Глава 12.
Павел.
Громкий, искренний смех разорвал тишину вип-зала ожидания и прошелся острыми когтями по напряженным нервам Броневого.На секунду показалось, что этот смех ему знаком. И этой секунды хватило, чтобы его накрыло жаркой волной -будто он шагнул из необъятного, удобного кресла в прохладной комнате в русскую парилку.
Павел с раздражением поставил чашку кофе на журнальный стол. Надо было заказать частный рейс, а не терпеть весь этот шум и напоминание о той, что смеялась так же весело...
Да что толку? От себя то не убежишь. И это следовало осмыслить.
Он не был склонен к рефлексии, но привык прислушиваться к собственным ощущениям. Тем более, привык проявлять самое пристальное внимание к тому, что его на самом деле волновало.
Или кто.
Вот с этим «кто» и была проблема. Одна большая-маленькая рыжая проблема, которая ни в грош его не ставила и была готова бежать за кем угодно, кроме как за ним. Да и то, зная Ярославу, он предполагал, что никуда она не бегала, стояла на месте, будто обмазанная карамелью, и ждала, когда к ней прилипнет побольше мух...
Блять.
Подобных поэтических сравнений он от себя не ожидал.
Смех снова прозвенел где-то сзади и отдался болью в висках.
Вот если бы рыжая полетела с ним...
Броневой с тоской посмотрел на разложенные документы. Похоже, поработать ему не светит. Впрочем, в этой поездке он и не особо планировал работать -так, закончить основные дела и всё. Была идея отдохнуть,на самом деле отдохнуть. Отвлечься. Встретится с парой знакомых, с которыми его связывало долгое сотрудничество - но не ради бизнеса, а исключительно из праздности: развлечения, выпивка. Может, съездить куда за город, поиграть в теннис, гольф - сто лет он этого не делал, хотя в детстве, да и в юности его заставляли - родители считали, что таким образом воспитают аристократа, достойного их семьи.
Собственно, из-за родителей он сейчас и летел в Лондон. Мама на протяжении месяца звонила и напряженным тоном, в котором звякал лед и сталь одновременно, напоминала, что если он и на этот раз не приедет на семейное мероприятие, то она сляжет,обидится,и вообще откажется от него. В любой последовательности.
В этот раз хоть повод был более менее адекватный - день рождения мужа Регины с «нетривиальным» именем Джон, то есть Ваня, по-нашему. Не в пример предыдущему приглашению на помолвку столь дальних родственников всё того же Джона, которых не то что Павел, сам свояк в глаза не видел.
Бедный англичанин. С женитьбой на сестре Броневого его социальная жизнь претерпела сильные изменения. Теперь она кипела и выплескивалась на каждого, кто рисковал пройти мимо. Званые обеды, пикники, приемы, даже парочка благотворительных балов - всё то, что его родственники предполагали аристократическим бытом, и о чем англичанин даже не подозревал, хоть и был, действительно, какого-то там знатного рода, чья история тянулась из глубины веков. Но, как и многие истинные аристократы, и по рождению, и по характеру, предпочитал более простой образ жизни.
Пока не познакомился с Региной, которая тут же взяла его в оборот.
Впрочем, надо отдать Джону должное - тот не закостенел от такого общения и даже не сбежал, а вполне научился получать от происходящего удовольствие, демонстрировал всяческую покорность новым правилам собственной жизни, а сам мягко, шаг за шагом, как вода, заполнял трещины в каменном строении и менял Регину и её отношение к жизни. Мать даже высказалась пару раз на эту тему - а может и не пару, испугавшись, что её идеальные и воспитанные дети, в которых она столько вложила, вдруг сойдут с пути истинного. Но сестра, много лет не то чтобы не перечившая матери, но радостно встававшая под её знамена, неожиданно и довольно резко возразила против вмешательства в жизнь её семьи. А после рождения близнецов и вовсе ожила. Нет, она все еще носила жемчуг утром, а бриллианты вечером; и из её прически ни разу не выбилась даже единственная прядка, но в ней появилось даже больше человеческого, чем в нем.
Броневой усмехнулся и потер лоб. Вот до чего довел его сеанс неожиданного самокопания. То есть, теперь он вдруг решил, что жил неправильно?
Неужели он действительно чем-то недоволен в своей жизни?
