Всему свое время

Утро началось с суеты. Накануне смотрели игру. Спать легли поздно. Пока шла игра, Вера перегладила сыну все рубашки, подготовила школьную форму и даже собрала свою дорожную сумку.

Быстро накормив семью завтраком, она занялась собой. А Римас отправился собираться, но обещал быстро вернуться. Арсений вывел на прогулку Ястребка.

Они уже подходили к дому, когда подъехал на такси Викентий Северский с огромным тортом и букетом цветов. И почти тут же появился Римас с небольшой дорожной сумкой через плечо.

Арсений представил гостя Римасу, и они обменялись рукопожатиями.

— Римас, Арсений, что же вы держите гостя у порога, — засуетился, спускаясь по ступенькам Василий Никитич.

Взглянув на Викентия, он схватился за сердце. Вик очень был похож на своего отца.

— Дед, ты как, в порядке? — забеспокоился Арсений.

— Да, внучек, все нормально... Это воспоминания...

Римас жестом попросил у Вика торт и цветы, чтобы он смог обнять Василия Никитича. Тот в ответ кивнул с благодарностью.

Наконец с официальной частью было покончено, и все вошли в дом.

Увидев, вышедшую навстречу Веру в стильных бриджах и легкой ажурной блузе, Вик восхитился ее новым имиджем.

Женщина, стоявшая сейчас перед ним, была не только очаровательна, но и уверена в себе и своей красоте. Передав Вере букет и торт, Вик почувствовал себя почти Пигмалионом.

Она пригласила всех в гостиную, где уже был накрыт стол. В центре стоял, источая ароматы, присыпанный сахарной пудрой творожный пирог с яблоками. Домашнее вишневое и земляничное варенье, садовые груши и яблоки дополняли чайно-кофейную композицию.

Однако нос Арсения угадывал еще какие-то восхитительные ароматы, доносившиеся из кухни. Радости его не было предела, когда Римас, помогавший Вере на кухне, внес два блюда с аккуратными бутербродами с финским сервелатом и сыром, а Вера — плетеную корзиночку булочек с начинкой из грецких орехов. «Интересно, когда же мама успела их испечь» — пронеслось в его голове.

— Сейчас будет готов кофе, и можно садиться за стол, — сказала Вера.

И тут Викентий, хлопнув себя по лбу, бросился к небольшому пакету, который он положил на край стола.

— Друзья мои, я совсем забыл о небольшом презенте. Это кофе с восхитительным вкусом, который мне время от времени привозит мой приятель из Индии! — воскликнул Вик.

— Уж не плантейшн ли? — усмехнулся Римас. — Если так, то это сто́ящий кофе, с едва ощутимым шоколадным ароматом и легкой кислинкой. Такому презенту мы будем очень рады!

— Он самый, — удивился Вик и, вглядевшись внимательно в лицо Римаса, радостно завопил: «Я узнал тебя, Римас Йонас, узнал! Ты же тот самый непобедимый капитан Вильнюсского университета, который вывел команду КВН в полуфинал, а потом исчез».

— Не такой уж и непобедимый… и вовсе не исчез, — проворчал Римас. — У меня тогда умерла мама, и мне не хотелось ни с кем общаться. А потом я поступил в аспирантуру, немножко поиграл в команде и понял, что нужно искать что-то другое.

— Ну и как, нашел? — спросил Вик.

— А то! — ответил Римас, и оба понимающе рассмеялись.

— Вот это да! — восторженно воскликнул Арсений. — Рассказать кому — не поверят!

— Эй-эй! — шутливо пригрозил ему Римас, и отправился варить кофе.

Кофе, действительно, был необычным, мягким и бархатистым. Вик оценил мастерство Римаса. А уж Верин пирог и, особенно, булочки с орехами, сразили его наповал.

После кофе пошли осматривать дом. Вику очень понравилась и планировка дома, и ремонт, и удобная мебель, и сохранивший свою первозданность кабинет.

Он внимательно рассматривал рисунки и фотографии, гербарии, альбомы и книги. На одной из групповых фотографий Вик узнал своего отца. Такой фотографии в их семейном альбоме не было. А прочитав письмо отца к Арсению Ясинскому, попросил разрешения сфотографировать и письмо, и фотографию.

Вик попросил Василия Никитича рассказать ему о том, каким человеком был его отец, об их дружбе и о том, что же случилось с Арсением Ясинским.

