Часть пятая, романтическая

Наутро я уже не была так уверена в собственных силах и письмо Владу послала скорее от безысходности. Ну чем и как он сможет мне помочь? Вдруг у него вообще британской визы нет – как он в страну-то попадёт? На дырявой лодке с беженцами? Но ответ пришёл сразу же – скупой, но обнадеживающий. Ведь не просто так он спрашивал мой лондонский адрес?

Закусив в волнении губу, я открыла сайт аэропорта Хитроу и не удержалась от сдавленного стона – рейсы поголовно задерживались, а напротив ближайшего московского борта краснела пометка отмены. Следующий, если верить расписанию, планировался на конец недели. Ну что за невезение? К субботе я с ума сойду, не в силах разобраться с чертовщиной вокруг!

Но Владислав вопреки моим опасениям появился прямиком на пороге поместья Гринстоун пару часов спустя, будто я позвала его не сорваться в далёкую Англию посреди рабочей недели, а заглянуть в соседний район по пути в офис. Из Москвы до Лондона лететь часа четыре, не меньше, как же эльф умудрился добраться до особняка в два раза быстрее? На личной ракете? Или истратил на меня амулет переноса? Да он же стоит как крыло самолёта, если способен перенести на такое огромное расстояние!

И последствия у таких игрушек для непривычного к хождению коридорами организма не самые приятные, но Влад был свеж и бодр, а не страдал от тошноты и сильного головокружения.

– Добрый день, Фиа, – с улыбкой поздоровался Влад, в реальность нахождения которого на крыльце лондонского особняка упорно не верилось.

– Привет, – с трудом вытолкнула я из пересохшего горла и откашлялась. – Ты… быстро.

– Мог бы и быстрее, – усмехнулся Влад, уверенно переступая порог, – но пока передал свои дела на ближайшие пару дней, пока собрал немного вещей и поменял тарифный план на роуминг… В общем, торопился как мог. У тебя же что-то срочное, верно? Иначе ты бы и не исчезла из офиса вот так, без предупреждения…

– Срочное, – согласно кивнула я, обняв себя за плечи. Язык не поворачивался сказать, в чём причина моей просьбы, но замалчивать и ходить вокруг да около нет ни малейшего смысла. Лучше уж выложить правду сразу, и будь что будет. Примет за сумасшедшую и вернётся в Россию? Пожалуйста, найду кого-нибудь, того же Чарльза – он вроде из семьи потомственных чародеев. Поверит и согласится помочь? Отлично! Но чтобы узнать это, лучше не оттягивать признание. Это как с пластырем – раз, и готово.

– В общем, – вздохнув, решилась я, – кто-то открыл неподалёку ведьмин круг. Кто-то чужой, но на нашей земле. И… с тех пор нас с бабушкой каждую ночь навещает призрак.

Выдержка у Влада оказалась на зависть – он лишь молча вскинул правую бровь, удержавшись от едких комментариев по поводу моей трезвости и ясности рассудка. Даже покивал пару раз значительно, выслушав мой сбивчивый рассказ о событиях двух последних дней.

– Ведьмин круг, значит, – задумчиво протянул эльф, осматриваясь. – А дом у вас, как назло, безо всякой магической защиты. Почему?

– Это тихий, спокойный район, здесь даже обычные сигнализации редкость, – ответила я, отчего-то смутившись. – И вокруг живут одни представители маг-сообщества, так сказать, все свои.

– Круг тоже не случайный прохожий открыл, – разумно заметил Владислав. – Даже, вероятнее всего, кто-то из соседей.

– Я тоже так подумала, но… но тут все веками живут, целыми поколениями, а из новеньких по соседству только один чародей, да и тот переехал уже давно.

– Надо бы с ним встретиться.

– Зачем? – насторожилась я.

– Затем, что это наиболее вероятный подозреваемый.

– Не думаю, что Чарльз на такое способен…

– Ах, Чарльз, – с непонятной интонацией протянул Влад, прищурившись, и в изумруде его глаз мне почудился холодный стальной блеск, а сам взгляд стал острым, решительным. – Тогда нам тем более стоит познакомиться как можно скорее.