Да нет, все у него хорошо с самооценкой. И с жизнью. Просто с тех пор, как рядом возникла рыжая провокаторша, он слишком чувствовал контраст между тем, к чему он привык, и тем, во что она его затягивает. Между тем, что он видит каждый день от других, и тем, что она обещает одним своим взглядом.
И хорошо это или плохо он так и не разобрался. Разве что понял, что ему до одури хочется попробовать, каково это - прикоснуться к огню?
Вот только возле этого костра похоже, греются другие...
С другой стороны... и что? Когда это его останавливало, если ему что-то было нужно?
Никаких нечестных игр, но при желании Броневой оправдывал свою фамилию полностью и пер вперед, оставляя на обочине любых конкурентов. Конечно, речь шла об активах и компаниях, он никогда не делал это ради другого человека, но с Ярославой многое что было... в первый раз.
Тем более, что, по размышлении, он понял - рыжая не врала, когда говорила, что у нее нет парня. И тот хлюпик с загребущими руками, которые стоило сломать еще в детстве, появился совсем недавно и вряд ли успел как-либо укорениться в её жизни. Так что он быстро от него избавится.
А потом... Наверное, предполагается ухаживание. Нет, веник он точно снова не потащит, но придумает что-нибудь - в конце концов он не законченный идиот и понимает цену романтики. Рестораны, магазины, путешествия, поцелуи и...
Черт. Про поцелуи с рыжей, про её очаровательный, пухлый ротик думать нельзя. Не сейчас, когда у него уже несколько недель никого не было. Он даже в поездку с собой никого не взял, чем изрядно удивил собственную родительницу, которая предполагала, что взрослому мужчине появиться на приеме одному - дурной тон.
- Павел Сергеевич - прошелестела администратор, прерывая его рассуждения.- Прошу на посадку.
Павел с недоумением посмотрел на часы. Так быстро? Теперь понятно, почему деятели искусств остаются, чаще всего, голодными. Все эти невнятные размышления на тему собственной судьбы и чувств съедали всё то время, которое можно было бы работать.
Ничего, в самолете закончит с бумагами.
- Павель, но ты ведь сейчас уничтожать зис лёшадь! - крикнул радостно свояк и ускакал дальше.
Броневой выругался и бешенным взглядом осмотрел окружающий ландшафт. Джон ошибался - он скоро не «зис лёшадь» будет уничтожать, а половину Англии. Точечным ударом боевой ракеты.
Что его дернуло проявить - в кои-то веки - любопытство и отправиться с англичанином «провести субботу на природе»? Ведь все было чудесно - пасмурный Лондон, почти выносимые разговоры с родителями, молчаливые посиделки в дорогих барах со знакомыми, массажи и, наконец-то, полноценный сон. Он даже работал не больше четырех часов в сутки, что для него было сродни «не работал». И вот, в последний день решил, что ему срочно нужны приключения.
Видимо, сработала собственная установка на отдых, которую он, со свойственной ему точностью и педантичностью, решил выполнять. Но отдых и то, что сейчас происходило, было на противоположных сторонах шкалы адекватности.
Это поле, лошади, друзья Джона и совершенно идиотские клюшки находились за гранью добра и зла и, с его точки зрения, подлежали уничтожению в национальном масштабе.Хотя англичане, напротив, обожали эту игру в национальном масштабе.
Павел с тоской оглядел довольные лица. Надо было сваливать еще тогда, когда он понял, что ему предстоит научиться играть в конное поло.
Но он, зачем-то, взгромоздился на специально выращенного для этой цели пони - пони, кстати, чуть крякнуло - а потом путем страннейших манипуляций попытался управлять этой несчастной животиной, чтобы та бежала в нужную сторону, пока он художественно размахивает бамбуковой клюшкой. По идее, пытаясь попасть по мячу. По факту, пытаясь выбить зубы то другим наездникам, то лошадям.
Мяч нужно было загонять в ворота противника, но ни ворот, ни противников он в этом хаосе земли, слякотного снега и ржания особо не различал. К тому же, несмотря на азарт - окружающих - и злость - свою собственную - он замерз. Ну да, не май месяц.
Пытка весельем продолжалась больше двух часов, и он уже направил более-менее подчиняющуюся лошадь на выход, впервые признавая за собой поражение - да он был готов вытащить белые трусы и размахивать ими, если бы они у него были! - как объявили конец игры.
