7 глава

— Мужики, легли на землю, руки за голову, а то отстрелю на хрен всё, что есть!

И прозвучал резких хлопок, да такой громкий, что у меня даже уши заложило. А затем второй.

Мои похитители упали на землю.

— Не стреляй! Мы лежим! — заорал лысый, и тихо добавил: — сука он колеса прострелил.

— Руки за голову! — проорал голос, а я поверить не могла в то, что происходит. Это же был голос Артема? Или у меня галлюцинации?

Я закрутила головой, чтобы попытаться хоть что-то увидеть в темноте. Если честно, то мне тоже захотелось лечь на землю, но как слезть со стула, когда у тебя связаны руки и ноги, та еще задачка.

— Я выхожу! Мой напарник держит вас на мушке, дернитесь, грохнет! — и прозвучал еще один выстрел и на этот раз, с другой стороны.

— Пи**ры, с двух сторон окружили, — заскрежетал зубами тот, кого я мысленно окрестила водителем.

— В машину-то на*й стрелять? — заорал лысый.

— Мы не в машину, а колеса, чтобы не вздумали бежать, — откликнулся голос похожий на Артема, и я отчетливо услышала, как заскрипели камни под чьими-то ногами.

Тот, кто стрелял приближался.

Я видела лишь силуэт и не знала, Артем ли это? Высокий здоровый мужчина, в темной одежде приблизился сначала к лысому, нагнулся заломил ему руки за спину и кажется чем-то стянул, вроде скотча.

Мне очень сильно хотелось крикнуть, спросить хоть что-то, но я оцепенела, потому что не знала, он ли это? Вдруг это кто-то другой и моя надежда на спасение рухнет?

Ведь Артем пришел меня спасать? Верно? Или это не Артем вовсе? А я попала в какие-то бандитские разборки… Если второе, то мне точно не жить.

Мысленно я начала молиться, чтобы парень оказался Артемом. Боже, я и не думала, что жизнь даст такой крутой поворот, кто бы мне сказал пару часов назад о том, как я мечтаю увидеть Артема, я бы пальцем покрутила у виска. Но сейчас, в этой безумной ситуации, я отчетливо понимала, что, только так смогу выжить.

Парень провозился немного с «водителем», я не видела, что он там делает, было слишком темно, но по сдавленным матам моего второго похитителя, поняла, что он его тоже связывает.

— Лежать, не дергаться, — рыкнул он, и пошел ко мне.

Я затаила дыхание, и поняла, что моё сердце сейчас выпрыгнет из груди, с такой силой оно начало стучать.

— Привет анимешка, ты как, жива? — прошептал он, обойдя меня со спины, и начав развязывать мне руки.

— А-артем? — всхлипнула я, до конца еще не веря, в такую удачу.

— Да, я анимешка, а ты кого ждала? — хмыкнул он, и я ощутила, как мои руки стали свободны, и в этот же момент их закололо с такой силой, что я не удержалась и взвыла.

— Тише, тише маленькая, — прошептал парень и, обойдя меня спереди, присел на корточки, и начал освобождать мои ноги.

А я не сдержалась и нагнувшись, уткнулась ему в куда-то в плечо, при этом тоненько заныв от облегчения.

— Ну все-всё, хорош сырость разводить, — он как-то неловко похлопал меня по спине, и я услышала в его голосе легкую растерянность.

В голове проскользнула мысль, что парень не знал, что делать с плачущей женщиной или никогда не умел успокаивать. Она отвлекла меня от настоящей истерики, которая уже набирала обороты.

Где-то на заднем плане послышался еще один голос:

— Артем Валерьевич, уведите девушку в машину, а я пока с этими архаровцами побазарю.

— Анимешка, ты как идти сама сможешь? — спросил меня Артем.

— Не-не знаю, — всхлипнула я, начав заикаться, и чувствуя, что ноги тоже закололо. — У-у меня всё затекло.

— Ладно, тогда на руки тебя возьму, не будешь на меня ругаться?

