Глава 10.
Ярослава.
Последние дни дались мне тяжело.
Тихим, смирным и незаметным «низшим звеном» быть не получилось. Ну где я и где незаметность? К тому же, всю мою сдержанность, даже если бы она была, как рукой снимало, стоило мне взять микрофон.Профессию предать я не могла. Как и себя. Вот и избрала немного другую тактику, чем изрядно - и заметно - бесила Броневого.
Другим это, быть может, казалось его обычным состоянием, но я понимала - мучается. И тихо радовалась этому в уголке.
Хотя, будем честными, носить каблуки мне надоело быстро. Минуту на вторую. И держаться с ним холодно было совсем не просто.Особенно, когда мы остались вдвоем в переговорной. Особенно, когдая увидела огонь в его глазах, от которого где-то в районе живота возникла пустота, будто я забралась на самые высокие американские горки и сейчас летела вниз.
И мне этого хотелось.
Слететь вниз. Спрыгнуть. Шагнуть в эту пропасть, которую я видела в его взгляде. Было страшно - но хотелось.Мне понадобилась вся моя сила воли, чтобы не ответить на этот огонь; чтобы лишь подразнить, поманить, но уйти от него.
Правда, на дрожащих ногах.
Кое-как, с деревянным лицом, добралась до лифта, спустилась на свой этаж и закрылась, наконец, в родной каморке. Меня мелко потряхивало, а в горле так пересохло, будто я переползла пустыню Сахару, а не выдержала всего лишь один разговор с Броневым.
Всего лишь. Ха.
Да в этих со-стороны-и-не-скажешь разговорах эмоций и чувств было больше, чем во всех моих отношениях вместе взятых.
В кабинет постучались. Мое весьма непосредственное начальство в лице Гоши засунуло в дверь вихрастую голову.
- Закончила?
- Ага.
- Мы тут... собираемся с друзьями покататься. Не хочешь с нами?
Хочу ли я зарыться лицом в снег, замерзнуть напрочь, отбить всю задницу и не выспаться, потому что домой вернусь заполночь?
- Конечно хочу! - счастливо завопила я и полезла за доской.
До парка «Лисья гора» мы добрались с ветерком и с такими отнюдь не плоскими шутками, что у меня болел живот от хохота. Друзья Гоши, с которыми мы не раз выбирались на каталку и в ближайшие леса на шашлыки, были молоды, расхристаны и, что важно, легки на подъем.
На этом мы все и сошлись почти сразу, как я начала работу на радио Up! И потому в нашем огромном и всеядном шкафу в каморке этой зимой поселилась доска с ботинками.
Жаль только, что с такими парнями мы были только дружбаны и свои в доску. Или не жаль? Да, с ними было легко и просто, но женщиной рядом с ними я себя не чувствовала.
У подъемников мы разошлись.
Несколько лет я, по настоянию добрых докторов, каталась исключительно на лыжах, но в этом году решилась таки на сноуборд. Не потому, что одно лучше другого, но потому, что мне нравилось пользоваться каждой возможностью, что предоставляла нам жизнь.
Фисташковое или шоколадное мороженое?
Дайте два!
В общем, парни отправились на горку покруче, а я радостно поковыляла на самую безопасную. Но уже, хотя бы, не горизонтальную. И то мне хватило:доска при первой же попытке совладать с непаханой целиной - точнее, ратраченным склоном, но мне нравилось чувствовать себя покорителем вулканов - понесла меня в такие далекие дали, что даже «ау» не помогло бы.
Слава Богу, на пути моего следования оказалось подобие сугроба - после прошедших снегопадов склоны парка могли похвастаться настоящим снегом. Мир перевернулся вверх тормашками. Не знаю, сколько я там пробарахталась, пока меня не вытащили сильные руки. Вытащили, отряхнули и ощупали заодно, заставив открыть рот от возмущения. Но высказаться мне не дали. Потрепали по щеке и весело произнесли:
- В первый раз?
