Водоворот событий
Собачий лай возвестил о приходе Якова с семьей.
— Пойду встречу гостей, а то Ястребок недолюбливает Якова, — поспешила навстречу гостям Вера.
— Верочка, откуда у вас столько зверья злобного собралось? — возмущался Яков.
— Вот, полюбуйся, как рычит на меня ваш любимый Ястребок. Да тут еще откуда-то кот злодейский нарисовался. Вот ведь мерзавец, шипит на меня, подняв лапу.
— Да, Яков Борисович, плохи ваши дела! — рассмеялась Вера. — Вам лучше, не раздеваясь, идти в сад. Там мужчины мангал устанавливают.
— Вечно у этих Йонасов все не так, как у людей.
— Не ворчите, Яша, вам это не идет, — продолжая смеяться, сказала Вера.
— Можно подумать, твой Римас не ворчит, Верочка!
— Нет, Яша, мой Римас не ворчит. Во всяком случае, дома. Дома он сама нежность, спокойствие и любовь!
— Правильно, счастье мое! — раздался голос Римаса.
— Рим, ты что, вошел через... окно?!
— Нет, мы нашли вход со стороны сада. — Это Игнат углядел на плане дома второй вход, а мы с Виком его отыскали. Еле открыли.
— Привет, дружище, — протянул руку Якову для приветствия Римас.
— Привет, дядя Римас, — картавя букву «р», радостно прокричал Яшик и, подбежав, протянул ему свою ладошку.
Римас со всей серьезностью пожал ему руку, а потом обнял малыша и чмокнул в щечку.
— Кира, здравствуй! Отлично выглядишь! — приветствовал он Киру.
— Солнышко, я пришел за луком, — сказал Римас.
— Тогда тебе на кухню к Варваре Васильевне, — улыбнулась Вера. — У нас все готово. Можешь забирать салат, хлеб, пироги. Пироги сложите на противень и в духовку. Но на разогрев пока не ставьте. Картошку по-деревенски мы принесем. Я переоденусь и приду с Варварой.
— Нет, Верушка, я позвоню тебе, когда шашлык будет готов и приду за тобой.
Римас с Яковом отправились на кухню за салатом и пирогами. Увидев на кухне свою помолодевшую и похорошевшую бывшую начальницу, Яков растерялся и не знал, как себя вести. Римас тихо посмеивался. Разрядила обстановку Вера, вручив Якову пироги и салат, а Римасу хлеб, подливу и лук, за которым он пришел, и отправила их вместе с Кирой и Яшиком в павильон.
Неожиданно раздался дверной звонок.
— Иду-иду, — прокричала Вера и, заглянув в глазок, радушно распахнула двери.
Перед ней стоял Олег с букетом и тяжелой сумкой.
— Верочка, я отпущу такси? — спросил он, вручая ей букет и сумку. И, не дожидаясь ответа, побежал расплачиваться с водителем.
— Как хорошо, что вы дома! — воскликнул он, обнимая Веру. — Мне сегодня рано утром стукнуло в голову рвануть к вам на пару дней. Решил сделать сюрприз. Купил билет в аэропорту на второй рейс, а прилетел только сейчас. Нелетная погода! Так и просидел весь день в ожидании. Хотел уже билет сдавать, да объявили посадку.
— Верочка, я голодный как... Олег замер, увидев спускающуюся по лестнице Варвару. И она тоже остановилась, едва не шагнув мимо ступеньки. Хорошо, Олег быстро среагировал и подхватил ее.
— Господи, Олег, как хорошо, что ты подхватил Варю, — обрадовалась Вера. — Знакомьтесь, это Варя — заместитель Римаса, а это Олег — друг Римаса.
— Олег, давай на кухню, мы тебя чаем напоим. Кормить не буду. Через полчаса будем есть шашлык. Римас сейчас стоит у мангала в саду.
Олег едва успел проглотить бутерброд, как раздался звонок детского телефона. Римас сообщил, что летит за ней. Через пару минут он уже был на кухне и, не замечая никого кроме Веры, обхватил ее и прижал к себе с такой силой, что она взвизгнула.
