Глава 14

ГЛАВА 14

Нам так и не удалось выяснить, кто же пострадал от магии Самины. Это только укрепило наши подозрения в том, что горгулья случайно подзарядилась от магов, служащих на императора. И именно это заставило ректора включить Самину в состав рейдовой группы в качестве мага пепла. Маги пепла прекрасно диагностировали флору и фауну Нижнего мира.

Так что теперь мы с Саминой после ежедневных занятий ходили в Черный корпус на тренировки старшекурсников, и, если я уже была знакома с методами Норгата и компании и знала, как они ведут себя во время спаррингов, то Самина краснела, бледнела и мечтала слиться со стеной каждый раз, когда кто-то выражался. Эдмард так вообще забыл о роли общего защитника и носился с Саминой как курица с яйцом. Первый не выдержал Норгат и выбросил в воздух номерные руны:

– Перегруппировка.

И знаками поползли к нам, снова разбивая на две команды. Когда стало ясно, что Эдмард и Самина теперь в разных группах, феникс объявил, что больше не хочет тренироваться.

– Да не вопрос. Выход из рейдовой группы вон там. – Норгат указал на дверь. – Как покинул тренировку досрочно – так и вышел.

– Я остаюсь, – скорбно выдохнул Эдмард, посылая Самине печальный взгляд.

– Превосходно. Тогда отрабатываем как массовые удары по территории, так и массовую защиту. Кто не умеет плести единый щит – держатся за узлы и просто вливают магию. Раз-два-три! Погнали!

И Норгат в самом деле умел гонять. С его тренировки все выползли, едва переставляя ноги, одна Самина широко улыбалась, хотя у нее текла из носа кровь. Горгулья научилась становиться частью защитного плетения и вливала столько резерва, что преграда становилась действительно непробиваемой. Ребята ее нахваливали, Самина сияла, как начищенная монета, я же радоваться не спешила.

В этот раз мы остались в зале последние. Нужно было прибраться после тренировки и подготовить площадку для использования другими группами. Поэтому мы с Саминой медленно обходили зал по периметру и запускали в воздух очищающие руны. Волшебные символы должны были помочь распаду остаточной магии, пока бытовые артефакты собирали с пола каменную крошку, удаляли следы копоти и воды.

Я относилась к дежурству с философским безразличием. Любишь на хорошей площадке тренироваться – люби на ней и убираться. Зато Самина воспользовалась передышкой, чтобы громко с надрывом пострадать. Сначала я пыталась игнорировать ее эмоции, а потом не выдержала:

– Прекращай и думать о подобной ерунде.

– О чем это ты, Люба?

– О твоих героически планах выжать свой резерв до капли и умереть на благо рейда на руках у Эдмарда.

Самина сгорбилась, словно пытаясь стать ниже, и затравленно осмотрелась. Не услышали ли кто-то из парней?

– Продолжаешь страдать – сдам Эдмарду.

– Ты не понимаешь, каким мерзким уродцем я порой себя ощущаю. Лучше быть совсем без магии, как раньше.

– А еще лучше жить без памятным червячком под розовым кустом. Хорошо покушал, хорошо…

– Я тебя поняла, – буркнула Самина.

– Эдмард тебя любит. И не только он. За твоей спиной тетя и ректор Кхаал.

– И я так боюсь их подвести.

– Вот и не подводи. А странная опасная магия… Покажи мне хоть одного из нас, у кого она понятная и неопасная.

Когда мы выбрались из Черного корпуса, у арки портала уже никого не было. Так что мы с Саминой прошли через пространственный переход сами, а в замке поднялись на свой этаж и разбрелись по комнатам. Не знаю, что нашла в своей Самина, меня же на кровати дожидалась огромная золотая коробка, перевязанная белоснежным бантом.

– Хвостик, от кого это? – строго спросила я, зная, что бельчонок меня услышит.

Если бы не его участие, коробка вообще бы в мою комнату не попала. А раз Хвостик разрешил пронести подарок – значит, он был от Норгата. Но я должна была все равно поинтересоваться.

– Открывай уже! Я весь извелся! Он, кстати, тоже. Ждет отчет о том, понравился ли тебе.

О традиции дарить подарки в коробках, перевязанных бантом, Норгат узнал от меня. Я рассказывала ему о месте, в котором выросла, о своей семье, и старалась не замечать, что Норгат не спешит рассказывать о себе.

Бант на коробке Норгат завязал собственноручно, он был слегка кривой и помятый, словно ленту несколько раз затягивали морским узлом, прежде чем даритель оказался доволен результатом.

