хотелось ждать целые сутки. Что ещё за очищающее средство? Дезинфектор? Микробы убить? А не водит ли её Генрих за нос? Она посмотрела на него с подозрением, выискивая признаки вероломного лукавства. И это его ещё пару минут назад Марта считала образцом благородства и надёжности?

— Нужно снять с Альса остатки всех прежних магий, — объяснил Генрих. — Иначе вместо твоих настоящих воспоминаний артефакт может внушить тебе чужие — тех людей, которые пользовались им до тебя.

А вот это прозвучало убедительным аргументом. Уж чего-чего, а чужих воспоминаний Марте не хотелось. Пусть уж лучше артефакт отмокает сколько нужно в дезинфекторе. Где только его раздобыть? Может, Бадди поспособствует? Она в таких вещах разбирается. Но к помощи атильды прибегать не потребовалось.

— Вот лучшее очищающее зелье. Настоянное на молодых шишках разенильской сосны, — Генрих протянул флакон с мутной зеленоватой жидкостью.

Всё предусмотрел! Марта невольно улыбнулась. Так и быть — она мысленно вернула ему отобранный было статус благородного и надёжного.

— Спасибо, Ваша Светлость.

— Называй меня просто — Генрих. Мы ведь теперь с тобой жених и невеста.

Он замолчал и выжидающе посмотрел на Марту. Синие глаза что-то требовали от неё. Но что? Она догадалась — прямо сейчас обратиться к нему по имени.

— Генрих, — произнесла Марта негромко и почему-то смутилась.

Герцог остался доволен. Это было заметно по чуть приподнятому уголку его рта.

— Что ж, Марта, увидимся завтра на балу. Доброй ночи, — он поднялся и вышел из покоев.

Она знала, что мероприятие начнётся рано утром. Но первая его часть будет чисто мужская — охота. К счастью, там присутствие дам не предусмотрено. Зато вторая половина дня обещала быть для Марты жаркой.

Бадди начала собирать Марту на бал задолго до начала. За два часа! Умереть можно — столько времени провести, одеваясь, прихорашиваясь, причёсываясь. Атильда очень старалась. Из неё получился бы первоклассный визажист — в ней было чувство стиля. Она снова не доверила Марту прислуге. Всё сделал сама. И как сделала! Марте очень понравился результат. В земном мире получившийся образ назвали бы чувственным. Подчёркнутая женственность, плавность линий, кое-где чуть-чуть провокационно, а кое-где, напротив — недосказанность, чтобы будить мужскую фантазию.

Марта не сопротивлялась. Полностью доверилась Бадди. А чем плохо, что Марта побудет сегодня красивой? Когда ещё ей представится такая возможность? Она понимала, что скоро беременность изменит фигуру, и в ход пойдёт свободная одежда. Но пока Марта могла себе позволить покрасоваться.

Местные традиции предписывали особый порядок прибытия на бал. Гости распределялись согласно рангу. Сначала менее именитые, потом статусом выше и в самом конце — высшая знать. По идее Марте следовало бы зайти в танцевальный зал первой. У неё совсем никакого статуса не было. Она не принадлежала ни к одному из знатных родов. В этом мире она простолюдинка. Но Генрих решил по-своему. Марта была приглашена зайти в бальный зал последней — когда все гости уже будут в сборе.

Бадди, как верная компаньонка, ковыляла рядом, давала какие-то наставления, но Марта её не слышала. Мешала не музыка — она звучала достаточно приглушённо, мешало внимание публики, которое обрушилось, стоило Марте переступить порог зала. Взгляды, взгляды, взгляды, море взглядов… Она осязала их на себе. Немного неуютно. Хотя гостей можно понять. Кому не любопытно посмотреть, что за птица явилась последней?

Генрих беседовал с группкой мужчин, но как только заметил Марту, оставил их и отправился ей навстречу. Весь в чёрном. Сейчас здесь мода на чёрный у мужчин. Но цвет не важен. Этот дьявол производил впечатление в любой одежде. Марте нравилось смотреть, как он решительно шагает в её сторону. В глазах что-то подозрительно напоминающее восхищение. Да ладно. Разве Генрих умеет восхищаться женщинами? Наверно, просто вживается в роль жениха. Кстати, он так и не рассказал, зачем ему этот спектакль. Вечно сплошные тайны. Ох, Марта, на что ты подписалась?

Генрих подошёл и, взяв за руку, повёл в центр зала. Вокруг воцарилась тишина. Музыка смолкла.

— Рад представить вам, господа, мою особую гостью — Марта Ровен'уэл Берт, — произнёс он пафосно.

Марта — понятно, Берт — тоже (хотя откуда он знает её фамилию?). И что ещё за Ровен'уэл?

— Моя невеста, — добавил Генрих мягко, и Марта снова поймала его взгляд, наполненный… она готова поклясться… восторгом.

А это оказывается волнительно-сладко, когда сильный, красивый, опасный мужчина, которым, как недавно выяснилось, Марта увлеклась, называет тебя своей невестой. Сердце забилось подозрительно быстро. Волна тепла поднялась из груди вверх, обдав жаром щёки. Эй, сердце, что за глупые выходки? Это, вообще-то, понарошку, это всё неправда.

В зале поднялся невообразимый шум. А у Марты и без того шумело в ушах. Тут ещё и Генрих склонился, чтобы произнести:

— Чудесно выглядишь…

Его дыхание приятно щекотало кожу. Все ощущения слились в одно — Марту будто накрыло марево… Но вдруг пелена спала, магия момента вмиг исчезла. Всему виной взгляд, разъедающий словно кислота. Кому он принадлежал? Марта заметила среди гостей Дитель. В её лице что-то неуловимо изменилось. Она смотрела так, будто Марта совершила что-то ужасное, что-то вопиющее, что-то непоправимое.