Глава 17. Страх

Илеана

— Слушай, Грег, отдай мне девку, — слышала я сквозь дрему противный голос лорда Заркаса. — Я поспрашивал своих осведомителей. Она никто, простолюдинка с улицы. А мне понравилась.

— Нет, — отрезал лорд Грегори.

— Да чего нет-то? — возмущался Заркас. — Когда мы закончим с инквизитором, он о ней и не вспомнит.

— Я сказал нет, — голос Грегори стал угрожающим. — Увижу тебя с ней рядом, не посмотрю на многолетнюю дружбу.

— Да ты что, влюбился, что ль? В твои-то годы…

— Я с ней сам разберусь. А ты посмотри, не нужна ли Диаману с Дорваном помощь. Этот инквизитор крепкий мужик. Я бы не стал его недооценивать. Он с первой попытки не сломается. И со второй тоже.

О чем они говорили?

Я осторожно приоткрыла глаза. Я лежала на какой-то старой тахте, а над головой висел серый каменный потолок. Было холодно, и веяло сыростью, как в подвале.

Грегори стоял ко мне спиной, сунув руки в карманы штанов. Заркас был ко мне боком. Он явно хотел поспорить, но слова лорда о «крепкости» инквизитора его, похоже, убедили. Он вполголоса выругался и отправился к каменной арке. В ней вместо двери почему-то была решетка со скрипящей дверью.

Я приподняла голову и посмотрела на свое тело. Я была в том же платье, а мои руки лежали на животе. Их сковывали серебряные браслеты, очень похожие на те, что я видела у Жиены. Я повела пальцами, пытаясь почувствовать магию, но поняла, что моя догадка верна. Магию мне ограничили.

— Принцесса, — Грегори обернулся. — Я только что спас вам жизнь.

Подобрав руки и ноги, я кое-как села.

— А это как называется? — я тряхнула браслетами.

— Временная трудность, — лорд улыбнулся. — Если согласишься нам помогать, то и ее легко преодолеем.

Я склонила голову набок. Верещать и требовать меня отпустить, очевидно, смысла не было. А вот разузнать их планы стоило.

— Помогать в чем? — спросила я.

— Ты ведь видела, какой проект мы предложили твоему покровителю. Весьма денежный проект. Выгодный для обеих стран. Ему следовало подписать согласие, мы бы отправили его императору и получили бы необходимые вложения. Все были бы довольны. А золотом поделились бы и с твоим инквизитором. Но, увы, теперь придется действовать грубее.

— Вы нас похитили только ради проекта? — удивилась я. — Разве его нельзя было обсудить с людьми из министерства торговли? Или написать самому императору. Зачем такие сложности?

— Будет проект или нет — никто не знает, тут уж как сложится, — Грегори пожал плечами. — А вот золото в карманах хорошо бы заполучить уже завтра. Довольно с нас империя тянула. Пора платить по счетам.

— Вы не собираетесь ничего строить, — догадалась я.

Лорд шагнул ближе и, пододвинув табурет, устроился напротив.

— Твой покровитель каким-то образом не поддался двихту, хотя доза должна была лишить его воли. Но ничего, сейчас на него воздействуют ментальной магией, от которой он уже никуда не денется. Когда с ним закончат, это будет другой человек. Он всё подпишет. И не только подпишет, но и убедит императора.

Звучало все это жутко, но я старалась не поддаваться эмоциям, а продолжать разговор.

— А если не убедит? — усомнилась я. — Он всего лишь один человек.

— У императора не будет выбора, — уверенно заявил лорд. — Подполье уже готовится выступать. Ему придется с нами договариваться.

— Восемнадцатое декабря.

Грегори вскинул седые брови.

— Ты знаешь?

— У меня есть свои связи с подпольем, — слукавила я, вспоминая Жиену.

— Ну надо же, — он качнул головой. — Впрочем, это неважно. Ты останешься здесь, принцесса. На родине под моим присмотром.

— Зачем я вам? — я все еще не понимала.

— Несмотря на восемь лет зверских усилий, мы так и не смогли объединить ферийское общество. Сторонники твоего отца не успокоятся. А новый переворот нам не нужен.

— Вы объявите, что я жива… — догадалась я, чувствуя, как меня пронзает лед.

— Мы восстановим тебя в статусе. — Грегори кивнул. — Ты выйдешь замуж за моего сына, и вы будете править вместе с Советом. Эта система куда лучше той, что была при твоем отце. Власть монарха должна быть ограничена.

