Глава четвертая

Не знаю, кому хватило ума прямо на следующее же утро после Осеннего Бала назначать первую пару, но студенты выглядели, мягко говоря, не лучшим образом. Некоторых вообще не было на занятиях. Пустовало место и Нэта. Принц, конечно, отсутствовал не потому, что вчера выпил или слишком много танцевал, а потому, что должен был вместе с родителями отправиться на какое-то важное мероприятие и даже получил соответствующий вызов с занятий, но мне всё равно было без него немного грустно.

Мелани, само собой, тоже не было — она не училась с нами, потому никогда и не присутствовала на лекциях. Собственно, за что я и любила занятия, так это за то, что могла пообщаться со своим другом, не беспокоясь о том, что его девушка окажется рядом и будет ревновать или просто каким-то образом отвлечет его внимание.

Сама не знаю, почему так реагировала на в принципе приятную мне Мелани. Нэт, в конце концов, не моя собственность, чтобы я пыталась каким-то образом ограничить его от общения с другими, но, возможно, срабатывала эгоистичная, ребяческая ревность. Вникать в это чувство я не пыталась, просто решила для себя, что временно не буду об этом задумываться.

Увы, но посидеть одной мне было не суждено. Одна из однокурсниц, Лейла, поспешила занять место рядом со мной, а это означало одно: я не услышу ни одного слова из лекции.

…Магнус как раз рассказывал о контроле над внутренними силами и конвертации природного дара в узконаправленное заклинание, для которого требуется определенная энергия. Я рассчитывала внимательно послушать и даже задавать вопросы, актуально же, но вместо этого Лейла уцепилась в рукав моего форменного платья и зашипела мне на ухо:

— Тебя почему не было вчера на Осеннем Балу?

— Я плохо себя чувствовала, — ответила я, пользуясь стандартным оправданием. Примерно то же я сказала и маме, когда она утром заглянула ко мне, уточнить, все ли нормально.

— Ты столько всего пропустила! — охнула Лейла. — У нас новый преподаватель, ты знала? Будет вести курс Универсальной магии, а ещё, говорят, у нас какие-то подготовительные курсы! Или нам даже введут этот предмет? Ох! Я уже мечтаю туда попасть!

Насколько я знала, Лейла никогда не проявляла особенного интереса к универсальной магии и очень вряд ли в самом деле собиралась познавать её тонкости, потому причины, по которым она хотела попасть на эти занятия, были далеки от стандартного «хочет больше узнать».

- И что за преподаватель? Небось, какой-то старикашка вроде Фигиуса? — поинтересовалась я, сделав вид, что понятия не имею, о ком речь.

Говорить, что Рубен — мой дядя, нельзя ни в коем случае, если я хочу проверить Магнуса. А рассказывать, что мы с нем достаточно тесно контактировали в первый же вечер его работы, означало подписать себе приговор. Слухи поползут практически моментально. Конечно, их можно сразу же пресечь заявлением о нашем родстве, но я по известным причинам не хотела бы этого делать.

— Какое там! — охнула Лейла. — Это самый красивый мужчина, которого я только видела в своей жизни. Молодой! Высокий! Стройный! Ах, какая там фигура…

— Леди Канлифф, — кашлянул Магнус, — вам не кажется, что вы своими отговорами отвлекаете леди Каннингем и других студентов от учебного материала? Будьте добры, делитесь информацией хотя бы чуточку тише.

Лейла умолкла. На «простите, лорд Лефар» ей сил не хватило, очевидно, страх перед деканом всё же был сильнее, чем желание поболтать. Но нет! Стоило только Магнусу отвернуться к доске и вновь начать чертить какую-то схему блокировки, а мне — попытаться перерисовать её себе в тетрадь, как однокурсница сию же секунду уцепилась мне в руку.

— Как думаешь, а он, этот новенький преподаватель, он богат? А он женат? Ах, если б у него не было ни жены, ни невесты, я бы тогда…

— Леди Канлифф, — ледяным тоном напомнил о своем присутствии Магнус, — я надеюсь, вы так вдохновенно пересказываете Шарлотте схему блокировки из вашего доклада.

— Какого доклада? — встрепенулась Лейла.

— Того самого, который вы должны будете подготовить к следующему занятию в наказание за свою болтовню. Перекрестная блокировка, запишите себе, чтобы не забыть, — мрачно произнес Магнус. — Леди Шарлотта, может быть, вы пересядете, чтобы вам не мешали?