— Ч-что? — я, не поверив, убрала голову с плеча парня и попыталась посмотреть ему в глаза. Он серьезно спрашивает меня, не буду ли я на него ругаться? После того, что спас скорее всего от смерти?

— Ругаться не будешь, говорю, если на руки тебя возьму? — переспросил Артем вполне серьезным тоном.

— Н-нет, — пораженно произнесла я, полностью успокоившись.

— Окей, если что я спрашивал, — ответил парень и резко поднял меня на руки, как пушинку.

Я от неожиданности охнула, а он уже понес меня куда-то в сторону.

Машина, как оказалось, стояла довольно далеко от того места, где меня снимали похитители. Метров сто, а может и все двести.

— Мы не могли подъехать слишком близко, они бы нас услышали, и кто знает, вдруг бы что-то сделали с тобой, — ответил на мой незаданный вопрос Артем.

— А как ты меня нашел? — тихо спросила я, уже практически успокоившись, и начав немного мыслить.

— Анимешка, я за тебя сто штук зеленых отдал, неужели ты думаешь, что за такой ценной вещью я не буду присматривать? — хмыкнул Артем, продолжая идти со мной на руках.

Причем делал это с такой легкостью, будто я не весила сорок килограмм. Пониманию, не много, для взрослой девушки, но у меня рост всего сто пятьдесят, да и конституция, как у подростка. Ни попы, ни груди толком.

— Ты сам следил? — переспросила я.

— Нет, конечно, контору одну нанял. Человек, который сегодня за тобой присматривал мне позвонил, что ты на ночь глядя куда-то потащилась, наверное, мусор выносить, и тебя в машину засунули. Он не успел тебя отбить, и поехал за джипом, еще и мне от звонился, я тоже успел приехать.

— А вот и машина, посидишь немного, ладно, пока я с этими разберусь? — он остановился и посадил меня прямо на капот. — Подожди, сейчас дверь открою.

Я опять растеряно закрутила головой. Мы находились на какой-то проселочной дороге, во круг чернели заборы, или остатки от них, и много травы.

— Что это за место?

— Деревня заброшка, — ответил Артем, и хлопнул себя по щеке, тихо выругавшись. — Достали комары. Километров сто от столицы. Далеко тебя занесло Анимешка.

— Почему она заброшена? — зачем-то спросила я, не зная, что еще говорить.

— Похоже тут болотистые места, вон комарья немерено, и запахи те еще. Народ и побросал тут всё.

— Не чувствую, — пожала я плечами, потому что от страха действительно не чувствовала никаких запахов, и комары меня не кусали, будто я была не вкусная для них.

А он открыл переднюю дверь в машине, и сняв меня с капота, посадил на сиденье.

— Значит так, Анимешка, сиди, жди меня, я тебя закрою, машина будет включена, если хочешь пить, вот, — он нагнулся и из двери вытащил бутылку воды, вручив её мне, — салфетки если надо привести себя в порядок — в бардачке. Музыку можешь включить, не скучай, я скоро вернусь.

Я уж думала, он закроет сейчас дверь и уйдет, но вместо этого, парень обхватил моё лицо шершавыми ладонями, и крепко поцеловал в губы, не пытаясь при этом просунуть язык.

А затем закрыл дверь, и я услышала щелчок замка.

Я сидела какое-то время ошарашенная первым поцелуем с тем, кого боялась, как огня.

Мне понравилось.

И даже последние несколько минут ужаса позабылись, стерлись другими, новыми, и совершенно неожиданными для меня ощущениями. Захотелось вновь почувствовать этот поцелуй. Такой нежный и крепкий, а еще защищающий, как сам Артем.

Почему я раньше его так боялась. Вообще все парни за эти дни показали себя с другой стороны. Внешне они мне, конечно, нравились всегда, но скорее так, как может нравится статуя или картина в музее, дорогая статуя или картина. Смотреть приятно, но трогать ни-ни. Я всегда считала, что эти парни не для меня. А я для них всего лишь игрушка, развлечение от скуки, которое очень быстро надоест. Возможно, так и есть.