С этим я бы не стала спорить, но уж больно ловко у него выходило. И снова меня за кого-то выдавали…

— У тебя будет время подумать, — добавил Грегори. — Но пока не согласишься, браслеты я с тебя не сниму.

Ну и перспектива…

Наши взгляды встретились, и с полминуты мы играли, кто кого.

— Я так и буду сидеть в этом подвале? — Я постаралась разжалобить его взглядом. — Где мы, кстати?

— Там же, где и были, — Грегори поднялся с табуретки. — Когда все закончится, я заберу тебя к себе в особняк. Так что потерпи, это ненадолго. Инквизитор скоро сломается.

Лау

— Лау! Где ты, собачий потрох? — голос отца звучал как раскаты грома.

Я прятался под столом на кухне, притянув колени к подбородку. Только бы он не догадался, где я. Только бы он меня не нашел!

За дверью раздались тяжелые шаги, а в просвете над полом появилась широкая тень.

Он здесь!

Дверь отворилась, и в кухню вошел отец. Я видел из-за края скатерти его рабочие ботинки с толстыми мысами. Стальные подошвы стучали по доскам. Бам. Бам.

Он остановился прямо напротив.

Я затаил дыхание, чувствуя, как по спине струится холодный пот.

Зачем я полез в его инструменты? Думал, раз он так ловко орудует молотком, то и я могу? В результате уронил его на пол и с перепугу заставил исчезнуть вместе с куском пола. До сих пор не понял, как мне это удалось. Но и времени думать не было, потому что и так знал, что за порчу отцовских вещей меня ждала неминуемая расплата…

Глубоко вдохнув, я сам вылез из-под стола. На разгневанном лице отца мелькнуло удивление. Он ухватил меня за шиворот, принялся орать, угрожал жестокой расправой. Но я больше не боялся. Какая-то часть меня знала, что сегодня я не умру. А значит, ничего страшного. И это можно пережить.

— Не работает, — послышалось откуда-то сверху, и образ отца начал расплываться. — Он не поддается.

— Пробуй еще. Нащупай его слабость. Самый сильный страх…

— Пытаюсь.

Кто это? О чем они говорили?

В голове стоял вязкий туман, и я ничего не помнил.

Где я?

Вокруг были каменные стены, холодные и жесткие. Пахло нечистотами. А мои руки сковали тяжеленные кандалы, исписанные какими-то закорючками.

— Ты слышал про инквизицию, парень? — спросил меня здоровенный охранник в кожаном доспехе. Он сидел на лавке рядом с решеткой.

— Не слышал? — я мотнул головой и, с трудом приподняв закованные руки, уложил цепь себе на колени.

— Раньше они ловили таких, как ты, — добавил мужчина.

— А какой я? — этот вопрос волновал меня давно.

В деревне и потом в приюте я был такой один. Никого больше не встречал с подобной магией.

— Приспешник хаоса, — пояснил охранник. — Откуда, думаешь, у тебя эти силы? Только из хаоса. И раньше инквизиция защищала простых людей от всех, кто хаосу поклонялся или кого он коснулся. Знаешь, что они делали с арестованными?

Мужчина принялся во всех подробностях описывать жуткие пытки, и от его слов становилось до того не по себе, что казалось, меня сейчас вывернет. Это если бы мой желудок не был пуст уже второй день.

— Но со мной такого не сделают, — возразил я.

— Такого, может, и нет, — охранник пожал плечами. — Инквизицию, считай, упразднили, как только у наследника стала проявляться магия. Но что дозволено императору, не дозволено червякам под его сапогами. Так что среди людей тебе жить не дадут. Ты, парень, слишком опасен, а потому и так, и так мертвец.

Страх прошелся по мне волной от пят до макушки. Думать о смерти было тяжело. Я ведь толком не успел пожить! Ничего еще не увидел, не узнал, не понял. Но если охранник прав, мне надо надеяться на быструю кончину. Возможно, меня сморят здесь голодом. Будет ли это быстро?

Живот болезненно сжался. Быстро не будет. Что ж, по крайней мере, я постараюсь уйти достойно. И не буду скулить, как потерявшийся щенок.

— Снова мимо, — раздался голос за спиной. Я дернул головой и посмотрел себе через плечо, но там была лишь каменная стена.

Она начала чернеть, словно я быстро слеп и погружался во тьму. Может, я умирал сейчас? Это хотя бы было не больно.