Я вздохнула. Магнус всё время забывался, обращался ко мне по имени, а не по фамилии, как полагалось говорить со студенткой, и хотя мне это нравилось, у моих сокурсников могло вызывать вопросы.

— Мне всё отлично слышно, лорд Лефар, спасибо за беспокойство, — сдержанно ответила я и, как только он отвернулся, шикнула на Лейлу. — Потом расскажешь!

— Ну как можно потом? — не унималась сокурсница. — Ты себе просто не представляешь! Ох, надеюсь, — тут же добавила она, — он тебе не понравится. Потому что если ты включишь свое ведьмовское очарование, то у всех остальных просто не останется ни малейшего шанса. Кстати, Шарлотта! А ты уже нашла себе жениха?

Мой жених только что так уверенно начертил линию на схеме блокировки, что у Лейлы даже загорелся рукав. Но она того и не заметила, только стряхнула искру. Я же потянула за пылающую ткань, тихонько убирая огонь. Магнус, очевидно, очень хочет, чтобы его выгнали с работы?

«Слушай, — не заставили себя долго ждать огненные духи, — Шарлотта, а давай её сожжем? Это ведь так просто. Одна вспышка — и надоедливой девицы как не бывало…»

Я нахмурилась. Предложение было совершенно диким, но самое страшное, что моя магия уже отозвалась на него, готовясь моментально перепрыгнуть на Лейлу и закончить то, что не сделал Магнусов огонек.

Взглянув на Лейлу, я поймала себя на странной и совершенно несвойственной для меня мысли: а достойна ли жить девушка, которая только и может, что трепать языком да засматриваться на чужих мужчин? И хотя я не сомневалась в том, что сама никогда не пришла бы к такому умозаключению, подсознание буквально шипело мне: недостойна. Надо убить её. Уничтожить. Надо…

Я встряхнула головой, пытаясь избавиться от уверенности в том, что Лейлу надо убить. Если огненные духи и моя бабушка научились так хорошо ассимилироваться и притворяться моим собственным сознанием, это означает только одно: действовать надо максимально быстро, чтобы освободиться от них в кратчайшие сроки.

Иначе я кого-нибудь убью.

— Ну чего ты молчишь? — не унималась Лейла, явно не понимая, какая ей грозит опасность. — Загадочная такая! Так нашла или нет? А ты с нами его познакомишь? Ну мы же подру-у-у…

— Канлифф! — уже безо всякого «леди» рявкнул Магнус. — Вы сейчас пойдете к доске и будете рисовать все схемы. Немедленно!

— Но я же ничего не… — запротестовала Лейла.

Схем она, понятное дело, не знала. Я же, чувствуя отчаянное желание поскорее избавиться от распирающей меня изнутри, разрывающей на мелкие кусочки магии, вскинула руку.

— Можно мне к доске?

Магнус взглянул сначала на Лейлу, явно не желая терять возможность наказать зарвавшуюся девчонку, потом на меня, потом обратно на Лейлу — и тяжело вздохнул. Я видела, как сильно он желал выставить мою однокурсницу дурочкой перед всеми присутствующими. По сути, он бы только открыл студентам правду, которую и так практически все знали, но…

Нет, мне не было жалко девушку, ничего плохого бы с нею не случилось. Так, максимум, посмеялись бы над нею немного, не более того. Но я чувствовала необходимость поскорее направить свою магию в мирное русло, чтобы голоса, которые вновь завели старую и знакомую мне песню в голове, тут же затихли и больше не смели перебивать или вмешиваться в мое сознание. Довольно с меня проблем, не хочу создать себе новые!

— Ну, если вы желаете, леди Каннингем, — спокойно промолвил Магнус, — то можете нарисовать несколько схем. Но вы, леди Канлифф, будьте добры, зарисуйте всё не только в свою, а и в тетрадь Шарлотты. И не кривите губы! Я всего лишь предоставляю вам возможность хорошенько повторить материал перед устным экзаменом.

— У нас же письменный! И он аж зимой! — возмутилась было Лейла, но Магнус был неумолим.

— У вас будет устный и через несколько дней, — отрезал он. — Потому что у меня есть вопросы к вашей профпригодности. И я хочу быть точно уверен в том, что допускаю к занятиям студентку, для которой полное отсутствие необходимых знаний не станет фатальным и не приведет к ужасным последствиям.