Мужчина уже даже воспринял с должным смирением, что по дороге в романтичную беседку, где морозоустойчивая обслуга накрыла файв-о-клок-ти, наступил в навоз. Ничего другого от этого дня он и не ожидал. И прием в честь «дорогого Джона» ненавидел заранее.
Но избежать тот не было никакой возможности - родители вытащили его из дома в точно условленное время и даже попытались всучить какую-то маску и плащ, поскольку день рождения не был на праздник похож, пока все не окажутся в маскарадных костюмах.
Взглядом Броневой сказал все, что он думает о маске, о приеме, а также об Англии,лошадях и прошедшем дне. Родители вздрогнули и отступили.
Праздник проходил в зале, отделанном в модном стиле лофт. Броневой знал этот стиль, потому что дизайнер его квартиры предложил именно такой вариант. Вариант, в котором он жил уже два года и все то время, кажется, ненавидел. И только сейчас догадался об этом.Бетон и кирпич на стенах, неотшлифованные доски на полах, чуть ли не голые провода вместо ламп и много ярких пятен - картины, диваны, какая-то мебель.
Их встречали хозяева вечера;судя по улыбке Джона, наряженного в какой-то средневековый камзол, тому все нравилось.Регина надела белое длинное платье, сверкающее хрусталем,изображаяСнежную Королеву. Впрочем, особо изображать ей ничего не пришлось.Мать же, после того как сняла шубу, осталась в чем-то блестящем, чешуйчатом и сером.
- Змея? - спросил Броневой, подняв одну бровь.
- У тебя не вовремя прорезалось чувство юмора. -Наталья Вениаминовна поджала губы, но ссорится не захотела. Хотя Павел не возражал бы против ссоры - сегодня его раздражало все.Но ведь раздражение вполне привычное для него чувство, так что ничего, потерпят.
Отец лишь хмыкнул на это замечание. Он вообще предпочитал не вмешиваться в противостояние жены со всем миром. Не ленился, не боялся - ему было все равно.
- Инночка, - вдруг тоненьким голосом проворковала мама и протянула куда то руки. Для поцелуя, что ли?
Павел обернулся и уставился с подозрением на подошедшую «Инночку». Красивая, спору нет. Совершенно аристократичные черты лица, вежливая улыбка, блондинистая прическа, еще более идеальная, чем у его родственниц, и ярко-красное платье с чем-то блестящим на подоле.
Наверное, изображает огонь.А по сути - мороженая рыба.
- Сергей Георгиевич, Наталья Вениаминовна, какая приятная встреча!
Угу, и какая неожиданная.
Павел скептически посмотрел на родителей. Похоже, даже в такой малости, как появление на публике в одиночестве, ему отказали.Или маман вообще решила действовать с далеко идущими целями?Что ж, пусть заканчивает. Потому что он не привык быть вежливым из вежливости. Даже со своими родителями.Мужчина коротко кивнул и переместился к одной из стоек, где шустрый бармен налил ему шотландский виски.
Знакомый торфяной привкус его хоть немного расслабил.
- Это было не слишком прилично, - Регина встала рядом и сделала знак подать ей такой же напиток.
Броневой лишь пожал плечами.
- Разве ты не должна, как истинная леди, наслаждаться шампанским?
Сестра чуть поморщилась, но ничего не ответила.И почему с ним никто не хочет спорить? Лицом не вышел?
Он медленно обвел взглядом зал. Сколько здесь гостей? Под сотню? Русские отслеживались четко - дамы в роскошных нарядах, мужчины в костюмах. Зато «чопорные» англичане действительно нарядились в соответствие с заявленным маскарадом. Не боясь показаться ни глупыми, ни смешными.
Некоторые пары уже танцевали.
- Откуда все эти люди?
- Друзья Джона. Ну и мы позвали многих значимых русских, что живут здесь.
- Хочешь сказать «ты позвала».
- Джону они нужны и нравятся не меньше, - Регина спокойно покачала головой. Она не была красивой, в общепринятом смысле слова, но умела подать себя и в роли хозяйки выглядела великолепно.
- Уот ви где! - к ним подошел именинник - Escaped Pasha...
- Я не сбегал, - Броневой передернулся.
- So you`d better... Она итёт сюда...И тфои родители.
