Глава 16

ИРА

Подъезжаем к дому.

Он курит, пальцами барабанит по рулю.

Молча останавливается.

Сжимаю в руках сумку, выходить уже не хочу. Вижу, что свет в окнах горит - Никита точно дома.

- Давай я сам? - Илья тушит сигарету и поворачивается. - Я схожу.

Кусаю губы.

Никита ведь не виноват, что я его не люблю, надо просто прямо все сказать.

Это не страшно.

Несколько неприятных минут, и я к Илье вернусь.

- Нет, я пойду, - открываю дверь и оглядываюсь. Он сидит и смотрит на меня, пристально, с сомнением. - Я на пятнадцать минут, - решаю, что этого хватит, а вещи мне не нужны.

Со следущей недели я работать начну, и у меня будут деньги.

Поправляю платье, открываю ворота.

У соседей веселье, опять играет музыка.

Шагаю к дому и оборачиваюсь на свою машину. Ее Никита покупал, и тоже ее забирать нельзя. Я там только что сексом занималась, и лицо горит теперь, от воспоминаний.

Взмахиваю рукой, улыбаюсь Илье.

Достаю ключи и осторожно открываю дверь, медлю, до последнего оттягиваю объяснения.

В холле свет горит, разбросаны туфли. Пиджак на полу валяется и галстук на зеркале.

Вздыхаю и стучу каблуками по коридору.

Он сидит на кухне. Рядом бутылка, он сжимает стакан и смотрит на меня. Глаза красные, налитые кровью.

- Случилось что-то? - ставлю сумку на стол.

- Где была, Ира? - отвечает он вопросом.

С мужчиной - хочу сказать, но молчу, у него взгляд стеклянный, и хочется сбежать, и чтобы Илья пришел и со всем разобрался.

- На работе проблемы, - он пьет, на свет рассматривает стакан. - Плохо все. П*здец там.

- Все наладится, - подальше отставляю бутылку.

- Вряд ли. Если кто-то узнает, - он поднимает взгляд, усмехается. - Короче. Не поправлю уже ничего.

- Это же не за один день случилось, - опираюсь на стол. - Почему ты...

- Что почему? - он морщится. - Учить меня будешь?

- Нет.

- Ну и все тогда, - он привстает и тянет к себе виски. - Где была? Нарядная такая, - он кивает на мое платье. - Растрепанная.

- Я ухожу, Никита, - выдыхаю и слегка отступаю. - Не получается.

- Полгода получалось, теперь нет? - он встает и выпрямляется, с хрустом разминает плечи. - Сказать почему?

- Не надо.

- В спальню иди.

Он приказывает, и смотрит требовательно. Расстегивает брюки.

Понимаю, что у него терпение кончилось, я почти месяц от близости отказывалась, а сейчас тем более не смогу, меня ждут снаружи, я все решила.

- Никит, - смотрю, как он рубашку стягивает, кидает ее на стол. Звякает пряжка, он идет на меня.

- Перестань! - выкрикиваю и отступаю, жду, что он в чувство придет.

- Ты мне весь мозг уже вытрахала, - он трет лоб и подходит. - А я сейчас трахну тебя.

Разворчиваюсь, меня ветром выносит в коридор. Слышу его шаги за спиной, и бегу почти, перед глазами входная дверь, мне лишь на крыльцо надо выскочить.

Он хватает меня сзади за платье. Горячей ладонью накрывает губы и тянет к себе.

Дергаюсь, мычу ему в руку. Спиной он вжимает в себя и тащит меня по коридору. Запинаюсь на каблуках и шатаюсь, семеню впереди него.  Он держит крепко, не отпускает, кажется, я так ноги переломаю.

Его рука ныряет мне под платье. Накрывает складки.

- Ты еще и без белья? - пальцами он с силой толкается внутрь.

Каблуком давлю на его ногу.

Он разражается матами, ослабляет хватку.

Вырываюсь и бегу по коридору.

