Глава 26

Степан Аэропорты сменялись одним за другим. Люди с чемоданами, противный голос из селектора, самолеты… Все это настолько осточертело, что не будь во всем замешана кроха, плюнул бы на этот заказ. Но я продолжал гоняться по миру за этим чертовым Гороховым, понимая, что просто так он от Маши не отстанет. Уйдет на дно, заляжет. Подождет, пока все стихнет, а потом снова откроет на девушку охоту. Ну нет! Я этого не допущу! Надо давить эту блоху, пока она не ускакала и не спряталась в каком-нибудь темном углу. Вот и гонялся за Гороховым по всему миру. Ромка согласился помочь довести это дело до конца. К слову, без паренька мне бы вообще туго пришлось. Его знания во всех этих компьютерных штучках очень помогли. Вначале мы, как два шпиона, влезли в офис Посредника и скопировали всю нужную мне информацию. Было непросто. Рома матерился, а я старался не мешать. Вряд ли бы я чем-то помог. Рассчитывал, что на это дело у нас уйдет несколько часов, а в итоге провозились всю ночь. Вначале Красивин долго подбирал код к входу в сам в офис. Потом к сейфу и компьютеру. Мне была необходима инфа не только о Горохове. А еще и та, которая сможет дать мне большой козырь и шанс на спокойное будущее. Будущее с крохой. Мы скопировали все! Когда покидали место, Рома выглядел уставшим. – Это последнее дело, в которое я влезаю, – тогда сказал он. Что ж… Если парень решил уйти из хакерства – его выбор. И я даже поддерживаю. Он молод, впереди открыты множества дверей, и если он увязнет в этом деле, выбора почти не останется. У парня есть мать, о которой он заботится. И кто-то рано или поздно захочет повлиять на юного хакера. Угрозы, похищение… И много чего еще страшного может случиться с родным человеком. Информация – такая сила, который хочет обладать каждый. После вылазки в офис Посредника, я дал себе несколько часов на сон. Пара часов передышки, чтобы потом почувствовать себя загнанной лошадью. Первоначальной задачей стояло убрать киллера, у которого был заказ на Машу. Честно, ожидал, что будет трудно. Но все оказалось проще некуда. Наемник даже не скрывался. Занял позицию недалеко от особняка Графского и ждал, когда моя кроха сама попадется на прицел. Когда мужик сделал последний выдох, а потом его взгляд остекленел, я не чувствовал ни капли угрызения совести. Наоборот. Смог почувствовать себя капельку спокойнее. Ведь это значит, что Маше пока ничего не угрожает. Сбросил Графу сообщение, что киллер убит, и координаты, где найти тело, чтобы его люди тут прибрались – нам ни к чему лишняя шумиха. Пора было ехать в аэропорт, но я не мог сдвинуться с места. Я увидел ее. Моя девочка шла по территории участка, обхватив тонкие плечи руками. Между нами было огромное расстояние, но я так хорошо успел изучить, запомнить ее фигуру, что сомнений не было: это она. Моя кроха. Сердце разрывалось на части. Хотел перемахнуть через огромный забор, закинуть девушку на плечо и утащить туда, где она была бы только моей. Но я не мог. Там она в безопасности. Уж я об этом позаботился. Скосил взгляд на бесчувственное тело наемника, и мне до безумия захотелось его воскресить, а потом убить снова. Если бы я спал дольше… Или меня что-то задержало… Я мог не успеть. Маша вышла бы прогуляться, а эта мразь нажала бы на курок. Множество этих самых «бы», которые в итоге могли привести к самому страшному для меня. Моей крохи бы не стало. Ее бы убили. Сжал кулаки, чувствуя, как ярость бурлит по венам, превращая кровь в настоящую лаву. До безумия… До искр перед глазами хочется подойти к ней. Обнять. Вдохнуть запах ее волос. Поцеловать сладкие губы… Нельзя! Уверен, стоит только приблизиться – и я больше не смогу уйти. Но Горохов… Моя кроха не