Павел закатил глаза. Ну в самом деле, взрослые же люди, неужели придется играть в догонялки? Впрочем, он лучше поступит по-другому. «Инночка», судя по всему, хочет познакомиться с ним поближе?Ага, вот сейчас прям и познакомится.С чуть кровожадной улыбкой он повернулся к девушке, делающей вид, что просто гуляет мимо, но его внимание привлекли только что зашедшие гости.
Он сначала даже не понял, чем, а потом напрягся и невольно сделал шаг вперед.
Трое уже знакомых блондинов и рядом с ними что-то маленькое, хрупкое и рыжее.
Броневой с шумом вдохнул воздух и целенаправлено пошел в ту сторону, фактически, раздвигая плечами гостей, как ледокол разрубает льдины. Он не заметил, как переглянулись Регина с Джоном, как удивилась блондинка в красном. Он видел только Зиминых, одетых в довольно простые наряды, изо всех сил притворяющиеся костюмами звездолетчиков. А потом его поле зрения и вовсе сузилось до одной изящной малышки, нацепившей разноцветные обтягивающие тряпки, которые с точностью до сантиметра демонстрировали всем желающим точеные ножки, тонкую талию и высокую грудь.
Черт.
Этот образ из «Пятого элемента» был знаком даже ему.
Ярослава сделала большой глоток из бокала с шампанским, подняла голову и чуть не поперхнулась, увидев возникшего рядом Броневого.
Но её удивление быстро сменилось очаровательной, даже шаловливой улыбкой. Она вдруг подмигнула ему и выставила вперед руку с непонятной карточкой:
- Мультипасс!
Ярослава.
То, что в начале марта загорать в Гайд-парке запрещено здравым смыслом, а погода хмурая, серая, дождливая и ветреная, мало кого останавливало от посещения великого и безучастного королевского Лондона. Более того, мне показалось, что это, в свете повального увлечения всеми оттенками серого, привлекло кучу народу. Мы толкались на улицах, в пабах и магазинах, даже в бизнес-классе толкались, отчего старшие Зимины недовольно хмурились, я же чувствовала себя абсолютно счастливым кокер-спаниелем, которому вдоволь позволили носиться по любимой лесополосе.
Я обожала это место. Обожала людей.
И точно понимала, почему Антоха переехал в этот город. Неохватный, шумный, бессистемный, чопорный, запоминающийся. В Лондоне можно было или хаотично бегать, раздражаясь от невозможности посетить всё и сразу, или сосредоточиться на какой-то одной линии поведения. Возомнить - черт, я часто забывала, что «возомнить» это не про нас - себя крутыми бизнесменами и посетить выставки, форумы, дорогущие рестораны и бутики. Отдаться Шерлоку Холмсу или Битлз и пройтись их маршрутами. Посвятить время великолепной истории; а может, найти здесь веселье, клубы, алкоголь, Темзу и смешение культур.
На этот раз мы просто решили предоставить волю случаю и выходным:побродить по улицам, не имея никакой цели; посетить новые рестораны, которые еще не успел опробовать младшенький; потискать необычные вещи в крохотных магазинах и лавках.
- Когда вырастешь, ты превратишься в Вивьен Вествуд, - с прищуром посмотрел на меня Савелий.
Я прыснула, и примерила ему на шею свое светящееся боа. В классическом пальто на тонкий джемпер и с мохнатым «шарфом» Савелий смотрелся совершенно богемно. Я даже завистливо вздохнула - мне так не удавалось выглядеть никогда.
- Если ты думаешь, что оскорбил меня, то заблуждаешься - я считаю Вивьен гениальной.
- Если ты думаешь, что я думаю, что тебя может что-то оскорбить, ты заблуждаешься еще больше, - Савелий поднял идеальную бровь. Хм, мне пора обидеться?
- Яр-ра-а! - заорало откуда-то сверху лохматое блондинистое чудище - в магазинчике странных одежных экспонатов было что-то типа антресоли, - Посмотри что я нашел!
Я заползла наверх по узкой лестнице, чихнув пару раз по дороге, и уставилась на комплект, который откопал Антон.
- Да ладно...
- Точно он! Идеальная копия!
- Ух ты ж! Правда, непонятно, куда его носить...
- Вот завтра и оденешь.
- Завтра?