Артема так вообще почему-то очень сильно боялась из-за его габаритов, напористости и жесткости. А он оказывается вон как целоваться умеет, и меня спас от смерти. Все продумал.

А Виталя умеет сильно возбуждать, а Андрей — очаровывать.

Вздохнув, я посмотрела на часы и поняла, что уже четыре утра, на улице занималась заря.

Это значит, что прошло всего лишь два часа? Я вышла ровно в два, мы проехали сто километров за, часа полтора, примерно, плюс, меня снимали на видео, но это совсем недолго, минута не больше. Потом Артем всех положил на землю, и освободил меня, минут пятнадцать. И того, я сижу тут тоже недолго.

А мне надо домой, и на работу, еще. И Виталя говорил, что приедет за мной утром.

Я отогнула козырек, и посмотрела на себя в зеркало. Челюсть болела. Повернулась местом, в которое мне ударил псих лысый и заметила небольшой отек. Лед бы приложить, да только где его взять?

Кроме опухших от слез глаз, да растрепанных волос, особо других изменений не нашла.

Расчёски под рукой не было, поэтому я расплела косу и волосы попыталась разобрать руками, а затем вновь заплелась.

Салфетками тоже воспользовалась. Просто протерла лицо, шею, руки, и стала ждать.

Время шло, а Артем все не возвращался. Солнце уже во всю поднялось и начало немного припекать. Я уж думала, что совсем зажарюсь, как увидела возвращающегося парня. Он подошел к машине со стороны водителя и сев за руль, уставился куда-то вперед, явно о чем-то размышляя.

На нем была расстёгнутая черная спортивная ветровка и такие же черные джинсы, а под ветровкой тоже черная футболка. Ему все это ужасно шло, и он выглядел в этой одежде очень мужественно и привлекательно. Как, американский актер из боевика. Впрочем, Артем всегда был по большей части фанат черного и даже летом редко одевал что-то светлое. Вот почему ночью я его не могла рассмотреть. Он в своей одежде идеально слился с окружающей средой.

— Артем? — спросила я, когда прошло не меньше пяти минут.

— Что анимешка? — опомнился он, и посмотрел на меня. — У тебя как дела, успокоилась?

— Да, — кивнула я. — Что они говорят?

— Говорят, что заказ им пришел, через посредника. А еще говорят, что ничего не расскажут, потому что заказчика в глаза не видели и даже не слышали его голоса, а посредника выдавать не будут, иначе им крышка придет.

— Заказ? — переспросила я, ничего не понимая.

— Угу, сказали, что девчонка подойдет к машине ровно в два ночи, её нужно забрать, запись с ней сделать, и спрятать в укромном месте, пока заказчик не разрешит отпускать.

— Я их лица видела, — вспомнила я одну из главных деталей, — они меня, наверное и не отпустили бы. И вообще, по-моему, с кем-то перепутали.

Почему-то думать о том, что меня подставила Ленка, не получалось. Зачем бы ей это надо было? Да и как она могла? Мы же с ней, почти сестры были, все детство вместе. Её же мои родители практически воспитывали. Одежду даже ей покупали, я игрушки свои отдавала. Нет. Не могла она. Меня точно с кем-то перепутали.

— Не знаю, — пожал плечами Артем. — Вполне возможно, что так, а может и нет. Твоим похитителям не говорили, имя, сказали, что жертва сама к машине подойдет, и внешность описали — девчонка молодая, мелкая, худая, черноволосая, глаза большие.

Он пристально посмотрел на меня.

— Много у вас таких в доме живет? Да еще и ровно в два ночи выходят на улицу и к машине подходят? Скажи Аль, ты какого хрена к машине подошла, специально, или мимо проходила?

— Не знаю, сколько проживает. И я мимо проходила, — сразу же ответила я, испугавшись, что если Артем узнает, зачем я к машине подошла, то придется рассказывать ему всё, а это и про больницу тоже. Мне кажется, что по голове он меня за тот обман точно не погладит.