— Нам нужен усилитель, — заметил всё тот же голос. — Мы недавно отправляли партию в Сельгард. Для себя ничего не оставили?

— Где-то был, — ответил другой. — Надо уточнить у Бушеми. Но усилители опасны, ты ведь помнишь?

— Выбор невелик.

Голоса стихли, и чернота вокруг стала гуще. Я почувствовал облегчение, словно кто-то перестал стискивать мою голову, и попробовал понять, где я. Что последнее я помню? Отца с ремнем? Тюремщика? Нет, это всё было давно…

Перед глазами всплыл образ девушки. Темноволосая с голубыми глазами, в которых рассыпались золотые искорки.

Леа…

Я протянул к ней руку, но она казалась бесконечно далеко.

— Шеф, — тихо сказала она, раскрыв манящие губы.

И я понял, что во что бы то ни стало должен выбраться. Должен найти ее. Дотянуться, дотронуться. Где бы я ни был, это все было не настоящим. Меня топили в черноте, а ее образ стал моим маяком.

Меня тряхнуло, переворачивая вверх ногами, и через мгновение я оказался в горах. Холодный ветер пронзал сквозь подбитый мехом плащ. Снег колол щеки и незащищенные руки.

— Присмотрись, какой из них твой? — сказал над ухом император.

И я увидел их. Пятеро. Молодых, серебряных, со сложенными за спинами гигантскими крыльями. Один из них обернулся ко мне и, дернув хвостом, подпрыгнул. Даже не взлетел. Ему хватило одного скачка, чтобы оказаться передо мной.

Его золотые глаза уставились на меня. Он раскрыл пасть, обнажая сабли клыков.

Так страшно мне не было никогда в жизни.

Но, сглотнув, я шагнул вперед. Перемещался медленно, словно даже снег под сапогами хотел меня удержать.

Дракон рыкнул так громко, что горы подхватили эхом. Но я не остановился. Шаг. Еще один. И вот мне в лицо понесся сгусток оранжевого пламеня. Я взмахнул рукой, отменяя его. Но дракон не сдался и снова рыкнул. А я продолжал идти, пока не оказался с ним рядом и не коснулся его теплой чешуи влажной от страха ладонью.

— Ничего не могу понять, — проворчал уже знакомый голос. — Даже с усилителем его не берет.

— Может, тебе передохнуть? Перерыв сделать?

— А он?

— А он без сознания. Никуда не денется.

Дракон снова зарычал, но на этот раз не на меня. Горы и даже земля под ногами затряслись, послышались треск и гул.

Леа! Леа в опасности!

Отмахнувшись от видения о прошлом, я снова оказался в густой черноте и принялся плыть по ней, разгребая тьму руками. Сначала действовал по наитию, но вскоре впереди забрезжил свет. Напоминало далекую звезду, и я мысленно назвал ее Леей.

Пробуждение вышло резким. Из невесомости я сразу стал тяжелым. Все тело ныло от плеч и затекшей шеи до кончиков пальцев на ногах.

Я полулежал в каком-то кресле с откидной спинкой. Тугие ремни перетягивали грудь, руки и ноги. На запястья давили сдерживающие магию браслеты, а на шее висел треугольный амулет с красным камнем. Похоже, с его помощью усиливали ментальное воздействие.

Над головой был низкий каменный потолок, сейчас трясущийся, как от землетрясения. С него сыпались пыль и мелкая крошка, и казалось, всё вот-вот рухнет.

Я приподнял голову. Рядом никого не было.

Сбежали, трусы.

Я напрягся, пытаясь разорвать ремни, но ни один не желал поддаваться. Откуда-то начало тянуть гарью, и я наконец понял, что произошло.

Илеана

Когда Грегори удалился, я подергала браслеты на запястьях. Сниматься они не пожелали. Зато не мешали мне встать на ноги и обследовать тюремную камеру. Из каменной коробки был один выход — через запертую на замок решетку. Еще здесь было окно, но совсем маленькое, я бы в такое вряд ли протиснулась, да еще и под потолком.

Но поскольку других вариантов не было, я пододвинула табуретку к стене и, забравшись, встала на цыпочки. Окно вело на улицу. Я видела серый булыжник, каким мостили главные улицы. Значит, мы всё еще были в центре Шартона. Возможно, в подвале «Распутной ферийки», если Грегори не соврал.