Несомненно, Лефар был совершенно прав. Неподготовленные студенты, используя боевую магию, могли очень серьезно пострадать. Я тоже об этом знала, потому никогда не колдовала без меры и не использовала чары, которые значительно превышали мой собственный потенциал.

Но, не прислушиваясь к тому, как Магнус отчитывал Лейлу, несомненно, заслужившую на то, я лишь уверенным бодрым шагом направилась к доске. Схватила предложенный Магнусом колдовской стилус и почувствовала, как он едва заметно сжал мою руку, будто пытаясь придать некую уверенность в себе.

— Всё в порядке? — повернувшись к аудитории спиной, шепотом спросил он.

— Да, — кивнула я, хотя на самом деле испытывала жуткое желание поделиться с кем-нибудь огнем.

— Леди Каннингем, — уже громче полюбопытствовал Магнус, — наполнить стилус моей магией?

— Я воспользуюсь собственной, — шепнула я, но вслух ответила. — Да, огненной, если можно.

Лефар меня понял. Он отпустил стилус, создав только видимость передачи дара, и я, повернувшись к доске, начертила первую огненную линию.

Стало легче. Силы не убавилось, я чувствовала, что чар во мне пока что слишком много, чтобы так просто, несколькими линиями избавиться от их переизбытка, но всё равно, дышать стало гораздо проще. Меня уже не выжигало изнутри, я не чувствовала себя как на пороховой бочке, и не могу сказать, что это меня не радовало. Хотелось поскорее выплеснуть побольше чар.

Магнус продолжил лекцию. Я же чертила схемы, не беспокоясь о том, что огонь обожжет мне руки. С каждым новым его словом и моими линиями становилось спокойнее, и к последнему рисунку я использовала уже достаточно магии, чтобы ощутить себя обессиленной. Для того, чтобы исчерпать резерв второкурсницы, этого должно было хватить с головой.

— Прелестно, леди Каннингем, — улыбнулся мне Магнус. — У вас отличная память, — он поставил отметку в журнале. — Можете возвращаться на свое место.

— Спасибо, лорд Лефар.

Мы ещё раз встретились взглядами, и я почувствовала, как забилось тревожно сердце, словно предвкушая что-то. И огненная сила, как казалось мне минутой ранее, исчерпанная полностью на схемах, вспыхнула вновь, хоть уже и не так сильно.

Я заняла свое место рядом с Лейлой, вернула тетрадь, где были кое-как нарисованы схемы, и уж было совсем успокоилась, но вновь услышала раздражающий голос однокурсницы.

— Вот уж сволочь! Это из-за него ты, должно быть, обожгла руки!

Я удивленно взглянула на свои ладони. Кожа и вправду раскраснелась, хотя боли я сейчас не чувствовала, но след от ожога стремительно уменьшался, пока и вовсе не исчез. Лейла придвинулась ближе, с интересом разглядывая мои руки, и протянула:

— Удивительно, у тебя так хорошо работает магия исцеления… Это такая особенность горных ведьм, — она без разрешения схватилась за мою ладонь и вскрикнула. — Ай! Это ещё что такое?!

— Канлифф! — в очередной раз прогрохотал Магнус. — Что вы там опять натворили?!

— Ваша магия мало того, что обожгла Шарлотту, она задела ещё и меня! — возопила Лейла, размахивая раненной рукой. — Посмотрите все! Я только взяла Лотти за руку, чтобы посмотреть, что за следы у неё на коже, а обожглась сама! Вот!

Красные пятна на моих руках исчезли окончательно, но я чувствовала, как стремительно нарастала температура тела. Казалось, если подержать, например, ладонь на листе тетради, то можно было оставить на ней горелый след. И это меня совершенно не радовало. Я чувствовала себя эдакой пороховой бочкой, которая вот-вот рванет, не оставив рядом ни следа живого.

Бросила взгляд на часы, висевшие в аудитории, и облегченно вздохнула. Ещё минуты три, и занятие будет окончено. Мне, должно быть, необходимо срочно ополоснуться холодной водой или как-нибудь ещё сбить температуру собственного тела, но я не знала, как успеть сделать это до следующей лекции, ещё и в другом корпусе. Пробежаться по улице без плаща? Во-первых, сразу возникнут лишние вопросы, почему это я подвергаю собственное здоровье опасности, а во-вторых, вряд ли там настолько холодно, чтобы я успела в самом деле замерзнуть. И нет никаких гарантий, что поможет.