- Ну все стерва, - его голос глухой, злой, с угрозой, - доигралась.

Влетаю в ванную и хлопаю дверью у него перед носом. Он бьет кулаком.

Вздрагиваю.

- Просто уйти мне дай! - кричу, лбом прислоняюсь к косяку. - Ты пьяный, тебе завтра...

- Будет стыдно? - он громко смеется. - Выходи, Ира, пока я дверь не вынес.

- Нет, - сажусь на ванную, поправляю задравшееся на бедра платье. Между ног саднит, он так грубо толкнулся.

- Не выйдешь? - Никита понижает голос, словно наклонился и в щелку говорит. - Нет?

- Нет.

- Ну и сиди тогда, - по ту сторону щелкает задвижка. - Дура. Дрянь.

И раздаются удаляющиеся шаги.

ИЛЬЯ

Захожу домой, по углам раскидываю туфли.

На кухне свет горит, оттуда выскакивает Олеся. Смотрит на меня так, словно я с Ирой пришел. В обнимку. Голый.

А я один. Пятнадцать минут, которые она просила прошли.

И в доме все окна потухли.

Спать они легла.

И никто мне не открыл.

И я теперь злой, как дьявол.

- Ничего не говори, - предупреждаю Олесю.

Мимо нее прохожу на кухню, из холодильника достаю бутылку.

- Ты на мальчишнике не напился? - она шагает за мной. - Еще и уехал. С ней был? Я спрашиваю, с ней? - она дергает меня за рукав рубашки. Вырастает передо мной и принюхивается. - От тебя духами несет. Женскими. Ее духами.

- Я знаю.

- А Никита?

Жму плечами. Отпиваю из горлышка.

- У него проблемы на работе, - зачем-то рассказывает она. - Крупные.

- Давно уже.

- Ира переметнуться решила? К тебе? Из-за этого? - она шлепает голой пяткой по полу. - Ресторан. Гости. Свадьба. Кому я говорю?

Пью. Ставлю бутылку на стол.

Смотрю на Олесю.

Не может такого быть.

Что Ира ко мне из-за этого вернулась. Из-за проблем на работе у мужа. Она ведь не ушла со мной, с ним осталась.

Сажусь на табурет и растираю лицо.

- Любишь ее? Серьезно? - Олеся рядом, даже скандалить перестала. Наверное, такой паршивый у меня вид. - Илья, - ее рука неуверенно ложится на мое плечо. Сжимает. - Хватит уже. Сколько можно?

- А что делать? - поднимаю голову. Словно она знать может, и посоветует мне, я, как идиот, надеюсь.

- Жениться, Илья, - она садится напротив. Пальцами барабанит по столу. - До регистрации несколько часов. В себя приди. Поспим. И поедем.

- Не хочу спать.

- А чего хочешь? - она встает. Приближается. Смотрит вниз на мои брюки.

Тоже опускаю глаза.

Я даже толком не застегнулся. Резинка боксеров небрежно торчит. Рубашка расстегнута, на животе свежая царапина.

Напмиминает, что я шаге от счастья был.

- Мужчина должен добиваться женщину, а не наоборот.

- Согласен.

- Тогда возьми себя уже в руки, - она наклоняется, - и будь мужиком.

Ногтем она давит царапину. Врезается в кожу, ковыряет.

Морщусь, но не отталкиваю ее пальцы. Слегка саднит, не чувствую почти, меня другое царапает, где-то внутри бритвами.

Я же поверил ей. Зачем-то.

- Нравится тебе, когда так? - она растопыривает пальцы, как кошка. Словно кожу изорвать хочет, - у тебя же с ней только так и было. Ты по-нормальному и не знаешь, привык, когда больно.

В неярком свете бра она как ведьма, что судьбу мне пророчит, эта кухня вдруг маленькой кажется, до нас двоих сжимается.

А я уже и верю ей почти, что по-нормальному не знаю, может, я просто привык любить, отпустить не могу, а должен.

