Под музыку Вивальди...

Понедельник выдался одним из самых трудных дней для Римаса. В половине десятого они с Иваном были у отдела образования, куда подъехал Женя с тортами и пирожными. Неожиданностью для Римаса стало вручение ему Почетной грамоты ОБЛОНО за «высокие результаты в организации учебно-воспитательного процесса, формирование интеллектуального и нравственного развития личности, значительный вклад в подготовку учащихся к олимпиадам областного и республиканского уровней». Затем он получил расчет: внушительную сумму, включающую зарплату, премию и компенсацию за все неиспользованные отпуска.

По дороге в университет они заехали в издательство и от лица Веры поблагодарили Глеба Седецкого и коллектив.

Римас даже не предполагал, что прощание со студентами и университетскими коллегами окажется таким трогательным: цветы, Благодарственные письма за подписью ректора, декана факультета, добрые слова коллег, пожелания удачи в карьере, подарочный альбом с фотографиями и огромное количество писем от студентов.

По дороге в школу заехали в районный отдел образования с тортом и пирожными.

В школе они с Иваном наконец-то вздохнули свободно. Пока Ваня получал расчет, Римас забрал из сейфа водительские права Арсения и Гоши.

Ждали областное начальство, которое должно было представить нового директора. Но то, что произошло потом, заставило Римаса изрядно поволноваться.

Сначала появились телевизионщики, чему Римас удивился. Он их точно не приглашал.

Иван пригласил его в актовый зал. Зал был переполнен: ученики с шарами, на которых были изображены сердца, коллеги, родители учащихся. Все они стоя приветствовали его аплодисментами.

— Ваня, что это значит? Я чувствую, ты причастен к этому.

— Твое чутье, дорогой директор, тебя не подвело. Это всего лишь небольшой сюрприз. Но телевидение я не приглашал!

— А где Вера, Варвара, Олег?

— Твое солнышко и все остальные уже здесь. Не волнуйся!

Вновь раздались аплодисменты, и в зал бодрой походкой вошел председатель Облисполкома Анатолий Евгеньевич в сопровождении Веры и нескольких директоров школ.

Римас вскочил с места навстречу жене и гостям, в душе желая придушить Ивана за подобную выходку. Но Иван был удивлен не меньше Римаса.

Усадив Веру в первом ряду, Анатолий Евгеньевич галантно поцеловал ее руку и присел рядом, пригласив Римаса занять соседнее с супругой кресло с другой стороны.

— Не волнуйся, Римас Александрович, и не вини коллег, — сказал Анатолий Евгеньевич. — Это я внес сумятицу в тот сценарий, который они подготовили для тебя. Но я не простил бы себе, если бы не пришел сегодня сюда.

В зале погас свет и на экране появились кадры с мероприятия по присвоению школе имени А.В. Ясинского, урока в лондонской школе и лекции для учителей, презентации учебника «Для тех, кто не любит математику», выступления Римаса на международных конференциях в Дрездене, Москве.

А потом вдруг появились кадры с недавнего пожара, где Римас выносит заплаканного малыша и кота. Далее пошло интервью председателя сельсовета о том, что Римас Александрович не только спас взрослого человека и ребенка, но и первым приехал в сельсовет и перевел свой гонорар за публикации в фонд помощи пострадавшим и приютил у себя в доме две семьи погорельцев.

Видя, что муж нервничает, Вера слегка сжала его руку, и он ответил пожатием.

Зажегся свет, собравшиеся аплодировали стоя. Римас встал со своего места и обернулся к сидящим в зале, положив руку на сердце и слегка наклонив голову.

Анатолий Евгеньевич поднялся на сцену к микрофону и обратился к присутствующим:

— Дорогие друзья, должен вам сказать, что мой сегодняшний рабочий день начался с появления делегации директоров школ. Как малые дети, перебивая друг друга, они пытались донести до моего сознания, что есть в нашей области директор, Римас Александрович Штейн. Талантище и Человечище, он сегодня слагает свои полномочия в связи с новым назначением и переездом в другую союзную республику.

Накануне совет директоров и ОБЛОНО подвели итоги календарного года и единогласно проголосовали за присуждение звания «Лучший директор школы 1980 года» Римасу Александровичу Штейну.

Зал взорвался аплодисментами.

— Но это еще не все! — продолжил Анатолий Евгеньевич. — Делегаты потребовали наградить директора Почетной грамотой и денежной премией, пригрозив мне, что не выпустят меня из кабинета, пока я не подпишу приказ!

Раздался смех и аплодисменты.

— На мои доводы, что такие приказы готовятся заранее, есть определенный регламент и т.д. — эти разбойники велели секретарю никого не впускать и стали хозяйничать у меня в кабинете.

В зале уже стоял хохот. Римас с Верой тоже смеялись.

