Глава 19

ИЛЬЯ

Обхожу машину и открываю дверь.

Ира неуверенно выбирается на улицу. Чуть задрав голову, щурится на дом за воротами.

- Поселок дачный, но отец здесь круглый год живет, - рассказываю и запираю машину. Приобнимаю за плечи Иру, веду к воротам. - Я ему в город перебраться предлагаю, постоянно. Он ни в какую.

- Почему? - она первой проходит в ворота и с любопыством оглядывается на меня.

- Здесь хорошо, - жму плечами и киваю по сторонам. - Спокойно. По утрам у него пробежки до пляжа. А в городе лишь алкаши до магазина за бутылкой бегают.

- Это он так говорит?

- Да, - улыбаюсь и смотрю на окна.

Дом двухэтажный, большой, я здесь мелким каждое лето проводил. У меня тут и друзья были, на пляже мы в волейбол играли, и целыми днями купались.

- Они вдвоем здесь живут? - Ира шагает по выложенной камнем тропинке к дому. - Папа и мама?

- Отец один, - сухо отвечаю.

Она обрачивается, с таким укором смотрит, будто я тут при ней собаку бездомную пнул.

- Ну что? - подтакливаю ее к крыльцу.

- Мы несколько лет встречались, Илья, - напоминает она и, как девочка, вприпрыжку, взбегает по ступенькам. - А я о тебе ничего не знаю, оказывается.

- Мы проблемами с твоей семьей заняты были, - усмехаюсь и толкаю резную дверь.

Как всегда, открыто, отец запирается лишь на ночь. Я сигналил, а он не вышел, и мне интересно.

- Пап, - зову, шагнув в светлый холл. - Я с гостями.

Ира топчется рядом, сунув руки в карманы толстовки. Осматривается.

Сбоку шкаф-купе для верхней одежды, в зеркальной двери наши отражения. Напротив столик для перчаток, на нем валяются старые журналы.

Из глубины дома доносится музыка, кажется, Моцарт.

- Обувь туда, - показываю Ире в угол и сбрасываю туфли.

Она стягивает кроссовки и хватается за мою руку. Ладошка влажная.

Волнуется.

- А я думал, жених в ресторане, свадьбу празднует, - гремит в коридоре голос отца, и сам он появляется в проеме.

Высокий, подтянутый, в черной нестареющей классике. Официальный стиль он терпеть не может, это его единственный костюм. В нем он был, когда они с мамой праздновали двадцать пять лет брака.

И вот надел сегодня.

- Свадьба отложилась, - говорю вместо приветствия и широко улыбаюсь. - Но раз ты нарядился - не вопрос, можем сгонять до ресторана.

Широким шагом он идет мне навстречу.

Мы несколько месяцев не виделись, наверное, хоть и доехать до него я за полтотора часа могу.

Просто как-то...все некогда.

Сотовые телефоны с успехом заменяют живое общение.

Он равняется со мной, меняемся рукопожатиями. Ира притихла рядом, не дышит совсем. Отец ее не смущает, смотрит на меня.

- Что со свадьбой-то, я не понял? - голос низкий, в зеленых глазах строгость, словно я прежний малолетний пацан. - С Олесей твоей разговаривали по телефону, - он косится на Иру, - вроде торопилась так замуж, нахваливала мне тебя.

- Это...- вижу, как Ира краснеет, смотрит в пол. - Это Ира, - кратко представляю ее. За плечи притягиваю ближе к себе. - У нас выходные. Куча времени свободного. Вот думаем. Шашлыки на пляже закатить. Ты с нами? Или в ресторан все же?

Он внимательно изучает Иру. Машинально ослабляет узел галстука, переводит взгляд на меня.

Ему такта хватает, и он не спрашивает. Почему сейчас здесь стоит Ира, когда сегодня я должен был жениться на Олесе.

- Ирина, - он отступает в сторону. Рукой машет в коридор. - Ванная за углом, вторая дверь слева.

- Угу, - под нос себе буркает Ира. Не поднимая головы юркает за угол.

Слышим, как хлопает дверь ванной. Отец сводит густые брови.

- Можно было как-то потеплее встретить, - распахиваю пиджак.

- А кого я встречаю? - он оглядывается. - Что это за девочка?

- Это Ира.

- Это я уже слышал.

- Мне тридцать лет, пап, - начинаю, и снаружи оживает шум. Газонокосилка, соседям приспичило именно сейчас заняться садом. - Это Ира, и у нас все серьезно, - невольно повышаю голос, словно доказать ему что-то пытаюсь.

- Ты давно своей жизнью живешь, Илья, - он кивает. Медленно развязывает галстук. - И меня в ней нет. Собрался жениться, а вместо ЗАГСа с девочкой сюда приезжаешь. Ладно хоть без кольца на пальце.

- Там все сложно, - морщусь и жалею уже, что приехал. Под его пристальным взглядом нервно дергаю рукав рубашки.

Знаю, у него есть это право, спрашивать. Но мне всегда непросто было объяснять.

- Сложно на потолке спать, Илья, - его голос пробивается сквозь шум газонокосилки. - А остальное все легко.

Улыбаюсь на его вечную поговорку и поднимаю голову. Встречаю его взгляд, и почему-то сейчас лишь вижу, что отец не дурак, и все с первого раза поймет, и не нужно кучи слов, нагромождений объяснений, ничего.

Правда короткая.

- Я ее люблю, и все, - говорю негромко. - Это ясно?

