Анна Неделина · Зверь всегда найдет дорогу назад

— Ну, здравствуй, темный лес! — весело приветствовал Ройвел, наблюдатель от учебного совета, обязанный проследить, что Нейт добрался до места распределения и не сбежал по пути. Веселость его была притворной. Еще бы, пришлось тащиться с провинившимся выпускником за тридевять земель, на другую сторону Митили, почти до самой западной границы Рольвена. Проще было выгнать проблемного студента с позором, вместо диплома показав вслед кукиш. Шутка ли: подопечный едва не отправился прямиком на рудники по обвинению в покушении на сына советника Берлита, которому, как говорят, едва горло не перегрыз. Одно слово — оборотень.

Ехали они, конечно, не в лес, а в маленький городок под названием Тальмер. Но Ройвелу уж очень хотелось позлорадствовать.

— Самое для тебя подходящее местечко, — хмыкнул он. — Видал, какая глушь вокруг?

— Видал, — лениво откликнулся Нейт, который большую часть пути попросту проспал, несмотря на все неудобства. Но даже при этом Ройвел успел ему надоесть своими бесконечными шуточками. Может, Нейт и правда сбежал бы, только не от распределения, а скорее — от докучливого провожатого.

— Говорят, тут разбойников — тьма. И нечисть водится. Не заскучаешь! — ехидно заметил Ройвел.

— Удивительно, что никто не попытался напасть на карету, — пробормотал Нейт. Негромко, но провожатый все же услышал и примолк. Видно, задумался, что Нейт-то в Тальмере останется, а ему еще обратно в столицу ехать придется…

Но молчать долго Ройвел не был способен. И собственную обиду облек в очередной намек:

— С тобой ещё хорошо обошлись. Мог бы сейчас в застенках сидеть, в королевской тюрьме, как особо отличившийся маг.

— Милостью его величества и мудростью ученого совета минула меня чаша сия, — отозвался Нейт. На самом деле, горькая чаша миновала его только чудом. У чуда были волосы цвета спелой пшеницы, длинные светлые ресницы и глаза, зеленые, как весенняя трава. Эти глаза были полны печали…

Нейт помнил и другие взгляды. Неприязненные, презрительные, раздраженные. Помнил шепотки. Пустили отребье в Магическую Академию — вот вам и результат. Отребьем Нейт не был. Его отец всю жизнь трудился, будучи торговцем. Но кого это интересовало? Давайте перестанем пускать неблагородных в Академию! Ужесточим экзамены, будем проводить ежегодные проверки на благонадежность!

Однако среди магов добрая треть — без роду-племени. Дар не по знатности дается. Так что никаких ограничений на поступление в Академию не последовало.

Нейт снова подумал о девушке с зелеными глазами.

У нее было звучное имя — Клотильда. Тилли Бран. Она была племянницей графа Кайлена Брана, телохранителя его величества короля Альвета.

А он… просто оказался рядом.

— Ну, что скис? — поинтересовался Ройвел. — Небось, о местечке при дворе рассчитывал? Сдался ты там кому…

Нейт сам не знал, на что рассчитывал. Отец всегда учил, что если талант дан — нельзя лениться, нужно развиваться по мере возможностей и сил. Возможности поступить в Академию были — вот он и двигался вперед, пока мог. Кто бы мог подумать, что в итоге он получит должность городского мага в каком-то Тальмере?

Нет, должность сама по себе достойная.

Но он оказался так далеко от столицы. Можно считать, что наказание все равно его настигло.

***

Семь месяцев назад

Из-за густых зарослей акации донеслось:

— И за что же нынче дядюшки признают приблуд своими родственниками?

— Должно быть, милашка не без фантазии, раз заинтересовала самого Кайлена Брана.

Отвратительные слова. Мерзкий смысл. Говорившие не знали о присутствии Нейта, а он не видел лиц. Только понял, что там девушка и не меньше троих насмешников — против нее одной. А ведь дело происходит не в какой-нибудь подворотне, а во дворе Магической Академии Тейна.

— Достойные суждения для людей, которые стремятся оказаться на королевской службе, — девичий голосок звенел. — И вот такие мысли бродят в головах благородных отпрысков уважаемых фамилий?

Нейту очень захотелось увидеть ту, что это сказала.

— Не тебе судить, дура безмозглая, — прошипел один из задир.

— А кто дал вам право судить графа Брана? — поинтересовалась девушка. — Уверены, что найдете подтверждение своим словам перед лицом королевского суда?