Выслушав рассказ, он тоже удивился тому, что освобожденный по суду человек, был неожиданно расстрелян.

— То, что твоего отца реабилитировали, хоть и посмертно, это большой плюс, — сказал Вик, обращаясь к Вере. — Но я согласен со всеми, надо докопаться до истины.

Время быстро пролетело, и за Виком подъехало такси. Прощаясь, договорились, что все обязательно приедут к нему в гости, и он, по возможности, будет их навещать.

Уже сев в машину, Вик подозвал к себе Римаса и еле слышно прошептал: «Не упусти свое счастье, капитан! Поверь, вы идеальная пара».

Почти все оставшееся до отъезда время Вера инструктировала Арсения и Василия Никитича, что и как нужно делать. Те потихоньку посмеивались, но обещали четко следовать инструкциям.

— Дед, а как тебе Римас? — поинтересовался Арсений, когда Вера с Римасом уехали.

— Я симпатизирую ему, — ответил Василий Никитич. — Очень позитивный молодой человек. А почему ты вдруг спрашиваешь о нем?

— Понимаешь, дед, мне кажется, что он влюблен в маму. А она, похоже, боится ответить ему из-за меня. Мне он очень нравится. С ним просто и интересно, и я... Я бы хотел, чтобы у меня был такой отец!

— Давай, внучек, мы предоставим маме право самой решать такие вопросы.

* * *

Конференция, на которую отправили Веру и Римаса была насыщенной и интересной. Много говорили о новых формах и методах обучения.

Но Римаса особенно заинтересовала идея появления в стране новых типов образовательных учреждений — лицеев и гимназий, которая была отчасти созвучна теме его диссертации. Он даже попросил слова и высказал свое видение этой темы. Его выступление оказалось настолько интересным, что организаторы конференции включили Римаса в состав рабочей группы по разработке концепции лицейского и гимназического образования.

Вере очень понравилось его выступление, и она искренне радовалась, что идеи Римаса нашли такой отклик.

До отъезда оставалось несколько часов, и они решили прогуляться по Калининскому проспекту и Старому Арбату.

— Послушай, Рим, не обидишься, если я попрошу тебя сходить со мной в Елисеевский? — спросила Вера.

— Как… как ты меня сейчас назвала? — удивился Римас.

— Ой, прости меня, пожалуйста, я не хотела тебя обидеть, — принялась оправдываться Вера.

— Нет, все нормально. Не оправдывайся, пожалуйста. Это было очень приятно слышать... Так называла меня моя мама.

— Я с радостью схожу с тобой в Елисеевский, но перед этим давай зайдем в ювелирный. Он рядом. Меня кое-что попросили купить.

— С удовольствием! — согласилась Вера.

Войдя в магазин и оглядевшись по сторонам, Вера направилась к отделу с янтарем. Ее внимание привлек оригинальный браслет с безупречно чистым камнем, внутри которого находилось насекомое с расправленными крылышками. Это говорило о том, что янтарь настоящий. Она даже попросила его примерить. Камень будто излучал тепло и переливал энергию солнца в ее руки.

— Этот браслет прекрасно смотрится с вашим комплектом, — одобрила выбор девушка-продавец.

— Да, спасибо! Но цена... Она явно не вписывается сегодня в мой бюджет, — ответила Вера, с сожалением возвращая украшение.

В это же время Римас расплатился за какую-то покупку и подозвал Веру.

— Мне нужна твоя помощь, — сказал он. — У тебя какой размер безымянного пальца?

— Семнадцатый, — удивленно ответила Вера.

— Слава Богу, подходит.

— Что подходит?

— Размер подходит, — ответил Римас и кивнул продавщице. Та так же кивком ему ответила.

— Меня попросил близкий человек выбрать кольцо для его невесты. — Вот ты сама, какое бы выбрала кольцо, невзирая на цену.

— Но, Рим, ты сам подумай! — воскликнула она. То, что могу выбрать я, может совсем не понравиться девушке. И тогда из-за нас свадьба расстроится.

— У тебя безупречный вкус! Выбирай! Нам ведь еще надо успеть в гастроном.

Вера ненадолго задумалась. Посмотрела на Римаса, который стоял рядом с закрытыми глазами. Он как будто загадал что-то и ждал результата.

— Странно, — подумала она, и попросила примерить эффектное кольцо с сапфиром, бриллиантами и эмалью.