А внутри коробки оказалась алая юбка. Я рассматривала струящуюся ткань с двумя разрезами до середины бедра, чувствуя, как лицо становится в тон подарку. Ведь на дне коробки лежала записка: “Однажды я увижу тебя в ней на троне”.

***

Я знала, что император обнаружит, что Золотой лес больше не пустует, а с Золотого чертога снята печать. Понимала, что впереди меня ждет череда неприятных объяснений, но тихо надеялась, что все это случится как можно позже. Гроза разразилась на практике по ядам, когда в аудиторию без стука вошли двое в темной униформе и потребовали, чтобы адептку Шумскую освободили с занятия.

– Знаете, это плохая идея, – предупреждающе произнесла я, с грустью наблюдая за песчинками в настольных часах.

Для получения зачета мне нужно было продержать руку в ядовитом концентрате пятнадцать минут и не дать себе отравиться, удерживая щит, перчаткой растекшийся по руке.

Вроде бы и мелочь, всего-то уберечь руку. Когда мы порадовались, что хотя бы купаться в яде целиком не придется, госпожа Герта сказала, что целиком нас пусть магистр Лорини в грязи купает, а столько качественного яда тратить на замачивание адептов – непозволительная роскошь.

– Идите, адептка Шумская. Я поставлю вам зачет, – с добрейшей улыбкой объявила наставница по прокачке физического иммунитета.

– Глупо заставлять нас ждать, – отчеканил мой будущий конвоир.

– А куда это вы собрались забрать мою подопечную? Вы учтите, я несу ответственность за ее благополучие, – переполошилась госпожа Герта.

Учитывая, что ее девиз на практикумах был: “Кто умрет от отравления, зачет не получит”, излишняя заботливость выглядела крайне подозрительной. А эмоции так вообще намекали, что умная старушка всего лишь вытягивала из имперских магов информацию.

– Да никуда ваша Шумская не денется. Просто сопроводим ее в кабинет для беседы с… – спохватившись, мужчина замолчал, а его коллега потребовал, чтобы я собиралась вот прямо сейчас.

– Ваша преподавательница сама доварит зелье.

– Да зачем же его варить. Все готово же. И действует превосходно, – старушка одарила магов улыбкой крокодила.

Я вытащила руку из котла и потянулась за полотенцем.

– Мне нужно сначала подготовиться. Соблюсти технику безопасности, – пробормотала я, прикидывая, стоит ли попытаться активировать очищающую руну, которую я теоретически умела создавать, но использовала не на себе а для очистки Золотого чертога. Или обработать руки в очищающем растворе, как мы всегда делали на занятиях госпожи Герты.

– Идти прямо сейчас, Шумская. Обсохните, – отмахнулась госпожа Герта.

– Но…

– Вы всегда не подчиняетесь приказам наставников? – в высокомерном тоне имперского мага мне почудилась интонация лорда Алса.

К магам я приблизилась, сложив руки перед собой и стараясь не касаться ими одежды.

– Никогда не думала, что меня однажды будут забирать с занятия слуги императора, – заметила я, едва мы очутились в коридоре.

– Ему нужна гарантия, что вы прибудете на встречу. Руку, пожалуйста.

В ладони мага появился браслет с печатью руны, блокирующей перемещения.

– Вы опасаетесь, что я сбегу? От вас? Но зачем?

– Император опасается, что вы захотите скрыться, – в тихом пояснении второго мага я прочитала искреннее любопытство.

Неужели я та самая? А каковы мои возможности?

– Мне приказано применить силу, если вы откажетесь надеть браслет, – с отчетливой угрозой объявил первый конвоир.

– Хорошо. Можете приступать, – я протянула ему еще влажную от яда руку.

Пока маг защелкивал на мне браслет, я старательно использовала его как полотенце, и недовольная мина мужчины меня совершенно не беспокоила. Скорее было интересно, насколько качественный яд я сварила.

Это выяснилось где-то через пять минут, мы еще и до места встречи с императором не добрались, а идущий впереди меня мужчина вдруг пошатнулся, прислонился к стене и судорожно начал активировать какое-то кольцо на пальце.

– Отравление. Быть такого не может! – воскликнул его напарник, проверив цвет камня. – Ты что забыл надеть артефакт-антидот?

– Не все артефакты одинаково полезны, особенно если имеешь дело с экспериментальным рецептом, – с гордостью сообщила я.

Я действительно была в восторге от госпожи Герты. Она сразу нас предупредила, что если запачкаемся, то придется лечиться от отравления экспериментальным ядом с помощью экспериментального антидота. И этот антидот нам точно не понравится. Короче, как я подозревала, водоотталкивающий щит на руке удержат все.

