Глава 21

Виктория

– Ну что же вы стоите? Проходите к столу, – кивнула на шумную компанию Вера Михайловна.

– А малыш? – памятливо озаботилась племянником я.

– С ним всё в порядке, – отмахнулась просто домработница. – Поел, сейчас спит. Вот и пусть, на кухне с нами ему спокойней.

– Так может и я с вами? – состорожничала, не особо желая сидеть в коллективе с мужчинами.

– Нет уж! Ваше место за главным столом, – тоном не терпящим возражений отрезала Вера Михайловна. – А мы с Риммой присмотрим за малышом, – подтолкнула, вынуждая пройти к свободному месту, хотя мужчины быстро реагировали на моё приближение и каждый был готов потесниться.

– Спасибо, – брякнула, предпочитая место на самом краю.

– Хороший хозяин в такую погоду, даже собаку на улицу не выгонит, а наш заставляет работать полную смену! – кто-то пошутил, и снова смех разлетелся на весь дом, да так, что даже стены сотряслись. Но было сказано с дружеским подколом и глубоким уважением.

Стало понятно, что команда очень уважает Вадим Олеговича. Даже несмотря на непогоду готовы работать, а это многого стоит. И многое говорит о начальнике.

Мужчины бодро работали ложками, вилками, уплетая обед и продолжая меня рассматривать с интересом.

Я начинала ёрзать от неудобства.

И даже подумала, что надо бы отсюда уйти, но в этот самый момент, когда нервы сдавали, обстановка чуть разрядилась. В дом ворвался ангелочек с мишкой:

– А я уже дома! – по обычаю сияла Анюта, обнимая любимую игрушку и обводя всех жадным взглядом.

– Мелкая!

– Малышка!

– Нюта!

На все лады ликовали мужики, искренне радуясь появлению девочки.

– Давай, давай, руки мыть и за стол! – дочку мягко направил к нам Вадим Олегович. Мимолётно глянул на меня, коротко кивнул.

Я ответила тем же.

– Девочка моя, – из кухни спешно появилась Вера Михайловна: – Наконец ты дома! – заключила в объятия и утянула вглубь.

– Олегыч, – хмыкали мужики. – Ты прям ко столу… Или во спасение красотки, а то… вот-вот сбежит…

Это явно было обо мне, я слегка опешила, но Вадим Олегович грозным взглядом прервал подобные разговоры:

– Хватит зубоскалить, – отрезал строго, но без грубости. Не пугайте Викторию Романовну. Она вряд ли привыкла к таким дикарям, как вы, – ненадолго скрылся на кухне, а когда вернулся, сел напротив меня, хотя мужики были готовы ему уступить место во главе стола.

– Мне здесь удобней, – сухо отмахнулся.

– А Виктория Романовна у нас кто? – раздался чей-то голос, нарушая дружное бряканье посуды и чавки.

– Не по твою улыбку и хотелку точно, – был предельно прямолинеен Вадим Олегович. – Она – главная виновница задержки чертежа нашего проекта, – и меня не пощадил тоже.

Я даже поперхнулась хлебом, который жевала некоторое время.

В зале повисло тягучее молчание.

Все взгляды были направлены на меня. В том числе и Вадима Олеговича. Ох, как мне захотелось ему чем-нибудь тяжёлым вдарить за такое внимание.

– Ага, – прокашлялась я, – так вот зачем вы меня наняли и  специально сюда загнали. Бросите на расправу своим работникам? – не осталась в долгу я.

Теперь мужики озадаченно перевезли взгляды на босса.

Он не смутился, наоборот, его глаза как-то хищно сверкнули:

– Нет, я не так дружелюбно настроен!

По залу полетели хмыки и смешки.

– У меня для вас куда более изощрённая месть, – поразил откровенностью.

У меня не нашлось слов, только брови изумлённо взлетели. Видимо, моя реакция ему понравилась. Он кривенько усмехнулся:

– Работать будете. Под моим чутким контролем, – таранил пристальным взглядом, и почему-то эта фраза показалась с более глубоким и развратным подтекстом, чем звучала в оригинале.

У меня сердце как-то припадочно-взволнованно ёкнуло, стыд накатил, будто Вадим Олегович ляпнул нечто непристойное.

При всех!

Специально! Чтобы меня унизить!

– Я и без вашего чуткого контроля неплохо справлялась, – огрызнулась, не собираясь сглатывать завуалированную насмешку.

