Глава 30

ИРА

Ерзаю в кресле.

Бросаю взгляд в зеркало и ужасаюсь - губы искусала, размазала всю помаду. Пальцем вытираю бордовые полосы с подбородка и зубов.

Сегодня у меня развод. Я надела строгий костюм и сделала строгий макияж, хотела такой образ создать - взрослой и недоступной женщины.

А сейчас смотрю на себя и понимаю. Что больше похожа на девчонку, которую одну дома оставили с маминым шкафом и косметичкой. И вот эта малолетка намалевалась от души.

И думает, что выглядит солидно.

Дура.

Руки тярсутся, бардачок открываю, едва не выломав дверцу. Хватаю влажные салфетки и с ожесточением тру губы.

- Эй, - в открытом окне появляется голова Ильи. Он отводит мою руку с салфеткой в сторону, широко улыбается. - Ты чего, любимая? Что за нервы?

- Где ты был, - выдыхаю с облегчением. Кидаю упаковку на соседнее сиденье, за шею тяну его в салон. - Я думала, ты не приедешь уже.

- Ир, так пробки, - он уворачивается. Открывает дверь, распахивает ее и садится на корточки передо мной. - Машину я тебе оставил, новую еще не купил, - напоминает Илья, ловит мою руку и большим пальцем ведет по ладони. - Я не опоздал вроде, Никиты еще нет, кажется?

- Не знаю, - лишь сейчас смелости набираюсь выглянуть на улицу. Смотрю на черную дверь с козырьком, в которую мне войти нужно будет, а потом в кабинете с Никитой еще...сколько мне там пробыть требуется минуту, десять, полчаса?

Я никогда не разводилась.

И, надеюсь, что не буду больше, я просто ошиблась, когда замуж вышла, зато теперь на Илью смотрю и знаю - это он должен был моим мужем стать.

И он скоро им станет.

Прочно навсегда, я и он.

- Любимая, ты я тебе говорил уже, что ты трусиха, м? - он подносит мою руку к губам, целует пальцы. Выпрямляется и вытягивает меня на улицу. - Давай, выходи. Я здесь, с тобой. Малышку свою в обиду не дам, веришь мне?

Послушно выбираюсь на асфальт. Он горячий, на солнце плавится, и макушку тоже припекает. Ладонью накрываю волосы и запрокидываю голову, смотрю на Илью.

Его зеленые глаза искрятся словно, морщинки лучиками разбегаются к вискам. Полные губы приоткрыты, нижняя чуть блестит.

Встаю на носочки и тянусь к нему.

- Соскучилась, - говорю шепотом, и прижимаюсь в поцелуе. Чувствую, как его руки, скользнув на талию, прижимают к себе, и успокаиваюсь, мне так нравится это, когда он вот так обнимает, ощущать тепло его тела, твердость груди. - Поехали отсюда, - шепчу ему в губы.

Мне не хочется видеть Никиту, и делать вид, что хочу с бывшим мужем друзьями остаться, что-то говорить...

Мне этот неприятный момент скорее проскочить нужнои ехать в парк, Илья обещал, что мы сразу после ЗАГСа закатимся на аттракционы, праздновать.

- Поехали? - обнимаю его за шею.

- Сейчас ты разведешься и поедем, - он усмехается. - Ира, задушишь меня, - он разжимает мои руки, снимает с себя и целует запястье. - Чуть-чуть потерпи. И поедем.

Киваю. Топчусь на месте, держусь за рукав его пиджака. Глазею на дорогу и высматриваю машину Никиты.

И машина заезжает на парковку. За рулём не Никита, но тоже знакомое авто, и блондинка-водитель не случайная, я ее конский хвост из сотни узнаю.

- Опять они вместе, - говорю Илье и киваю на Олесю. - Она даже на развод с ним прикатила, это нормально, ты считаешь?

- Ты тоже на развод не одна приехала, - Илья лениво наблюдает, как парочка выбирается на улицу.

- Но мы-то с тобой пожениться хотим, - напоминаю.

- Может, они тоже.

- Никита с Олесей? - хмыкаю.

- В чем дело? - Илья поворачивается на меня и щурится. - Ревнуешь что ли?

- Нет.

- Какое тебе дело тогда?