Развивать разговор я не стала. Судя по всему, эльф изначально был как-то слишком предвзят к нашему новоявленному соседу, не стоит и дальше провоцировать, доводя до конфликта. Вот увидит его – истинного британского джентльмена, вежливого и спокойного, и сразу поймёт, что пугать беззащитных пенсионерок такой точно не станет. И вообще, о причинах происходящего лучше говорить лично с леди Гринстоун – вдруг я, расспрашивая, не заметила какого-нибудь тревожного звоночка вроде ссоры с соседкой-ведьмой или плевка в лицо верховному магу Альбиона.

Бабушка Скарлетт визиту Влада искренне обрадовалась. И на меня глянула этак с намёком, показав украдкой большой палец.

– Так, значит, вы познакомились с Вайолет на работе, – с улыбкой проворковала леди Гринстоун, внимательно изучая сидящего перед ней эльфа.

– Да, именно так – мы вместе работаем, – кивнул Владислав, пригубив чай из крошечной фарфоровой чашечки, абсолютно не смотревшейся в мужских пальцах инородно. Сейчас, рядом с истинной британской леди, я яснее видела то, что временами замечала прежде – горделивую осанку, аристократические манеры, идеальное произношение, чуть отдающее стариной. Вот что странно – в речи Влада почти не было современного сленга. И одевался он классическим образом, никаких тебе джинсов и кроссовок, популярных у молодежи по всему миру.

– И как вам малышка Вайолет в роли руководителя? – лукавая усмешка тронула старческие губы. – Не сильно зверствует?

– Что вы, нет, Вайолет замечательный начальник, одно удовольствие работать под её шефством. И девочки её очень любят, – нещадно польстил мне Влад и глазом не моргнув. Вот заливать насчёт всеобщей любви точно не стоило – такое даже звучит нереалистично, но бабушка словам эльфа поверила, поддакнув между делом, что в семье крошку-Вайолет любят ничуть не меньше – как-никак единственная девочка за много поколений.

Меня откровения родственницы несколько смущали, и сидеть на диване возле эльфа с каждой минутой становилось все более неловко. Слава богу, что в поместье нет альбома с моими детскими фото, иначе бабушка наверняка устроила бы Владу презентацию с пояснениями. Ведь нет же?

К счастью, бесконечно петь дифирамбы любимой внучке леди Гринстоун не стала, ограничившись четвертью часа, за которую успела похвалить меня со всех сторон, особенно почему-то напирая на мою нравственную чистоту. Хорошо, физическую не упомянула. Осознавала, наверное, что в нынешних реалиях это так себе достоинство. Скорее уж недостаток и повод внимательнее приглядеться к «невесте» – мне ведь давно не шестнадцать и даже не двадцать два.

Влад также ни на минуту не забывал, что прибыл не в гости, а практически на работу. Я даже предложила задним числом оформить командировку, покрыв траты на билеты, но мужчина лишь отмахнулся, сообщив между делом, что прибыл коридором и даже на такси из офиса не тратился.

И вроде бы ничего странного в его словах не было – многие маги с высоким уровнем силы «ходили» коридорами, пронзавшими пространство на сотни и тысячи километров. А Владислав был силён, по-настоящему силён и весьма разносторонне одарён, это я ещё в момент встречи с умным домом поняла, даже не пытаясь ввязываться в схватку двух исполинов. Но и стихийная магия, и плетения заклинаний, и пространственные переходы… как это всё умудрилось воплотиться в одном-единственном представителе маг-сообщества, пускай и эльфе? И когда он успел отточить свои навыки до мастерства, имея опыт, кажется, во всех известных мне сферах? Не удивлюсь, если он ещё на рояле играет и исполняет арии из опер!

Спустя пару часов я поняла, что у Владислава ко всем прочим талантам имеется и дар детектива. Поляну с ведьминым кругом, на которую я его привела, маг изучал со всем тщанием – выстроил масштабную купол-проекцию и снял всевозможные слепки аур, присутствовавшие неподалёку. Больше половины, разумеется, принадлежало зайцам, птицам и парочке оленей, но несколько оказались вполне человеческими. Вот эта фиолетовая, например, точно моя – и по свежести, и по цвету.

Влад весьма профессионально опечатывал улики, заставляя меня крепко задуматься, откуда у него появились подобного рода знания. В фильмах такого не показывают – снимать детективы о магических расследованиях пока никто не решился, чтобы не пугать обывателей суровой реальностью, что и среди волшебников порой встречаются преступники. Сбору улик можно научиться разве что на практике. Но когда? Зачем? Этого же не было в резюме!

– Ты сможешь найти того, кто это сделал? – поинтересовалась я, когда Владислав развеял проекцию и засобирался в обратный путь.