Вот морда наглая, улыбка белозубая. Знаем мы таких товарищей. А дощечкой по лицуне хочешь? Но внешне я - сама любезность:
- Нет, я была Олимпийской чемпионкой, просто травмы...
Мужчина захохотал, отсалютовал мне и умчался вниз. Позавидовав той легкости, с которой он спускался, я снова выползла на трассу и попыталась направить доску в нужное мне направление. Доска ехала во все другие, но только не в нужное. Я упала. И это было только первое падение в череде других. Кажется, что прошло много часов - хотя по факту, не более полутора - прежде чем я добралась до кафе внизу. Я вся была покрыта твердой снежной коркой, даже лицо; руки и ноги дрожали от слабости. Ну и чего мне на лыжах не каталось то? Начала отстегивать сноуборд, мечтая о чем-нибудь горячем.
- Хотите, чтобы я помог вам снять его?
Все тот же мужчина. Глаза голубые - голубые, как мне нравится. Но я лишь насупилась.
- Помогите мне его сжечь.
Мы сели за столик. После трех глинтвейнов я оттаяла, в прямом смысле этого слова. Мужчину звали Степаном. Он тоже был из Москвы, и знал множество веселых историй. И к тому моменту, как меня нашли друзья, мы уже обменялись контактами, ироничными уколами и взаимным восхищением.
Даже условились вскоре встретиться и пойти сходить в кино.
- Оооо, как Яську то зацепило! - показал мне язык Гоша. Я показала язык в ответ, а про себя лишь пожала плечами.Зацепило? Хм.
Я вздохнула. С мороженым то я разобралась. Но что делать, если мне, на самом деле, нравился только мороженщик?
- Иногда хочется быть такой прям бабой, чтобы вообще никто не нужен. - я откинулась на кресле и с удовольствием вытянула вперед голые ноги и пошевелила пальцами. Туфли валялись где-то под столом. - С короткой стрижкой, конем и сожженной избой. Вольной как ветер и приключениями в заднице, чтобы серф в кармане и сиськи крепкие. Иногда хочется быть ледяной блондинкой. С платиновыми волосами, миллионными контрактами и бриллиантами по пять карат. Чтоб личный водитель, пять языков и бизнес-класс во все страны мира. А иногда хочется быть девочкой-девочкой. В платье, розовых очках и туфельках. Вешаться на сильные плечи, трепетать ланью и пахнуть кувшинками. Ну и чтобы будущее было в радугах и единорогах. - я улыбнулась и подмигнула наблюдающему за мной Гоше. - В общем, непредсказуемой. Изнаете, мне кажется, в этой непредсказуемости и заключается наша женская сила. Мы не хотим быть мальчиками, мы хотим быть девочками; хотим играть с оружием и в куклы, ходить на вечеринки и поступать как дети. Буквально через несколько секунд вы услышите композицию «Girl Power» - «Женская сила» - от Shampoo на радио Up!Ая вам напоминаю, что две недели в предверии восьмого марта посвящены у нас девочковедению - так что придумывайте вопросы и темы, и я обязательно расскажу всё, что знаю, в эфире!
День шел своим чередом.
Дела тоже. Ну, если я их не подталкивала острым носом победоносных туфель с красными подошвами.
- Ты выглядишь роскошно, - промычал Артем с набитым ртом и с восторгом осмотрел меня с ног до головы. Мы договорились встретиться в нашем ресторане - то ли пообедать, то ли поужинать -но я задержалась, как самая что ни на есть девочка.
- И тебе добрый вечер. Мог бы и подождать, пока я приду, прежде чем начинать чавкать, - преувеличенно грозно буркнула и уселась напротив.