— Прости, моя девочка, мое солнышко, я обнял тебя слишком сильно. Но я так соскучился!
— Рим, погоди! — Мы не одни. У нас гости!
— Как! Еще гости?! И тут он услышал хохот Олега.
— Олег, вот это сюрприз, дружище! Как я рад тебя видеть!
— Рим, Олег, вы еще успеете наговориться! — воскликнула Вера. — Там, между прочим, шашлык остывает. Берите блюда с картошкой и десерт.
— Рим, проводи гостей и возвращайся за мной. Надо запереть ворота и дом изнутри.
Римас вывел Олега и Варвару через подвал и велел идти в домик-беседку. Запер ворота и вошел в дом. Вера, надев теплые ботинки и куртку, ждала мужа с большущей миской, в которую уложила трубочки, присыпанные сахарной пудрой и прикрытые льняным полотенцем.
— А это что? — удивился Римас.
— Мой сюрприз. Это десерт, тебе понравится!
— Самый лучший десерт для меня это ты, любовь моя. Я до сих пор хожу как шальной после сегодняшней ночи, точнее, утра.
— Рим, нам с тобой нельзя засиживаться сегодня с гостями допоздна. Я должна еще раз прочитать весь текст, чтобы не было опечаток. И ты обещал мне сделать маникюр!
— Я не забыл, любимая! Мы все успеем. Прошу сейчас только один поцелуй!
— Один?! — усомнилась Вера и сама, обняв мужа, поцеловала его со всей страстью. Остальное получишь позже! Идем, нас ждут!
Они вошли в павильон под аплодисменты и свист собравшихся. Римас предложил всем наполнить бокалы. Гости предпочли водку. Детям, Вере и себе он налил компот.
— Дорогие мои, две недели назад мы с Верочкой поженились, — обратился ко всем Римас и обнял Веру, прижав к себе. Мы так долго и трудно шли к этому долгожданному событию, что я готов отмечать его каждый день всю оставшуюся жизнь. Сегодня мы решили отметить наш первый «медовый полумесяц». Не смейтесь! Мы приглашаем вас разделить с нами этот маленький праздник. А какой праздник без цветов и подарков! — воскликнул Римас и преподнес Вере букет алых пионовидных роз.
— Рим, любимый, спасибо! — Они такие красивые!
— Это не все, родная, — сказал Римас, надевая на шею Вере подвеску Cartier Trinity.
— Ты сошел с ума! — ахнула Вера. — Ты что, скупил всю коллекцию?!
Вик озорно засвистел и выкрикнул: «Горько!». Упрашивать молодоженов не пришлось.
Выпив за счастье молодых, все накинулись на еду. Шашлык получился очень вкусным. А подлива и картошечка по-деревенски стали отличным дополнением к сочному мясу.
— Мам, пап, — подал голос Арсений. — Класс! Ты, пап, приготовил обалденный шашлык и подливу, а мама картошечку... Как же это вкусно! — театрально закатил он глаза под лоб. — Получается, что вы очень гармоническая... нет, гармон... Опять запутался... Гармоничная пара!
— Спасибо, сынок! Ты подсказал красивый тост: «За гармонию в семье!» — провозгласил Римас.
— Прекрасный тост! — тихо сказала Вера, положив голову на плечо мужа. — Я очень люблю тебя, Рим!
Народ ел, пил и веселился. Тетя Люда достала из духовки разогретые пироги.
— Можно нам целый на двоих! — попросил Вик, на руках у которого сидел счастливый Яшик.
— Интересно, а где же Яшка?! — удивился Римас.
— Сказал, что пошел за сигаретами. Я предложил ему свои, — сказал Олег. Но он отказался.
— Слушайте, а что если мы все сейчас поднимемся, возьмем свои столовые приборы и все, что тут наготовили и переместимся в гостиную. Там просторно и можно потанцевать! — предложил Римас.
Громкое ура и радостный лай Ястребка послужили сигналом для быстрого перемещения в дом.