– Вероятнее всего, – обнадёжил он. – Сличить ауру и слепок магии не так уж и сложно, главное – встретиться с подозреваемым и вынудить колдануть что-нибудь, чтоб уж наверняка.

– Может, имеет смысл пройти по соседям?

– Думаю, пока не стоит. Я бы хотел сперва взглянуть на привидение, угрожающее твоей бабушке.

– Но призрак обычно приходит ночью…

– Значит, дождемся ночи, – не стал спорить Влад. – Ты же не против, если я задержусь здесь на пару дней?

Против я не была. И бабушка, узнав, что гость останется на ночь в особняке, развила бурную деятельность: заставила прислугу подготовить комнату и долго обсуждала с кухаркой меню для предстоящего ужина, пытаясь одновременно и поразить национальной кухней, и избежать неблагоприятных последствий для непривычного к британским изыскам желудка.

Я же устроила Владу небольшую экскурсию по Гринстоун-холлу, только коридор с галереей семейных портретов всякий раз обходила стороной. Не знаю, заметил ли эльф наше странное кружение по особняку, вида он, во всяком случае, не подал и двухчасовому блужданию не противился. А там уже и до ужина было рукой подать, и я скрылась у себя в комнате, тщетно пытаясь отыскать среди немногочисленных вещей, взятых в дорогу, хоть что-то женственное и элегантное. Увы, удалось лишь сменить драные джинсы на прямые, а футболку – на какую-то блузочку, невесть каким чудом оказавшуюся в багаже.

Ничего особенного от вечера я не ждала, но у судьбы были на этот счёт свои планы.

Чарльз, о свидании с которым я благополучно успела забыть, явился под вечер, когда сад за окнами Гринстоун-холла затерялся в сумерках. Выглядел бывший возлюбленный с иголочки – гладко выбрит, в свежей сорочке оттенка бедра смущённой нимфы и с букетом цветов. Именно последний поразил меня до глубины души – тёмно-фиолетовые, почти чёрные бутоны с жёлтыми прожилками и длинными изумрудно-зелеными листьями будто воплощали собой всю двойственность моей натуры. Что это вообще за сорт такой? Не видела прежде ничего подобного. Неужели местные феи постарались, вырастили что-то новенькое под заказ?

– Извини, ничего не выйдет сегодня со свиданием, – с напускным вздохом сожаления призналась я, принимая протянутые цветы. – У нас с бабушкой гости.

– Гости? – заинтересовался Чарльз, с любопытством вытягивая шею и явно прислушиваясь к разговору, доносившемуся из гостиной.

– Гость. Мой коллега с работы, – поправилась я. И предложила чисто из вежливости: – Зайдёшь познакомиться?

– Разумеется, – кивнул Чарльз, будто подобное было в порядке вещей и даже не подлежало обсуждению.

И я повела его за собой, прижимая к груди странный букет и ведать не ведая, куда же его пристроить. Надо, пожалуй, позвать бабушкину служанку, чтобы принесла вазу. Или попробовать поискать самой что-то подходящее?

На полпути к гостиной я осторожно понюхала необычные цветы и звонко чихнула. От приторного аромата засвербело в носу, пришлось оставить букет на ближайшей тумбочке и пойти дальше, сконфуженно озираясь по сторонам и не зная куда деть опустевшие руки. Чарльз, мигом подскочив, предложил свой локоть, и я со смущенной улыбкой опёрлась на него.

Влад, говоривший о чём-то с бабушкой, замер на полуслове. И мою руку, лежавшую на локте Чарльза, пронзил каким-то недобрым взглядом.

– Добрый вечер, – с любезной улыбкой обозрел присутствующих Чарльз. – Для тех, с кем не знакомы – Чарльз Люциус Карлстон Третий.

– Владислав Дубцов. Единственный и неповторимый, – холодно представился Влад, поднялся с кресла и в два шага очутился напротив Чарльза, оказавшись выше почти на полголовы. В плечах пресветлый эльф ничуть не уступал потомственному чародею и выглядел в тонком домашнем свитере и мягких брюках не менее элегантно, чем Чарльз в дорогом костюме.

Мужчины пожали друг другу руки, глядя глаза в глаза, а у меня волосы на затылке встали дыбом от напряжения, натянувшегося между ними, – того и гляди, молнией шандарахнет.