- Во-первых, я не чавкаю. Во-вторых, ты опаздываешь настолько редко, что это означает, что всерьез и надолго - а я был голоден. А в-третьих, просвети ка меня по поводу своего внешнего вида. Мы с Савелием не могли заставить тебя носить все эти тряпки, а тут ты вдруг сама, да еще и добровольно...
- Может, не стоило заставлять? И дело бы пошло.
- Ну-ну, - Артем прищурился, но углублятьсяне стал. - Знаешь, я соскучился. С тех пор, как мы приняли решение разъехаться, я постоянно чувствую себя одиноким.
- Ну не постоянно. Ты дважды был женат за последние три года.
- Это из-за тебя и братьев. - с иронией произнес мужчина - Мне приходится искать человеческое тепло в другом месте.
- Как-то не те места ты выбираешь, Тём.
Он скривился и пожал плечами:
- Ну, Ярослав то мало и на всех их не хватает.
Закатила глаза и фыркнула. На самом деле, если бы жизнь сложилась по-другому, я была бы счастлива выйти замуж за такого человека, как Артём. При всей своей жесткости и определенном снобизме, он был из тех, кто заслуживает настоящих отношений.
Пусть даже и ошибался в этих отношениях неоднократно.
В этот момент подошел официант и я поняла, что даже не открывала меню.
- Пасту с морепродуктами, - вздохнула обреченно, чтобы уже не мучиться. Вот действительно, блюдо года.
- Ты так и не рассказала, в чем причина подобного изменения стиля.
- Решила следовать правилам компании.
Брови старшего Зимина взметнулись вверх:
- Погоди, разве не ты в свое время заявила, что фиг с ними с правилами, в жизни есть кое-что поинтереснее?
- Может, я решила попробовать следовать правилам, ради разнообразия, - прозвучало вопросительно и я сама поморщилась.
- Колись, - сделал мнимый выпад вилкой в мою сторону Артем, которому уже принесли горячее - восхитительный даже на вид стейк с крохотными картофелинами. - И перестань плотоядно смотретьна мое мясо.
- Я тоже голодная между прочим.
- Не увиливай.
- Это игра, - призналась я.
- Игра? Монополия, надеюсь?
- Скорее, дурак на раздевание, - вздохнула.
Зимин так заинтересовался, что даже перестал резать мясо. А вот меня мясо, как раз, интересовало все больше. Я облизнулась.
- Вот как... - протянул друг. - И кто выигрывает?
- Пока два-два.
- Тогда ты должна была снять с себя по меньшей мере два предмета - а ты, наоборот, оделась.
Я расхохоталась и требовательно показала на сочный кусочек, который он только что подцепил на вилку:
- Все лучшее - детям.
- Можно было бы и не акцентировать, что ты меня с детства объедаешь, - буркнул Артем, но мясо протянул. Я наклонилась, стянула вкусняшку с вилки зубами и закрыла от наслаждения глаза.
- Не так уж и с детства, не ври, - улыбнулась. - Еще поделишься? Обещаю восполнить потерянные калории макаронами.
Артем осуждающе покачал головой, но протянул еще один кусок.
Я снова наклонилась и чуть ли не замурчала - настолько это было вкусно.
- Хм, ну надо же... - внезапно произнес Зимин. Я удивленно посмотрела на него - мужчина весь подобрался и прищурил глаза, глядя куда то за мою спину. Он стал похож на хищника - кем, собственно и являлся; но на меня подобное поведение, как правило, не распространялось.
- Яся, а ты больше ничего не хочешь мне сказать? - спросил Артем с чуть приглушенным смешком.
Блин, он это о чем? Мясо в голову ударило что ли?
- Тёма? - я нахмурилась и попыталась обернуться, но мужчина вдруг схватил меня за запястья, и, чуть ли не с нежностью глядя на меня, собственническим жестом притянул мои руки к себе.
Я всё еще находилась в полном недоумении, когда над головой разверзлись небеса и на меня ледяным душем обрушился голос Броневого:
- Добрый вечер, Ярослава Константиновна.