будет в безопасности, пока этот человек дышит. Надо развернуться и уйти. Но, черт возьми, как же это трудно. Смотрел на Машу, не в силах оторвать взгляд. – Я вернусь, – прошептал в пустоту, зная, что она меня не услышит. – Вернусь, заберу тебя и больше никогда не отпущу. Не передать словами, каких усилий мне стоило заставить себя развернуться и уйти. Но я вернусь. Обязательно вернусь за ней. Киллер устранен. Теперь предстояло найти и убрать Горохова – основную угрозу для Маши. Вот тут и началась настоящая беготня по миру. Эта крыса словно знала, что я иду по следу. Он не просто переезжал из города в город, не задерживаясь на одном месте надолго. Нет. Он менял страны. Рома, как мог, пытался вовремя отследить его перемещение, но получалось плохо. Две недели я гонялся за Эдуардом Гороховых, а он всегда оставался на шаг впереди. До того момента, пока Красивин не решил сменить стратегию слежения. Он отслеживал телефон врага, и мы отставали. Всегда позади. Но потом Рома решил проверить телефон правой руки Горохова, и у нас получилось узнать не об очередном перемещении Эдика, а о забронированном билете на самолет на его имя. Это был риск. Ведь могло оказаться и так, что мужик никуда не полетит. Но я так устал гоняться за ним, что решил рискнуть. И правильно сделал. Карибы – райское место для отдыха. Но меня сюда привела работа. Хотя я это уже не воспринимал как очередное задание. Это была самая настоящая месть. За то, что посмел угрожать моему близкому человеку. О приезде Горохова я знал заранее. Знал, в каком отеле он остановится. У меня все было готово. Но я решил перестраховаться и ждать его не возле гостиницы, а начать «вести» от самого аэропорта. И это было настолько правильным решением, что стоило одному человеку жизни. Горохов не поехал в отель. Сразу после посадки самолета он отправился на побережье, где стояли виллы богачей. Я следил. Был внимателен, сосредоточен. Мне хотелось скорее покончить с ним, чтобы вернуться к своей девочке. Держался на расстоянии, когда его ребята ворвались в один из особняков. Наблюдал, как Горохов вальяжно входит в дом, чувствуя себя при этом уверенным… Всемогущим. Я не планировал вмешиваться в их разбой. Ждал, когда его люди поиграют в пиратов, чтобы в подходящий момент тихо убрать их главаря. Но наблюдая за виллой, заметил, как на втором этаже женщина выбежала на балкон. Любопытство взыграло, и я достал бинокль, чтобы поближе рассмотреть ее. Это была Надя. Жена Графа и мама моей крохи. Черт. Она металась на балконе, стараясь покинуть дом незамеченной. Но у нее не было такой возможности. Надя попала в ловушку. Больше не медля и не скрываясь, я направился в дом. С Гороховым в особняк ворвались около семи человек. Его личная охрана. Самые близкие подчиненные. Те, кому он доверял. Один за другим из них вырывался последний выдох. Переступал через бесчувственные тела и вновь стрелял, чтобы успеть спасти мать моей девочки. Если Надя умрет, кроха меня не простит. Я себя не прощу. Найти комнату, где был тот самый балкон, не составило большого труда. Переступив порог, увидел, что Надя находится в руках Горохова, а к ее виску приставлен пистолет. Женщина была в ужасе. По ее щекам стекали крупные слезы, а губы были искусаны до крови. – Степа? – вырвался из ее груди хриплый шепот. – Ну надо же, какие люди, – усмехнулся мудила. – Живой, значит. Навел пистолет на того, кто угрожал матери моей девочки, но, так и не нажал на спусковой крючок. Я мог случайно подстрелить Надю. – Рано мне еще коньки отбрасывать, – ответил в той же манере. – А тебе следовало лучше подбирать себе охрану. Сейчас твои люди сгодятся только для корма рыбкам. На скулах Горохова заиграли желваки, а