– Давно не виделись, Чарльз, – вклинилась бабушка, дабы разрядить обстановку. – Слышала, вы потеряли отца и мачеху… Мои соболезнования. Лорд Мэнсон был достойным человеком, насколько я знаю. И талантливым волшебником.

– Был, – угрюмо кивнул Чарльз, непроизвольно провернув на пальце фамильный перстень. Хм, а ведь это наверняка артефакт. Или защитный, или, что более вероятно, усиливающий способности мага. В юности Чарльз не отличался особыми талантами, но сейчас его аура практически пылала, соперничая по яркости лишь со сверкающим ореолом вокруг Влада. А такого не достичь упорными тренировками, таким нужно родиться.

– А ваша мачеха вроде бы была не из магического сообщества, верно? – проявила недюжинную осведомлённость леди Гринстоун. Я, например, понятия не имела, на ком женился отец Чарльза, случилось это уже после нашего некрасивого расставания.

– Да, Саманта была психологом в клинике, где за мной наблюдали после… после эмоционального шока. По сути, это она меня вылечила, отец был ей очень благодарен, вот они и… поженились, – криво улыбнулся Чарльз, а у меня почему-то мурашки по спине поползли от его странной улыбки.

– Жаль, что этот брак не подарил вам брата или сестру, сейчас не было бы так одиноко, – вздохнула бабушка, для которой семьи с одним ребёнком всегда казались неполноценными. Она даже мою маму не раз уговаривала порадовать родственников ещё одной очаровательной девочкой, но родители только отмахивались – им и меня одной хватало с лихвой, особенно во время пубертата.

– Отец хорошо относился к Саманте, но общие дети… – Мужчина неуловимо поморщился, как от чего-то кислого. – Вы же, конечно, знаете, что в нашей семье чтят устои сообщества и не разбавляют кровь, а вместе с ней и силу. Моя мать была чародейкой. И бабушка с дедом, и все предки на много поколений назад. Это главный залог того, что магия в роду не иссякнет.

– Это весьма архаичное мнение, – не согласилась леди Гринстоун, пожевав губами. – Несколько лет назад я читала исследования Совета о том, что приток свежей крови, наоборот, активизирует магические каналы. Вайолет, например, куда способнее в магии, чем я, хотя ни один из моих сыновей и внуков не может похвастаться большим резервом. Именно приток новой крови – крови фей – пробудил в ней то, что во мне уже почти иссякло. Так что это вы зря – за полукровками будущее.

– Я, например, тоже полукровка, – будто между делом сообщил Влад, заставив меня немало удивиться. Внешне он казался чистокровным эльфом, никаких грубых черт в облике, как ни присматривайся. Да и поведение, если задуматься, у него вовсе не человеческое.

– Полукровка? – скептически переспросил Чарльз, недоверчивой интонацией выразив и мои сомнения. – По вам и не скажешь.

– Меня воспитывали в семье отца, – спокойно пояснил Владислав, – а окружение, как известно, влияет ничуть не меньше, чем гены.

– Не могу с вами согласиться, – нервно дёрнул кадыком чародей. – Гены порой пересиливают всякое воспитание. Верно, Вайолет?

Я вздрогнула, поёжившись под скрещенными мужскими взглядами, и неуверенно кивнула. Будем считать, что я согласилась не со своим конкретным случаем, а с некой общей выборкой.

– Ох, хватит разговоров, – махнула рукой бабушка, должно быть заметив, как зазеленели от волнения мои щёки. – Все наверняка голодны, так что пойдёмте ужинать. Вы ведь останетесь на ужин, Чарльз?

Разумеется, Чарльз остался. Он вообще вёл себя так, будто прошедших десяти лет и не было, а мы до сих пор составляли пару. Давно женатую, ко всему прочему. Он даже сел со мной рядом, ухаживая и щедро предлагая блюда, к появлению которых на столе не имел ни малейшего отношения. Сперва я пыталась уклоняться от навязчивой заботы, но вскоре плюнула – ну хочется ему класть на мою тарелку всё самое аппетитное, на его взгляд, пускай кладёт. Есть-то мне это необязательно.

Ужин затянулся, и выпроваживать запозднившегося гостя пришлось едва ли не силой. Чарльз будто бы удивился, что я решила остаться в особняке, не согласившись отправиться с ним, «время-то детское», но утаскивать с собой за руку не рискнул, наткнувшись на многозначительный взгляд Влада, строгой дуэньей сторожившего нас у порога. Всё, на что в итоге хватило решимости чародея, – поцеловать кончики моих пальцев, которые я незаметно вытерла о джинсы, как только дверь за ним закрылась.