Шумит газонокосилка.

Он мог меня не услышать.

Но он кивает.

Он слышал.

- Ясно, Илья, - отец мнет в руках галстук и пятится. - Добро пожаловать. Располагайтесь. А я переоденусь пойду. Раз свадьба откладывается.

ИРА

- Вон там у меня гамак, - говорит отец Ильи и машет рукой в сад, где среди деревьев натянута полосатая лежанка. - Можешь поваляться с книгой.

- Спасибо, - закатываю рукава толстовки и кошусь на него. Он сменил костюм на удобные мешковатые брюки и светлую футболку. Его фигура высокая, подтянутая, никакого брюшка или сутулости, возраст выдает лишь седина.

- Вы надолго? - он спускает на глаза солнечные очки.

- На выходные, наверное, - осторожно отвечаю и топчусь на крыльце.

Он отец моего любимого человека. Значит, и мне тоже не чужой. Мне нечего бояться, здесь меня не обидят.

И все таки мне неловко.

Он видел мое обручальное кольцо.

И вряд ли ему оно понравилось.

- Тогда завтра с Ильей поедем на охоту, - говорит он. И спускается с крыльца. Оглядывается. - Я до друга дойду, он вчера охотился. Мясо мне обещал. Будь, как дома, Ира.

- Хорошо, - улыбаюсь на эти неожиданные теплые слова.

Ведь дома-то у меня нигде нет. Ни у Никиты, ни у мамы, даже бабушка с дедушкой и то не пустили.

Получается, что дом здесь.

Закатное солнце окрашивает участок оранжевым, широкими полосами по зелени. За соседним забором большой бревенчатый стол, заставленный тарелками. С визгом носятся дети в траве, и одуряюще пахнет шашлыком

Негромко играет музыка.

Там большая и дружная семья.

Наблюдаю, как они отдыхают.

Оборачиваюсь, когда хлопает дверь.

Илья шагает на крыльцо. Он в спортивных брюках и футболке, такой уютный, домашний, в руке держит бутылку шампанского. Подходит сзади и обнимает за талию.

Спиной прижимаюсь к его груди, вместе смотрим на соседний участок.

- Я когда в школе училась думала, что замуж выйду в двадцать два, и первого ребенка рожу в двадцать три, - рассказываю.

- Так бы и было, - отвечает он мне в макушку. Передает мне шампанское и сцепляет руки на моем животе. - Но у нас все впереди. Наверстаем.

- Правда?

- Конечно, - он усмехается. - Диплом ты получила. Учеба не отвлекает, - его руки забираются под толстовку.

- Илья, - хихикаю, пытаюсь перехватить его запястья. - Перестань.

- Почему? - по голосу слышу, что он улыбается. Разворачивает к себе и наклоняется.

Руками обвиваю его шею, на носочки встаю и целую, он вжимает в себя, так плотно, так крепко. Мне так спокойно, так хорошо. Поцелуй долгий, нежный, язык и губы - это вместо слов, чувства громкие, словно я кричу.

- Пойдем на пляж, - он отрывается от меня. Наше дыхание смешивается, его грудь тяжело вздымается. Он крепко держит меня за руку, и сбегает вниз по ступенькам.

- Твой отец сказал, что вы завтра на охоту пойдете, - вытираю губы и глазею по сторонам, на зеленую траву и деревья, кусты смородины и малины. И понимаю его папу, здесь, вдали от города просто сказочно. - А мне он предложил в это время в гамаке поваляться, с книгой.

- А ты тоже на охоту хочешь? - Илья толкает калитку, и мы выходим на поросшую травой широкую тропинку.

- Одна оставаться не хочу, - обнимаю его за талию, прижимаюсь к нему. - Возьмете с собой?

- Я подумаю, любимая. Давай сюда, - он забирает у меня бутылку.

Молча шагаем к пляжу. Слушаем птиц, и как насекомые стрекочут, над головой небо темнеет, я уже и представить не могу, как жила полгода без Ильи, словно это сон был долгий, кома, и вот я очнулась.

А он рядом.

Выходим к воде.

По берегу разбросаны стайки компаний, где-то огонь горит, в воздухе запах костра и сосисок. Сбрасываю кроссовки и держу их за шнурки, босиком шагаю по песку.

Вода манит.

- Я даже полотенце не взял, забыл, - Илья оглядывает берег, выискивает местечко. - Туда, - кивает мне на кусок песка в отдалении, рядом с кустами. Передает мне шампанское и на ходу стягивает футболку. - И фруктов никаких не взял. Подождешь, я сгоняю? - он бросает футболку на песок.

- Не надо, - подаюсь к нему, впечатываюсь в голый, рельефный торс. Пальцем веду от плеча вниз, по широкому, неровному, рваному шраму. - Не стесняешься больше? Ты же стеснялся?

Он кивает.

Я тону в нежности к этому мужчине, хочется обнять и не отпускать никогда, ни на секунду. Он мой, только мой.

Оглядываюсь на воду.

Пара метров до нее, я бросаю в песок кроссовки и с пальца стягиваю обручальное кольцо. Размахнувшись, швыряю золотой ободок в озеро.

Оборачиваюсь к Илье.

- Все, - докладываю.

Он смотрит туда, где, булькнув, мое кольцо утонуло. Переводит взгляд на меня.

- Открываю шампанское? - уточняет.

- Да, - соглашаюсь и сажусь на его футболку. - Хочу праздновать.