Павел
Павел стоял у окна и смотрел на бурлящий вдалеке город: толпы пешеходов,редкие голые деревья,яркие пятна вывесок,кофе навынос,гарь проспектов.
Никогда не спящий и очень живой.
Ему нравилась Москва, насколько в принципе можно симпатизировать чему - то неодушевленному. Он никуда не хотел уезжать. И не понимал родителей и сестру, которые эмигрировали в Англию. Регина даже вышла замуж за англичанина, только бы окончательно абстрагироваться от московской «безнадежности», как она выразилась.
Какая безнадежность? Можно подумать, она когда-либо прозябала в бедности и печали.
Впрочем, он во многом не понимал свою семью.Да и что он вообще понимал?Павел вздохнул.
Судя по его поведению последний месяц - ничего. Он привык брать любую крепость быстрым и жестким штурмом, привык, что четко знает, чего он хочет - а чего нет. Привык, что люди считаются с его желаниями и требованиями, и ставят их вперед собственных желаний.
Но появилась рыжая-бесстыжая и перевернула его мир вверх тормашками.
И когда успела?
Виделись то, по большому счету, всего несколько раз. Но каждая встреча была похожа на тектонический сдвиг в недрах Земли и грозила закончиться масштабным землетрясением.
Ярослава...
Маленькая нахалка с огромными возможностями вывести его из равновесия. Давно ему не было так неспокойно, даже страшно. От непонимания происходящего и непонимания себя самого.
Чем же его так задела эта девчонка?
Павел думал, что не способен на столь сильные и неожиданные эмоции. Черт, да он вообще не думал о каких-либо эмоциях!
Он не думает от таких вещах. В принципе!И вот то, что многие его принципы могут сгореть в маленьком и совершенно вероломном пламени, он не ожидал.
Рабочий день близился к концу.Броневой отправился в ресторан, уселся за свой стол и постарался расслабиться. Он сделал заказ и обвел взглядом зал, скорее, по привычке - нравилось держать все под контролем. И вдруг напрягся и весь подобрался. Всмотрелся пристальней и почувствовал, как сжались его челюсти.
Не может быть...
Морковкины волосы, светло-голубой брючный костюм и взрослый мужик напротив, которого он, кажется, где-то видел. И не просто мужик, а самодостаточный, суровый хищник под стать Броневому.
Его руки непроизвольно сжались в кулаки, среагировав на угрозу.
Это потому, что непозволительно работникам в свое рабочее время сидеть с посторонними в ресторане. Да, именно поэтому.
В этот момент Ярослава, как всегда, не заботясь о производимом впечатлении, чуть привстала, перегнулась через стол, неприлично отставив обтянутый брюками зад, и съела что-то с вилки, которую протянул её визави.
Сам не понимая, что он делает, Броневой вышел из-за стола и сделал несколько шагов в их направлении. Чтобы увидеть, как маленькая аппетитная попка снова оторвалась от стула.
И на этом парочка не успокоилась. Сцепилась своими руками, как долбаные влюбленные и начала ворковать. Павла накрыло дикое желание размазать соперника по стенке, а потом отшлепать предательницу. В чём и чем она его предала? Неважно. В несколько шагов он оказался рядом и проскрежетал ледяными жерновами прямо у неё над головой:
- Добрый вечер, Ярослава Константиновна.
Девушка подпрыгнула, а вот гад напротив вдруг усмехнулся, вальяжно откинулся на спинку, и открыто и оценивающе глядя на Броневого
Блять, да кто он такой?!
И тут он вспомнил. Что видел его иногда на бизнес-тусовках. А самое главное, это был один из трех блондинов, с которыми рыжая тогда заигрывала в отеле.
В глазах потемнело, а затылок сдавило. Значит, это не случайный человек в её жизни. И не какой-то там соседский мальчик. Взрослый, уверенный в себе, богатый, что понятно по его костюму и поведению. Такой, какого и заслуживает каждая хорошая девочка.