- А что так грубо разговариваем?

- Привет, друзья, - вклинивается жизнерадостная Олеся, и мы замолкаем.

Исподлобья смотрю на Никиту. Он нарядился, будто на свадьбу, черный костюм и из кармашка торчит белый платочек.

Он приближается вальяжной походкой, сунув руки в карманы брюк. Олеся рядом, держит его под локоть, она будто бы похудела немного, или просто черное платье непривычно, стройнит ее.

Никита здоровается кратким кивком головы.

- А я ещё думала, что лишней здесь буду, - Олеся смеётся и стреляет глазками в моего Илью. - Но куда уж без тебя, Илюш, ты Ирочку далеко от себя не отпускаешь?

- У нас после ЗАГСа планы, - отвечает Илья миролюбиво, и даже не морщится, когда я изо всех сил сжимаю его ладонь. - время терять не хочется, сейчас быстренько формальности уладим, и рванем пить шампанское.

- Праздник, значит? - она смеется, и на солнце сверкают белые зубы. - Да уж, Илья, странная штука жизнь. Ведь мы с тобой тоже сейчас могли бы штампами в паспортах красоваться и шампанское в ресторане потягивать.

- История не знает сослагательного наклонения, - обрываю ее журчащий голосок. - Не судьба, Олеся.

- Ириша, а я на твоего мужчину не претендую, успокойся, - переключает она внимание на меня. Задерживается взглядом на наших сцепленных руках и кривит губы в издевке, - а то ты так в него вцепилась, бедного, руку ему оторвешь.

- Это ты, - хочу сказать, что она на Никите повисла, словно репей, но Илья предупреждающе сжимает мою ладонь и делает шаг вперед.

- Олесь, любимую мне не нервируй. Мы здоровьем занялись, позитивное мышление. И все такое.

Бросаю взгляд в его спокойное лицо и понимаю, что это глупо, с Олесей вот так вот ругаться, мы с ней не в детском саду, мы взрослые люди.

- Молодцы, - первое, что выдает Никита. Он со скучающим видом на часы смотрел до этого, словно за стрелкой следил, а теперь переводит взгляд на меня. И кивает на двери ЗАГСа, - время, дорогая жена. Назначено нам, помнишь? Есди разводиться не передумала, - он взмахивает рукой, - тогда пойдем.

ИЛЬЯ

Объявляю вас мужем и женой, можете поцеловать невесту, - услышал я десять минут назад.

У нас нет толпы гостей, машин в цветных нарядных ленточках, фотографа, что бегает вокруг нас с камерой наперевес, ничего.

Зато есть золотистое платье на ней, в котором она на королеву похожа. И золотистый лимузин у входа, в котором мы немножко покатаемся.

- И к пяти часам нас ждут в ресторане, - говорю Ире. Целую ее пальцы, любуюсь золотым ободком на безымянном.

У меня тоже кольцо, все всерьез, все по-взрослому, мы поженились.

Мы муж и жена.

- Кто в ресторане ждет? - она подхватывает пышную юбку, каблуками стучит по ступенькам крыльца. - Илья. Ммы же решили, что отмечаем вдвоем.

- Любимая, - притягиваю ее к себе, веду к лимузину. - Родителям ведь тоже хочется нас поздравить. Как думаешь?

Распахиваю перед ней дверь. Она смотрит на меня с сомнением. И забирается в салон.

Залезаю следом, плюхаюсь на черный диван. Ведерко с шампанским уже приготовили, улыбаюсь и подхватываю бокалы.

- Твоя мама вчера сама позвонила, - рассказываю и откупориваю бутылку. - Спросила, о чем я думаю. Собираюсь ли жениться, представь. И я сказал. Что сегодня в пять мы ее ждем. Все равно, родителей пора знакомить, Ира.

- Я знаю. Просто...

- А раз знаешь, - наклоняюсь и чмокаю ее в нос. - Не бойся.

Она откидывается на спинку. Робко улыбается, теребит в пальцах атласный подол. Засматривается на свое колечко, пока я разливаю шампанское по бокалам.

Мы этот день заслужили.

Каждую минуту этой пятницы, каждый миг.

Мы несколько лет к этому дню шли. И мы, наконец, вместе.

Официально.