– Ты отравила меня! Ты иномирская девка!

– Вообще-то, вы сами вытащили меня с занятия, не дав даже вымыть руки.

– А очищающая магия тебе на что дана? – возмущенно шипел второй маг, активируя какое-то целебное заклинание.

– Ещё не изучали, – мстительно поведала я.

– Чем он отравлен? Назови основные ингредиенты!

Я перечислила, что мы использовали при составлении яда, и маг схватился за переговорный артефакт, запрашивая экстренную эвакуацию для своего напарника. Портал из того места, куда он передал свои координаты, открылся под завывание сирены. Дух-хранитель позволил открыть несогласованный портал, но теперь старательно выражал недовольство. Сигнализация еще продолжала верещать, когда послышались шаги и из-за угла выбежали и ректор Кхаал, и сам император Ардмрак.

– Стаж Олс, потрудитесь доложить, что у вас творится! – гаркнул император.

– Пробита защита моей академии, открыт портал, но адептка Шумская на месте, – бесстрастно прокомментировал лорд Кхаал.

Судя по тонкому злорадству, с которым он это произнес, ожидалось, что я все-таки попробую сбежать. А смысл? Я не собиралась становиться отшельником Золотого леса. Смысл прятаться, если мне, наоборот, нужно выходить из тени и громко заявлять о своих правах. Тем более что за прошлые месяцы я окрепла магически, наладила отношения с духом-хранителем Золотого чертога и приобрела верных союзников.

– Адептка Шумская случайно отравила моего напарника. Я был вынужден запросить его эвакуацию.

– Как можно случайно отравить имперского мага?

– Не вымыла руки после практикума по ядоварению. Они мне не позволили. Очень торопились надеть браслетик.

Я протянула руку императору, но он, увы, даже не вздрогнул. А мог бы и ручку поцеловать. Эх, мечты-мечты…

– Этой рукой отравила? – деловито уточнил мужчина.

– Она уже высохла и не несет никакой угрозы для Вашего Величества, – с улыбкой объявила я и охнула, когда меня буквально всю с ног до головы окутало очищающим снадобьем. – Лорд Кхаал, предупреждать же надо!

– Я предупреждал императора, что вы ходячая катастрофа и вас не стоит заковывать в ограничивающий браслет. Дороже обойдется.

– Маленькая мстительная стерва, – тихо проворчал оставшийся стражник.

– Я вас услышала, – также тихо буркнула я и добавила уже громко, – так если мы разобрались, что я не собираюсь сбегать, может, снимите с меня браслет? Обязуюсь дойти до места нашей секретной беседы.

За углом послышались ойканья подслушивающих и топот. И пусть только император предъявит какие-то претензии! Мы стояли в коридоре, который никто не перекрывал после прибытия венценосной особы, и регулировщиков с плакатами: “Прохода нет” здесь тоже не наблюдалось.

Конечно, лорд Кхаал все это мог организовать. Но оно ему надо?

***

Император Ардмрак потребовал, чтобы я объяснила, что меня связывает с кланом волков пепла, почему я согласилась открыть для них проход в Золотой лес и как вообще умудрилась обойти императорскую защиту. Вопросы задавались без малейшей паузы, что давало мне возможность отвечать в произвольном порядке и согласно личной расстановке приоритетов.

– У волков милые ушки. Когда я смотрю, как они задорно торчат из волос, в моей груди рождается восхитительное ощущение…

– Кхаал, она что считает меня идиотом? – медленно процедил сквозь зубы император.

– У волков сейчас сезон гона. Многие женщины не их расы реагируют на волчьи феромоны.

Император забавно округлил глаза и уставился на меня.

– Ты спуталась с волком?

– Знаете, такие вопросы посторонний мужчина не задает женщине.

– Шумская, девица ты наша золотая, – медленно процедил сквозь зубы ректор.

– Она все еще невинна? – император с изяществом быка продолжал рыть землю.

– Я все еще наследница Дамира Золотого. Мне, кажется, это важнее. И я приняла решение, что не откажусь от Золотого леса и его магии.

– Да сколько там той магии, – отмахнулся Ардмрак.

– Значит, и проблемы никакой нет? – осторожно уточнил лорд Кхаал.

Я же сложила руки на коленях и усиленно изображала невинность. Только бы не эманировать. Только бы император не почувствовал, каким болваном я его считаю. Он ведь даже не мог определить уровень моего огня! Никто не мог. И это неведение защищало меня надежнее, чем то, что я была дочерью Дамира Золотого.