Но только не его девочка.
С каких пор она стала «его»? Он подумает об этом позже.
- И вам добрый, Павел Сергеевич, - рыжая смотрела на него удивленно и не отрываясь. Нервничает? Беспокоится, что он её застукал?
Павел простонал про себя, хотя внешне своего замешательства не показал. Ну что значит застукал? Зачем вообще подошел?! Он же не муж, чтобы так себя вести. Черт, надо как-то выгребаться из этой идиотской ситуации.
- Лапочка, представишь нас? - незнакомый, хорошо поставленный голос.
Лапочка?! Намерение Броневого уйти тут же испарились.
Ярослава перевела чуть напряженный взгляд на своего спутника, но потом лоб её разгладился и лицо приобрело привычное спокойно-насмешливое выражение.
- Артем Витальевич Зимин. Павел Сергеевич Броневой - глава холдинга.
Мда, и ни слова про статус этого Артема.
Рыжая снова посмотрела на него с вежливым вниманием, но это выражение, что так раздражало его в последние дни, мигом исчезло, когда она увидела, что Броневой с непроницаемым лицом отодвигает третий стул и садится.
Ну и что? Это, вообще то, его ресторан. И его сотрудница. И он будет сидеть, где хочет.
Нет, он конечно понимал, что его поведение не слишком адекватно.Но ему было плевать.Плевать же? Тогда почему его так бесит, что они оба уставились на него как на диковинку, а потом переглянулись? Гадский Зимин еще и похлопал рыжую по руке, которую так и не отпустил.
Твою ж мать, откуда такое единодушие?! Или они давно вместе и понимают друг друга с полуслова?
- Ясенька рассказывала про вас много ... интересного, Павел Сергеевич, да и я был впечатлен вашем выступлением на недавнем круглом столе... - великосветски прервал молчаливую паузу блондини испытующе на него посмотрел.
Ясенька?!
Кровь снова вскипела. Черт, он даже не знал, что у него такая горячая кровь.
Он почувствовал, что плотину сейчас прорвет. Но ничем не выдал себя. Кажется. Зато Ярослава сердито посмотрела на самоубийцу и, будто извиняясь, на Броневого:
- Много хорошего я рассказывала. Какой вы замечательный и...хм, начальник. И как я рада работать в холдинге.
И-хм-начальника мысленно перекосило.
Артем преувеличенно шумно отпил воду и снова уставился на него. Попкорн ему дать, что ли? Или в морду?
- Вы для нее авторитет, - продолжил Зимин лениво. - Уж сколько раз я покупал ей красивые вещи, но только благодаря вашему влиянию она, наконец-то, сняла свои джинсы.
Покупал ей вещи?
Павел понял, что если сию минуту не прервет всё это безумие, то попкорн придется выдавать всем посетителям ресторана.
Что ж его так накрыло то?
Он постарался взять себя в руки:
- Ярослава Константиновна, я хотел напомнить вам, что на следующей неделе у нас вторая встреча по ролику, - и почувствовал себя идиотом.
- Я...помню.Конечно.
Павел резко отодвинул стул, кивнул - рыжая смотрела с недоумением, а блондин - со странным удовлетворением - и быстро вышел из ресторана.
У лифта его догнал менеджер:
- П-павел Сергеевич, а ужин...
- В кабинет! - рявкнул Броневой и шагнул в кабину.
Он зашел в приемную и недобро посмотрел на вздрогнувшего Виктора:
- Начальника службы безопасности ко мне.
Захлопнул за собой дверь и снова отошел к окну.
Настроение было отвратительным.
На следующий день настроение не улучшилось.
Не помог ни виски в любимом баре, ни давнишняя знакомая, с готовностью встречавшаяся с ним по его желанию. С определенной целью, конечно.Виски показался пустым, а знакомую он так и не пригласил продолжить вечер.