– Странный парень, – вполголоса пробормотал эльф, и я была склонна молча с ним согласиться.

* * *

Вскоре после ужина бабушка ушла спать, а мы с Владом остались наедине, как зачастую бывало в офисе. Вот только в офисе всегда удавалось заполнить неловкую тишину разговорами о работе, а здесь, в пригороде Лондона, наш скромный отдел прикладного волшебства казался невыносимо далёким, и свести диалог к нему ну никак не удавалось, как бы я ни старалась увильнуть от откровений. В какой-то момент я в панике поняла, что беседа наша стала слишком личной, – Влад плавно перешёл с вопросов о моей британской юности на текущие отношения с Чарльзом. Я смутилась и возмутилась одновременно – ну какое его дело? – и попыталась экстренно сменить тему и перевести стрелки:

– Слушай, а что у тебя за зацикленность на браке с феей? Это похоже на навязчивую идею, не находишь? Разве мало девушек на свете?

Владислав коротко усмехнулся, разгадав мой трусливый побег от ответа, лениво откинулся спиной на диванные подушки, но сам городить секреты не стал:

– Я уже много лет ищу ту, что предсказал мне Совет, Фиа. Сперва не верил, разумеется, а потом, раз за разом разочаровываясь в отношениях, понял, что их предсказание не ложь. Знаешь, считай это зацикленностью, но я просто уже устал от одиночества и кратковременных интрижек. И не в том я возрасте, чтобы ждать у моря погоды, пока предсказанная фея сама встретится мне на пути.

– Не в том возрасте? – удивилась я. – Тридцать два года – это еще не старость. Тем более для эльфа!

Влад от моих слов неожиданно смутился и отвёл взгляд. А я прямо-таки прозрела:

– Тебе не тридцать два, верно?

– Верно, – покладисто согласился Влад.

– И давно не тридцать два, – проницательно заключила я.

Как только раньше не замечала? Эльфы в тридцать – сущие дети, обычно даже с профессией ещё не определились, живут в своё удовольствие и не думают работать, упорно развивая прикладную магическую науку. И внешность, и манеры, и взгляд… Да, эльфы не стареют, но печать прожитых лет нет-нет да и мелькнёт в глубине изумрудных глаз.

– Зачем ты солгал в резюме? – хмуро спросила я.

– А ты бы взяла меня на работу, зная, что мне далеко за тридцать?

– Я и так не горела особым желанием нанимать тебя, – буркнула в ответ.

– Вот видишь, – снисходительно улыбнулся Влад. Да и Влад ли? Если насчёт возраста солгал, то и с именем мог не заморачиваться. А ведь мне сразу показалось странным его «советское» отчество… – Не хочешь спросить, сколько мне лет?

– А это что-то изменит?

– Пожалуй, что нет, – пожал плечами эльф, не сводя с меня пристального, тревожного взгляда. Будто бы боялся моей реакции.

Ну а я что? Я ничего. Визиты к психологам и регулярные медитации все-таки принесли пользу – контроль эмоций у меня на высшем уровне, и на истерики я уже пару лет не срывалась. И сегодня не сорвусь. Подумаешь, разбавила молодёжный коллектив престарелым эльфом-обманщиком. С кем не бывает?

– Тогда я воздержусь от любопытства. Не хочется, знаешь ли, осознавать, что тыкаю ровеснику своего дедушки.

– А сама ты почему не замужем? – полюбопытствовал Влад.

– Жду принца, – привычно отмахнулась я.

Эльф прищурился:

– Серьёзно, принца? Да тебе, с твоими запросами важного руководителя, и короля мало будет!

– Что за глупости, а? Просто жду подходящего человека и не размениваюсь на малоподходящие варианты.

– Ну ладно, не злись, – примирительно улыбнулся маг. – Я же просто спросил. Подумал ненароком, что ты из этих…

– Из каких таких «этих»?

– Феминисток, Фиалочка, феминисток. На идейную лесбиянку ты не похожа, уж извини, даже если пирсинг вставишь и татушки по всему телу набьешь.

– Да что ты понимаешь?!