Римас и Олег прихватили с собой кастрюли с шашлыком, пироги, салат и трубочки. Дед Вася собрал в огромную миску всю грязную посуду и отнес на кухню, а Нора взялась ее мыть. Арсений помогал вытирать тарелки. Тетя Люда с Варварой заново накрыли на стол.
Римас возился с музыкальным центром. Зазвучала музыка, и он тут же пригласил жену на танец. Крепко прижав Веру к себе обеими руками, он обжигал ее шею легкими, почти невесомыми поцелуями, нашептывал слова любви, и сердце ее начинало биться часто-часто...
С большой неохотой выпустил он жену из объятий, когда музыка закончилась.
Василий Никитич с Олегом приволокли чудо-самовар и предложили всем отведать настоящего чая.
Красиво выложив на специальную трехъярусную подставку присыпанные сахарной пудрой трубочки с заварным кремом, Вера внесла десерт под шутливую команду тети Люды: «чайники», вам направо! А вам, «кофейники», — налево!»
— Бабуль, я правильно понял, что «чайники» будут пить чай, а «кофейники» кофе, — уточнил под общий хохот Арсений.
Подсчитав число сторонников кофе, он удивился. Кофеманы победили со счетом 6:5. И еще больше удивился, увидев в числе любителей кофе деда Васю!
Трубочки с кремом вызвали всеобщий восторг.
— Солнышко мое, ты настоящая волшебница! — заявил Римас, наслаждаясь чудным пирожным. — Сразу всех предупреждаю, рецепт шедевра не продается! Это будет наша фирменная марка!
— Тетя Вера, я когда вырасту, женюсь на тебе, — сказал маленький Яшик и поцеловал ее в щеку.
— Ты же мой хороший, — умилилась Вера. Тебе понравились мои трубочки! Я обязательно положу в коробочку для тебя несколько штук, и ты дома съешь с молочком.
— Да, Верочка, твои трубочки, словно боевой снаряд, всех уложили наповал, — дал свою оценку Василий Никитич.
После чая все стали с интересом рассматривать фотографии, сделанные во время поездки.
Римас вспомнил, что накануне он забрал на почте заказное письмо с их фотографиями на предрождественской ярмарке и добавил их к просмотру. Он комментировал особо интересные и необычные снимки.
Всем понравились фотографии яблочной акции от Арсения.
— Ты молодец, Арс! — воскликнул Вик. Мне очень понравилась твоя подача яблочного урожая.
— Эврика! — вскрикнул вдруг Римас. — Вик, ты гений! А ты, сын, дважды гений! Вы оба мне сейчас подкинули отличную идею к защите.
Фотография, на которой Римас на банкете отжимается на одной руке, вызвала восторженные возгласы женской половины и легкую зависть мужской. Еще бы! Сквозь тонкую облегающую рубашку Римаса отлично просматривались рельефные мускулы и кубики пресса.
Олег очень живо прокомментировал эту фотографию и сам банкет. Все смеялись от души.
Фотография Веры в вечернем светло-сером платье, будто усыпанном жемчужинками, демонстрировала ее идеальную фигуру. А декольте, открывающее грудь и красивые плечи, заставило и мужчин, и женщин затаить дыхание.
— Какая же ты, Верочка, красавица! — не сдержала восхищения Варвара.
* * *
Пока гости танцевали и веселились, Римас предложил Вере свой план: они поднимаются к себе, он печатает статью, которую заберет Вик, она же занимается вычиткой.
Прошло почти полтора часа. Закончив вычитку, Вера с удивлением обнаружила, что Римас не печатает, а что-то быстро записывает на листе бумаги.
Он был так увлечен, что не заметил, как она подошла. Стоя за спиной, Вера увидела как быстро, сокращая слова, он записывал какие-то важные для него мысли. И она решила ему не мешать.
Когда в дверном проеме показался сын, она жестом остановила его, чтобы случайно не сбить ход мыслей Римаса. Арсений вошел очень тихо и шепотом спросил, скоро ли они освободятся, на что Вера молча пожала плечами.