— Они подключили принесенный с собой видеомагнитофон и стали показывать мне те самые кадры, которые мы с вами только что видели.

А теперь скажите: мог ли я остаться в стороне от такого события и не приехать лично, чтобы пожелать такому человеку успехов на государственном поприще? Я просто обязан вручить ему Почетную грамоту с соответствующим денежным вознаграждением и надеть перевязь «Лучший директор школы 1980 года»!

Римас Александрович, прошу вас на сцену!

Прыжком с места, ставшим уже коронным, Римас легко запрыгнул на сцену.

Анатолий Евгеньевич восхитился его прыжком.

— Не удивляйтесь, Анатолий Евгеньевич, Римас Александрович еще и каратист, — прокричал под аплодисменты учитель физкультуры Валерий Николаевич.

Римас сердечно поблагодарил Анатолия Евгеньевича, директоров, коллег и всех собравшихся за высокую оценку его скромного труда и пожелал школе процветания, учителям творческих побед, душевного спокойствия и любви.

— Не помню, кто это сказал, но звучит здорово: «Where there is love there is life!» – «Где любовь — там жизнь!»

Римас спустился со сцены и тут же из-за кулис появился Арсений с гитарой и несколько его одноклассников.

Зазвучало вступление к песне «Под музыку Вивальди», и ребята запели песню в собственной интерпретации:

Под музыку Вивальди,

Вивальди, Вивальди.

Под музыку Вивальди

Мы провожаем Вас.

Любимый наш директор,

Поем Вам на прощанье,

Поем Вам на прощанье

О том, как любим Вас.

И стало нам так ясно,

Так ясно, так ясно,

Что на дворе ненастно,

Как на сердце у нас.

Мы Вам желаем счастья,

Любимый наш директор,

И верим, что мы свидимся

Когда-нибудь, бог даст...

В тот же момент старшеклассники, сидевшие с шарами с изображением сердец, отпустили их. И шары поднялись вверх. Это было трогательно до слез.

— Стойте! Не надо грустить! — раздался звонкий детский голосок, от которого Римас подскочил.

Из-за кулис появилась Машенька с братьями. Нарядно одетые, они втроем несли гитару Римаса.

— Здравствуйте! Меня зовут Машенька Штейн. А это — мои братья: Гриша и Саша. — Поклонитесь! — велела она братьям.

Раздался смех.

— Не надо смеяться! — сказала Маша. Мы же никогда еще не выступали. — Не грустите! Мы же будем сюда приезжать. Правда, папочка!

Римас кивнул головой.

— Видите, папа сказал «да»! А как папа сказал, так и будет! Мама поэтому называет его иногда «мой чародей»!

— Машенька, про чародея можно поподробнее! — раздался голос из зала.

И Римас покачал головой, узнав голос учителя физкультуры.

— Мы же дети еще, поэтому иногда балуемся. Например, когда к нам в гости приходит дядя Паша, он доктор, он начинает играть с нами в «коня». Ну... Маша хихикнула, — мы на нем катаемся, балуемся, а потом уже не хотим спать. Тогда мама говорит папе: «Выручай, мой чародей!» И папа поднимается к нам и начинает петь волшебным голосом колыбельную. И мы засыпаем.

Арсений был в шоке. Машка ни слова не произнесла из сценария, который они написали с Иваном, Гошей и ребятами. Но вела себя настолько свободно и уверенно, что казалось, будто это было заранее отрепетировано.

Зал рыдал. Римас левой рукой прикрыл лицо, а Вера сделала то же самое правой. Они оба были смущены и, в то же время, не могли сдержать смех.

— А еще наши папа и мама очень хорошо поют, только стесняются. Вот мы с Сашей и Гришей подумали, что правильно будет, если они тоже споют и получится, что они всем скажут спасибо. Папа, мамочка! Идите к нам!

Пришлось Римасу подняться на сцену с Верой, взять гитару у детей и спеть несколько песен, в том числе «Под музыку Вивальди».

Зал бушевал от восторга. Затем всех пригласили в столовую на фуршет.

— Римас Александрович, у вас чудесные детки и очаровательная супруга, — сказал Анатолий Евгеньевич. — Я слышал, ваш старший сын — талантливый математик. Опора, стержень нашей математической команды. Вы счастливый человек!

— Благодарю вас! А вот и мой старший сын Арсений, — представил Римас сына Анатолию Евгеньевичу.

— Признаться, я думал, что вы преподаватель!

Все рассмеялись.

— Ты хотел мне что-то сказать, сынок?

— Только то, чтобы ты знал: Машка из написанного нами с ребятами сценария, произнесла всего лишь четыре слова — «Стойте» и «Не надо грустить». Все остальное — ее импровизация! Но если честно, пап, нам понравилось!