Эта девушка моя жена, мать моего будущего ребенка.

Мне ничего не снится, жена, жена - повторяю мысленно, и не могу поверить, что мы справились, наверное, это судьба.

- Держи, - протягиваю Ире бокал, в котором быстро опадает пена и предупреждаю. - Только глоточек. Просто губы помочить.

- Посмотрим, - она подмигивает, подносит бокал к губам и отпивает. Морщится, и я тоже, пузырьки в нос бьют, взрываются.

За окнами проносится улица, последний месяц лета.

Тонкими пальцами она сжимает бокал. Смотрит в окно и поправляет прическу. В черные волосы вплетена белая лилия, кудрявые прядки спадают на узкие голые плечи.

Смотрю на нее. И в горле пересохло. Залпом допиваю шампанское и отставляю бокал, придвигаюсь ближе и цапаю ее за талию.

- Илья, платье, - она поворачивается, широко улыбается. Пытается подол выдернуть, и я привстаю.

- Заметила, как водитель на тебя пялился? - говорю шепотом и киваю вперед. - Наверняка ждет, что я  тебя тут раздевать начну, настроился уже.

Она бросает краткий взгляд на водителя, а я веду ладонью по полупрозрачному кружеву ее платья, от живота к груди.

- Перестань, - она хихикает и прижимается ко мне.

Крепко обнимаю ее за плечи, с трудом сдерживаюсь, еще чуть-чуть, и в полную силу сдавлю, такое у меня состояние, словно я всю бутылку шампанского залпом в себя опрокинул, я будто пьяный.

Лимузин медленно катит по улице, люк открыт, и в него задувает ветер, виднеется кусок синего неба, его разрезает тонкий белый след от пролетевшего самолета.

- Папа раньше любил повторять, - помолчав, говорит Ира, и осторожно укладывает голову мне на грудь, - что когда хочешь - ищешь возможности. А когда не хочешь - ищешь причины.

- Ну так и есть, - соглашаюсь.

- Поэтому он и против был, чтобы мы с тобой были вместе, - она расправляет подол платья, разглаживает его ладошкой, - ты ведь постоянно искал причины, Илья.

- Да. А находил возможности, - усмехаюсь.

Ведь это правда. Серьезные отношения - это звучит так уныло, словно к каторге приговор, и я не собирался, добровльно себя в угол загонять, в день сурка, засыпать и просыпаться с одной и той же женщиной, и знать заранее, что на завтрак она пожарит яичницу, а на ужин будет мясо в духовке и бутылка вина, в субботу мы поедем к ее родителям, а в воскресенье пойдем в парк погулять, вечерами будем вместе смотреть телевизор...

...это смерть.

Я так думал.

- Завтра суббота, - говорю, когда мы подъезжаем к ресторану. - Что будем делать, любимая?

- Спать до обеда, - строит планы Ира и ждет, пока я открою дверь и выйду на улицу. Хватается за мою протянутую руку, пробирается по дивану. - Потом ты пойдешь в булочную за свежими круассанами, а я сварю кофе.

- Вот как, - вытягиваю ее на тротуар. Наклоняюсь и поправляю пышный подол платья, кратко целую ее в приоткрытые губы и веду к дверям ресторана. - А потом?

- Потом ты будешь готовить обед, салат и курицу, а я буду рядом сидеть, есть вишню и читать детектив, - рассказывает Ира.

Толкаю двери ресторана и улыбаюсь на ее планы.

И понимаю, что с этой женщиной я уже давно ко всему готов, и на все согласен, и родственников ее навещать на выходных, и в парке гулять, и смотреть вечерами сериалы, и вишню есть, и салаты для нее готовить.

Это не страшно, совсем наоборот.

Я сам хочу.

- А что, любимый? - она проходит в холл, и разворачивается ко мне. - У тебя на завтра другие предложения?

- Да, - любуюсь ее отражением в огромном, до потолка, зеркале, и сам себе завидую. Ловлю узкую ладошку, сжимаю в своей. Веду жену в зал и проверяю внутренний карман пиджака.

Билеты на месте.

Вылет сегодня ночью.

Завтра мы проснемся не дома, а в отеле, в ста метрах от моря.

И это не медовый месяц, это начинается медовая жизнь.