- А ты что знаешь, Олеся? - перехватываю ее запястье и с грохотом двигаю стул, встаю. - Самая умная. Спасибо. За лекцию.

- Я просто вижу, Илья. Что с ней ты не счастлив. А с Никитой ей хорошо. Лучше, чем с тобой.

- Я в душ, - шагаю в коридор, оттуда в ванную. Хлопаю дверью.

Достаю телефон и набираю ее номер.

Слушаю три гудка. И сбрасываю.

Хватит.

Друзья были правы, и Олеся права, она не простила, мстит мне все еще, она, малолетка, имеет такую власть, я из-за нее спятил, и продолжаю сходить с ума.

Захожу в душевую кабину и смываю с себя ночь. Где она повторяла, что любит, где я слышал, как сердце колотится, где я брал ее на капоте.

Машина осталась у ее дома, и в ней белье.

У нее своя жизнь, и уже полгода, а я лишь сейчас понимаю это, расстаюсь с прошлым.

Стучит Олеся.

Выхожу голый. Она смотрит на мою руку.

От запястья до плеча напоминание, про аварию, огонь и судьбу.

- Чего ты вдруг разделся? - она опускает глаза ниже. Снова смотрит на шрам. - Раньше так не баловал.

- Не нравится?

- Шрамы украшают мужчину. Большой член тоже. Твой костюм в спальне.

Разглядываю ее в полумраке и понять не могу, почему она так в эту свадьбу цепляется после всего. В меня.

- Когда в отношениях любви нет - зачем это нужно? - убираю спадающие на лоб мокрые волосы.

- Зачем тебе любовь, Илья, - она усмехается, подходит ближе. - Просто крепкий союз взрослых людей, - она касается царапин на животе, размазывает воду. - Обработать надо.

- Не надо. Я поеду проветрюсь, - забираю вещи из ванной, иду в спальню. Даже после душа запах этот чувствую, цветов и ягод. Морщусь. Оглядываюсь. - Что тогда? Встречаемся у ЗАГСа?

- В десять, - Олеся кивает.

- Отлично, - салютую ей. - Буду в десять.

ИРА

Открываю глаза, когда лязгает задвижка.

Дверь распахивается, из коридора сквозняк, и я ежусь спросонья. Шеи не чувствую, ни рук, ни ног, все затекло.

На пороге Никита. Весь помятый, на нем вчерашняя рубашка и на брюках ремень расстегнут. Он в удивлении смотрит на меня на полу ванной.

- Ты что тут делаешь, милая? - он чешет щетину. Наклоняется и протягивает мне широкую ладонь. - Вставай. В ванной уснула? Напилась вчера что ли?

- Ты не помнишь? - опасливо хватаюсь за его руку.

Сама встать не могу, ноги ватные.

- Я вчера тоже перебрал, - признается он и рывком поднимает меня.

Покачиваюсь, он прижимает к себе.

Морщусь, стопы иголками колет, стоять не могу.

- Ира, ну ты даешь, - он хмыкает, поднимает меня на руки.

Выносит из ванной, перехватывает удобнее и шагает по коридору.

- Как можно было так напиться? - спрашивает у меня. - Ладно хоть я будильник ставил. В ЗАГС же надо, свадьба.

Он заходит на кухню, наклоняется над диваном.

Переползаю туда.

- Я пока в душ, - он брезгливо стягивает рубашку, пропахшую сигаретами. - Свари кофе. И причешись что ли, переоденься, - смотрит он на мое платье.

- Ты вообще ничего не помнишь? - сжимаю пальцы на ногах, они ледяные.

- Так, отрывками, - он отмахивается.

Взглядом провожаю его спину.

Слышала, как под утро в дверь звонили, знаю, что это Илья был, когда не дождался меня.

Но ему не открыл никто, а я не кричала, боялась, что он стекла побьет, и Никита выйдет пьяный, и тогда что-то плохое случилось бы, а мне уже хватит, я так больше не могу.