— Ясно, — вздохнул он, и добавил: — мы теперь ничего не поймем.

Он завел двигатель и хотел уже тронуться, положив руку на рычаг переключения скоростей, как я вспомнила, кое о чем очень важном, и накрыла его руку своей, спросив:

— А полиция как же, мы разве их ждать не будем?

— Не будет полиции, Аль, — хмыкнул парень, и переключив скорость, нажал на газ.

— Почему? Они же похитили меня, и ударили, вот, — я указала пальцем на покраснение на челюсти.

Артем, притормозил и тут же слегка обхватил мой подбородок рукой, повернув при этом голову, чтобы подробнее рассмотреть мою челюсть.

— За это они уже получили, — ответил он спустя несколько мгновений и отпустил мой подбородок.

— Но… как же? — растеряно спросила я, не понимая, почему нельзя полицию.

— Я оружие не имею права с собой носить, — он приоткрыл мне свою ветровку, показывая кобуру с пистолетом. — Меня первого арестуют. Да и разбираться с полицией долго сильно. Хочешь, чтобы тебя потом затаскали? И родителей твоих заодно?

— А они-то тут причем? — напугалась я, вспомнив про маму с папой, которые даже не знают, что меня нет дома.

— А ты думаешь, что их не тронут? Всех таскать будут, — хмыкнул Артем. — Оно тебе надо вообще?

- Но…, - я открыла рот, не зная, что ответить, Артем был прав, меньше всего я хотела впутывать родителей в эту ситуацию.

Да и как с Ленкой быть. Ума не приложу. Ведь её станут подозревать, и потом все раскроется. Как я таблетки пила, и парней обманывала. Нет, Артем прав, в полицию точно нельзя.

— А что с ними будет тогда? Ты их отпустил? — тихо спросила я, когда мы выехали на скоростное шоссе.

— Отпустил, — кивнул Артем, и криво улыбнулся, — штраф с обоих взял и отпустил.

— А вдруг они мне мстить будут? — с ужасом подумала я.

— Не будут, — качнул головой парень, — потому что сегодня ты переезжаешь ко мне.

Я в ответ лишь хмыкнула:

— А как же Виталя?

— А что с ним? — Артем приподнял одну бровь.

— Он сказал, что сегодня я переезжаю к нему.

— Вот как? — весело усмехнулся Артем. — А с чего это вдруг?

И я коротко поведала ему вчерашний день и то, как Виталя знакомился с моими родителями, а в конце добавила:

— Если я с ним не поеду, он сказал, что с моих родителей будет требовать мой долг, даже квартиру готов нашу забрать, Артем, я не знаю, что делать, — растеряно произнесла я. — Не надо в это впутывать маму с папой, я же не отказываюсь от своего долга. Но он обещал, что если сегодня я с ним не поеду, то он им все расскажет.

Я постаралась вложить в свой взгляд все мои тревоги и опасения по этому поводу.

— Ладно, сейчас ему позвоним, узнаем, с чего это он решил такой хренью заниматься, — спустя несколько напряженных моментов отозвался Артем, и вытащив сотовый, вставил его в держатель, для телефона, набрал номер Витали, и включил на громкую связь.

— Здорово, братан, ты чо так рано, совсем обалдел, время даже пяти нет, — спустя несколько гудков наконец-то взял трубку шатен, при этом громко зевая.

— Да мне тут Аля поведала интересную историю о том, что ты её собрался к себе забрать, — ответил Артем.

— Аля? — с удивлением спросил Виталя. — Ты когда с ней разговаривал?

— Сейчас разговариваю, она со мной в машине сидит.

— А чего так рано? — зашуршал чем-то шатен.

— Да случилось тут, одна ситуевина стремная, пришлось нашу анимешку вытаскивать, а она мне тут про тебя говорит, мол ты хочешь хату у её родителей отжать, так что на это скажешь?