- Мы приглашены на вечеринку к одному англичанину - я по работе поддерживаю отношения с ним и с его друзьями, так что...
- Мы? - вмешался Артем, который, как мне казалось, давно уже должен был уйти из этого вертепа безобразий и вульгарности в кафе напротив. Но он о чем-то разговорился с хозяином магазина и, как всегда, умудрялся еще и нас контролировать.
- Ну я. Но в пригласительном написано «и друзья», а поскольку Джон на самом деле неплохой парень, и это будет его день рождения, я подумал, что вам будет интересно посмотреть на местное общество.
- В костюме Лилу? - в глазах Савелия появился вопрос.
- Так маскарад же!
- Тогда я хочу тот костюм, который был на ней первый, такие беленькие тряпочки-перетяжечки... - начала я, подмечая указанный «туалет» чуть ниже на полке.
Три громких «нет» были мне ответом. Я преувеличенно громко вздохнула и потребовала сатисфакции:
- Хорошо, пойду приличненькая. Но тогда вы должны быть в костюмах.
Уже два «нет» и одно «да». Хм, растем.
- Значит, перетяжечки. Должна же я скомпенсировать ваше неумение веселиться, - хитро покосилась на братьев и потянулась таки к вожделенному предмету.
- Ярослава!
- Ни в коем случае!
Тоха же просто шлепнул меня по загребущей лапке.
В итоге мы сошлись на том, что они будут «почти звездными мальчиками» в своих космических пиджаках с блеском и отправились брать штурмом один популярный ресторан в Сохо. Мне нравился этот район и совершенно не агрессивный народ на улицах: пить пиво, сидр, эль снаружи было дешевле, чем на улице. Все-таки Лондон это не камни, а живые люди - а что может быть живее людей, пьющих в компании себе подобных?
На следующий вечер я уже так не считала.
На входе на вечеринку нас не снесло грохотом музыки; из дверей не вываливались подвыпившие, веселые люди; все было чинно, благородно и сдержанно - это было понятно даже по тому, как заходили в зал приглашенные.
Осторожно.
- День рождения не был на праздник похож, пока не появилась водка,- сказала я мрачно, передавая свое пальто местному сотруднику, стрельнувшему глазами по моему наряду, высоченным каблукам полусапожек и по тому, как я засунула за пояс брюк карту «доступа».
Артем хмыкнул, приобнял меня за плечи - за талию у него бы и не получилось, с учетом разницы в росте - и провел внутрь. Мы замерли на пороге.
Что ж, все не так уж и плохо. Огромная, но довольно симпатичная конюшня с множеством породистых лошадей. Что меня порадовало, многие не проигнорировали тематику вечеринки и пришли в костюмах. Разве что наши соотечественники - а их было видно сразу - нарядились шикарно. Просто шикарно и ничего более.
- Если будет скучно, всегда можно уйти, - шепнул мне Антон.
- Если будет скучно, всегда можно развеселить всех, - пожала я плечами и взяла с подноса, предложенного официантом, бокал шампанского.
Народ хаотично перемещался по залу; некоторые танцевали. Я с любопытством осматривалась и вдруг, ведомая каким-то инстинктом, развернулась к противоположной от входа стороне.
Мрачная, мощная фигура Броневого раздвигала людские волны и явно направлялась к нам.Я чуть не поперхнулась, но вопреки логике, опыту и собственным тараканам, почувствовала, как меня затапливает ощущением всеобъемлющего счастья, а рот сам расползается в улыбке.
Дура.
Мужчина смотрел странно. Будто не знал, стоит ли ему меня выгнать или прижать к себе. Может все-таки выгнать?
Не придумав ничего умнее, я подмигнула ему и выхватила карточку:
- Мультипасс!
Дважды дура.
Сейчас, кажется, будет бадабум.
Но Броневой, неожиданно, лишь хмыкнул. Он собрался уже что-то сказать и открыл рот, но в этот момент из под его руки вынырнул симпатичный, чуть субтильный шатен и завопил:
- Антонио! Very happy! Счастлив вас видеть на этот праздник! Ваши друзья и очаровательная леди... - он говорил с такой обаятельной улыбкой, что я не могла не ответить.
- Яся, - протянула я руку, судя по всему, Джону.- С днем рождения.
- Какая... непоследственность, - тщательно и восторженно выговорил именинник.
Черт. Должна же была дождаться, пока нас представят.
