Глава 15

ГЛАВА 15

Люба

Я опасалась, что после заявлений императора, что меня ждут при дворе, в котором для меня давно приготовили и сырок, и уголок, и личную гильотину, моя команда совсем раскиснет и начнет требовать, чтобы я затаилась как та мышь за веником. А Норгат организовал для меня встречу с родными Карада. Они прибыли навестить сына, но после беседы с ним в гостиной для посетителей поднялись на второй этаж в нашу “штабную квартиру”.

Помимо меня, на встрече присутствовали сам Карад и лорд Кхаал. Эдмард и Азаарт слегка обиделись, что их не пригласили, по мне так ректор поступил верно. Родители Карада и так нервничали, и лишние свидетели им были ни к чему.

Беседу начал ректор. Он сухо, по-деловому представил меня родителям Карада. Не забыл упомянуть, что я давно вернула себе наследство и теперь восстанавливаю и Золотой чертог, и земли вокруг него.

Отец Карада, лорд Арад, отнесся ко мне настороженно, как к той обезьяне с гранатой, которая неизвестно, когда и в каком направлении рванет. Зато новость о том, что волки пепла перебрались в Золотой лес, заставила его удивленно присвистнуть.

– Агрх, снова живет по-соседству? Но почему ни он, ни его жена Ания не забегают в гости?

– Наверное, потому, что опасаются не добежать. Или потому что не хотят, чтобы вас сочли соучастниками их переселения.

– И что Агрх и его стая собираются дальше предпринять?

– Думаю, они хотят попытаться очистить Искрящуюся долину. Магию долины уже не вернуть. Огненные источники в ней угасли окончательно, но если уничтожить нежить, магия смерти ослабнет, а дружественный пепел станет сильнее.

– Согласен. Передайте, Агрху, что я в деле. Он может послать за мной, как только решит отправиться охотиться на падаль Нижнего мира.

Пока я общалась с отцом Карада, его жена молча меня рассматривала и почему-то ощущала при этом сильную неловкость. Наконец, она собралась с духом и спросила, свободно ли мое сердце.

– Мне кажется, вас больше волнует, все ли со мной в порядке, – мягко парировала я. – Благодарю, не жалуюсь.

– Вы, наверное, сочтете меня совершенно бестактной, но я должна сообщить вам, что у оборотней сейчас сезон осеннего гона, и они с ног до головы окутаны особыми феромонами…

– Переселение лорда Аргха и его клана никак не связано с феромонами. Это очень взвешенное решение. Видите ли, леди Арад, мне нужны союзники.

Демоница совсем смешалась и уставилась на свои крепко сцепленные в замок руки.

– Я чувствую себя такой глупой.

– А вы мне показались весьма дальновидной и смелой особой. Леди Арад, как вы наверняка знаете, я эмпат. И я точно знаю, чего вам стоило задать мне этот вопрос. Благодарю за беспокойство.

Женщина покраснела еще сильнее, но вымучила улыбку.

– Рада, что вы меня поняли правильно.

– А я рада, что у меня такие честные соседи. Если вам когда-либо потребуется моя помощь – обращайтесь.

Родители Карада переглянулись, и мужчина кивнул.

– Мы принимаем ваше предложение.

– И хотели бы увидеть его… – робко добавила его супруга.

– Речь идет о золотом огне, – тихо подсказал ректор.

– О! Это я запросто! – Я создала шар огня и подвесила его в воздухе. – Я сначала решила, что вы хотите увидеть Золотой чертог.

– А можно?..

– Прошу прощения, лорд Арад, но я не могу дать ответ, не поставив в известность хранителя.

– Да, конечно. Я понимаю.

На самом деле отец Карада ничего не понимал. В особенности не мог осознать, что я вот та самая, которую все так ждали. На его взгляд, я была слишком обычной, земной. Поэтому ему безумно хотелось меня увидеть в деле.

Примерно, как и императору, ждущему результатов рейда в Воющую чащу.

Я действительно думала, что отец Норгат нас не побеспокоит до рейда, который должен был состояться через несколько дней, когда магическая почта прислала приглашение во дворец на торжественный ужин. Я с трудом сдержала желание смять тонкую золоченую бумагу. Вдруг еще придется предъявлять на входе?