– Кое-что да понимаю. Я же вижу всю эту нерастраченную женственность. Странно, конечно, ты ведь красивая. Серьёзно. Даже этот вырвиглазный цвет волос не портит, хоть я и не понимаю подчас, зачем женщины идут против собственной природы. Блондинкой тебе было бы гораздо лучше, ты не думала?

Я скептически фыркнула. Лучше, как же. На тёмных волосах не так заметна проклёвывающаяся зеленца, а вот на моём природном колере самый лёгкий перепад настроения отражался, демонстрируя всем и каждому, что фея не в духе. Хватит, находилась с волосами, как у русалки. И чем ему цвет так не понравился, а? Отлично же с глазами гармонирует – мы с мастером очень тщательно подбирали, из семнадцати возможных оттенков фиолетового.

– А на тебе бы отлично смотрелась обтягивающая футболка, и что? – свела всё в шутку я, не желая объяснять причины своей маскировки. – Мы вовсе не обязаны выглядеть так, как от нас ожидают. Тебе и так, наверное, непросто, что женщины клюют на внешность, а не на то, что у тебя внутри.

– Отношения без чувств всегда пусты. И ни к чему не приводят в итоге, лишь к закономерному расставанию.

– А тебе хотелось большего?

– А тебе разве нет? – уклонился от прямого ответа эльф. – Ты ведь тоже ищешь любви. Настоящей, искренней, чтобы тебя принимали такой, какая есть, со всеми недостатками и достоинствами.

– С чего ты взял, что я ищу любви? Я смирилась с одиночеством и вполне нашла себя в работе и шефстве над девочками.

– Уж себе-то не лги, – усмехнулся Влад. – Этот Чарльз, кто он?

– Никто, – буркнула в ответ, отведя взгляд.

– А я думаю иначе. У вас что-то было, верно? – То ли у меня слуховые галлюцинации, то ли в бархатистом тоне и вправду промелькнули ревнивые нотки. С чего это вдруг? У него в Москве целый офис феечек в полном распоряжении, зачем меня-то ревновать? За компанию?

– Если что-то и было, то много лет назад. Мы даже не друзья. Так, знакомые.

– Но его присутствие тебя волнует, я же вижу.

– Твое вот тоже меня волнует, тем более когда ты сидишь, тесно прижавшись к моему бедру, будто на всём диване нет больше места, – раздражённо фыркнула я, демонстративно встав и отсев на кресло.

– О, спасибо за признание, – ослепительно улыбнулся эльф. Выглядел он при этом до отвращения счастливым, будто выиграл в лотерею. – Так что у вас случилось с Чарльзом?

– У нас всё… плохо закончилось.

– Насколько плохо?

– Он нажаловался на меня родителям, а я уехала из Англии.

– Дурак, – резюмировал Влад.

– Он был подростком, – неумело попыталась я выгородить Чарльза, хотя сама не верила в свою отговорку.

– Он и сейчас ничуть не умнее, – пренебрежительно фыркнул эльф.

– Это почему ещё?

– Хотя бы потому, как грубо он сработал, подарив тебе букет с зачарованными цветами.

– Что?!

– А ты не почувствовала? – прищурился Влад с каким-то странно-довольным выражением глаз. – Да от цветов за милю разило приворотом! Кое-кто явно рассчитывал на приятное продолжение вечера, а не на тихий ужин в компании с твоей бабушкой и «другом с работы».

– Чарльз не мог, – робко запротестовала я.

– Мог, ещё как мог, – заверил Владислав. – На тебе и утром висела какая-то полустёртая дымка чужой магии – вот тут, на руке, – он прикоснулся к ладони, которую я вчера расчёсывала докрасна после короткого прикосновения Чарльза.

– Но зачем?

– А вот этот вопрос уже интереснее. Давай я расскажу об этом завтра, когда твой воздыхатель придёт снова?

– Придёт снова?

– Несомненно, ведь ему наверняка захочется успокоить тебя после тревожной, бессонной ночи.

Я непонимающе моргнула, но пояснять что-либо эльф не стал – сослался, что время уже позднее и пора расходиться по комнатам. Даже учтиво проводил меня до спальни, старомодно поцеловал на прощание кончики пальцев и, пожелав добрых снов, скрылся за поворотом коридора в гостевое крыло.

Но ночь, вопреки прогнозам Влада, прошла спокойно – ни меня, ни бабушку призрак не беспокоил, и мы обе проспали до самого утра, пока в дверь внизу не заколотили с недюжинной силой, разом перебудив весь дом.