«Антонио», наконец, выполнил свою функцию и представил всех и всем; Зимины сгрудились за моей спиной, явно перекрывая мне путь к отступлению. Я в это время смотрела в пол. Там не было ничего интересного, но если бы я не смотрела туда, пришлось бы смотреть на великое, в прямом смысле, начальство, которое, кажется, недовольно хмурилось.
Или не кажется?
С каких это пор я настолько точно понимаю, что он чувствует?
Наконец, с формальностями было покончено. Я вздохнула и, собрав всю смелость, подняла голову. Лицо Броневого было непроницаемым, но в глазах застыло напряженное выражение, бьющее по нервам наотмашь.
Ой-ой-ой, двойной бадабум.
- Ярослава... - начал мужчина, но его снова прервали. На сей раз высокая и ухоженная женщина в искрящемся наряде. Сзади кто-то мерзко хихикнул и я, не глядя, ступила назад, надавив для надежности каблуком. Раздалось сдавленное шипение Тохи.
- Дорогой, ты познакомишь меня с друзьями? - тем временем спросила вновь прибывшая. Я вздрогнула от этого обращения, но потом поняла, что «дорогой» относилось к англичанину.
Представление пошло по новому кругу. Выяснилось, что «моя Ice Queen», как выразился Джон, - сестра Павла. И что она очень рада видеть братьев, о которых наслышана от мужа. Про меня она, правда, так не успела сказать, потому что к нам снова присоединились, и снова блондинка в роскошном наряде.
Сзади мерзко захихикало уже двое. Черт, Савелий, держись, я же должна из вас всех хоть кого-то любить.
- А я думаю, куда вы пропали, - высоченная красотка с холодной улыбкой взяла Броневого под локоть, - Встретили знакомых?
Настроение стремительно покатилось вниз.
Стоящий напротив меня мужчина стиснул зубы,шумно выдохнул и снова попытался что-то сказать, но не судьба. Снежный ком нарастал и грозил скоро закупорить вход.
- Пашенька! - промурлыкала худая женщина в возрасте и завладела вторым локтем, глядя на нас с холодным презрением. - Мы с отцом с радостью займемся столь...интересными гостями,а ты иди, потанцуй с Инночкой!
Слово «интересные» прозвучало примерно так же, как «дикари».
Хорошо, что сзади воцарилось молчание. Мне вдруг стало противно, и я почувствовала себя лишней, совершенно чужой на этом празднике жизни. Захотелось развернуться и уйти, оставив Инночку наслаждаться локтем и всем, до чего она доберется.
Регина с Джоном вдруг наперебой начали что-то говорить, но были остановлены замораживающим голосом Броневого:
- Знакомьтесь, Сергей Георгиевич, Наталья Вениаминовна. Мама, отец, позвольте мне представить моих гостей, - слово «моих» он выделил и освободил обе руки, отчего мне вдруг стало легче дышать. - Господа Зимины, они из России, весьма успешные бизнесмены, и Ярослава...Громик,она... - мужчина запнулся и ему на помощь пришла сестра.
- Радиоведущая в холдинге Up! - мягко улыбнулась Регина.
Против ожидания, мужчине это вмешательство не понравилось. Он быстро глянул на сестру, а потом впился взглядом в мое лицо и мрачно, даже чуть обреченно, заявил:
- Вообще-то, я рассчитываю, что она согласится стать моей...девушкой.
Я застыла, впрочем, как и весь мир вокруг, стараясь совладать с эмоциями и подобрать челюсть с пола. Хорошо, что она была у меня настоящая, а то разбилась бы после такого стремительного падения.
- Да ла-адно...
- И кто позволит?
- Ух ты ж!
Это Зимины. Ну да, скажи что-то такое, что перевернет мир человека вверх тормашками, и ты увидишь его истинный характер.
Джон просиял, а Регина чуть прикусила губу, чтобы не высказаться.
Красотка по имени «Инночка» окатила меня волной брезгливого недоумения.
Сергей Вениаминович равнодушно отвернулся, а мать виновника замешательства поджала губы и зло посмотрела. И даже успела прошипеть:
- Павел...
Но сын проигнорировал её возглас и протянул мне свою руку:
- Потанцуем?
Подушка безумно вкусно пахла. Я поглубже зарылась в неё и счастливо улыбнулась.