Сунув пригласительное в сумочку, я поспешила в комнату Норгата. Нужно было обсудить, что за тучи сгущаются над нашими головами.

***

Норгату хватило минуты на изучение приглашения, чтобы объявить, что оно от его матери. Да, бумага была гербовая, ею обычно пользовались для рассылки документов, но и сам дворец был давно разделен на четыре части: официальную, где проводились приемы и принимались просители, две части принадлежали императорской чете, но была и тайная четвертая, где жила официальная фаворитка.

– Я давно не общался с матерью, но до нее, видимо, дошли слухи о нашей с тобой помолвке. Вот она и вызывает тебя к себе.

– Так тебя не пригласили?

– Мама не может меня позвать, поскольку мой статус выше. Только ждать и надеяться, что однажды я ее навещу.

– Погоди, так сколько лет ты не виделся с мамой?

– Около шести.

– Что?!

Я сначала сочла, что ослышалась, но по взгляду Норгата поняла, что он имел ввиду именно шесть лет, а не недель или месяцев. А именно шесть лет, и это когда сам он регулярно бывал во дворце.

– Не понимаю. Как же так?..

– Мое возвышение и статус наследного принца – ее заслуга. Она убедила императора, что государству нужны гарантии, что родовой огонь Ардмраков не угаснет. Поэтому меня забрали от бабушки с дедушкой. Мое мнение никого не интересовало.

– Твоя мать так беспокоилась за магию рода Ардмрак?

– Вот видишь, Шумская, ты сразу ухватила самую суть. Мне, чтобы дойти до этого, пришлось пережить несколько лет чудесной придворной жизни. Мама вызвала меня для себя. Понимаешь, быть матерью наследного принца почетнее, чем просто любовницей, пусть и единственной.

– Вот как. А я почему-то думала, что у твоего отца чуть ли не гарем.

– Любая третья женщина, попавшая во дворец, долго не проживет. Когда есть две постоянно враждующие силы, очень удобно перекладывать вину за совершенное убийство.

– Оу… Как у вас дома душевно.

– Вот и я про это. Только в первый год меня травили раз десять и еще несколько раз пытались отнять магию. Я регенерировал, выплевывал свои легкие, стонал и снова регенерировал под присмотром госпожи Герты.

Я тут же ухватилась за знакомое имя:

– Так наша наставница по прокачке иммунитета ядами…

– Уже опробовала свою методику на одном подопечном, и он даже выжил. Не бойся ужина, на который тебя пригласила моя мать. Тем более что он будет после рейда.

– Считаешь, что мне нужно бояться рейда?

– Кхаал сказал, что ты уговорила завести группу на руины Янтарной арены и изменила наш маршрут. Зря. Этот рейд не экскурсия в прошлое.

– Да какая еще экскурсия! Мне напомнить тебе, что моя мама до сих пор находится где-то в Нижнем мире?

Мама со мной больше не связывалась, зато регулярно “звонила” тете Саше и уже через нее выясняла, как у меня дела. Такой вот межмировой испорченный телефон, который и не телефон вовсе. С одной стороны, я знала, что мама жива, а с другой – было ясно, что она почему-то не может со мной общаться. Учитывая отношение императора Ардмрака к Нижнему миру, я понимала, что мама боится мне навредить.

– Люба, это рейд для уничтожения враждебной нежити, а не поисковая группа. Будет лучше, если ты четко уяснишь приоритеты команды, – неожиданно жестко произнес Норгат.

В последнее время он так редко меня отчитывал, что мне стало не по себе.

– Ты серьезно считаешь, что я могу навредить рейду?

– Просто напоминаю тебе о наших целях и о том, что в рейде ты должна мне подчиняться. Это не прогулка в Золотом лесу. Я несу ответственность и за каждого члена отряда, и за общий результат охоты, влияющий на рейтинг академии Пламени. И я не позволю тебе что-то выпрашивать у Кхаала за моей спиной.

– Тебе осталось добавить, что если я не могу найти в себе силы вести себя как образцовый член команды, то мне лучше остаться в академии.

– Зачем произносить то, что и ты и сама понимаешь? А раз понимаешь, то все сделаешь как надо.