— Верочка, сынок, что же вы сидите тихо, как мыши? — удивленно вскинул голову Римас.
— Ты был так увлечен, Рим, что мы не захотели сбивать тебя с мысли.
— Спасибо, мои родные, — сказал Римас, и сел на диван между ними, обняв обоих.
— Сын, ты своим плакатом на фото с яблоками и Вик, назвавший твою акцию хорошей подачей, навели меня на мысль использовать во время защиты диссертации слайдовую презентацию. — Завтра будем в «Березке» и посмотрим мощный диапроектор.
— Кстати, а как там наши гости? — спохватился Римас.
— Нормально, пап. — Сказать, что вы скоро спуститесь?
— Да, сынок, — ответил Римас. Сейчас упакуем статью для Вика и придем.
— Рим, ты хочешь сказать, что статью ты успел отпечатать?!
— Конечно! Ты не удивляйся, любимая. Просто мы с сыном осваиваем новое... несколько иначе и быстрее.
— Я понимаю. Мама всегда говорила, что он развит не погодам. А с тобой, Рим, его задатки проявляются все ярче и ярче.
— Я очень счастлив, родная моя, что мы наконец-то все вместе!
— Так-так, мы их там ждем, а они тут целуются! — неожиданно раздался смеющийся голос Вика.
— Завидуешь? — усмехнулся Римас.
— Завидую, — честно ответил Вик. Только не выпускай свое жало, Скорп! — рассмеялся он, подняв руки вверх. Мне нужно с тобой поговорить.
— Солнышко, ты, пожалуйста, разложи по папкам распечатки. Мы с Виком пообщаемся в гостиной.
Мужчины перешли в малую гостиную, а Вера по диагонали просмотрела последнюю распечатку Римаса и убедилась, что текст набран без опечаток. Скрепив странички степлером, она разложила все по плотным папкам и собралась идти к гостям.
— Верушка, подойди к нам, пожалуйста. Нам очень нужен твой мудрый совет, — окликнул ее Римас.
— Рим, что-то случилось? — спросила Вера и внимательно посмотрела на обоих. Я, так полагаю, речь пойдет о Якове и Кире?
— Как ты догадалась! — удивился Вик.
— Тут и гадать не надо. Яков с момента нашего возвращения ходил сам не свой, наэлектризованный какой-то. Кира вообще вся никая... Яшик сегодня в папы выбрал тебя, Вик.
— Как это! — воскликнул Римас.
— Очень просто, родной. Дети тянутся к тем, кто их понимает и любит. Вот и Яшик почувствовал, исходящее от Вика тепло. Он просто сказал, что хочет видеть его своим папой, потому что другой папа, простите меня, козел! Что касается Якова, Нора видела, как он целовался с какой-то женщиной и уехал с ней на машине. При этом за рулем сидел он.
— Да-а, солнышко, Агата Кристи отдыхает...
— Не знаю, какого совета вы от меня ждете, мальчики, но скажу вам откровенно: во всей этой истории мне очень жалко только малыша.
Яков, как минимум, дважды унизил Киру. В первый раз, когда она сообщила ему о ребенке. Он тогда трусливо солгал, что у него не может быть детей. Во второй раз — сегодня. Первое время маленький Яшик тоже очень радовался, что у него есть папа. А потом сник. Дома ему было плохо. Я не знаю, кто из них виноват в том, что семья разваливается.
— Я понимаю, Вик, что ты хочешь помочь Кире. Поэтому выслушай мой совет: если не собираешься строить серьезных отношений, не морочь голову ни ей, ни ребенку. Последствия еще одного предательства непредсказуемы для малыша...
Все трое долго молчали. Римас был потрясен. Как тонко и, главное, в унисон с ним Вера прочувствовала чужую боль.
— Моя единственная и любимая женщина, склоняю голову перед тобой, — сказал Римас, опустившись перед Верой на колени. Ты — мой свет, моя радость и мое счастье! Все, о чем ты сейчас говорила, я принимаю и разделяю полностью.