– Она не может засиживаться на первом курсе. Её огонь должен найти выход, после этого и магическое развитие пойдет быстрее. Поэтому я предлагаю перевести Шумскую на индивидуальную программу…

– Это уже сделано. Она изучает теорию с первым курсом, но практикуется с вашим сыном и его курсом. Кроме того, Шумская включена в состав рейдовой группы, которая вскоре отправится в Воющую чащу.

– Роль?

– Эмпат. Буду вдохновлять всех на подвиги, – скромно встряла в разговор я.

Император подумал и кивнул.

– О результатах этого рейда доложите мне.

Собственно после этой фразы императора я поняла, что меня не тронут. Император хотел проверить меня в месте, где царила магия Нижнего мира. Бросить меня к нежити и посмотреть, что будет. Неужели он знал нечто такое, о чем мы пока даже не подозревали?

– Как ты смогла обойти мою защиту?

Вопрос прозвучал, когда я уже расслабилась и решила, что все неприятности позади. Но тяжелый испытывающий взгляд мужчины указывал, что обход его барьера задел императора за живое. Он не мог понять, как соплячка вроде меня смогла преодолеть его магию.

Пришлось больше не задевать императорское самолюбие и ответить предельно честно:

– Я не обходила ваш барьер. Это сделал дух-хранитель Золотого чертога. Он перенес меня в лес.

– И остальных?

– Всех, кого я пожелала.

– А меня вы желаете видеть среди посетителей Золотого чертога?

Вопрос был с таким душком политики, что мне захотелось достать нюхательную соль.

– Я верю, что однажды Золотой чертог откроет двери для всех желающих прикоснуться к золотому пламени.

– Уверены, что вашего огня на всех хватит?

– Уверена, что хорошей магией надо делиться.

– Удачно рейда, адептка Шумская. Надеюсь, вы не из тех девушек, которые падают в обморок при виде нежити.

Император Ардмрак всерьез полагал, что я видела нежить максимум на картинках. И совершенно не представляю, что такое магия Нижнего мира.

– Помните, что вы всегда можете сменить эту академию на удобство моего дворца, где к вам отнесутся, как к принцессе.

– Сманиваете мою адептку? – хмуро бросил ректор.

– Только даю понять, что наследнице золотого пламени будут рады в столице.

– И вы готовы объявить о моем возвращении в Альтас? – медленно произнесла я, давая понять, что обдумываю предложение. – Расскажете, чья я дочь?

– Даже дам бал в твою честь. Из Любови Шумской ты станешь Золотой Любовью, – тут император мысленно рассмеялся, лицо мужчины оставалось доброжелательным, но я уловила его эмоции. – Познакомишься со всеми значимыми родами моей империи, узнаешь, что наш мир больше, чем парк этой академии. Слышал, ты даже в Аржане не бываешь.

Вот как…

Значит, я не ошиблась, и за мной следили. Все-таки молодец Хвостик, что за информацией бегал сам в Аржан, а я из академии Пламени перемещалась исключительно порталами.

***

Норгат

Норгат узнал о прибытии отца, едва император вышел из портала и ступил на территорию академии. На мгновение молодой дракон растерялся и тут же получил по ногам магической плетью Карада. Огненный щит немного смягчил удар, но дракону пришлось крепко стиснуть зубы, чтобы не застонать от боли.

– Норгат, ты чего? – изумился Карад, не ожидавший, что его удар пропустят.

– Немного отвлекся. Отец явился, – кратко бросил Норгат, заставляя себя включиться в поединок.

Он не мог сорваться с тренировки, чтобы выяснить, зачем отец пожаловал в академию.

Хотя тут и так ясно. Из-за Шумской. Это самый вероятный вариант, и он же самый желаемый. Потому что другие были намного хуже.

Император не должен был узнать так рано о переселении клана Волков пепла. А о тайном даре Самины он, если боги будут милостивы к этой горгульи, он никогда не узнает. Или в Золотом лесу на одну затворницу станет больше. А это чревато проблемами и для Шумской, и для последних темных фениксов. Эдмард такой же упрямый баран, как и сам Норгат, и никогда не откажется от Самины, а магистр Ард его поддержит. Но сильнее всего разоблачение Самины ударит по лорду Кхаалу, взявшему личную ответственность за развитие магического дара дочери Горгула Перерожденного, первого некроманта Альтаса, уничтоженного императором Ардмраком.

– Норгат, покинь дуэльный круг!

Гневный окрик магистра Эгарта обозначил, что полностью втянуться в тренировку у Норгата не получилось.