— У леди Каннингем я не вижу никаких ожогов, — за размышлениями я и не заметила, когда подошел Магнус.

— Но они были…

— А вот у вас красные пятна, наверное, пошли от излишнего любопытства и непослушности, — мрачно отметил Лефар. — Отправляйтесь в смотровую к леди Тенентс. Если вы случайно попали под какое-то проклятье или активировали несвойственное вам заклинание, она уберет ожоги. Кто-нибудь, сопроводите леди Канлифф.

Лейла покосилась на меня, очевидно, в надежде, что именно я буду её спасительницей сегодня, но я сделала вид, что не поняла её намек. Мне ещё похода к леди Тенентс, нашему целителю, не хватало! Зато кто-то из парней поспешил вскочить с явным желанием сопроводить Лейлу, и Магнус только коротко кивнул. Он дождался, пока надоевшая ему студентка, с горестным выражением прижимая руку к груди, наконец-то покинет помещение, и произнес:

— Основные темы на сегодня мы уже разобрали. К следующему разу выучите начертание колдовских схем, которые для нас изображала леди Каннингем, и будьте готовы рассказать основные свойства каждой. Можете быть свободной.

Мне показалось, он с трудом сдержался, чтобы не попросить меня задержаться. Но я, чувствуя, что не готова вместе с однокурсниками куда-то идти, укладывала вещи настолько медленно, насколько это было вообще возможно. Кто-то задержался в дверном проеме, но, натолкнувшись на холодный взгляд Магнуса, поспешил выскочить в коридор. Прошло, должно быть, не больше минуты, и аудитория опустела.

— Шарлотта! — оглянулась на меня Изольда, тоже девушка с нашего курса, уходившая самой последней. — Ты идешь или нет?

— Мне надо ещё обсудить одно заклинание с мэтром Лефаром, — пояснила я. — Это по поводу научной работы… Могу немного задержаться.

— Хорошо, я передам преподавателю, если вдруг что, — добродушно улыбнулась Изольда. — До свидания, лорд Лефар.

— Удачного дня, леди Миллер, — кивнул Магнус, отпуская её.

Изольда даже догадалась прикрыть за собой дверь. Магнус же, дождавшись, пока шаги девушки стихнут, вскинул руку, вешая магическую защиту на вход в аудиторию, чтобы никто случайно не мог нам помешать, и повернулся ко мне. Выглядел он достаточно напряженно и хмуро.

Я и сама, признаться, была не в лучшем настроении. Держать под замком силу становилось с каждым разом всё сложнее. Огонь стремительно наполнял мой резерв, и я не чувствовала в себе сил с ним бороться. Несколько секунд, и мне придется вновь хвататься за стилус и чертить огненные линии. Либо искать другой вариант, как выплеснуть чары и случайно не поджечь собственную форму.

— Какое у тебя следующее занятие? — начал издалека Магнус. — Возможно, тебе стоит задуматься о том, чтобы не пойти?

— Зельеварение, — нехотя отозвалась я. — Потом универсальная магия.

— Пропусти зелья, — предложил Магнус. — Я сообщу твоему преподавателю, что мы увлеклись научной работой, и мне надо было срочно закончить один эксперимент. Думаю, против слова декана не поднимается никто.

Я нахмурилась. Терпеть не могла, когда он пользовался своим служебным положением, но сейчас, наверное, у меня просто не было выбора. Надо же как-то дожить до универсальной магии. А там, возможно, дядя Рубен найдет способ меня успокоить.

— А у тебя сейчас что?

— Окно, — хмыкнул Магнус.

— Отлично.

У меня была одна идея, как выплеснуть огненную магию. Я понятия не имела, насколько она рабочая, но решила, что всё же должна попытаться — потому, отбросив все сомнения в сторону, шагнула к Магнусу и поцеловала его в губы…

Лефар, даже не задаваясь вопросом, зачем я это делаю, просто сгреб меня в охапку, отвечая на поцелуй с привычной огненной страстью. И я, не задумываясь о последствиях, просто спустила с цепи собственную магию и позволила ей разлететься по всей аудитории. Сила полыхала вокруг, наполняя меня неожиданным ощущением власти над ситуацией и уверенности в самой себе. Я больше не сомневалась в том, что смогу контролировать свою силу и руководить ею.