Будто наказывая себя за несвойственные ему эмоции, Павел даже не включил утренний эфир.Хотя услышать Ярославу хотелось.
Идиот.
Он пришел на работу раньше всех, наорал на Виктора, который был уже на месте, потом вызвал по очереди всех начальников и наорал на них - за косяки, конечно.Всегда можно было найти косяки в чьей-либо работе.Начальники, что не странно, не швырялись документами и не возражали, только молча втягивали головы в плечи. В отличие от кое-кого. Но удовлетворения это не приносило.
Броневой погрузился в свое извечное спасение - работу. Отчеты, цифры, планы, аналитика. Мир, который его никогда не раздражал, не удивлял, но неизменно восхищал.
Правилами. Правильностью. Возможностями.
Его отвлек тихий стук дверь и в кабинет осторожно заглянулВиктор.
- Пришел Виктор Ефремович Горский.
Павел нахмурился. Вроде только всё устаканилось и...
Нет, он должен знать. Кивнул, и в кабинет зашел человек, по возрасту годящийся ему в отцы, но все еще в отличной форме. Горскомуон доверял больше, чем кому-либо другому. Да, тот тоже косячил. Но был неизменно предан, въедлив и подозрителен. Как и подобало этой должности.
- Садись и рассказывай.
Тот рассказал. Про трех братьев Зиминых, добившихся больших успехов: старший, Артем, владел несколькими бизнесами с огромным оборотом. Не столь большим, возможно, как у холдинга, но на том же уровне. Средний был его правой рукой, заведовал финансами. Младший жил в Лондоне и считался весьма продвинутым программистом - в делах семейной компании, вроде бы, не особо участвовал. Их родители погибли в автокатастрофе много лет назад. Никакой видимой связи с Ярославой Громик найти не удалось, разве что на недавней конференции на имя Артема Зимина было заказано четыре номера, одним из которых воспользовалась их ведущая.
Четыре номера.
Павлу вдруг стало чуть легче дышать.
- Я так понимаю, вы подозреваете коммерческий шпионаж? - сделал свои выводы безопасник. Павел чуть вздрогнул, но ухватился за это объяснение.
- Да... конечно.
- Пока не могу сказать ничего определенного. Но знаете, что меня беспокоит... - мужчина был сама серьезность.
- Что?
- Ощущение, что информация немного подчищена. Может, конечно, у моих людей было мало времени, но... Уж очень скупые и четкие сведения. Без всяких обрывков. Нет, ничего криминального. Просто выглядит так, будто они не хотят, чтобы лезли в их частную жизнь. Похоже на то, как мы поступаем со сведениями об учредителях нашего холдинга. Но с учетом деятельности младшего, Антона, я не удивляюсь - тот весьма талантлив и им бы даже не пришлось обращаться к сторонним экспертам. И вот еще что... У Ярославы Громик точно также. Всё, что лежит на поверхности, отображено в её личном деле. И больше ничего. Либо она жила весьма скучную жизнь, либо... В общем, предлагаю копнуть глубже и...
- Не надо. Дальше копать - не надо.
- Но если они...
- Ефремыч, - Павел остановилна мужчину тяжелым взглядом и тот нехотя кивнул и вышел из кабинета.
Броневой задумчиво посмотрел ему вслед. Нет, он не считал, что Ярослава может что-то вынюхивать - интуиция, помноженная на многолетний опыт, говорила об обратном. Вот только безопаснику об этом знать необязательно.
Что же за отношения связывают эту девочку и Зиминых?
А почему бы не спросить? Вот возьмет и спросит её прямо. А что такого? Ефремович подбросил ему отличную идею. Павел посмотрел на часы и нажал кнопку селектора:
- Виктор, вызови мне Ярославу Громик.