– Вы сами сказали «неплохо», а для меня это не показатель. Меня устраивает только «отлично», да и как показывает практика, на вашей фирме не очень хорошая обстановка… – многозначительно добавил. – Не располагает к выполнению работы в оговорённые сроки и должным образом. А здесь буду я… – ну вот опять эта самодовольная ухмылка по красивому лицу поползла.

Ух, как она меня… раздражала.

– О да, это решает многие проблемы, – сузила глаза я, остро понимая, что между нами война!

– Ого! Фигась! Ничего себе… – По столу полетели посвистывания и уважительные кивки. – Опасная женщина! Огонь!

– Да-да, не смейтесь, – покивал значимо Вадим Олегович, – от её скорости и профессионализма зависит, как быстро вы приступите к основной работе. Виктория Романовна – ведущий специалист, поэтому не отвлекайте её своими мелкими вопросами и тем более нелепыми приставаниями.

– Так мы её на руках носить будем, – прозвучала очередная шуточка. А следом громыхнул смех, но вновь остановился на Вадиме Олеговиче.

– Не советовал бы, леди очень самодостаточная и с характером. Ни помощи, ни советов не приемлет…

– Может потому что мне нравится на своих ногах стоять и отвечать за то, что я делала сама, а не кто-то? – зачем-то продолжала бессмысленную перепираловку.

– Самостоятельность высшего уровня, – скептически отозвался Вадим Олегович. – Ещё бы ответственность не подкачивала, и хоть на войну…

– Если у вас претензии к моей работе, зачем настаивали на моём присутствии?

– Глаз радуете…

Каков нахал?!

И ведь даже бровью не повёл.

– Пусть парни увидят красивую женщину, от ума и квалификации которой зависит их работа и заработная плата.

– Да, да, – закивали мужики. – Качественный проект – хорошо, а то без него тяп-ляп не хотелось бы строить, – хмыкали дружно и понимающе. – Это гастарбайтерам легко. Они и без подробного плана могут города возводить в кратчайшие сроки, а мы – никак! – и поржали всем скопом.

Я аж зубами скрежетнула:

– Будет чертёж! Дайте пару дней! – запихнув остаток хлеба в рот, взглядом расстреливала Вадим Олегович.

А вот он… смотрел на меня как-то насмешливо.

Это бесило ещё сильнее.

По столу вновь шелестели шуточки где и когда нужна спешка… В том числе и пошлые переделки фразеологизмов и разных изречений, но их быстро пересёк Вадим Олегович:

– Что-то у вас обед затянулся, видимо, премиальные карман оттягивают. Это ничего, больше работы Михайловне и Степановне, значит им и отпишу в этом месяце вашу часть.

– Э-э-э, нет, – запротестовали мужики, ускоренно принимаясь за обед. Посуда забряцала усиленней, голоса приглушились жеванием.

Но напряжение отпустило не сразу. Я ещё какое-то время дёргалась, словно на иголках, а когда поняла, что мужчины заняты едой, даже смогла запихнуть в себя кусок отбивной с салатом.

В принципе ужин прошёл в милой обстановке. Мужчины ели быстро, чётко, методично клацая посудой, и во всю восхваляли кулинарные достоинства Риммы Степановны и Веры Михайловны.

И я была с ним согласна на все сто.

Таких помощниц не ожидала получить…

Они были очень милыми. И когда после обеда я предложила свою помощь в уборке зала, они меня отправили отдыхать.

Анюты уже не было на кухне, Вадим Олегович строго велел тихий час провести в своей комнате. Она надула губы, тяжко вздохнула, но послушно ушла, хотя очень хотела повозиться с малышом.

– Потом, – её заверила я. Забрала племянника и следом за дочерью Баринова пошла наверх.

К своему удивлению в комнате обнаружила несколько ламп дневного света. Видимо, их принесли с указания Вадима Олеговича. А главное – нас полу лежал огромный лист идеально гладкого ДСП.

Это конечно не моё рабочее место, но придираться не буду и приму, что есть.

Но уже было обустроив рабочее место, спохватились – не хватало нескольких сумок. Как раз-таки с главными инструментами.

К сожалению, в зале их тоже не обнаружила.

Расстроено вздохнула, выглянула на улицу…

Ливень, вроде, уже сбавил обороты, но продолжал моросить.

Кутаясь плотнее в дождевик, который мне выделила Вера Михайловна, я пробежалась до домика, где меня собирались разместить в первый раз. Там-то и нашла необходимые вещи.

Тяжеловато, многовато… но что есть!

Нагрузилась, точно вьючный мул, но уже выходя, меня остановил голос Вадим Олеговича:

– Что ж у вас за привычка дурная всё махом на себе таскать? – неожиданно передо мной появился Баринов.