Глава 10

Вижу его растерянное лицо, кажется, что он сам испугался от осознания, понимая, что я всё знаю.

Не ожидал. Не ждал. Не готов. И эта девица явно его подставила, желая попасть меня на моё место.

Пока он так сопротивлялся, чтобы признаться мне в изменах, она всё сделала за него.

А я на развод за него подам. Всё за него сделается.

Мирон резко срывается в нашу сторону, желая спуститься, и от неожиданности простыня падает и открывает нам вид его обнажённого тела.

— Красавчик… — усмехается девка, пробегая по нему оценивающим взглядом. — Мне всегда нравилось твоё тело.

— Мирон, ты её знаешь? — срывается с губ.

Замираю в надежде, что он скажет: «Нет! Впервые вижу! Кто это вообще⁈».

— Да, знаю, но я всё объясню. Давай поговорим, — поднимает простынь, спускается к нам.

Но мне уже не нужно другой информации.

«Да, знаю» — долбит в голове фраза и это для меня как красная кнопка для запуска ядерного оружия в отношении погибели нашей семьи.

Больше не слушаю, не смотрю, хватаю сумку у входа, чтобы теперь уйти самой.

— Стой! Не убегай! Оль, я смогу объяснить!

— Мир, не держи её! — усмехается девка. — Пусть валит!

— Заткнись! — резко и громко орёт Мирон на неё, — ну ты и тварь!

Он её знает… Он её знает… Он её знает! Мне достаточно, чтобы больше не оставаться в этом доме.

Я уже не слушаю их. Их голоса, оправдания, попытки что-то объяснить — всё это сливается в один невнятный шум, который больше не имеет значения.

Я выскакиваю прочь, не оглядываясь, не думая.

Мирон пытается успеть за мной, но он голозадый, с натянутой на тело простынёй.

Его крики доносятся до меня, но я не останавливаюсь. Не хочу. Не могу.

Всё, что он скажет сейчас, будет ложью. Всё, что он попытается объяснить, будет лишь попыткой оправдать себя, а я не хочу этого слышать.

Практически лечу на адреналине, не замечая ничего вокруг. Сажусь в машину, руки дрожат, но я быстро блокирую замки. Не дам ему догнать меня.

Срываюсь с места. Колёса визжат по асфальту, и я вижу, как он что-то кричит мне, машет руками, но это уже не важно.

Выяснять отношения при его подстилке? Выглядеть растерянной, униженной, слушать оправдания о том, как он ошибся, женившись на мне? Нет уж, увольте!

Никакие слова не смогут спасти этот брак. Потому что эта девка знает слишком много о нас. Слишком много! Чужие люди столько знать не могут.

Она знает, где у нас лежит мочалка. Знает, какую музыку мы слушаем. Знает, где наш дом.

И это не просто случайность. Это не просто мимолётная связь. Это что-то большее, чем измена.

И всё-таки нет, сознание ещё не принимает эту информацию. Это не про нас! Такая банальщина и подлость — это не про наши отношения!

Мы слишком сильно любим друг друга! Мы в браке слишком мало времени, чтобы изменять! Мы хотим ребёнка! Нашего, общего, любимого!

Не может мужик, который хочет ребёнка с любимой женщиной, изменять ей! Не может быть, чтобы желание, которое было сосредоточено между ног в мужских причиндалах, взяло верх над разумом и адекватностью, и мужик отключил мозг, потащив какую-то шаландру домой, пусть даже будучи уверенным, что жена в командировке.

Это противоречит законам логики! Нравственности! Совести! Любым законам!

Но потом я ловлю себя на мысли: дура ты, Оля, дура, рассуждая о каких-то возвышенных чувствах. Нет там ничего! Просто я неудачно связалась с нерешительным трусом, неспособным на смелые поступки.

Слёзы текут по щекам, но я не обращаю на них внимания. Руки крепко сжимают руль, и я еду, не зная куда.

Но я знаю одно: я не позволю этому сломать меня. Я сильнее, чем он думает. Сильнее, чем эта ситуация.

И я найду выход. Обязательно найду!