— Я бы выбрала это, — сказала она и ей показалось, что Римас, открыв глаза, радостно выдохнул «Yes!».

— Отличный выбор! — сказала продавец. Оно называется «Признание».

Кольцо сидело на пальце безупречно. Полюбовавшись, Вера сняла его и протянула продавцу.

Римас пошел оплачивать покупки, а Вера вышла на улицу.

— Ну что, идем в Елисеевский? — весело спросил Римас, выйдя из магазина.

— Конечно, идем. Быть в Москве и не привезти ничего вкусненького Арсению и деду Васе? Да меня просто не поймут! — рассмеялась Вера. — И все-таки, Рим, я очень беспокоюсь за кольцо, которое ты купил для невесты друга. Вдруг оно не понравится?

— Оно не может не понравиться! Я ведь тоже обратил на него внимание, а ты, как женщина с изысканным вкусом, подтвердила мой выбор, — сказал Римас, и на ходу приобняв Веру, поцеловал. Поцелуй пришелся на ухо, и они громко рассмеялись.

В магазине Вера предложила разойтись по разным отделам. Но Римас сказал, что будет лучше, если они будут рядом. Во-первых, можно посоветоваться насчет количества, сорта, цены и т.д. Во-вторых, на двоих можно купить больше, чем на одного. В-третьих, ему просто хочется быть рядом с Верой.

Несмотря на большое количество покупателей, они потратили на все покупки чуть больше 40 минут. Как Вера не противилась, но все покупки, а их было немало, оплатил Римас.

Неподалеку от магазина, они нашли небольшое кафе, пообедали и рискнули заказать по чашечке кофе. Восхитительный аромат кофе усиливался по мере приближения к ним официанта.

Попробовав кофе, Римас попросил пригласить бармена, который готовил кофе.

— Что-нибудь не так? — разволновался молодой человек.

— Все прекрасно! — успокоил его Римас. Нам просто хотелось поблагодарить автора за полученное удовольствие и поделиться своими догадками.

— В таком случае, я весь внимание, — ответил официант. — Я готовил этот кофе. Вы — очень гармоничная пара, и мне захотелось сделать для вас что-то необычное. Это была чистая импровизация, но, похоже, она удалась. Это робуста, но я добавил в кофе немного шоколада, щепотку кардамона и пару капель рома «Bacardi», ну и любовь ваших сердец!

— Да вы, молодой человек, философ и романтик в одном лице. Браво!!! Я бы хотел оставить отзыв о вас.

Написав отзыв, Вера и Римас отправились на вокзал, где их уже ждали коллеги, Аня и Андрей. У всех было одно желание — поскорее добраться до дома, потом погрузиться в ванну и целый день спать.

— Господи, ну почему мы должны в этот же день идти на работу, — сокрушалась Анечка.

— А кто вам сказал, что вы не имеете права на это? — удивился Римас. — Мы выходим на работу на следующий день. Неужели Елена Владимировна вас не предупредила?

— А вас, значит, она предупредила? — возмутилась Вера.

— Будем считать, что это очередной прокол в работе нашего неутомимого секретаря, — пошутил Римас.

— Я убью тебя, Йонас! — прошипела Вера.

— Мне показалось, или ты сказала сейчас «люблю»? — тихо прошептал он ей на ухо.

— Нахал! — возмутилась Вера и отвернулась от него. «По-моему, голубушка, ты его любишь. И уже давно», — возник ее внутренний голос.

* * *

На стоянке у вокзала они смогли поймать такси. Полненькая Аня уселась впереди, а между Андреем и Верой расположился Римас и сразу ее обнял. Вера попыталась освободиться, но Римас еще крепче прижал ее к себе и, состроив невинные глаза, заявил: «Должен же я за что-то держаться!»

Так они и доехали до села. Андрей с Аней вышли в центре, а Вера с Римасом поехали дальше.

На повороте к дому Вера увидела ремонтные машины, стоявшие у открытых ворот.

— У нас что-то случилось, Рим! — чуть не закричала она. — Что там делают эти люди?

— Успокойся, родная! Это ремонтники. Сейчас подъедем и узнаем.

— Похоже там просто ведут линию от дома куда-то в сад, — подал голос водитель, останавливая машину.

Вера тут же выскочила из машины и побежала к дому.

— Красивая у вас жена, — с легкой завистью сказал таксист, — на артистку какую-то похожа...

Расплатившись, Римас поблагодарил водителя и поспешил к дому.