— Знаешь, Римас, я рад, что вы с Верой в своем мнении едины,— сказал Вик, целуя руку Вере. Я полностью с вами согласен. Свой выбор я уже сделал.
Вик не успел договорить, как громкий дверной звонок оповестил о приходе очередного гостя.
— Неужели Якову хватило наглости вернуться, — пронеслось в голове у Римаса. — Спущу с лестницы мерзавца, ей-богу!
Но это был не Яков. Пришел Андрей, который жил во флигеле у Василия Никитича. Он сказал, что встретил Якова, и тот попросил его передать письмо Римасу.
Несмотря на то, что Андрей отнекивался, Римас пригласил его за стол, познакомил с присутствующими, угостил и рассказал историю их знакомства.
Узнав, что Андрей работает барменом и знает о кофе все до мельчайших нюансов, тете Люде срочно понадобилась консультация профессионала.
— Пропал парнишка почем зря! — рассмеялся Василий Никитич. — Сейчас Люда его уболтает и все секреты кофеварения из него вытянет.
— Да-да! — поддержал его Римас, смеясь. — Тетя Людочка — непревзойденный мастер по развязыванию языков.
— Ух ты! Нора, пойдем поучимся! — предложил Арсений, и они скрылись на кухне.
Римасу не хотелось открывать письмо Якова. Он примерно знал, что там будет написано. А предательства он не прощал. В то же время он понимал, что письмо следует прочитать, хотя бы для того, чтобы Вик не наломал дров.
Пройдя в свой кабинет, он вскрыл конверт. Это было не письмо, так... записка. Быстро пробежав ее глазами, Римас усмехнулся. Ничего другого он и не ожидал. Записка было сумбурной, впрочем, как и все, что делал Яков. Он просил его не осуждать, а понять. Ха-ха!
— Я встретил женщину своей мечты, — писал Яшка. — Мы подали заявление и послезавтра нас распишут. С работы я уволился. Свадьбы не планирую.Мы уезжаем в Москву. А через месяц я уже буду гулять по Бродвею. Хочу жить в свободной стране!
И все... Ни одного слова о Яшике и Кире...
Римас был полностью опустошен. На ум ему пришел один из принципов закона Мерфи: Anything that can go wrong will go wrong /Если что-нибудь может пойти не так, оно пойдет не так/.
В истории любви Якова и Киры все было не так с самого начала. И Римаса вдруг охватил ужас. В истории их любви с Верой тоже все было не так. А что если...
— Нет, нет и нет! — гнал он дурные мысли от себя. — Нас нельзя сравнивать! В нашем случае закон Мерфи не срабатывает!
Нелепая случайность изменила направление наших судеб, но не изменила нас. При первой нашей встрече нам с Верой хватило нескольких минут, чтобы понять: мы созданы друг для друга. Мы встретились и совпали, как две половинки и наша любовь навсегда! А сейчас наша любовь еще сильнее, потому что помним, как нам было плохо и одиноко.
Я не способен на подлость и не предавал своего ребенка. Я просто не знал, что он родился. Но я все эти годы искал Веру и нашел! Судьба мне простила мою оплошность и вернулась в прежнее русло, подарив сына. Мы выстрадали свое счастье. Моя семья — это то, ради чего я живу! Поэтому у нас все будет хорошо!!!
Успокоившись, Римас вернулся в гостиную и вызвал Веру и Вика на совещание. Нужно было решить, как сказать Кире о подлости Якова.
Прочитав записку, Вик обрадовался.
— Я завтра же увезу их к себе. После командировки женюсь и усыновлю Яшика. И будет он Яков Викентьевич Северский! А еще лучше сменю ему имя и назову Римасом!
Римас с Виком так захохотали, что направлявшийся в кабинет Олег, постарался побыстрее присоединиться к такой веселой компании.
— Ребята, у вас тут так весело! — воскликнул он. — Я подумал, что вы играете во что-то или фильм смотрите.
— Да нет, мы просто немного подурачились.
— Римас, там девушка с ребенком, я забыл ее имя, искала вас с Верой. Она, по-моему, собирается домой.