в глазах появилось самое настоящее бешенство. Он крепче стиснул рукоять пистолета и надавил дулом на висок бедной женщины. – Ты дашь мне уйти, и она останется жива. Тактику решил сменить? Похвально. Но меня такой вариант не устраивал. Покачал головой, без слов давая ответ на его предложение. – Предпочитаю, чтобы ты присоединился к своим друзьям. – Тогда она умрет. – Злая усмешка исказила его лицо. Надо было срочно что-то делать. Внешне сохранял спокойствие, но в голове мысли метались, сменяя одна другую. Я искал решение, но оно пришло откуда не ждали. – Скажи Коле и Маше, что я их очень люблю, – надрывно прошептала Надя, а в глазах самое настоящее смирение, словно уже была готова умереть. Но потом Надя замахнулась и с силой наступила Горохову на ногу. Мужик взвыл. Всего на секунду он потерял контроль. – На пол! – заорал я, прицеливаясь. Громкий хлопок отразился от стен, и мое сердце пропустило удар. От сделанного мной выстрела во лбу Горохова появилась маленькая дырочка, а по лицу потекла тонкая струйка крови. Всего секунду он стоял неподвижно, а потом рухнул на пол, устремив стеклянный взгляд в потолок. Надя вздрогнула и всхлипнула. Кинулся к женщине, чтобы проверить, не пострадала ли она. – Ты цела? – спросил, дотрагиваясь до ее плеча. Она закивала, и я помог ей подняться. – Надо уходить. Женщина вновь не ответила, лишь головой в ответ покивала. Надя хотела взглянуть на Горохова, но я не дал. Отвернул ее к выходу и слегка подтолкнул в спину. – Не смотри, – велел строгим голосом. Но как бы я ни старался уберечь ее психику, мне это не удалось. Потому что я совершенно забыл, что в холле первого этажа лежат люди Горохова. Надя издала приглушенный писк и слегка пошатнулась. – Идем. Крепко сжал ее предплечье и повел на выход. Надо уходить как можно скорее. Я работал быстро. Громко. Возможно, сюда уже едет полиция. Если Надежда засветится, мы потом не сможем покинуть страну. Женщину вело. Она пошатывалась и выглядела неестественно бледной. – Они все… – Даже не думай переживать из-за них, – жестко предупредил, выходя на улицу. – Они пришли тебя убить. А могли убить и Машу. Это все, что тебе нужно помнить – Как она? – Надя замерла, глядя на меня широко распахнутыми глазами. – В безопасности. Чуть ли не бегом мы добрались до арендованной мной машины. Надя выглядела плохо от пережитого ужаса, но держалась. Вот в кого Маша такая, а я думал, гены Графского. Отъехав от особняка на безопасное расстояние, позвонил отцу крохи. Кратко, сухо и по существу отчитался. Но его интересовало лишь, в порядке ли его женщина. И как я его понимал в этот момент. Мне тоже хотелось спросить, как Маша. Но я промолчал… Не время и не место задавать такие вопросы. Сразу забронировал билеты в Россию и поехал в отель. В ускоренном темпе сгрузил в машину свой багаж, и мы отправились в аэропорт. План, как быстро и незаметно покинуть страну, был обдуман и постепенно воплощался в реальность. Мне уже все это так надоело, что хотелось поскорее вернуться домой. А мой дом там, где Маша. Уверен, по приезде у меня будет не менее сложная миссия, чем сейчас. Надо будет мириться с крохой. Я помню, каким взглядом она на меня смотрела в нашу последнюю встречу. Сколько обиды и боли было в ее глазах… Это грызет меня. Каждый день я вспоминаю тот ее взгляд, и становится тошно от самого себя. Ведь бросил ее. Успокаивал себя, что у Графского она в безопасности. Пока я отъезде, он единственный человек, который будет готов спасти ее любой ценой. Покидая страну, представлял нашу встречу. Как увижу ее, прижму к себе, вдохну, ставший родным запах ее волос… Она, конечно, взбрыкнет. Но кто ей даст долго обижаться? Я ведь говорил… Она моя. И точка.