Он откинулся на кресло. Ждать пришлось недолго. Дверь распахнулась - хорошо что не с ноги - и на пороге возникло рыжее видение. Павел сглотнул. Сегодня Ярослава вырядилась в тонкую водолазку телесного цвета, оттягивающую все её округлости, широкую юбку - солнце, едва прикрывающую задницу и взгромоздилась на тонюсенькие высоченные каблуки.
Он встал - ну ничего не мог с собой поделать, хотелось приблизиться к этому чуду - подошел и привычно навис над ней, вынуждая задрать голову. Как же все-таки она пахла!
- Ярослава Константиновна...
-Да, Павел Сергеевич, - безмятежно проворковала негодница. Павлу захотелось уничтожить эту безмятежность.Он преувеличенно нахмурился и сурово брякнул:
- У службы безопасности возникли к вам вопросы.
Вот. Держи гранату.
Но ни грамма испуга. Лишь одна бровь недоуменно взметнулась вверх, и девушка ёпожала плечами:
- Так я пошла к Виктору Ефремовичу? Он уже приготовил детектор лжи и дыбу?
К какому Ефремовичу?! Почему разговор моментально свернул не туда?! Куда собралась?! Она должна была волноваться и оправдываться, а не... вот так.
- Нет, вы ответите на вопросы здесь и сейчас.
- Хорошо, - спокойный кивок и скрещенные в защитном жесте на груди руки. Он опустил глаза посмотреть на эти... руки, и тут же снова поднял. Смотреть туда было нельзя.
- Коммерческий шпионаж дело серьезное... - вторая бровь взметнулась вверх. - Что вас связывает с Зимиными? Поскольку они являются нашими конкурентами, мы должны быть уверены...
- В чем?
- Что в чем?
- В чем они являются конкурентами? - Ярослава лукаво посмотрела на него. - В бизнесе или в...- она сознательно сделала паузу.
- Или в чем?! - рявкнул Павел.
- Ни в чем.
- Твою ж...
- Вот именно, - Ярослава хихикнула, а у Броневого задергался глаз. И вдруг он кое-что понял. Она перестала смотреть на него, как на чужого. И снова подначивает. И издевается. Чуть ли не счастливо он вздохнул и широко улыбнулся.
Девушка с опаской посмотрела на эту улыбку и отступила на шаг:
- Эммм, а можно я к Горскому? Дыба - прекрасная вещь, давно хотела посмотреть...
- Нельзя. Все объяснения здесь. - пророкотал мужчина и шагнул к ней. Она - снова назад, но Павел не отставал.
Ярослава беспомощно обернулась на дверь, а потом вдруг оббежала Броню и спряталась за стол. За его стол, между прочим. Оперлась руками о столешницу, наклонила голову и, глядя ему в глаза, спросила своим бархатным, возбуждающим голосом так, будто ласкалаего всего:
- Разве я обязана отчитываться о своей личной жизни?
- Так значит, это, все-таки, личная жизнь? - угрожающие нотки прорвались на поверхность и нахалка посмотрела на него еще внимательней. Адская смесь ярости, желания и необходимости наказать - не важно за что - грозила накрыть его с головой. Что это такое? Может, это и есть ревность?
Но он же никогдане ревнует!
Кажется...
- Ну не рабочая, точно, - осторожно продолжила девушка.
- А доказательства? - Павел тоже обошел стол и встал возле нее, небрежно отодвинув своё кресло. Кресло от этой небрежности отлетело к панорамному окну и, звякнув там, затихло. Ярослава вздрогнула и прерывисто вздохнула. Её щеки вдруг окрасились румянцем.
- Доказательства чего? - голос Ярославы сделался низким и тихим, и прошелся по его натянутым нервам, как руки умелого гитариста по струнам.
- Что они...он... не твой парень.
- Они или он? - в зеленых глазах заплясали чертенята, а маленькие зубки прикусили пухлую нижнюю губу.