— Я сам с ней поговорю, — вскочил с места Вик.
— Вик, вы можете поговорить в малой гостиной. Мешать вам там никто не будет, — сказал Римас.
— Лечу!
— Олег, ты извини, что никак нам с тобой не удается пообщаться. Просто за последние дни произошло столько событий...
— Рим, не буду мешать вам! Я пойду к девочкам, — сказала Вера.
Она ушла и сразу стало как-то пусто, почувствовал Римас и вспомнил, что собирался поговорить с ней сегодня по поводу работы.
— Я не успел тебя поздравить, дружище! — сказал Олег. — Ты, оказывается, уже директор школы. Скажи, а Варенька, твой заместитель? Она замужем?
— Заместитель и не замужем! — рассмеялся Римас. Слушай, Олег, мы завтра с Верой и сыном обедаем в тесном кругу с нашими знакомыми. Уедем с утра. Нам надо завести домой Варвару, да еще обои для кабинета присмотреть. Давай я попрошу ее показать тебе город. Отдохнете, погуляете. А часиков в пять мы вас заберем домой. Варвара приняла предложение пожить у нас. Трудно из города ездить зимой по морозу и гололеду сюда и обратно каждый день.
Олегу понравилось предложение Римаса, особенно та его часть про «погулять и отдохнуть».
— Слушай, а как там поживает моя фрау Эльза.
— Она буквально тает на глазах, Римас. Боюсь, не дотянет до Нового года. Я мог бы здесь задержаться еще на несколько дней, но мне как-то тревожно.
Знаешь, она очень много мне рассказывала о тебе, причем с такой любовью, будто ты ее сын или близкий родственник.
— Да нет, Олег, последним родным человеком для меня был мой дед. Эльза — одинокая женщина. Она сама мне об этом рассказывала. Но между нами всегда была связующая нить. Мы понимали друг друга. Мы не так часто виделись, но пару дней своего отпуска я посвящал ей полностью.
— Римас, извини, пожалуйста, — вошел в кабинет Вик. — Можешь открыть мне ворота? Я отвезу Киру и Яшика к ним домой.
— Тебе удалось с ней поговорить?
— Толком нет. Она в шоковом состоянии. Я останусь там на ночь, а утром приеду сюда.
— Держись, дружище! Не дави на нее. Ей сейчас очень плохо. И напои ее водкой, что ли... или валерьянкой. Ей нужно расслабиться, снять стресс.
— Я понимаю.
Кира одела ребенка и ждала Вика. Вера положила им еды на случай, если проголодаются. И, конечно, трубочки для Яшика. Она попросила Киру собрать необходимые вещи, так как вечером они заедут за ней и заберут с Яшиком к себе.
Римас открыл ворота. Усадив ребенка и Киру в машину, он подошел к Римасу поблагодарить его за понимание. Они по-дружески обнялись, и Римас шепнул ему на ухо: «Подумай хорошо, Север! Твой ли это шанс?»
— Не сомневайся! — ответил Вик.
Вера с Варварой заканчивали уборку в гостиной, когда вошли Римас с Олегом.
— Мы пришли на помощь, а тут, оказывается, и убирать нечего, — удивился Римас. В таком случае у нас появилось время на твой маникюр, любимая! — обрадовался он и подхватил Веру на руки.
Сидевшие у телевизора Арсений и Нора, навострили уши.
— Рим, ну что ты делаешь?! — шепотом возмутилась Вера.
— Я не совсем понял про маникюр, — заинтересовался Олег.
— Сейчас поймешь, — ответил Римас и усадил Веру на диван.
— Ты помнишь, Олег, как все дамы на банкете с ахами-охами бросились рассматривать Верочкин маникюр. Имя автора так и осталось тогда секретом. Но сейчас справедливость восторжествует, и автор предстанет перед вами и скромно скажет: «Это Я!» — рассмеялся Римас.
— Ух ты, пап, ты прямо стихами заговорил!
— Неужели правда?!