Слезаю с дивана. Ковыляю к столу, хватаю стакан.

Открываю кран и набираю воду, делаю ледные глотки.

Солнце заливает кухню, я даже не знаю, сколько времени сейчас.

И где Илья.

Дождется меня, или невесту на руках, как меня только что несли, выносит из дворца бракосочетаний.

- Кстати, - звучит позади голос Никиты, и я вздрагиваю. - Ты вчера дома была, на девичник не приезжала?

- Нет, не дома, - говорю, не оборачиваясь. Смотрю на ножи на магнитной доске на стене. И сильнее сжимаю стакан. - Надо поговорить. На счет нас.

- А что с нами? - он громко зевает.

- У нас все плохо, - вытираю губы. - Другой мужчина...

- Ира, у меня башка трещит после вчерашнего, - перебивает он. - Хуже не делай.

- Ты даже выслушать не можешь спокойно.

- Такое я слушать не хочу, - отрезает он. В голосе появляются стальные нотки. - Я тебе уже говорил. Что за измену убью. Подумай. Прежде, чем открывать рот.

Это угроза.

Неприкрытая и грубая.

Он не протрезвел еще. Или просто он такой и есть - запирает в ванной, запугвает, не желает честности.

- А ты мне ни разу не изменял разве? - тянусь к ножу, снимаю его с доски.

- Тебе горит это обсуждать, когда мы в ЗАГС опаздываем?

Молчу.

- Кофе свари, - напоминает Никита. - Я в душ.

Слушаю его шаги.

Слышу, как хлопает дверь ванной.

И сразу пересекаю кухню. Выбегаю в коридор, оттуда в холл. Влезаю в туфли, сую сумку подмышку.

Гремлю ключами и выскакиваю на крыльцо.

Машина за воротами, по дорожке бегу к ней, кажется, что он за спиной у меня, схватит за волосы, рванет, и я упаду, и последнее, на что я смотрела за свои двадцать три года - это зеленая малолитражка, на солнце блестящая и веселая.

Распахиваю ворота и дергаю на себя дверь машины.

Ключи внутри, Илья просто бросил ее, ушел.

Плюхаюсь на сиденье.

Сердце от быстрого бега выскакивает из груди, бьется в горле, в ушах. Качу по гравиевой дорожке и вытираю глаза, я даже умыться не успела, ничего.

На табло горят цифры - двадцать минут десятого.

Выезжаю на трассу и добавляю скорость.

- Суббота, дорогие друзья, - вопит ди-джей по радио. - Всем доброго утра и хорошего дня!

Одной рукой шарю в сумке, вылавливаю телефон.

Набираю Илью и включаю динамик. Гудки идут, я еду к нему.

Он сбрасывает.

Набираю, еще и еще, пока не нарываюсь на механический голос. Он льется в уши, абонент недоступен.

Дрожащими руками сжимаю руль. В животе что-то колет, бросаю взгляд вниз.

За поясом платья блестит лезвие ножа, упирается в ребра.

Смотрю в зеркало.

Если меня сейчас остановят - отвезут в полицию. Лохматая, с темными кругами под глазами, с ножом за поясом, и взгляд безумный, словно я с места преступления бегу, опаздываю в аэропорт, хочу скрыться.

В центре светофоры мешают, тормозят меня. Нарушаю правила, и вслед мне доносятся возмущенные гудки, кто-то кричит в окно, что за рулем безрукая курица, я сворачиваю к ЗАГСу.

Снаружи толпа. Как всегда, разряженные гости. Белое платье невесты. Стреляют пробки шампанского, щелкает фоотоаппарт, носится видеооператор.

Невеста рыжая, это не Олеся.

Смотрю на время. И выскакиваю из машины.

Пру сквозь толпу, расталкиваю всех локтями. Кто-то ахает, у кого-то шампанское падает, суматоха и звон, мне страшно опоздать.

Взбегаю по ступенькам и врываюсь в ЗАГС.