— Да кому ты нужна, чтобы разбираться королевским судом?!

— А при чем тут она? — подал голос Нейт. Не нужно было выжидать так долго. — Вы только что нанесли оскорбление графу Брану. Уверен, что с ним драться будет так же легко, как и с девушкой?

Нужно было видеть эти покрасневшие физиономии! Казалось — аристократики сейчас попросту полопаются от злости.

Нейт рассудительно добавил:

— Глупо вести подобные разговоры во дворе Магической Академии.

К этому моменту тот из мерзавцев, что стоял к девушке ближе остальных, наконец, взял себя в руки. Презрительно усмехнувшись, он поинтересовался:

— И кто тут у нас подал голос? Еще один бродяга…

— Этот бродяга что-то слышал, — напомнил Нейт. — Господа желают продолжить разговор в кабинете декана?

— Страшно, не могу! Твое слово против моего… уже дрожу.

— Хватит! — решительно сказала девушка. — Это переходит все границы, Дегорт! Мое слово тоже будет что-то значить, не забывай об этом.

Дегорт скривился:

— Пф! Еще связываться!

Нейта толкнули в правое плечо, потом в левое: подпевалы Дегорта один за другим потянулись за своим предводителем.

А девушка осталась с Нейтом.

— Ты всерьез собирался против них выступить? — спросила она. — Между прочим, это был Дегорт Берлит.

Разумеется, фамилия «Берлит», принадлежавшая королевскому советнику, произвела на Нейта впечатление. Но вида он не подал.

— Они вели себя недостойно. Их следовало поставить на место.

— Даже если после этого в опасном положении окажутся другие люди? — поинтересовалась девушка. Вроде и не осуждала, но одобрения в ее голосе тоже не чувствовалось. Над ее словами стоило задуматься.

Девушка подошла к скамейке неподалеку, взяла с нее свою сумку, расшитую бисером. Такие нынче были модны среди студентов.

— Почему они были так жестоки к такой симпатичной девушке? — спросил Нейт.

Она обернулась.

— Ты издеваешься?

— Вовсе нет. Спрашиваю совершенно серьезно.

— Да, конечно!

Нейт озадаченно почесал за ухом, не задумываясь о том, как выглядит жест. Девушка наблюдала за ним с удивлением. Не удержалась, улыбнулась.

— Ты совсем как зверек, — заметила она.

Нейт смутился, пожал плечами.

— У каждого дара свои особенности. Иногда так увлекаюсь наблюдением через животных, что невольно перенимаю их повадки.

— Через животных? — девушка склонила голову набок. Выбившаяся из строгого пучка светлая прядь упала на шею.

— Я могу видеть их глазами. По сути, совмещаю свой разум с сознанием какого-нибудь зверя… — пояснил Нейт.

— Так ты оборотень? — напрямик спросила она. — Я слышала, как девчонки судачили. Должно быть, сами они тебя ни разу не видели.

— Почему?

— По их рассказам ты — угрюмый, страшный здоровяк с клыками и грязью под ногтями.

— Обычно-то я их чищу, — Нейт продемонстрировал руки, но тут же сжал кулаки. Ногти у него и правда были не в лучшем виде: неровно обкусанные. Этой своей привычки Нейт тоже не замечал и прежде она его не беспокоила. — Наверное, кто-то из твоих подруг застал меня, закапывающим косточку в саду…

— Не может быть! Ты должен знать, что в Академии вечно все меняется местами. Кость потом можно и не найти!

— Но и без запасов нельзя, — задумчиво пробормотал Нейт.

Девушка рассмеялась.

— Еще говорят, ты превращаешься в любого зверя, какие только существуют.

— Я могу присоединиться к сознанию любого зверя и направить его в нужном мне направлении. Это, конечно, влияет на меня самого. Я меняюсь… начинаю мыслить, как зверь, вести себя по-звериному, двигаться быстрее, чем обычные люди…

Он не добавил, что и опасен становится тоже как хищный зверь. Об этом слухи рассказывали куда красочнее, чем было на самом деле. Пугать девушку он не хотел. И опасался, что вот-вот проявится брезгливость. У всех его знакомых рано или поздно начиналось неприятие. Довольно мило возиться с котенком или щенком. Но когда человек внезапно с интересом принюхивается к сырому мясу или опускается на четвереньки, потому что так проще взять след — это уже совсем не мило.