Пламя перетекало в Магнуса, и он отвечал мне тем же. Огненные духи вдруг затихли, и я была потрясена их немотой. Сознание пылало, и бабушка тоже не могла пробиться со своими нравоучениями. Всё, что я слышала — только тяжелое дыхание Магнуса и треск пламени вокруг нас.

Не сдерживаясь, Лефар усадил меня на ближайшую парту и навис надо мной, всё ещё целуя. Его руки скользнули по моей спине, крепче сжимая в объятиях, он придвинул меня к себе ближе, скользя ладонями по спине, и я вздрогнула, чувствуя невообразимый жар его магии.

— Магнус… — прошептала я ему в губы. — Магнус, твоя сила…

— Что?

Он оторвался от поцелуя явно нехотя, смотрел теперь на меня так, словно недоумевал, зачем мне вообще понадобилось с ним говорить.

— Ты мне платье форменное сожжешь.

— Выдадут новое, — отмахнулся Магнус.

— А как я буду объяснять, что у меня на спине два пропаленных пятна, а я сама не обожглась?

И вправду, его пламя скользило по моей коже, но я не чувствовала жара. Как будто адаптировалась к высоким температурам, хотя вряд ли простому человеку такое было доступно.

— Твоя одежда вот не горит, — отметила я с легким налетом недовольства. — А моя вспыхнула, почти как факел. Как изволишь это объяснить, Лефар?

— Я умею руководить своим огнем.

— Но я своим — нет.

Магнус нахмурился.

— Это может быть проблемой, — кивнул он. — Нам придется подумать над тем, как контролировать твой огненный дар. Но у тебя ведь есть доступ к собственной силе?

Я напряженно кивнула.

Хотела ещё добавить, что огонь восстанавливает свои запасы гораздо быстрее, чем мой привычный дар, но Магнус уже успел заговорить сам.

— Пламя — это специфический концентратор энергии. Огненная сила способна выплескиваться на свободу и очень быстро восстанавливаться. Особенно если вокруг много воздуха, которым она питается. И много эмоций. Гнева, возбуждения, — он отступил от меня, вняв, очевидно, аргументам разума. — Ты, вероятно, уже чувствовала, что способна восстанавливать магический резерв гораздо быстрее?

— Да, — кивнула я.

— Это потому, что пламя в тебе живое, — вздохнул Магнус. — Нам придется хорошенько поразмышлять над тем, что делать, чтобы ты могла его контролировать. Возможно, завтрашний день… Что у тебя там с занятиями?

— История, — закатила глаза я. — День Фигиуса.

— Его ведь уволили.

— Ну, хорошо, день, когда мы просто сидим несколько часов в пустой аудитории и ждем, когда нам пришлют замену, — сдалась я. — Ты разве не знаешь, что никто не хочет идти на эту ужасную должность? А потом у нас какая-то практика по танцам, но, извини, это смешно — учить горную ведьму колдовским танцам и колдовским песням. И не колдовским тоже. Я обычно всегда стою в сторонке.

Магнус нахмурился.

— Почему?

— Потому что если я запою, то будет очень плохо, — нехотя пояснила я, хмурясь. — Ты же понимаешь, что моя сила легко сломает любой их блок? Они не готовились противостоять горной ведьме…

— Значит, завтра ты можешь не прийти на занятия.

— Да. Завтра могу не прийти.

— В таком случае, — Магнус вздохнул, — перед знакомством с твоими родителями…

— Вы уже знакомы, изволь напомнить.

— Хорошо, — скривился он. — Перед примирением с твоими родителями мы можем потренироваться контролировать твой огненный дар. И если у тебя всё получится, дальше подумаем, как нам выбираться из сложившейся ситуации. К тому же, думаю, тебе самой хотелось бы восстановить контроль над собственной магией?

Я кивнула. Точно не отказалась бы от того, чтобы полноценно держать собственный дар в узде.

— Хорошо, — промолвила я. — Если ты считаешь, что это мне пригодится, то я готова быть твоей прилежной ученицей весь завтрашний день. Но сейчас мне пора к мэтру Бланко. Он тоже умеет успокаивать меня.

…И я с некоторым удовольствием отметила, что Магнус, только услышав о мэтре Бланко, разве что не позеленел от досады.