Да чтоб тебя!

Мы вели разговор у двери. Норгат не предлагал мне войти, но я неожиданно сама шагнула в его комнату, а потом от души шарахнула фаером о стену. И замерла в ступоре при виде воспламенившейся стены. Золотые язычки пробежали по обоям и весело затрещали, пожирая рисунок…

– К-к-как же так?..

– Это огонь Шумская. Всего лишь огонь.

И Норгат запустил второй фаер в стену, уже жаркий и оранжевый, однако магия Норгата не усилила пожар, а наоборот погасила мое пламя. Несколько секунд – и от моей выходки осталось только уродливое черное пятно.

– Ты смотритель небольшой части академии. Только та часть этажа, в которой находится твоя комната, принимает твою магию. В остальных же золотой огонь в первую очередь огонь, хотя и необычного цвета. Кхм… А знаешь, Шумская, если ты это не понимаешь, то у нас с тобой случилась серьезная недоработка. Впрочем, одной больше, одной меньше. Наши с тобой отношения – череда сюрпризов и неучтенных моментов.

– О чем это ты?

Горечь в голосе Норгата заставила меня напрячься.

– Отец хочет, чтобы я на тебе женился.

– Хм… Звучит неплохо.

– В этом случае ты перестанешь быть Шумской и потеряешь связь с родом своего отца. Понимаешь, Люба? Если я на тебе женюсь, то уничтожу. Ты потеряешь все, что так долго строила. Свой Золотой чертог и отношения с другими кланами. Во главе всего будет император Ардмрак.

– Хорошо… – медленно произнесла я.

– Да что же тут хорошего?! Это же ловушка!

– Хорошо, что ты рассказал мне об этот не перед алтарем. Значит, у нас есть время подумать. Мы найдем выход из этой ситуации. А пока, раз брак нам в ближайшее время не грозит… – Я подошла к Норгату и положила руки ему на плечи. – Временами мне кажется, что я вот-вот взорвусь. Магия жжется и требует выхода, ты жалишь меня поцелуями так, что становится больно, но и перестать целоваться с тобой я уже не могу. А ты, Норгат? Что ты чувствуешь?

Вместо ответа Норгат сжал мое лицо в ладонях и коснулся лбом моего лба.

– Я умру за тебя и Золотой лес.

– Дурак. Мне не нужно, чтобы ты умирал за меня, Золотой лес или весь Альтас. Ты мне нужен, Норгат. Без тебя я бы давно сбежала домой.

– Не представляешь, каким глупцом я себя сейчас чувствую. Подарил кольцо, решил идти против воли отца и чувствовал себя героем. А на самом деле он и это просчитал. Он ждет нашего брака.

– Не думай о том, чего хочет император. Думай, о том, что хочешь ты. Сейчас.

– Дорогая, тут у меня даже вариантов нет, – губы Норгата скользнули по моим губам.

Моя спина тут же выгнулась дугой, я запрокинула голову, подставляя шею горячим поцелуям.

– Если брачный ритуал будет во вред, то смысл его вообще ждать, – вполне четко оформила свою мысль я.

И шокировала Норгата. Он даже целовать меня перестал, так и замер, сопят мне в шею.

– То есть, ты мне предлагаешь…

– Если девушка врывается в комнату парня и поджигает его стену, ей точно что-то нужно.

У меня были припасены еще какие-то умные аргументы, но все они иссякли, едва Норгат подхватил меня на руки.

– Я давно понял, что ты сумасшедшая. Моя любимая, огненная девчонка.

Осознание, что я почти сотворила, пришло, едва Норгат опустил меня на кровать. Смесь восторга, неуверенности и предвкушения накрыли, заставляя дрожать, но не от холода.

– Замерзла, Любовь моя? – вкрадчиво произнес Норгат.

Когда он просто сел рядом на постель, я обхватила себя руками, чтобы он не заметил, что меня трясет. Норгату всегда было достаточно только посмотреть, и я чувствовала себя так, словно прикоснулась к оголенному проводу. Я на него реагировала, даже когда он меня раздражал своим высокомерием.

– Мой огонь тянулся к тебе с первого дня, с того самого момента, как я тебя увидел.

