Глава 36. Эмма

– Эмма, скажи, что я не нужен тебе, – тихо просит Игорь, а я замираю на месте. – Одно твое слово – я уеду и больше никогда не появлюсь в твоей жизни, обещаю. Сердце оглушающе стучит где-то в ушах, а дыхание предательски частит. Я знаю, что Воронцов сдержит слово. Наступит себе на горло, но сдержит. Где-то в глубине души мне отчаянно хочется наплевать на все и просто прижаться к его груди. Но это неправильно. Дома меня ждут муж и сын, и о них я должна думать в первую очередь. Они не заслужили такого отношения. – Ты мне не нужен, – холодно говорю и отворачиваюсь. Дергаюсь в попытке вырваться, когда горячие руки сходятся на моих плечах и разворачивают обратно. Бесполезно. Игорь заведомо сильнее меня. Да и мое тело явно на его стороне. – В глаза мне смотри, – требует он, и я подчиняюсь. Послушно смотрю в его глаза и тону в них. Меня так манит эта черная бездна, что сопротивляться все сложнее. Воздух в комнате наэлектризовывается до предела, а напряжение между нами можно резать ножом. – Говори, – хрипло просит Воронцов и сжимает меня чуть сильнее. Дрожь прокатывает по телу, а голова начинает кружиться. – Ты… Мне… – нервно сглотнув, начинаю говорить, но с ужасом понимаю, что не могу закончить фразу. Язык словно распух и не желает шевелиться. Потерять этого мужчину еще раз выше моих сил. Я не могу. Не хочу. – Эмма… – Взгляд Игоря искрится теплотой и любовью. – Я очень тебя люблю… Дай мне шанс. Нам. Сдаюсь, поверив в его искренность. Едва сдерживаюсь, чтобы не разрываться, но соленые капли одна за другой катятся по щекам. Игорь осторожно стирает их пальцами, но не прерывает зрительный контакт. Слова больше не нужны. Мы и так чувствуем друг друга на каком-то другом, более высоком уровне. Этот миг единения намного важнее всяких слов. Воронцов притягивает меня к себе, а я больше не сопротивляюсь. Утыкаюсь носом в его грудь и жадно дышу, воскрешая похороненные заживо чувства и воспоминания. Он нежно гладит меня по спине, успокаивая и приговаривая, что все будет хорошо. А я отчего-то верю ему. Я дура и, наверное, сошла с ума, но в данный момент меня не интересует, что будет дальше, хочется просто быть рядом с любимым мужчиной и больше ни о чем не думать. Игорь чуть отстраняется, приподнимает мое лицо за подбородок и касается губ своими. Целует сначала верхнюю, затем нижнюю. Проводит языком от уголка к уголку и углубляет нежный поцелуй, делая его все более требовательным. В его руках становится так хорошо и спокойно, а все мысли улетучиваются из головы. Он целует меня медленно, мягко, стараясь растянуть удовольствие, а я с готовностью отвечаю взаимностью. Одной рукой ласкаю его шею, перебираю волосы на затылке, пропуская их между пальцами, а второй спускаюсь по груди и расстегиваю пуговицы на его рубашке. Не прерывая поцелуй, провожу ладонью по его обнаженной груди, срывая сдавленный стон, и чувствую, как напрягаются мышцы Игоря. Одно прикосновение вызывает настоящую бурю внутри, пробуждает невероятно сильные эмоции, контролировать которые невозможно. Как же я жила все это время, как выжила без его крепких и теплых объятий? Глухо застонав, Игорь отрывается от моих губ и проводит губами путь от щеки к шее, оставляя влажные дорожки на коже. Проводит ладонями по спине, ловко расстегивает молнию, позволяя платью упасть к нашим ногам. Отстраняется на несколько секунд и жадным взглядом рассматривает меня. – Я успел забыть, насколько ты прекрасна, – шепчет он восхищенно. – Хотя ежедневно воссоздавал твой образ у себя в голове. Сейчас все не так как раньше, совсем по-другому – ярче, четче, явственнее, и я никак не могу поверить, что это происходит на самом деле. В его пронзительном взгляде пылает жгучий коктейль из безумия и дикого, необузданного желания. Ни капли не смущаюсь от такого откровения. Наоборот, мне приятно видеть огонь в его глазах и осознавать, что Игорь желает меня до такой степени, что искры мелькают в воздухе. – Как же я соскучился, – сквозь зубы цедит он, подхватывает меня на руки и укладывает на кровать. Я ничего не отвечаю, только хитро улыбаюсь и выгибаюсь ему навстречу, придавая соблазнительным изгибам еще больше сексуальности, без страха отдаваясь любимым рукам. Игорь самозабвенно ласкает мое тело, покрывая шелковистую кожу горячими поцелуями, пытаясь наверстать упущенное за год. Его губы и руки так умело исследуют самые чувствительные места, вызывают небывалый трепет в каждой моей клеточке, а я сдаюсь под этим мощным натиском внезапно нахлынувших ощущений. Мы любим друг друга страстно и нежно одновременно, стараясь доставить друг другу истинное удовольствие. Разговаривая