Да будет так!..

Римас подхватил его и усадил на диван, растегнув воротник рубашки.

— Дядя Лукас, миленький, дышите, — принялась растирать его руки Вера. — Какое счастье, что вы живы!

— Что здесь произошло? — раздался голос генерала Громова. — Верочка, вы плачете? Кто посмел вас обидеть?!

— Дмитрий Анатольевич, не волнуйтесь, мой муж никогда не позволит, чтобы меня кто-то обидел! А плачу я от радости, что дядя Лукас жив. Его закрыли в сейфе, и он едва не задохнулся там. Римасу удалось разгадать код замка.

— Римас, я так понимаю, там с битой мордой лежит твой клиент? Узнаю твой удар, каратист! — рассмеялся он и пожал ему руку.

Врачи скорой собирались забрать Лукаса Брониславовича в больницу, но он наотрез отказался. К моменту их приезда синюшность покровов спала, давление нормализовалось. Но Вера настояла, чтобы эту ночь он провел в их доме.

Приехавший следователь провел предварительный допрос на месте. Альгис признался, что давно собирался избавиться от Лукаса, чтобы занять его место. А тут выдвигают какого-то Штейна. И он решил одним ударом убрать обоих: вскрыть сейф и затолкать туда старика Лукаса, ключи Лукаса подбросить Штейну в карман пальто. А самому уйти незаметно. Увы, план не сработал.

После соблюдения всех формальностей и опроса свидетелей, Римас с Верой и дядей Лукасом отправились к ним домой.

Лукасу Брониславовичу очень понравился дом Римаса, просторный и уютный. А щенок Ванагас привел его в восторг.

— Я всю жизнь мечтал завести себе собаку, да все не получалось никак.

— Вот и переезжали бы к нам, — предложил ему Римас. Собак у нас много. Места тоже много, для всех хватит. Я серьезно говорю, Лукас Брониславович.

— Сколько человек в твоей семье, Римас? — поинтересовался он.

— Пятеро детей и столько же взрослых. С нами живут Верочкины крестные родители. Быть может, вы слышали от Арсения Владимировича о его друге Василии Карелине?

— Конечно я слышал. Я с ним даже был знаком!

— Так вот он и его супруга — Верочкины крестные, и живут они с нами.

Вера быстро переоделась и спустилась в гостиную.

— Через двадцать минут будем ужинать, — сообщила она. — Будут даже пироги. Я сегодня утром показала Илзе, как их готовить и успела замесить тесто и собрать один пирог.

— Рим, ты тоже поднимись наверх и переоденься. И надо детям позвонить

— Конечно, солнышко! Сейчас все сделаю.

— Верочка, а как вы с Римасом познакомились?

— Он спас меня в парке во время сильной метели, — Вера решила не углубляться в подробности. — Меня едва не унесло ветром.

Римас переоделся и заказал переговоры. К телефону подошел Арсений. Сказал, что дома все в порядке. Бабушка Люда читает детям английские стишки, Вик помогает Надежде Дмитриевне развешивать в сушилке белье, Варвара Васильевна моет посуду после ужина, остальные смотрят телевизор.

— Пап, а как тебя представляли? Торт понравился? А то Женя еще не звонил нам.

— Отлично, сынок. Торт выше всяких похвал. Я бы назвал его «Триумф кондитера», — рассмеялся Римас. — Думаю, где-то через час он уже приземлится и позвонит.

Илзе накрыла на стол, пожелав всем приятного аппетита. Вере не удалось уговорить ее и Андриуса поужинать вместе с ними.

Дяде Лукасу ужин понравился. Особенно Верины пироги, которые допекла Илзе.

— К пирогам я с детства неравнодушен, — признался он. — Но это сочетание солоноватого сыра с легким тестом просто бесподобно!

— Верочка, а кто у вас дома обычно готовит? — поинтересовался он.

— Готовим, в основном, мы с моей крестной. Но помощников у нас много. Римас, кстати, очень хорошо готовит. Но самое главное, он умеет вовлечь в процесс абсолютно всех. И это у него получается настолько легко и интересно, что получить любое дело, начиная от нарезки лука до простого помешивания ложкой в кастрюле, все почитают за честь.

Римас расхохотался, обнимая Веру. А дядя Лукас усмотрел в этом эпизоде отличные управленческие качества своего преемника.

После ужина Римас с Лукасом Брониславовичем и Ванагасом (щенку очень понравился пожилой банкир) удалились в кабинет. Вера убрала со стола и начала мыть посуду, как вдруг на кухню влетела Илзе, сокрушаясь и причитая, что Вера моет посуду.

— Илзе, давай с тобой поговорим, — предложила Вера, когда они убрали все на кухне. — Ты должна понять, что ты не прислуга. Ты — помощница. У нас в семье, например, после ужина моют посуду старшие дети, мы с моей крестной. Может помыть и сам Римас. У нас так заведено. Это решение главы семьи.

Твоя помощь для нас будет просто необходима. Нас в семье десять человек, их них — трое малышей и семь человек взрослых. Из семи взрослых пятеро мужчин с хорошим аппетитом. Часто приходят в гости друзья, а некоторые даже живут долгое время. Так что не отказывайся от помощи. Она тебе еще ох как понадобится!