Норгат взял меня за руку и переплел наши пальцы, наши руки тут же охватило огненное сияние.

– Это потому что твой дар почувствовал, что я тебе нужна? Магия подсказывала тебе, что я смогу раскачать твои эмоции?

– Это потому что я с первого дня хотел уложить тебя в постель.

– Эм… Знаешь, звучит не слишком романтично.

– А если я скажу, что ты настолько умная и смелая, что я готов взять тебя в любой рейд?

– Тогда я предложу тебе закончить разговоры о рейдах и наконец-то меня поцеловать.

– Это я с огромным удовольствием…

И не только с удовольствием, еще со страстью, нежностью и очень-очень неторопливо. Норгат целовал так, что я вообще забыла, где мы находимся, перестала думать и о времени, и о том, что меня беспокоило. Все мысли унесли горячие прикосновения к обнаженной коже и еле слышный шепот Норгата, доказывающего, что он может быть очень романтичным мужчиной. Впрочем, слова я разбирала с трудом, губы горели от поцелуев, но мне этого уже не хватало. Давно мало, но сейчас мне казалось, что я просто распадусь на части, если не получу большего, если Норгат меня не обнимет, не прижмет к своему обнаженному телу, и я не ощущу его тяжесть.

Наша магия никуда не делась, золотой огонь и живое пламя Альтаса тоже тянулись друг к другу, сливались в единое целое и окутывали нас подобно кокону. Наша любовь порождала новую магию огня, но и сами чувства тоже были магией, еще более сильной и древней, магией, доступной всем, в ком горит огонь, соединяющий сердца. И неважно, чье сердце затрагивает этот огонь, человека или дракона.

***

Мне не хотелось возвращаться в реальность, не хотелось начинать думать, я лежала уткнувшись носом в шею Норгата и просто наслаждалась тем, как огонь золотит его кожу, на которой местами уже обозначились темные чешуйки.

– Прекрати, мне щекотно, – проворчал Норгат, когда я запустила огненную змейку к его животу.

– У тебя очень интересная физиология.

– Пф!

Да, когда парень таких габаритов смущается, это забавно.

– Я, вообще-то, про чешуйки.

– Слушай, сладенькая моя, ты, как помнится, тоже дракон.

– Наполовину. Поэтому и гладенькая, – давясь смехом, ответила я. Потом мой взгляд упал на помолвочное кольцо, и настроение испортилось. – На моей ауре отразятся какие-то изменения?

– Эм… Ты о чем?

– О транспаранте “Она больше не девственница”, который может появиться над моей головой. На теории аур нам рассказывали, что по ауре много чего интересного можно узнать.

– По открытой ауре. Твоя скрывала даже цвет твоего огня. Так что и иные нюансы твоего состояния тоже окажутся недоступны для окружающих.

Не выдержала и стукнула Норгата подушкой.

– Ты мог бы это произнести как-то попроще! Нашел чем гордиться.

– А что поделать, если я действительно горжусь. – Норгат отбросил подушку и перекатился на кровати, подминая меня под себя. – Я рад, что ты полностью моя. Хорошо, с нюансами и оговорками, как любая истинная драконица.

– Какими еще нюансами? – опешила я.

– Я не жду от тебя повиновения и подчинения. Хотя обычно у нас так принято. Я обязуюсь принимать во внимание и уважать твои желания, даже самые странные. Но если мне покажется, что ты можешь себе навредить…

– Стоп! Ни слова больше. Что за свод правил, похожий на условия брачного контракта?

– Брачный контракт? А что это? Если ты об условиях перехода в мой род, то близость не исключает проведение ритуала. Но мы же обсудили все последствия…

– Да я не про ритуал. А про новые правила, которые ты изобретаешь на лету. Я не хочу ничего менять.

– В смысле? Мы уже кое-что изменили.

– Да, подумаешь, переспали.

Норгат сел на постели и уставился на меня с такой обидой, что я инстинктивно начала заворачиваться в покрывало.

– Кажется, мне пора одеваться.

– Хорошо.