Короче говоря, Нейт знал, каково это: опасаться, что тебя начнут сторониться просто потому, что молва идет впереди. Девушка, похоже, именно такой опаски и ждала.

Нейт, конечно, слышал о племянниках графа Брана: одаренных молодых людях, которых дядя сделал своими наследниками за неимением собственных детей. Беда была в том, что племянников лет до пяти воспитывала мать, как говорили — деревенская простушка. Терин и Клотильда, так их звали. Они были бастардами, их родной отец никогда не женился и вряд ли собирался соединить судьбу с простолюдинкой. Впрочем, Браны — не первые незаконнорожденные дети благородных отцов. А зависть людей велика… Терин Бран имел какой-то порок дара, в Академии он не доучился, но, говорили, что он стал появляться при дворе, получил какую-то незначительную должность и даже завел знакомство с принцем Тилем Линезским, наследником трона соседнего государства. Не каждый рольвенский аристократ в столь юном возрасте может похвастаться подобными успехами. Вот люди и завидовали.

Только Нейту было совершенно все равно.

***

— Ну, вот, значица, дом городского мага, — в очередной раз повторил градоправитель. Нейт огляделся. В жилище предшественника царило такое же запустение, как и в маленьком садике, прилегавшем к нему. Такое впечатление создавалось, будто из дома бежали в спешке. И прежде того — еще изрядно колдовали.

— А что случилось с прежним магом? — поинтересовался Нейт.

— С Аурелем-то? Срок службы закончился, он сразу и уехал, — простодушно сообщил градоправитель.

— У вас тут так тяжело работать?

— Скорее, скучно. А без мага — бывает непросто, это да. Понимаете, господин Гарвель? Вот мы и обрадовались, когда узнали, что про нас, наконец, вспомнили. Вы-то, как указано в бумагах, здесь пять годков проработаете. Мне все спокойней будет…

Нейт кивнул. Градоправитель не упомянул, что в бумагах также указано: «Обязан отработать по решению суда». Неужто после такого действительно можно говорить о спокойствии? Интересное место этот Тальмер.

— Других магов в городе нет?

— Отчего же, парочка найдется. Только они ж все без сопроводительных бумаг. Не могут ответственные должности занимать.

А Нейт по приговору суда, выходит, может. И это градоправителя не особенно беспокоило.

Ну, что же. Нейту нравилось, когда люди судят без предвзятости.

— Дом теперь ваш, значица, — заключил градоправитель. — Располагайтесь тут со всем удобством. Горожан прежний маг принимал здесь же. За этой дверью у него кабинет был. Там кое-какие бумаги остались, вы уж разберитесь. А здесь вот подъемные, честь по чести.

Градоправитель передал Нейту увесистую связку ключей, тощий мешочек, в котором ободряюще звякнуло, и поскорей исчез, отговорившись делами, которых невпроворот.

Новоиспеченный городской маг отпер дверь кабинета.

И обнаружил заваленный бумагами письменный стол. Постоял на пороге, пытаясь на глазок оценить масштаб трагедии.

Потом запер дверь и пошел разбирать вещи.

***

Градоправитель рискнул заглянуть к нему только спустя четыре дня. В кабинете уже воцарился порядок, хотя сам дом все еще выглядел пустым. Нейту было лень убираться везде, много места ему не требовалось. Он лишь осмотрелся, чтобы убедиться: никаких магических тайников или забытых предметов в доме не осталось.

Количество бумаг на столе не уменьшилось, даже начало прирастать после того, как люди узнали, что дом городского мага снова открыт для посетителей.

— Ну, как идут дела? Наслышан от людей, что вы им помогаете по мере сил, — сказал градоправитель бодро.

Нейт вздохнул.

— Гоняю крыс, ищу призраков, избавляю от проклятия неудачной женитьбы… В большинстве случаев — пустая трата времени. Призраков нет, проклятья — пустышка, вот разве что крысы неизменно присутствуют.

— Кхм… ну, люди просто рады городскому магу. К тому же молодому. Холостому, опять же…

— То-то со вчерашнего дня девицы идут жаловаться, что им кажется, будто их преследует злой дух, нашептывающий в сгущающихся сумерках странное, — хмыкнул Нейт. — Кстати, господин градоправитель, у меня вопрос.

— Да-да?

— Я нашел записи своего предшественника. И был несколько удивлен. Каков профиль его дара?

— Стихийник он был, вполне обычный водный маг, как все.