Дракон поклонился Караду и выпустил в воздух руну, признавая победу соперника.

– Норгат, мои родители заметили, что возле Золотого леса что-то происходит, – быстро прошептал Карад.

– Внутри сейчас тоже оживленно, – усмехнулся Норгат.

– Они живут рядом и имеют право знать.

– Согласен. Пригласи их в академию. – Норгат повернулся к идущему к нему магистру. – Отец в академии, поэтому я немного рассеян.

– Да хоть сама императрица Кириллия! Если ты вошел в круг, то должен отрабатывать до конца. – Магистр Эгарт зажег перед Норгатом руну вызова на магическую дуэль. – Сейчас проверим, что там у тебя с концентрацией.

– Удачи, – сочувственно шепнул Карад.

– Угу. Спасибо, – тихо буркнул Норгат.

Ноги, по которым пришелся удар хлыста, снова заныли, точно предчувствуя, что этот удар не был последним.

***

С тренировки в Сером корпусе, где обычно проходила отработка магического мастерства, не требующая поглощения мощной остаточной магии, Норгат выполз таким помятым, что уже физически не мог нервничать. Бутылочка обезболивающего замораживала и боль, и нервозность, поэтому дракон только усмехнулся, заметив личную стражу императора, и молча последовал за ней.

Император Ардмрак ожидал его во внешнем дворе академии. Здесь обычно днем была уйма желающих купить что-то в магазинчиках при академии, торгующих всем от обычной сдобы и канцелярии до готового платья и сложных артефактов. Торговцы с удовольствием привозили товар под заказ, именно так Норгат и раздобыл алую юбку для Любы. Воспоминания о ее смущенном лице, которое он имел удовольствие лицезреть на следующий день, до сих пор разгоняло кровь по венам.

Норгат шел по пустой площади и думал, что отец чем-то сильно расстроился, раз демонстративно заявился туда, где его могла заметить чуть ли не вся академия. Он словно напоминал всем о том, что присматривает за учебным заведением, что оно входит в сферу его интересов. Заметив Норгата, император кивнул и, дождавшись, когда сын приблизится, создал звукоизолирующую сферу.

– Норгат, твоя невеста – очень недальновидная особа. Она никак не может понять, что ей не стоит создавать лишние сложности и себе, и тем, кто о ней беспокоится.

– Рад, что ты принимаешь Любовь Шумскую, как мою невесту, – осторожно заметил Норгат.

Он не сомневался, что отец примет его выбор. После гибели Айдары Норгат мог сам выбрать себе невесту и сообщить об этом отцу. Однако он так этого не сделал, Норгат вообще не доложил о том, что подарил Любе кольцо. Но шпионы императора не зря получают жалование, раз заметили его на пальце Шумской. И вот теперь Норгат, затаив дыхание, ждал реакцию правителя Огненной империи.

– Золотой огонь Шумской послужит нашей семье и укреплению власти рода Ардмрак.

Вот оно что! Отец рассчитывал, что Люба перейдет в род Ардмрак. В этом случае он станет выше ее по положению. И сможет контролировать. Именно это имел в виду ректор Кхаал, когда говорил, что он и Люба не могут вступать в брак.

– Сомневаюсь, что Шумская готова кому-то служить. Она по натуре очень независима.

– Обладание таким даром исключает независимость. Надеюсь, ты сможешь донести до нее это. Иначе мне придется преподать девчонке урок после вашей свадьбы.

– Я поговорю с ней, – коротко кивнул Норгат, в самом деле намереваясь серьезно поговорить с Любой.

Она должна научиться действовать тоньше и не злить императора. Отец хочет услышать, что наследница Дамира Золотого лояльна новому порядку. Так в чем проблема подыграть?

Норгату нужно было время для подготовки к испытанию, во время которого он докажет всем, что достоин называться наследником. В чем-то его положение и Азаарта, которому предстояло пройти отбор, было схожим. За тем исключением, что Норгат знал об испытаниях и готовился к ним последние несколько лет, а для бедняги демона они стали большим сюрпризом.

– Я хочу объявить о ее возвращении. Хочу, чтобы наши подданные узнали, что золотой огонь воплотился в истинную наследницу.

– Воплотился? У нее была мать.

– Имя Альтори предано забвению, – с такой ненавистью произнес император, что Норгат понял – Даринию Альтори обвинили в гибели мужа не просто так.

Что-то случилось на Янтарной арене в тот роковой день. Нечто, изменившее судьбу этого мира. И Дариния Альтори была непосредственной участницей этих событий.