Вера стояла во дворе в обнимку с Василием Никитичем и плакала.

— Ну что ты, доченька, плачешь. Все ведь хорошо.

— Вот, хотел сделать сюрприз, — пожимая руку Римасу, сказал Василий Никитич. — Да не успел.

— Пойдемте в дом, а то там Ястребок заливается, — сказала Вера, вытирая слезы.

Едва открылась дверь, как с визгом к Вере бросился щенок, жалуясь на одиночество.

Получив порцию ласки, хитрый щенок бросился к Римасу. Тот тоже его ласково потрепал.

— Рим, я сейчас только умоюсь и буду кормить тебя завтраком, — сказала Вера, направляясь в ванную.

Через несколько минут, прихватив футляр с зубной щеткой, там появился и Римас.

— Я принесу тебе полотенце, — сказала Вера и мгновенно выбежала из ванной. «Да... оставаться наедине с Римасом становится все сложнее», — подумала она, и тут же себя обругала.

— Господи, о чем я думаю? — пронеслось в ее голове.

— Не о чем, а о ком, — поправил ее внутренний голос. — И нечего тут думать, — продолжил он свои рассуждения. Вы любите друг друга и это прекрасно! Нельзя откладывать счастье на потом. Потом может и не случиться... Жизнь так быстротечна и в ней много поворотов, а вам еще столько надо успеть!

— По-моему, я сошла с ума, — подумала Вера и, схватив полотенце, быстро спустилась в ванную комнату.

Римас как раз закончил умываться и промакивал лицо носовым платком.

— Прости, я немного задержалась, — сказала Вера и провела рукой по его лицу.

Он тут же обнял ее и страстно поцеловал. И она ответила, растворяясь в этом бесконечном поцелуе.

— Ты разрушила сейчас одним поцелуем все мои грандиозные планы, — прошептал ей на ухо Римас.

Вера удивленно посмотрела на него.

— Я люблю тебя, Верочка, люблю... — Конечно, признаваться в любви следует не в ванной комнате, а в какой-нибудь романтической обстановке... Поэтому я меняю все планы, и приглашаю тебя сегодня на свидание, — решительно произнес Римас.

— И куда же мы пойдем?

— Мы поедем в город. В то кафе, в котором мы отмечали день 8 марта. А вечером буду просить твоей руки у Арсения и Василия Никитича. И ты, — пригрозил он пальцем, — не посмеешь мне отказать!

В это время раздался заливистый лай Ястребка.

— Это сын, — удивилась Вера. — Но почему так рано?

— Ты иди, я подойду… чуть позже, — сказал Римас, и Вера, сообразив в чем дело, смутилась.

— Мам, вы где! — позвал Арсений.

— Иду, сынок, иду!

— А где Римас? — спросил сын.

— Он моется в ванной, скоро выйдет. А ты почему не в школе?

— Потому что с одним учителем я сейчас разговариваю, а другой — моется в ванной, рассмеялся Арсений и вдруг, вспомнив о чем-то, побежал за своим портфелем.

— Вот, смотри, — протянул он Вере газету. — Здесь о Римасе здорово написано, и ваша с ним фотография напечатана. Ты там такая красивая, просто улет!

— Сын! — одернула его Вера.

— Я понял, понял, — смеясь, поднял он руки вверх. Ты не любишь сленговые выражения.

— Но иногда именно они попадают в точку и отражают самую суть, — раздался голос Римаса. А сын прав, ты потрясающе красива! Даже таксиста, который вез нас, сразила твоя красота.

— Ура! — обрадовался поддержке Арсений.

— Рим, а где наш пакет с деликатесами? — разволновалась Вера. Мы, наверно, оставили его в такси.

— Я отнес его на кухню и спрятал в холодильник, — успокоил ее Римас. — А то кто-то с черненьким носиком проявлял к нему повышенный интерес, — сказал он и ласково потрепал Ястребка.

— Так-так, мама назвала Римаса «Рим»! — Похоже, дело идет к свадьбе, — подумал про себя Арсений.

— Ты будешь чай или кофе? — спросила Вера Римаса.

— Чай. Так быстрее будет. — Я помогу тебе.

— Я справлюсь. Ты лучше посмотри, как там Василий Никитич, — попросила Вера.

— Слушаю и повинуюсь, — смеясь, ответил Римас.

— Ого! — отметил про себя Арсений. — Думаю, это уже дело нескольких дней!