Что-то от лавандового поля во Франции и немного цитрусовых. У меня дома таких запахов не было, потому что не было привычки перекладывать саше с засушенными травами между бельем или с особой придирчивостью выбирать порошки и кондиционеры. Может, начать?
Я выгнулась в кровати, чувствуя как хрустят косточки после сна, и втянула носом еще один запах - запах кофе.
Ммммм...
Сзади меня обняли мужские руки, закукливая в мягкое одеяло.
Я буркнула, открывая глаза:
- Тоха, если ты думаешь, что одеяло не даст мне сбежать, то ошибаешься.
Смешок и через меня перегнулся младший Зимин. Он заглянул мне в лицо и широко улыбнулся:
- Оцени, что я не дал ввалиться в твою комнату всем сразу, а принес себя в жертву разведки.
Я закатила глаза и Антон шутливо ткнул меня в плечо. Кровать прогнулась под весом еще двух тел. Запах кофе стал сильнее. Меня посадили, подоткнули подушками и вручили в руки огромную чашку.
- Я не сомневался, что мелочь одна, - пожал плечами Артем.
- Угу, запаха других хищников на территории не наблюдается, - хмыкнула и сделала огромный глоток. Хорошо то как! Все хорошо - и это раннее воскресное утро, и вкусный напиток, и Зимины, внимательно рассматривающие меня. На предмет повреждений, что ли?
- Нет, просто Броневой не выглядел человеком, который будет торопиться завалить тебя в первую попавшуюся кровать, - лениво улыбнулся Большой Брат.
- Значит в моем моральном облике ты сомневаешься!
- В этом доме нет первых попавшихся кроватей!
- Я вообще не понимаю, почему ему что-то позволительно!
Три возмущенных возгласа раздались одновременно. Тёма поднял одну бровь и удостоил ехидного замечания только меня:
- Не рычи. Если тебе не дали на первом свидании...
Подушка попала ему точно в голову и прервала зарождавшуюся речь.
- Этот Павел - темная лошадка;не стоило бы так легко принимать его ухаживания и... - продолжил гнуть свою линию Савелий.
- Да никакая он не лошадка, - перебил самоназначенный глава семьи. - Я проверилего - ничего криминального ни за ним, ни за его холдингом не числится, напротив, до отвращения правильный. Была какая-то странная история лет десять назад, в него стреляли, - я ойкнула, но на это даже не обратили внимания, - То был больше жест отчаяния, чем серьезный передел бизнеса. Женат не был, так, безликие девушки. Ну и семья, как вы видели, приличная, - Артем хохотнул, за что снова получил подушкой, теперь уже от младшего.
- Приличный там только Джон. А его родители...
- Отношения свекрови и невестки не зря воспели на форумах, - старший Зимин продолжал хихикать.
- Да какая я невестка! - сварливо вмешалась в рассуждения, пока они не начали выбирать мне свадебное платье. И угораздило же меня завести отношения под придирчивыми взглядами братьев! Столько времени этого избегала, и вот...
Хотя, если вспомнить наш разговор про моих бывших, не так уж и избегала.
Да и этих отношений толком еще не было.Кажется.
- Я видел, как он смотрит на Ясю, - продолжит Артем - И решил дать ему шанс.
Он решил! Я опять закатила глаза.Да кто спрашивать то будет? Уж точно не мы с Броневым.
От этого «мы» на душе потеплело.
- Я еще не настолько уверен, - нахмурился Савелий. Самый сдержанный и осторожный, он в свое время сильно обжегся и теперь никого не подпускал близко.
- Хватит нудеть, - хлопнул по кровати Антон и, как всегда жизнерадостно, предложил, - В конце улицы есть замечательный ресторанчик с all-day-breakfast - там лучшая выпечка и яйца пашот. Так что давайте собираться - нам еще до аэропорта ехать.
Парни вышли, а я отправилась в душ. Собственный душ в спальне был моей привилегией - я всегда занимала эту уютную комнатув огромной квартире Антона, которую он снял на окраине Лондона еще два года назад.
Как человек общительный, он постоянно приглашал к себе друзей и родственников погостить, поэтому несколько спален и приходящая домработница были далеко не блажью.
Я залезла под горячую воду и довольно заурчала.В голову,невольно,полезли воспоминания о прошедшем вечере.