— Олег, ты что, забыл, в какой художественной школе я учился?! — Мы изучали там много чего: рисунок, лепку, графику, декоративно-прикладное искусство, пластическую анатомию и т.д. А помнишь тот случай на выпускном?
— Еще бы мне не помнить его! — рассмеялся Олег. — Я тогда только начинал работать с твоим дедом и ужасно его боялся. А тут его вызвали в твою художку, и он взял с собой меня. Ты лучше расскажи... как ты тогда отличился!
— Звучит интригующе! — воскликнула Вера. — Давай рассказывай! И все ее поддержали.
— Ладно, слушайте! Как вы уже догадались, я учился в художественной школе. В тот год в выпускном классе особо продвинутых учеников, сам удивляюсь, как я среди них оказался, допустили к работе с натурщиками. Это было событие! Еще бы! Работа с настоящими натурщиками не входила в программу обучения. И мы, пятнадцатилетние сопляки, загадали желание, чтобы в нашу группу попала красивая женщина-натурщица. Да-да, не смейтесь!
Нам повезло! Так думали мы... Но когда она вошла и, скинув свой халат, повернулась к нам лицом, водрузив с трудом ногу на низкий табурет, мы все остолбенели, как жена Лота при бегстве из Содома.
— Вы когда-нибудь видели бойцов сумо?! Вот эта дама была в разы больше. До войны мадам Леокадия была борчихой, так называли цирковых женщин-борцов, и успешно выступала в цирке. Но за многие годы промчалась ее молодость, тело и мышцы одряхлели, живот повис фартуком... Над верхней губой вытянулась линия усов. А мы, дураки сопливые, размечтались. Уж очень нам хотелось разглядеть то самое… «запретное место»! Гормоны-то уже начинали бродить... Нет, конечно, изучая историю искусства, мы видели работы великих мастеров, но хотелось взглянуть хоть одним глазком, что называется, вживую.
Увидев наши обескураженные рожи, она захохотала баском: «Ну что, паршивцы, обломилось вам!»
Короче, я быстро набросал рисунок, особо не усердствуя. Время шло, а я сидел и думал, чтобы еще добавить к рисунку. Поскольку эта тетя была больше похожа на дядю, да еще и обманула наши ожидания, я в отместку пририсовал ей сначала бороду, а затем, не знаю почему, и «мужское достоинство». Хотел еще пририсовать фиговый листок на причинном месте, но не успел. Время истекло и работу забрали!
Римас еще не закончил свой рассказ, а хохот стоял безудержный. Вера, Варвара и тетя Люда сползли с дивана на пол и рыдали от смеха. Дед Вася время от времени обмахивался носовым платком, а потом начинал опять хохотать. Арсений с Норой, держась за животы, хохотали взахлеб, поскуливая по-щенячьи. Смеялись и Римас с Олегом.
— Пап, а что было дальше? — спросил Арсений, когда приступы смеха поутихли.
— Меня хотели исключить, сынок. Но вмешался дед. Увидев рисунок, он долго хохотал, узнав, что на рисунке женщина. А потом спросил: «К рисунку есть претензии? Нет? Вот и оценивайте по рисунку!» Кстати, дед тогда забрал мою работу себе. Дальнейшая судьба «шедевра» неизвестна. Но думаю, что моя выходка подтолкнула деда к принятию более жестких мер. После школы меня обязали по 2-3 часа отрабатывать в банке. Я разносил почту, ухаживал за цветами, выносил мусор и даже варил деду кофе.
Так что, дорогие мои, сделать своей жене маникюр, — Римас с любовью и нежностью посмотрел на Веру, — и нанести простейший рисунок на ноготок для меня не составит труда.
— Ах, красавчик, ну какой же ты, оказывается, был проказник! — воскликнула тетя Люда.
— Римас, а можно хоть одним глазком посмотреть, как ты наносишь рисунок, — взмолилась Нора.
Римас ненадолго задумался, а потом сказал: «Я думаю, твой друг Арс сможет объяснить и показать, что и как можно изобразить на ногтях не хуже меня, а дальше — уже дело твоей фантазии».