Судя по бледно-голубому свету, было близко к утру. Нас будут искать. Возможно, позови я сейчас на помощь, кто-то услышит. А возможно, мне заткнут рот. Нет, нужно быть осторожнее. Грегори мог вернуться в любую минуту.

Спустившись с табуретки, я отодвинула ее обратно и вернулась на тахту. Здесь уселась, скрестив ноги, и закрыла глаза. Мысленно связалась с Юрти. Увидела иярда спящим на кровати в моей комнате во дворце.

Почувствовав зов, волчонок встрепенулся.

— Юрти, мне нужна помощь. Попробуй меня найти.

Не знаю, сколько прошло времени. Ощущалось бесконечно долго. Но вот через решетку на окошке просунулась серо-белая морда иярда.

— Я пришел не один, — гордо сообщил он.

И тут послышался рык, и все затряслось.

— Дракон?

— Адамант опустился на крышу и теперь раздирает когтями черепицу.

— Юрти, это очень опасно! — воскликнула я. — В здании наверняка много людей.

— Он чует, что его хозяину больно, — возразил волчонок. — Думаешь, его сейчас кто-то остановит?

Мысль о том, что Реннголда пытали, ранила сердце. Нет, мне срочно нужно до него добраться!

Отбежав от стены с окном, я вернулась к решетке и беспомощно подергала стальные прутья. Браслеты зазвенели, ударяясь металлом о металл.

Ах, если бы Грегори не знал, кто я, он бы не догадался блокировать мою магию. А с ней я в два счета создала бы ключ.

Я посмотрела на браслеты. Как они закрывались? Ни замочка, ни щеколды, лишь тонкие линии, соединявшие два полукружия.

Подергав их, я попыталась высвободить хотя бы одно запястье. Но сидели эти штуки слишком крепко. О хаос, что теперь делать?

Юрти протиснулся через окно и влетел в камеру. Ухватившись зубами за край браслета, он попытался его перекусить, а потом просто потянул на себя. Между кожей и металлом образовался зазор, и я потянула руку в противоположную сторону.

Браслет сдвинулся, но уперся в костяшку у основания большого пальца.

— Ну же, тяни сильнее! — попросила я.

Было больно, но я бы выдержала. Обязана была выдержать. Еще чуть-чуть, ну же!

— Илеана! — оглушил меня рык за спиной.

Я вздрогнула.

Грегори пересек камеру. На его лице смешались паника и гнев. Иярд зарычал и оскалил зубы.

— Юрти, не надо, — мысленно попросила я, но мой любимец продолжал глядеть на лорда волком.

— Это еще кто? — проворчал лорд. — А впрочем, неважно, надо уходить. Дракон инквизитора скоро здесь камня на камне не оставит.

Грегори схватил меня за многострадальную руку и потащил к выходу из камеры.

— Куда вы меня ведете? — возмутилась я.

— Со мной, принцесса, если не хочешь умереть.

— Да лучше уж умереть, — буркнула я, выдергивая руку.

Но тут в камере появился Аркшоу, а с ним парочка бугаев в доспехах.

— Чего вы тут копаетесь, скорее! — прикрикнул он, сменив свой обычно льстиво-елейный тон на неожиданно командный.

Солдаты подхватили меня под мышки. Юрти вцепился одному в ногу, но тут же был отброшен в сторону. Все-таки волчонок был еще слишком мал.

— Не надо, Юрти, — мысленно попросила я. — Найди Реннголда и предупреди.

Иярд прошмыгнул в коридор. До него никому не было дела. А вот меня потащили наверх по крутой лестнице. Брыкаться здесь было опасно, так и шею недолго свернуть, и я попыталась действовать по-другому.

— Оставьте меня, — попросила я. — Вам от меня не будет толку.

— Твое согласие не обязательно, — зло проговорил Грегори. — Достаточно оставаться живой.

Мне представилось, как меня, словно кусок мяса, преподносят сыну лорда. И ему будет плевать на меня и на мои желания. Муж овладеет мной силой, заставит забеременеть и объявит себя правителем. И никто его не остановит. А буду слишком брыкаться, найдут способ, как меня сломать.

От ужаса все внутри похолодело. Мы оказались в узком дверном проеме, где оба плечистых стражника одновременно не могли пройти. Воспользовавшись заминкой, я со всей дури ударила одного из них в колено и, ощутив свободу, рванула вперед. Только далеко все равно не ушла…