И дракон скрылся в соседней комнате с удобствами. Дверью не хлопнул, и на том спасибо. Хотя я и так знала, что у него на душе. У меня тоже стало паршиво и тоскливо. Словно мне дали попробовать кусочек десерта, но я не знала, получу ли весь торт целиком.

Но жалеть о содеянном. Нет уж!

Одевалась я быстро. Не хотелось, чтобы Норгат увидел меня голой. Да, запоздалое смущение всегда выглядит странно, но куда ж от него деться.

– Увидимся на вечерней тренировке? – спросила я, когда Норгат появился в дверях.

– А ты себя хорошо чувствуешь?

Хотелось закатить глаза к потолку и фыркнуть, но Норгат и так был на взводе. Причину я не понимала, но чувствовала, что если спрошу прямо – четкого ответа не получу, потому что он ему самому был неизвестен. Проще всего – оставить все, как есть, а там видно будет.

Поэтому я подошла к нему, поцеловала в губы и улыбнулась:

– Все просто замечательно. Так я пойду. Да?

– Иди, – хмуро бросил дракон.

Нет, и чего он такой недовольный? И как же сложно быть эмпатом! Эмоции никогда не дают всей информации. Ты чувствуешь, но не понимаешь и вынужден обо всем догадываться.

***

Норгат

Любовь так просто взяла и ушла, а Норгат теперь себя чувствовал полнейшим идиотом, потому что не хотел, чтобы Шумская уходила. Дракон понимал, что девушка не может остаться у него на весь вечер, который перейдет и в совместную ночь, но все равно злился.

Люба стала его в полном смысле, но все равно оставалась недоступной. Он не мог ни назвать ее своей женой, ни объявить своей парой и сделать частью рода Ардмрак. Значит, будет и дальше поддерживать как наследницу Золотого императора.

И станет предателем рода Ардмрак.

Норгат никогда не думал, что осознание этого будет жечь его хуже отравы, которую ему регулярно подсовывали во дворце. Когда отец назвал его преемником, Норгат думал, что однажды займет трон, чтобы править на благо всей Огненной империи. Он мечтал возродить огненную магию, которая спасла бы всех от нашествия нежити. Норгат хотел, чтобы расы пепла жили спокойно и не опасались обвинения в измене, чтобы жители Огненной империи, на землях которых вдруг в следующий раз откроется портал из Нижнего мира, не бросали свои дома из страха, что их назовут предателями, заключившими союз с Нижним миром.

Норгат хотел перемен.

В эти перемены верили и горгульи, и демоны пепла, и другие измененные расы Альтаса. Многие древние роды поддержали наследного принца в надежде, что когда он взойдет на престол, закончатся череда гонений и вечный поиск продавшихся Нижнему миру.

Норгат не хотел предавать род Ардмрак. Но он не мог предать и Шумскую. Не мог уничтожить ее своей любовью. Значит, должен сделать сильнее. Его Любовь должна научиться бить первой, да так, чтобы противник больше не поднялся. Чтобы не помыслил, что видит перед собой хилую иномирянку.

– Шумская, ты решила до конца боя отсиживаться за спинами защитников?!

Грозный рык Норгата разнесся по полигону, где их рейдовая группа отбивала условную атаку нежити. Люба и Самина носились вместе со всеми по площадке, уворачивались от ядовитых плевков возрожденной виверны и старательно использовали пассивную магию. Норгат не знал, что там нашептывала госпожа эмпат, но члены его команды сегодня дрались так, точно приняли какой-то допинг. Самина тоже старалась быть полезной и по-тихому запускала в нежить замаскированные под фаеры подчиняющие руны. Разумеется, подчинять нежить Самина не умела, но виверна после каждого запуска осоловело трясла головой и пыталась понять, что же происходит.

Норгат тоже хотел знать, какого гоблина происходит! Почему его же члены рейдовой группы косятся на него, как на какого-нибудь зверя. Да, зверей во время рейда может быть и больше. Люба должна быть готова увидеть массовую атаку нежити.

– Эдмард, выпускай вторую виверну! – приказал Норгат под хоровой стон команды.

– Да переспи ты с ней уже, что ли, – быстро прошептал за его спиной Карад. – Всем же полегчает.

Норгат сам не понял, как сдержался и не двинул Караду в морду.