— Сынок, я надеюсь, ты не откажешь Норе в помощи? Ты же помнишь сам принцип?
— Да. Я постараюсь, пап!
— Спасибо, сын!
— Кто будет пить чай с трубочками? — спросила тетя Люда.
— Все, бабуль, будут. Тут и спрашивать не надо!
— Оставьте нам парочку в холодильнике, пожалуйста. Мы позже спустимся, — попросила Вера.
После душа Римас взялся за маникюр, хотя понимал, что разговор о работе важнее. Но никак не решался его начать. Вера тоже оттягивала трудную минуту.
— Верушка, родная, я бы хотел с тобой поговорить, — решился таки Римас. Конечно, последнее слово я оставлю за тобой. Но, прошу тебя, выслушай и не торопись с ответом, ладно?! Вера молча кивнула головой.
— Солнышко, я все время думаю о том, как ты будешь совмещать работу начальника отдела переводов с домашними заботами. Зная твою перфекционистскую натуру, ты во вред своему здоровью, будешь стараться все успевать делать на отлично и в срок. Знаю по себе, сам такой же. Но я мужчина, а ты хрупкая женщина...
Римас не успел договорить, как со слезами на глазах Вера бросилась ему на грудь.
— Рим, любимый, я сама хотела сказать тебе об этом, но никак не могла собраться с духом. У тебя впереди защита и тебя нужно поддержать. Арсению тоже нужна будет помощь, мы же сами предложили ему экстернат. А вдруг я забеременею, Рим?! Я так этого жду!.. Получится, что я подведу всех, включая Седецкого, который будет на меня рассчитывать.
Я не знаю, что мне делать, Рим! Семья для меня важнее всего, но и осесть дома я не хочу.
Римас ликовал. Его любимая жена реально оценила свои силы.
— Ты не осядешь дома, родная. Позволь я сам поговорю с Глебом. Скажи, тебя устроит один присутственный день в неделю? А в остальное время ты будешь работать дома и заниматься своей семьей, а по субботам — факультативами.
— Но как, Рим?!
— Глебу нужен начальник? Он у него будет. Помнишь, ты говорила о своем однокурснике, которому ты помогала с техническими переводами?
— Да. Это Виктор... Мой лже-жених, — усмехнулась она.
— Вот его мы и предложим Седецкому. А ты будешь этому, как его... Виктору немного помогать. А потом, когда настанет время, а оно обязательно настанет, я выкуплю для тебя это издательство и ты будешь его владелицей.
— Неужели это возможно, Рим?
— Стать владелицей издательства?
— Нет. Меня эти фантазии не интересуют. Пока...
— Предоставь это мне, любимая, и все получится!
* * *
После двухнедельного перерыва Римас, Вера и Арсений, не сговариваясь, возобновили утреннюю зарядку. К ним даже присоединился примчавшийся рано утром счастливый Вик.
Они с Кирой договорились, что она будет ждать его возвращения из командировки. Здесь же в сельсовете они распишутся и выправят свидетельство о рождении ребенку.
С утра пораньше приехали братья Михеевы, и установили в кабинете быстро и аккуратно обе двери. Проблему обогрева второй комнаты, в которой отсутствовало отопление, предложили до весны компенсировать постоянно открытой межкомнатной дверью и электрокамином.
Поскольку обои для второго кабинета не были куплены, бригада занялась утеплением гаража и установкой металлических ворот.
Римас предложил Олегу поехать с ними в город на своей «единичке». Им удалось, не привлекая внимания Арсения, забрать со склада подарок для него ко дню рождения — мопед «Рига-11».
Олег повез Варвару домой. Было заметно, что у них наметились отношения. Поэтому, видимо, Олег интересовался работой в селе и городе.
В «Березке» они купили оригинальные комбинированные обои, которые одобрила Вера, а также мощный диапроектор и, самое главное, электрокамин. В продуктовом отделе пополнили к приближающимся дням рождения Римаса и Арсения запасы сыров, колбас, майонеза и купили две больших банки атлантической сельди.