Глава 43

Голова, ребра и живот уже не болели, а лицо выглядело практически нормально. А если сделать макияж, так и вовсе по-прежнему. Но вот выражение его изменилось. Остатки детской мягкости, беззаботности и даже какой-то неизжитой еще наивности ушли из моих черт. Взгляд карих глаз стал пронзительным, твердым, в них появилась глубина, какая бывает у многое повидавших людей. Самой себе я теперь казалась старше. Наверное, так и было, ведь взрослят не столько года, сколько пережитые события.

Закончив с макияжем, который делала постоянно с тех пор, как мне привезли косметику, хоть никуда, кроме крыши, не выходила, пошла в кухню, готовить кофе.

Андрей с раннего утра заперся в кабинете, чтоб «поработать». То есть, поговорить с тем своим бизнесменом по сверх засекреченной онлайн-связи.

Бизнесмену было слегка за сорок, звали Ярослав Кнут, и большего несоответствия имени с фамилией и внешности человека было трудно представить. Среднего роста, лысоватый, с вросшей в плечи круглой головой и двумя подбородками, мужчина напоминал Весельчака из старого, еще советского, мультфильма. Маленькие блеклые глазки с короткими ресницами постоянно бегали, толстый нос шмыгал, будто у мужчины был насморк. Он то и дело облизывал тонкие губы и водил языком по свисающим на них пегим усикам. Пухлые короткие пальцы комкали платок, которым он часто вытирал пот со лба.

Боялся. Кнут панически боялся Андрея. И, хоть винить его за это было трудно, данный факт, все равно, делал этого человека для меня еще более неприятным.

Под чутким Андреевым руководством Кнут получал и выгодно вкладывал прибыль. Рекламное агентство, торговые площади, ночные клубы, недвижимость…

Мелькнула мысль, кем бы стал Андрей, учитывая его светлейшую голову и будто врожденную деловую хватку, если б не вся эта история. Успешный бизнесмен, бизнес-элита столицы. Из тех, о ком снимают ролики, на кого равняются. Из тех, кто летает в отпуск четырежды в год, а все остальное время делает деньги из воздуха. Легко, играючи.

А Верчич с Казариным просто взяли и отняли у него эту жизнь. Безжалостно растоптали будущее парня подошвами своих дорогих ботинок, купленных на кровавые деньги, чтоб и дальше получать их…

Когда зашла, держа в руках две чашки кофе, Андрей разбирал пистолет. Детали с тихим стуком опускались на темно-серую поверхность столешницы одна за другой.

— Кофе? — улыбнулась, подходя к широкому столу.

Помимо него, кресла, стоящего спинкой к окну, и еще двух с другой стороны, в кабинете был высокий, до потолка, стеллаж с книгами, стеклянный журнальный столик и небольшой диван, напротив которого на стене висела плазма.

— Разбирала хоть один когда-нибудь? — Андрей кивнул на пистолет.

— Нет. Только стреляла.

— Тогда садись и смотри, — быстро собрав обратно, Андрей стал медленно разбирать оружие, комментируя свои действия. Потом показал, как чистить. Снова собрал, тоже говоря, что делает и подтолкнул ко мне.

— Попробуй.

Пистолет был еще теплым после его рук. Неловко я принялась за разборку. Вышло, в принципе, быстро и уж точно намного легче, чем потом собрать обратно.

Андрей с задумчивой полу-улыбкой наблюдал за моими стараниями.

— А теперь смотри, как это делаю я, — протянул руку, и я вложила в нее пистолет. — Стань сзади и закрой мне глаза.

Прежде, чем сделать, как он сказал, не удержалась и обняла. Поцеловала в губы, и Андрей, отложив пистолет, притянул за затылок, углубляя поцелуй. О том, что собиралась делать, я мигом позабыла.

— Не отвлекай, — он оторвался от моих губ.

Когда мои ладони легли на его закрытые трепещущие веки, Андрей молниеносными отточенными движениями сперва разобрал, а потом и собрал пистолет. Потратил он на все меньше минуты.

— Ну как? — запрокинув голову взглянул в глаза.

В карих омутах плясали довольные смешинки, на щеках играли ямочки. Попонтовался перед девушкой, что уж там.

Когда наклонилась к губам поцеловать, пискнул мессенджер. Прочитав сообщение, Андрей хмыкнул.

— Что там? — я склонилась к монитору.

Андрей взялся руками за мою талию и почти опрокинул себе на колени. По лицу мужчины прошла судорога от боли. Швы с плеча уже сняли, но ему еще заживать и заживать.

Позабыв о сообщении, я сунула руку Андрею под рубашку и накрыла ладонью плечо повыше свежего шрама.

— Ну вот и зачем руками махать? — прошептала я.

А он прижался лбом к моему виску, опаляя кожу дыханием.

— А ты так — зачем? — невнятно прохрипел, переводя дыхание. — Чувствуешь меня, сильнее, чем я сам, под кожу проникла, в душу мою черную…

— Она не черная.

— Ну, да, — горько усмехнулся.

Склонился и прижался губами к моему запястью.

— Просто, вся в старых ранах, а запекшаяся кровь-темная.

— Отмоешь? Это возможно? — темные омуты смотрели прямо в душу.

Я закивала. Он нашел мои губы и приник к ним, как измученный жаждой странник к прохладному источнику. А потом резко, как по щелчку, отстранился. Подтянул к себе ноутбук, кликнул по ссылке.

Это был видеоролик. Оперативная съемка. Старая автобусная остановка в пригороде, возле нее обгоревший дотла кузов автомобиля, полицейские машины с мигалками.

«….во взорванном автомобиле находился Степан Фаратов, владелец строительной компании «Гермес» с супругой и пятнадцатилетним сыном….»

— Фаратов? Кому понадобилось его убивать? — вслух удивилась я.

— Конкурентам, Нин, — сказал Андрей. — Этот чел в бизнесе вместе с Казариным был. После того, как я того грохнул, банда оказалась обезглавлена. Видно тот, кто сел на его место, удержаться не смог, вот и пошел передел.

— Он что, с ними? Поверить не могу, — глупо выпалила я.

Ага, муж — «обычный» старший офицер высшей силовой структуры — оказался насильником и убийцей, покрывающий бизнес друга — наркодилера, а я не могу поверить, что шапочно знакомый мужик тоже не «просто бизнесмен».

— Не только он, — хмыкнул Андрей. — Я тебе еще пару «белых бизнесменов» могу назвать, кто в этой теме.

Машинально возникшая мысль, что раз так, то можно же сообщить информацию полиции, еще глупее.

— Бабу и пацана жалко, — сказал Андрей, инстинктивно прижимая меня крепче, — им же похрену кого, гребаным уродам.

Сюжет мы досматривали в молчании.