- Не важно. То есть важно. То есть... - он понял, что больше не может сдерживаться. И не будет. А то наговорит черти что. Или она наговорит.
Броневой подхватил её подмышки, посадил на стол, прижал затылок своей большой ладонью и впился в чувственный рот. И сам чуть не застонал от удовольствия.
Да, вот так правильно. Так и должно быть.
Он наказывал, принуждал, уничтожал своим поцелуем, но когда почувствовал нежность, исходящую от рыжей ведьмы, расслабился, притиснул её поближе, обняв свободной рукой за спину и с большей мягкостью и тщательностью принялся исследовать угощение.
Когда они начали задыхаться, Броневой оторвался от неё и сказал утвердительно:
- У тебя нет парня.
- Почему ты так уверен? - её голос был чуть запыхавшимся и нестройным - Может, я ветреная женщина и...
Он недовольно рыкнул.
- Ну ладно, ладно, нет у меня парня.
Павел покачал головой:
- Ну что мне с тобой делать? - пробурчал он едва слышно.
- Понять и простить? - предложила девушка.
- Отшлепать и запереть, - внес свое предложение Броневой.
- Но в правилах нашей компании такие наказания не предусмотрены, - голос нахалки сделался томным, и она чуть откинулась назад, оперевшись руками о поверхность. - К тому же, насколько я помню, согласно все тем же правилам подобные нашим действия...
- Я изменил правила, - прервал её мужчина.
- Ты...что?
От удивления рыжая приоткрыла свой очаровательный ротик и Павел снова этим воспользовался. Когда они, наконец, восстановили дыхание, он уточнил:
- Теперь нет запрета на отношения между начальником и подчиненной. Ну... по обоюдному согласию. И дресс код для творческих профессий теперь более свободный. Так что снимай все эти короткие тряпки.
Ярослава села прямо и чуть нахмурилась:
- И почему я вдруг должна снимать эти, как ты выражаешься, тряпки? Может, мне понравилось их носить.
- Потому что я не приемлю, чтобы на мою подругу пялились другие мужики.
- Эммм... А с каких пор я - твоя подруга? - в голосе рыжей появились опасные нотки, но Павел предпочел их не заметить.
- С этих.
- И давно решил?
- Сейчас и решил.
Ярослава пробормотала что то под нос, чуть поерзала, а потом и вовсе перекинула ногу и сдвинулась на край стола, подальше от него. И уже оттуда испытующе на него посмотрела:
- А меня ты сначала спросить не хочешь?
- А что тут спрашивать? - Павел вдруг почувствовал полное довольствие собой. Вот действительно - чего мучился? Сделает её своей и больше не останется повода для беспокойства. - Я уже всё решил. Конечно, я понимаю, что таким как ты - из провинции, без должного образования и соответствующих манер -будет непросто соответствовать мне, по статусу мы не слишком близки, но...- он нахмурился и замолчал, потому что увидел, что Ярославу чуть ли не перекосило.
- Это все? - сквозь стиснутые зубы прошипела девушка.
- Ну... да. Ачто такое?- посмотрел на неё вопросительно.
Что теперь то не так?
Ведьма спрыгнула со стола, отчего её короткая юбка взметнулась, отошла на середину комнаты и повернулась к нему, стиснув маленькие кулачки и явно едва сдерживая себя:
- Знаете, Павел Сергеевич,по размышлении я подумала, что прошлые правила мне нравились больше. Конечно, невероятно приятно получить столь... лестное предложение, но, как вы верно указали, я, к сожалению, вас недостойна. И как честный человек и преданный сотрудник ,не желающий порочить вашу в высшей степени замечательную репутацию, я вынуждена отказаться.
Поклонилась и вышла, оставив Павла с открытым от изумления ртом.
Твою мать, что это было?
Ему что, действительно отказали?
Броневой нащупал сзади себя кресло, сел в него и мрачно уставился в закрывшуюся дверь.