Глава 27. Эмма

Слышу негромкий стук в дверь и нехотя разлепляю глаза. Инстинктивно ищу глазами часы, чтобы посмотреть, сколько я проспала. Судя по ощущениям, нисколько. Все тело ломит, а между ног неприятно ноет. – Дорогая, как ты? – Виталий заглядывает в палату. – Как чувствуешь себя? Проходит внутрь и прикрывает за собой дверь. – Все хорошо, – выдавливаю из себя улыбку. – А сын? – оглядывается на пустую люльку. – Скоро должны принести. Муж подходит ближе и невесомо целует в щеку. – Видел Воронцова, – внезапно переводит тему. – Молодец же. – Да, он спас нас с малышом, – согласно киваю. – Отблагодарю. – Виталий расплывается в довольной улыбке, а я лишь неопределенно пожимаю плечами. Пусть делает что ему заблагорассудится. Я тоже безмерно благодарна Игорю за то, что он для меня сделал. Но не хочу давать напрасную надежду ни себе, ни тем более ему. – Где же наша мамочка? – В палату входит медсестра со свертком в голубой пеленке на руках. – Виталь, помоги, – прошу я. Он поправляет подушку и помогает мне сесть удобнее. – Папа, держи сына. – Медсестра перекладывает ребенка ему в руки. Муж расплывается в улыбке. – Какой маленький, – поднимает на меня глаза. А я замираю, словно он может узнать правду. – И на тебя похож. – Дай его мне. Осторожно пристраивает малыша на моих руках. Жадно скольжу по личику сына взглядом, впитывая каждую черточку, и не могу сдержать улыбку. Сын… мой самый родной малыш… – Скоро придут неонатолог и медсестра. Все вам покажут и расскажут. Слушаю вполуха, полностью сосредоточившись на ребенке, и согласно киваю. – Найдите Игоря Александровича, пусть к нам зайдет, – просит Виталий. – Хорошо, я передам. Спустя полчаса начинается череда обследований и врачей. Нас с сыном исследуют вдоль и поперек, а так хочется просто отдохнуть. Но мужественно терплю, ведь все это для нашего блага. – Вы просили зайти. – Воронцов появляется, как только в палате становится тихо. Обращается к мужу, но смотрит на меня. Как-то странно смотрит. Становится не по себе. – Игорь, – Виталий перетягивает на себя его внимание, – за сына проси что хочешь! – Я всего лишь сделал свою работу, – тихо отвечает он, и я снова чувствую его тяжелый взгляд. – Не скромничай. Любое желание, – настаивает Виталий. – Того, чего я хочу, вы мне дать не сможете. – Наши взгляды на мгновение встречаются, и я поспешно отвожу глаза. – Ничего другого мне не нужно. – Даже должность главврача? – смеется муж. – Смешно. Но нет. Меня вполне устраивает мое место, – улыбается Игорь. – Я люблю работать руками, а не в кабинете штаны просиживать. – Можно? – Дверь снова открывается. Не палата, а проходной двор какой-то. – Саша, – улыбаюсь я. – А вот и Белов, – хмыкает Виталий. – Эмма, как так-то? – Александр сокрушенно качает головой и улыбается, глядя на нас с сыном. – Ну вот так, – пожимаю плечами. – Все хорошо? Я из аэропорта сразу к тебе. – Да, Игорь не подвел, – вклинивается муж. – Подстраховал. – Все хорошо? – Теперь Белов обращается к Игорю. – Какие-то сомнения? – Тот раздраженно дергает бровью. Да что с ним такое? – Нет. – Все просто замечательно. – Улыбка Воронцова больше похожа на оскал. – Завтра еще вас понаблюдаем и будем готовить к выписке. – Не рано? – сомневается Виталий. – В самый раз. – Игорь задумчиво смотрит на меня. – А сейчас, думаю, нужно дать Эмме Эдуардовне отдохнуть. – Да, спасибо, – с благодарностью улыбаюсь. Мужчины выходят, а я, наконец, облегченно выдыхаю и остаюсь один на один со своим маленьким чудом. Внимательно рассматриваю его. Крохотные пальчики, носик-пуговка и смешно причмокивающие губки. Такой милый, нежность невольно затапливает сердце, согревая его изнутри. Но он совсем на меня не похож. Интересно, каким был Воронцов? Этого мне никогда не узнать. Я сделала выбор и не жалею. У меня есть сын. Но отчего-то счастливой я себя не ощущаю. Даже наоборот, видимо, гормоны беснуются и утягивают меня в болото отчаяния. Тоска пробирается в душу и неприятно скребется. Нельзя ей поддаваться. Это путь в никуда. Нужно забыть о нем. Забыть и больше никогда не вспоминать. Но как, если у меня на руках его сын? Задачка со звездочкой. Невесомо касаюсь губами нежной щечки и втягиваю носом аромат. Приятно, но не больше. Прикладываю малыша к груди. Смешно сосет, а я, наверное, должна чувствовать что-то особенное, но почему-то не чувствую. Может, придет со временем? Придется подождать.