Безоговорочный жест Броневого. Наш танец - или танцы, я совершенно потеряла чувство времени - на который, как мне казалось, пялились все присутствующие. Ну еще бы, двухметровая гора в официальном костюме и рыжая крошка в ярких тряпках.Обнять и плакать. Я была жутко напряжена и обязательно оттоптала бы ему ноги, если бы он не повел меня с уверенностью опытного танцора. Впрочем, даже если оттоптала бы - вряд ли он заметил, с такой-то разницей в весе.
- А ты, оказывается, умеешь танцевать, - сказала я куда-то в подмышку, выразив голосом удивление.
- А ты, оказывается, бываешь в высшем обществе, - парировал Броневой.
- И еще знаю, какими вилками что едят.
- А я не только подписываю документы.
- А у нас в квартире газ, - не выдержала я, задрала голову и показала ему язык. И тут же задохнулась от его взгляда, в котором смешался смех, удовольствие и какое-то удивление, будто он все еще не мог поверить, что держит меня в руках.
- Тебе не стоит показывать язык.
- Это неприлично?
- Опасно, - хмыкнул Павел и перевел взгляд на мой рот.
Я покраснела и окончательно расслабилась. Мы снова танцевали. Пили. Разговаривали о пустяках и даже умудрились ни разу не поругаться:мне впервые не хотелось дерзить ему - хотелось стоять, держаться за руки и глупо улыбаться. Последнее у меня получалось, полагаю, вполне успешно. Таскались по залу;точнее, меня таскали,периодически представляя разным людям, но при этом мастерски увиливая от столкновения с родителями. Люди-которые-потратили-на-него-лучшие-годы так просто не сдавались и отправляли к нам шпионов. Мы снова увиливали. В конце концов Броневому это надоело, да и мне, если честно, тоже. Я начала зевать.
- Отвезу тебя в отель, - кивнул мужчина.
- Я живу не в отеле, - прочистила горло и приготовилась объяснять. - Мне надо взять ключ, потому что...
Но он лишь отрицательно мотнул головой, скривился и недовольно посмотрел в сторону Антона.
Угу, всё-то мы знаем.
Младшенький отсалютовал нам бокалом, но ключ отдал и клятвенно заверил, что в моей спальне видеокамер нет.
- Идиот, - прошипела я и горестно захныкала. - Черт, почему у меня с вами постоянное ощущение, что я участвую в шоу «За стеклом»?
- Потому что у тебя пожизненный контракт, - сказал подошедший Артем и жестко посмотрел на Броневого, прощающегося с именинником, будто обещая ему скорую расправу, если тот где-то ошибется. Впрочем, тот ответил ему таким же взглядом.
Я вздохнула. Очень надеюсь, что у Павла не начнется противостояние с Зимиными. От них я отказаться не смогу.За те десять лет, что мы знакомы, каждый из братьев стал частью меня - как ноги и руки. А разве можно взять и отказаться от собственной руки?
- Ты же не наделаешь глупостей? - обеспокоено спросил Савелий.
- Наделаю, - преувеличенно радостно кивнула и подмигнула ему, - Причем неоднократно и не только сегодня. И даже вы мне не помешаете.
Савелий обреченно махнул рукой. Артем лишь покачал головой, а Тоха подмигнул.
Зимины дипломатично решили задержаться на вечеринке, а Павел вызвал такси, чтобы проводить меня. И ведь проводил. Прямо до двери.Убедился, что в доме нет грабителей-убийц-насильников, коротко попрощался, при этом посмотрев довольно напряженно, и вышел, оставив с легким чувством недоумения, которое не покидало меня и сегодня утром.
Разве не должен он был попытаться...
Хм. Пожалуй, Артем прав. Не должен. Такие как Павел с легкостью берут только то, к чему легко относятся. А у нас, похоже, намечается нечто большее, чем просто "легко". Нечто сложное, местами неловкое, странное, яркое, вкусное, опасное, жесткое.
Я вылезла из душа, вытерлась и уставилась в зеркало. Было страшновато, но безумно волнующе.Уж слишком мы разные. Но если получится...
Я погрозила пальцем собственному отражению. Рановато придумывать имена нашим будущим детям. Я, между, прочим, еще не ответила «да» на его предложение.
Хотя, в глубине души, понимала, что никто особо ни о чем меня и не спрашивал.