Какое-то время Виталя молчал и даже шуршать чем-то прекратил.

— А что за сетуевина у вас случилась? — наконец-то ответил он.

— Так и будем в евреев играть? — хмыкнул Артем.

— А что тут такого? — тут же начал он возмущаться в трубку. — Она мне сто штук должна, а трахаться не хочет, вот я и решил деньгами тогда забирать, или хочешь, сказать, что не имею права?

— Притормози, — прервал его Артем. Она от долга не отказывается своего, ты сам вроде съехал, насколько я помню. — Сегодня она поедет ко мне. Твоя очередь через два дня, тогда и будешь с анимешки свой долг требовать. И к родителям её не лезь, это я тебя, как друга прошу.

Виталя начал демонстративно недовольно сопеть в трубку. Я бы посмеялась на такое детское поведение, да только мне совсем не до смеху было. Сейчас решался очень важный для меня вопрос, и я невольно даже дыхание затаила.

— Ладно, — буркнул Виталя, добавив: — через два дня — она моя, и пусть только попробует, хоть слово вякнуть.

А затем отключился.

— Ну вот, — подмигнул мне Артем, — вопрос решен. Сейчас приедешь домой, соберешь вещички быстренько, и поедем ко мне.

— Спасибо, — хрипло ответила я, и протяжно выдохнула.

Артем косо посмотрел на меня очень странным взглядом. Перевести я его не смогла, да и не пыталась. Я слишком сильно устала за сегодняшнюю ночь. А мне еще весь день работать. Еще и челюсть ныла. И помыться хотелось и спать, и даже есть. И в туалет.

Одно радовало, Артема я теперь не боюсь. Он мне показался вполне адекватным человеком. Даже вступился за меня перед другом. И спас от смерти, хотя мог и не вмешиваться даже.

Может он и из-за долга моего так поступил, всё равно, я считаю, что его поступок очень благородный и немного даже отчаянный. Мало ли, вдруг они бы выстрелили в него. Всякое может случиться.

Кажется, теперь на отношения с парнями я стала смотреть иначе. Они вообще относились ко мне очень-очень нежно и ласково. Все трое. И теперь мне было с чем сравнивать.

Видимо, когда побываешь в лапах настоящих чудовищ, только тогда начинаешь ценить тех, кто находится рядом.

Кажется, сегодня мой мир знатно так перевернулся.

Я выжила.

Родители живы и здоровы.

И это самое главное.

А то, что мне придется спать с парнями за свой долг, так это и не страшно вовсе. Как оказалось, даже целоваться с ними тремя мне было не противно, а очень даже приятно.

Понимаю, конечно, что всё это полнейшее безумие. Но, если жизнь подсунула лимоны, то надо делать лимонад.

Когда мы подъехали к моему дому, я повернулась к Артему.

— Я не могу тебя пригласить, родители не поймут, они же вчера Виталю видели, — сказала я ему.

На что тот кивнул головой на подъездную дверь, вновь включая того самого Артема, которого я так сильно боялась:

— Дуй давай быстрее, — ответил он грубым тоном голоса, — на всё даю пятнадцать минут, если не успеешь пойду за тобой и плевать, что там подумают твои родители.

— Ладно, — я кивнула и выбравшись из машины, бегом побежала домой.

Осторожно вошла в квартиру, тихонько прикрыла дверь и уже хотела пройти в комнату, как мне навстречу вышла мама. Я остолбенела.

— Доча, ты так рано собралась? Я думала часов в девять поедешь? — ответила она, и я заметила, что она вся заспанная, и видимо выходила из комнаты.

Почему-то сейчас, как никогда захотелось поплакать у неё на плече. Причем очень сильно. С громкими подвываниями, соплями и безобразной истерикой. И я толком даже понять не могла — что это со мной? Вроде все прошло, и закончилось хорошо. А тут мама и у меня глаза на мокром месте. Она могла бы пожалеть, просто обнять и сказать, что всё хорошо, как в детстве, когда коленку поранишь. Но я уже не маленькая, и у мамы здоровье уже не то, чтобы ей рассказывать о том, что случилось. И папа услышит, а у него сердце. Да и не коленку я поранила, а меня чуть не убили, какие-то бандиты.