А теперь давай поставим с тобой чай, сами выпьем и Римасу с дядей Лукасом отнесем. Дядя Лукас — троюродный брат моего отца. Мы бы очень хотели, чтобы он переехал к нам жить.

К чаю Илзе испекла чудесные кексы с ягодами внутри. Вере они очень понравились, Римасу тоже. А дядя Лукас попросил еще кусочек сырного пирога, уж очень он ему понравился.

После чая дядя Лукас пригласил Веру и Римаса в комнату, которую ему подготовили. Он был растроган, увидев, что о нем позаботились: на кровати лежал новый запакованный комплект, состоящий из удобного халата и пижамы.

Он достал из своего портфеля футляр и коробочку, которые много лет назад, собираясь в спешке, забыл в их доме Верочкин отец.

— Я сразу написал Арсению в письме о забытом футляре и коробочке. И твой отец, Верочка, ответил мне. Письмо его я сохранил.

«16 июля 1937 года.

Приветствую тебя, мой Луковый брат. Благодарю тебя за письмо, в котором ты сообщаешь о забытых мною футляре и коробочке.

Машенька моя все время потешается над моей забывчивостью. Но я недавно вычитал у Оноре де Бальзака цитату, которая меня окрылила: «Способность забывать — великий дар, отличающий натуры творческие и сильные».

Я, конечно, очень хотел подарить на Рождество своей Ясеньке колье с рубинами и дивным названием Amore, которое я купил у хозяина ювелирной лавки. Когда он показал мне колье с большим звездчатым рубином в центре, я не устоял. Эта шестиконечная звезда в камне просто заворожила меня так же, как и название колье. И я, несмотря на стоимость, с радостью купил его для своей любимой жены.

Ты знаешь, Луковый, я становлюсь сентиментальным. В лавке я столкнулся в тот день (13 - го июня) с твоим другом Натаном Айзенбахом. Он покупал подарок для дочери Марии. Она ждет ребенка, сказал он, и выбрал роскошное кольцо с шестиконечным звездчатым рубином.

Этот человек меня потряс в первый же день нашего знакомства, когда мы пили кофе в кофейне «У Томаса». Красивый как Бог, образованный, знающий несколько языков, уверенный в себе человек.

Знаешь, о чем я подумал, когда мы вместе с ним вышли из лавки, и он пригласил меня на чашечку кофе? Только не смейся! Я сказал ему тогда, что моя жена Мария тоже ждет ребенка, и я уверен, что будет девочка. А он сказал, что у его дочери Марии обязательно родится сын. И я на волне своих фантазий подумал: а вдруг наши дети смогут встретиться когда-нибудь! И тогда два именитых рода Айзенбахов и Ясинских смогут породниться. Натан внимательно выслушал меня и со всей серьезностью сказал: «Да будет так!»

На прощание мы пожали друг другу руки и обнялись.

А монетку я купил у пьяницы. Он удивил меня своим французским, рассказав историю древней монеты. По его словам она стоит дорого, но вкупе с двумя подобными ей, превращается в неисчеслимое богатство. Я, конечно, в душе посмеялся, но монету купил, пожалев несчастного, и заплатил сумму выше им названной. За что он меня благословил.

Я надеюсь, что ты сохранишь мои покупки, и вы с Леей исполните обещание приехать к нам на Рождество, заодно прихватив и мои сокровища.

С надеждой на лучшее.

Твой Ясеневый брат».

И Вера, и Римас пребывали в шоке. Дядя Лукас, видя их ошеломленные лица, ничего не понимал.

— Рим, это что же, они сорок лет назад благословили нашу встречу?! — не сдерживая слез, спросила Вера.

— Я же тебе говорил, солнышко, что нас благословили на небесах! — улыбнулся Римас, вытирая ей слезы платком. И решил рассказать Лукасу Брониславовичу историю их любви.

Старика их история пробрала до слез.

— Деточка моя, — обнял он Веру, — как же долго тебе пришлось ждать, пока вы встретились. Нам, мужикам, проще. А ты ребенка поднимала, да еще, наверное, слышала от баб осуждение.

— Дядя Лукас, я думаю, трудно было всем. Но у меня было огромное преимущество: сын от любимого мужчины и мама, которая мне очень помогала. А на шепотки ущербных и несчастных женщин, не знавших любви, я никогда не обращала внимания.

— Молодец, деточка! А сын на кого похож?

— Старший сын — точная копия Римаса. Младшие тоже похожи, но я в них вижу и черты моего отца. Ну а наша Машенька — это папина любимица!

— Машенька — это точная копия Верочки, такая же умница и красавица, — обнял жену Римас.

На следуюший день дядя Лукас пожелал, чтобы Римас с Верой с утра съездили с ним к нотариусу. И там он, отклонив все их «нет», с огромной радостью оформил на свою единственную племянницу дарственную на все движимое и недвижимое имущество.

Прощаясь с ними, он сказал, что подумает над предложением переехать к ним, тем более, что это будет полезно Римасу. Он оставил им номера своих домашних телефонов и попросил звонить хотя бы через день и пообещал прилететь к ним на Новый год.

Монету и колье Вера предложила не везти домой, а оставить здесь в сейфе. И Римас согласился.

До поезда оставалось много времени, и они решили зайти к Якову, чтобы узнать, как прошла встреча с Агнией Густавовной.