Глава 24

Амелия

— А папа скоро уже приедет, да? — крутилась вокруг меня Маруська, периодически поглядывая в зеркало и любуясь прической.

Теперь, когда я вижу, я частенько делаю ей прически. Это уже наш с ней своего рода ритуал. Я с таким удовольствием скупила ей гору разных красивых резинок и заколок, что сама кайфую.

— Да. Мы с тобой пока с Рэем погуляем и папу как раз на улице дождемся, — ответила ей, помогая застегнуть кофточку.

— Хорошо, — Маруська ответила и замялась, будто хотела сказать ещё что-то. Собственно потом и сказала. Точнее, спросила. — А можно мне тебя называть мамой? У всех в саду есть мамы. А у меня нет.

Смотрела на меня таким взглядом, что все нутро наружу.

На мгновение впала в ступор от её вопроса. Не ожидала.

Опустилась перед ней на корточки, взяв маленькие ладошки в свои руки.

Прежде чем ответить, старалась мысленно подобрать слова. Не каждый день о таком спрашивают. А у меня в целом опыт общения с детьми сводится к младшей сестре.

Но это совсем другое.

И дело не в том, что я против того, о чем спросила Маруська. Совсем наоборот. Просто не знаю, как на это отреагирует Марк. Мы на эти темы не говорили никогда.

— Марусь, давай сначала спросим у твоего папы, хорошо? Но, я не против. Мне было бы приятно, если бы ты называла меня именно так, — говорила все это толком не дыша.

— Я уверена, папа согласится, — Маруська шкодливо улыбнулась и крепко обняла меня за шею.

А у меня, клянусь, на глаза слёзы навернулись. До чего же она трогательная малышка.

Поглаживала её по спинке, пытаясь обуздать собственные эмоции.

Когда мне это все же удалось, пристегнула Рэя на поводок и мы все вместе вышли из квартиры.

Погода потрясающая. Маруська как обычно с Рэем носится. А я не переставая думаю как там Марк.

Так хочется, чтоб у нас все получилось и этот дурдом наконец-то закончился.

Марк ходил чернее тучи, хотя и старался не показывать. Особенно дочке. Но она будто чувствовала все.

А когда на Катю нашел информацию, посветлел немного, так сказать. И Маруська веселее стала.

Поразительно, как они чувствуют друг друга. И кому-то в голову взбрело их разлучить? Да они не в себе.

Я с уверенностью могу сказать, что о таком отце как Марк, можно только мечтать. Уж я как никто другой знаю, как бывает.

Пока Маруська на площадке носилась с Рэем, у меня зазвонил телефон. Увидев на экране имя, поспешила принять звонок.

Какое же я облегчение испытала, поговорив с Марком. Заседание завершили, и прошло всё не так уж и плохо.

Договорились, что дождемся его на улице.

Сейчас ещё и брат обещал подъехать.

У нас с Игнатом неплохо так наладились взаимоотношения. Кто бы мог подумать ещё полгода назад, что так будет? Да скажи мне, не поверила бы.

А теперь, пусть и не очень часто, но вполне регулярно мы общаемся. И с Марком Игнат нашли общий язык, что тоже хорошо.

И если бы не ситуация с судом, можно было бы смело сказать, что жизнь стремительно налаживается.

У меня теперь есть семья. Настоящая. Марк и Маруська.

В мою жизнь вернулся брат.

То что так и осталась непонятна собственной матерью? Да плевать уже. Её не изменишь. А я ей в угоду толе меняться не буду.

И еще в копилочку приятностей — я снова вижу. До сих пор порой по утрам просыпаюсь и кажется, что могу открыть глаза и ничего не увидеть, как раньше. А потом смотрю и все вижу.

Подумав об этом, невольно коснулась пальцами головы, рядом с местом через которое оперировали.

Я вообще ожидала, что мне все волосы сбреют. А на деле, состригли, конечно, немного. Но не критично.

Сейчас стараюсь зачесывать волосы так, чтоб не видно было этого выстриженного участка на голове.

— Марусь, аккуратнее, — окликнула малышку, когда она со скоростью торпеды начала взбираться на горку, убирая от Рэя.

— Я очень аккуратно, — крикнула запыхавшись.

Рэй рядом крутился, тоже скакал как заведённый.

Когда рядом остановилась машина, не сразу придала этому значения. Мало ли кто припарковался.

Но когда из машины вышел парень и целеустремленно пошел в сторону площадки, тут же подскочила с лавочки. Какое-то внутреннее чутью кричали об опасности. И это было не напрасно.

Перейдя с быстрого шага на бег, парень в мгновение оказался возле Маруськи. Схватил её прямо с верха горки.

— Ребенка отпусти! — закричала во все горло, тоже сорвавшись на бег.

Маруська визжала, извивалась и брыкалась.

— Сука-а-а-а! — взвыл парень, когда Рэй, молниеносно среагировав, вцепился ему в ногу зубами.

— Отпусти её. Руки убери! Помогите!!! — накинулась на него, пытаясь вырвать перепуганную малышку.

Меня как тряпичную куклу мотыляло из стороны в сторону. Парень матерился, пытался меня скинуть и отбиться от Рэя.

Какое-то мгновение и я уже валяюсь на земле. Не чувствуя боли, снова вскакиваю.

Маруська выкрикивала мое имя, зовя на помощь. А это сильнейший стимул за неё бороться. И плевать, что силы не равны.

Снова накинулась на парня, который пытался добраться до своей машины. Боролась изо всех сил. И даже больше.

— Рэй, фас! Взять его! Кто-нибудь, помогите! — а сама тем временем не думая ни о чем, с силой укусила этого урода за руку, попутно пытаясь выломать ему пальцы, которыми он держал Маруську.

Сердце в груди шарашило как на убой. Ужас и липкий страх не сковывали. Наоборот, давали сил сражаться до последнего. Костьми лягу, но Маруську так просто не отдам.

— Да блядь! — его голос и у меня словно вспышка перед глазами.

Рывок и боль. Чувствовала как оседаю на землю, погружаясь в темноту. Только фоном слышала крики и собачий рык. А после и они исчезли.