Я глубоко вздохнула и нацепила улыбку на лицо.

— Да там Виталя уже приехал за мной, — ответила я, бодрым тоном. — Я выходила, чтобы ему сказать пару слов. Он меня ждет.

— Вы бы хоть зашли, чаю попить, — растеряно произнесла она.

— Да какой чай мам? — махнула я рукой, как можно беспечнее, — мне на работу скоро, у Витали тоже какие-то дела с утра. Нам бы до дома доехать, вещи бросить, там и чай попьем.

— Ладно, езжайте тогда, — ответила мама спустя пару мгновений, почему-то с тревогой заглядывая мне в глаза.

А я постаралась повернуть лицо так, чтобы она не заметила покраснений на челюсти. Хорошо, что в коридоре не было света, и мы стояли в полутьме, а то вопросов было бы миллион.

Я прошмыгнула в комнату, вытащила свою сумку и начала быстро складывать туда одежду. Чуть про косметику не забыла, еще и щетку зубную захватила, забежав в ванную. Надеюсь, паста у Артема зубная все же имеется?

Через десять минут я подошла к двери с сумкой и надевала кроссовки. Туфли для работы я тоже не забыла.

— Зонтик возьми, — напутствовала мама, опять выйдя в коридор. — А то дожди последнее время что-то зарядили.

Я схватила зонтик с вешалки, и улыбнулась.

— Мам, я же не навсегда из дома уезжаю, еще забегать буду, надоесть успею, — сказала я, и чмокнув быстро маму в щеку, открыла дверь, и рысью побежала по ступенькам на улицу.

Когда я подошла к машине и открыла дверь, то поняла, что все это время Артем спал, а сейчас резко проснулся и выглядел немного дезориентированным. И ужасно милым при этом. Я и не представляла, что Артем вообще способен быть милым, при его-то габаритах.

Мне почему-то стало неловко за собственные мысли.

— Готова? — спросил он, зевая в собственный кулак, и растирая лицо ладонями.

— Да, — кивнула я, быстро залезла на переднее сиденье, поставила сумку в ноги, и завозилась с ремнем безопасности. Короче говоря, готова была на все, лишь бы не смотреть ему в глаза.

Ну бывает же такое, а? Он спас меня от смерти, и теперь я смотрю на него совершенно другими глазами. Как будто пелена спала, и мозг просветлел. Артем не только благороден, но еще и ужасно мил, когда только-только просыпается.

Почему я его боялась? Ума не приложу… Мне лично он никогда ничего плохого не делал. Но репутация у него в университете была, как у психа. Девчонки постоянно говорили, что он то одного парня за что-то избил, то другого. И его отец всегда отмазывал. А парни эти еще и сами извинялись потом при всех. Я даже один раз стала свидетелем подобного извинения. Парень был со сломанной рукой, это Артем ему сломал в драке, и он же перед ним извинялся. Мне тогда эта сцена сильно в душу запала. Все говорили, что он настолько сильно парня запугал. Да и взгляд у Артема всегда был тяжелый, и немного бешеный. Будто он постоянно на войне, и все вокруг для него враги. Он даже среди друзей своих выделялся, как самый мрачный. Я ведь не видела, чтобы он когда-то чему-то смеялся или искренне улыбался. Только злые усмешки, или кривые ухмылки, не больше.

Вот Виталя тот да, от него можно постоянно услышать смех и веселье. Андрей тоже умеет улыбаться искренне, и смеяться весело, но точно не Артем.

Мы ехали по утренней столице молча, лишь негромко играла автомагнитола. Артем внимательно смотрел на навигатор, чтобы не угодить в пробку. Время хоть и было раннее, но мы не одни такие «умные». Поэтому машин на дороге все равно было много.