исключительно на языке тел, безошибочно исполняем неозвученные желания, сливаясь в одно целое, и уже просто не можем существовать по отдельности. Так нужно и важно для нас обоих обрести то самое, долгожданное счастье. И пускай оно длится всего несколько мгновений, в нашей вселенной даже минута становится вечностью. Эта волнующая близость залечивает все глубокие душевные раны, заставляя сердца биться в унисон. В искусных руках Игоря мое тело оживает. Я вновь чувствую себя любимой и желанной, безоговорочно признавая эту первобытную власть мужчины над женщиной. Ласки становятся более требовательными, поцелуи рваными, а дыхание сбивается. Мы все больше погружаемся в пучину всепоглощающей страсти, рискуя утонуть в ней, но прекратить это сумасшествие уже не можем. Взаимное непреодолимое желание сжигает изнутри, все стремительнее подгоняя к вершине блаженства. Тугой узел желания затягивается все сильнее. Терпеть больше нет сил. Прижимаюсь теснее к груди Игоря и, не прерывая поцелуй, шепчу его имя. Взлетаю к звездам и рассыпаюсь на миллион осколков, опадая с неба на грешную землю. Игорь догоняет меня на пике наслаждения, и мы вместе падаем на смятые простыни. Много позже, насытившись друг другом, лежим рядом, но так и не разжимаем руки. – О чем ты думаешь? – шепчет Игорь и касается губами виска. – О том, что ты опять меня соблазнил, – улыбаюсь я и прикрываю глаза. – А ты опять не очень-то сопротивлялась. Он прав. Нет у меня против него иммунитета. И не было никогда. До сих пор не могу понять, как я смогла разорвать эти отношения. Разрезала по живому и наспех залатала. – Я хочу, чтобы ты знала. – Воронцов ласкает губами мою скулу. – У меня никого не было за этот год. Переворачиваюсь на живот и с интересом смотрю на него. Он серьезен и сосредоточен, и от этого немного не по себе. – Почему? – подпираю голову рукой. – Вокруг тебя всегда было много женщин. – Ты моя женщина, одна и единственная. – Игорь тянет меня на себя и нежно целует в губы. – Мне хватило времени, чтобы понять. Я готов любить и оберегать тебя до конца дней. Ложусь ему на грудь и слушаю, как мерно бьется сердце. Достаточно ли мне этих признаний? Для чего они мне? Что мне с ними делать? Страшно… Воронцов спит, а я изо всех сил борюсь с тяжелыми мыслями. Вчера вечером все было просто и ясно, но наступающее утро не избавляет от старых проблем, а лишь добавляет новых. Окунувшись в атмосферу запретной любви, я осознала, что именно здесь мне комфортно, именно с этим человеком я хочу провести всю оставшуюся жизнь, как бы ни было трудно, но совершенно забыла о чувствах близких людей. Мне было безумно хорошо, эта ночь, как глоток свежего воздуха, возродила мою душу, показала, что она еще может чувствовать, способна любить. Я давно похоронила в себе женщину, не надеясь уже ни на что. Спокойная и размеренная семейная жизнь меня вполне устраивала, пусть не было безумных эмоций, не было взлетов и падений, мы с мужем даже не ссорились никогда, зато были уважение, стабильность и надежный тыл. Именно этих, ярких и сумасшедших эмоций мне и не хватало. Только сейчас я осознала, насколько хочется не только быть любимой, но и любить самой, ощущать огонь, горящий в груди. Но ведь я далеко не девочка, чтобы начинать все сначала… Игорь – молодой мужчина, и что будет со мной, когда через год он бросит меня ради молоденькой медсестрички? Что останется мне, когда наша страсть пройдет? Будет ли он любить меня так же? Столько вопросов, и ни на один из них не находится ответ… Наверно, я не готова вот так взять и разрушить свою жизнь и жизнь своих близких, но и оставить все как прежде тоже уже не могу. Мне надо подумать. Мне нужно все проанализировать. Обуреваемая противоречивыми мыслями, осторожно выбираюсь из объятий Игоря. Окидываю его нежным взглядом, и, не удержавшись, едва ощутимо касаюсь губами его щеки. Как бы я ни поступила, все равно будет неправильно. Торопливо одеваюсь и выхожу из комнаты. Моцарт преграждает путь и грозно смотрит на меня. – Проголодался? – шепотом спрашиваю я. – Мя-яу, – недовольно скрипит и идет в сторону кухни. Следую за ним. Без труда нахожу корм и накладываю ему. Все, пора бежать. Разворачиваюсь и иду к выходу. Задерживаюсь на пару мгновений около комнаты. Еще раз окидываю взглядом спящего Игоря и горько улыбаюсь. – Что же нам с тобой делать, Воронцов? – Вопрос повисает в воздухе, потому что объективного ответа на него нет. Тяжело вздохнув, выхожу из квартиры. Каждый шаг дается непросто, но постепенно приходит уверенность в правильности выбранного пути. К машине я почти бегу. Сажусь в салон и резво трогаюсь с места. Все так и должно быть.