Наконец мы подъехали к набережной, и я увидела современное высотное здание. К нему мы и заворачивали. Само-собой здание охранялось, и проехать к нему было не так-то просто. На КПП машину Артема пропустили, открыв автоматические ворота и тут же их закрыв, когда он въехал внутрь двора.

Мы остановились, и я вышла, озираясь вокруг. Дом стоял буквой «Г». У трех подъездов были припаркованы машины, по виду очень высокого класса, но как я заметила, была и подземная стоянка, на которую Артем не стал заезжать. Во дворе меня удивила пасторальная картина: огороженная хоккейная коробка, городок, где можно полазить в своё удовольствие, дорожки, где можно покататься на роликовых коньках и скейтах. Несколько песочниц под грибами. Куча всяких лестничных горок и даже большой мягкий батут.

— Здесь много детей? — спросила я автоматически, пока шла за Артемом к подъезду.

Сумку он у меня сразу забрал.

— Ну да, тут все семейные живут, — ответил парень, открывая мне дверь и пропуская вперед.

Мы подошли к местному консьержу. Правда консьерж был похож на телохранителя президента. Бритоголовый шкаф — ростом выше Артема. Одет в черным костюм с белой рубашкой, в ушах — гарнитура. И он сразу встал, когда мы вошли.

— Артем Валерьевич, здравствуйте, — поздоровался он, искоса поглядывая на меня.

— Доброе утро, — Артем уважительно пожал руку охраннику, — это Аля, моя невеста будет жить со мной, её впускать и выпускать, когда она захочет.

Я вытаращилась на парня, не в силах скрыть своего удивления.

— Мне надо фото сделать, чтобы по смене передать, — охранник вытащил телефон и щелкнул меня на камеру.

Пока я хлопала ресницами.

— Хорошо, — кивнул Артем, и махнул головой в сторону лифта, — идем.

В лифте он начал меня инструктировать:

— В нашем доме живет много видных политиков, и серьезных бизнесменов с семьями. Поэтому и охрана такая серьезная. Я назвал тебя своей невестой, и всем буду представлять, как невесту, потому что сюда просто девушек на ночь или временных сожительниц никто не водит.

— Но я же всего на год, — прочистив голос пробормотала я.

Артем, как-то странно посмотрел на меня, мне кажется, в его взгляде мелькнула эмоция, толи злости, толи раздражения, или еще чего… я не успела понять.

— Какая разница? — пожал он плечами. — Еще раз объясняю, временных женщин сюда никто не приводит. Этот дом для семейных. Меня предупреждали, когда я покупал здесь квартиру.

— Хорошо, — я кивнула, и не смело добавила: — Я твоя невеста. Но… как же твои родители?

— С ними чуть позже познакомишься, — ответил парень, выходя из лифта.

А я на пару мгновений зависла, но заметив, что он уже вышел, поспешила следом и спросила:

— Зачем мне с ними знакомиться? У нас же контракт. Ты им расскажешь, что ли?

Мы остановились в коридоре. Артем возвышался надо мной как скала.

— Затем, что раз ты со мной живешь, значит невеста. Другую я бы не привел в свою квартиру. А знать им о нашем контракте не нужно. Ты ведь это прекрасно понимаешь? — он приподнял свою бровь, и мне почудилась угроза в его голосе.

— Конечно, — закивала я, и инстинктивно сделала шаг назад, опять почувствовав страх, но тут же одернула себя.

Он ведь спас меня сегодня, чего это я?

А затем огляделась во круг.

— Это мой дом, — Артем махнул рукой в сторону. — В лифте нажимай этот код, и сможешь попасть в квартиру.

Он вытащил блокнот из заднего кармана брюк, написал мне что-то и вырвал листик.

— Лучше запомни и выброси, не хотелось бы увидеть незваных гостей, — серьезно сказал он, вручая мне бумажку.

Я забрала листик и увидела несколько цифр. И опять начала оглядываться по сторонам. Похоже Артем был любителем стиля лофт и минимализма.

Никаких лишних деталей и уюта. Серые стены, холодный свет. По крайней мере таким был длинный коридор. Максимум, что его украшало, так это два серых холста с белыми хаотичным линиями.

— Идем, быстро покажу тебе твою комнату, — он пошел вдоль длинного коридора.

А я шла за ним заглядывая по дороге в комнаты без дверей. Одна меня особо поразила, она была похожа на большую гостиную и огромным панорамным окном во всю стену. Благо моя комната оказалась как раз с дверью и самой дальней.

— Будешь жить здесь, если тебе что-то понадобится — кресла другие или сама кровать не понравится, можно и обои сменить, шкаф переделать. В общем, смело говори, всё сделаю.

Комната была такой же безликой, как и другие. С одной стороны очень стильной и гармоничной, но с другой… Серые холодные стены, кровать с черной спинкой и серым покрывалом. Черный стол у окна под компьютер, с черным кожаным креслом. Черный плательный шкаф, встроенный в стену. Большое зеркало с черным столиком и черным кожаным пуфиком. И окно во всю стену. С серыми шторами. На полу — светло серый ламинат. По среди комнаты темно-серый ковер с большим ворсом. Как-то для жилой комнаты это… странно. Я поежилась от обилия черных и серых оттенков. Хорошо, хоть потолок не серый, а белый.

— В этой комнате есть отдельная ванная и туалет.

Он открыл такую же черную дверь, которую я и не заметила сразу.

Вообще сама по себе комната была очень большой, три моих, как минимум бы сюда влезло, но все такое холодное, стильное и дорогое. Будто ты не в квартире, а в музее… Я решила, что на всякий случай не буду наступать на ковер, потому что вообще не понятно, как его чистить? Ворс слишком высокий и плотный.

Впрочем, у него вся квартира в таком стиле оформлена.

Не представляю, в какую кругленькую сумму ему обошелся весь этот ремонт. Даже подумать страшно.

— У меня пять комнат. Четыре жилых, одна гостиная, кухня и столовая, — монотонным голосом перечислял Артем. — Каждый день приходит дом работница. Она же убирается, стирает, она же и обеды, завтраки, ужины готовит. Суббота, воскресенье — у неё выходной, ты готовить умеешь? Аля?

Я зависла, разглядывая необычную ванную. Такое ощущение, что тут было все из мрамора. Серо-черно-белого. Круто. Шикарно. Дорого и стильно.

— Да, умею, — отмерла я, улыбнувшись Артему. — Только не знаю твоих предпочтений.

— О моих предпочтениях можешь не думать, у меня строгая диета. Меня интересует, сможешь ли ты в выходные для себя еду готовить сама?

— Эээ, конечно, — кивнула я, чуть тише добавив: — Было бы из чего.

— Напишешь список продуктов дом работнице, она всё купит. Сама за покупками не ходи, тут не принято, а то решат, что ты моя прислуга.

— Ясно, — опять кивнула я, ощущая себя болванчиком.

— Мне надо через полтора часа на тренировку, — продолжил Артем, закрывая дверь и разворачиваясь ко мне. — Ты на работу поедешь или дома останешься?

— Конечно на работу, — ответила я, — только я не успела дома душ принять и позавтракать.

Артем посмотрел на наручные часы.

— Мы с тобой по времени не состыкуемся, тебе позже на работу. Сама сможешь добраться?

— Да-да, смогу, — бодро заверила я.

— Ладно, я тогда в душ и уехал, а ты завтракай тем, что в холодильнике найдёшь и душ принимай.

Я уже хотела развернуться и пойти в душ, как Артем резко наклонился, обхватил моё лицо ладонями и очень нежно поцеловал прямо в губы. Обхватил мою нижнюю губу своими губами, чуть надавил её вниз приоткрывая рот, и языком прошелся по верхней.

Я даже дыхание затаила, и глаза прикрыла от удовольствия.

А затем, он также резко отстранился и развернувшись, вышел из комнаты.