— Да, но он очень активно занимался целительской практикой. Понимаете, не простым затворением крови или утешением боли. Я подумал, он увлекся знахарством и травничеством, раз прописывал горожанам настои. Но в доме нет намека на лабораторию, в которой можно было бы готовить необходимые снадобья… У него было другое жилье в городе или за его пределами?

— Нет, что вы. Он отсюда нечасто выходил.

Нейт с тоской покосился на бумаги. Не удивительно.

— Но ведь отловом нечисти он тоже занимался?

— Истинно так! Бывало, прибегут к нему несчастные: домовой со свету сживает, помоги! Он достанет карту города, начертит на ней угольком путь от дома к реке, да и приказывает: «Домовой, злодей, а ну, пшел за порог, чтобы тебя больше не видали и не слыхали в Тальмере!» И с того момента — тишь да гладь воцаряется.

Нейт впервые слышал о том, чтобы подобные способы изгнания были действенными. Он и домовых ни разу не видел, разве что в учебнике по духоведению.

Впрочем, если горожанам становилось спокойней — пожалуйста. Но что Нейта беспокоило — это настои, которые городской маг раздавал довольно щедро, не уточняя в записях содержимое.

— Вы ведь говорили, что магов, имеющих право на практику, в городе нет? Целителя, как я понимаю, тоже не имеется? — уточнил он.

— Верно понимаете, господин Гарвель.

— Почему же вы его не наняли? По Магическому регламенту, в городе вроде Тальмера у городского мага должно быть не менее двух помощников и хотя бы один целитель.

— К сожалению, всем им необходимо платить из городской казны. А нам и господин Аурель дорого обходился.

Про самого Нейта градоправитель не упомянул. Видно, пока он в тягость городу не был.

— Но я — не целитель и услуг такого свойства оказать горожанам не смогу.

— Что же, жаль, конечно. Но это не беда, как-то же жили прежде.

Вот Нейту и было интересно — как же это так они тут жили и откуда у городского мага появлялись лечебные настои и отвары. Вообще-то, среди бумаг Ауреля нашлась подсказка. Попалась она Нейту среди многочисленных жалоб. Видно, городской маг строчил их от скуки. Привычка к бумажной волоките давала о себе знать, не иначе.

— А куда делась госпожа Регина Линнель, которая занималась в Тальмере целительством в прошлом году? — поинтересовался он.

— Да никуда, живет себе спокойно, — удивился градоправитель. — Только она не целительница.

— Но в жалобах господина Ауреля говорится именно так.

— Хм-хм, и правда, что-то такое было… В сущности, госпожа Регина — травница. Целительницей люди называют из уважения.

Имя неизвестной Нейту женщины градоправитель и сам произносил с заметным почтением.

Нейт кивнул.

— Подскажите, где мне ее найти.

— А стоит ли тревожить добрую горожанку, господин Гарвель?

— Постараюсь обойтись без тревог, — пообещал Нейт.

Градоправитель вздохнул.

— Ну, удачи вам, значица…

***

Дом был старый, но крепкий. Крышу не так давно ремонтировали. Видно было, что кто-то переложил черепицу, перекрасил наличники на окнах. Ухаживали за жилищем.

Нейт даже не успел подняться на крыльцо. Из-за угла дома вышел мужчина в черной рубахе и черных же штанах, босой, с полотенцем в руках. Волосы его были мокрыми.

— Чего тебе? — спросил мрачно этот тип. Нейт решил, что он здорово смахивает на разбойника. А еще — от незнакомца пахло магией, травами и гарью. Будто мужчина ещё недавно ходил по пепелищу.

— Я ищу Регину Линнель, — миролюбиво сказал Нейт.

— Считай, нашел. Слушаю, — еще больше помрачнел тип.

Нейт улыбнулся, стараясь сохранить дружелюбный тон.

— Вы на госпожу Линнель не похожи, — заметил он.

— Не выспался просто, — буркнул мужчина. — Так что тебе нужно?

— Я бы все же хотел поговорить с Региной…

— Перехоти.

Вот ведь бывают такие неприятные типы.

— Я обнаружил довольно много жалоб предыдущего городского мага, господина Ауреля. Из них видно, что госпожа Линнель занимается целительской практикой, не имея на то разрешения.

— Жалобы, значит, — процедил незнакомец и шагнул к Нейту. — Слушай внимательно. Сейчас ты развернешься и уйдешь. И больше я тебя возле этого дома не увижу.

— Иначе?

— Иначе и в городе тебя больше никто никогда не увидит. Как и господина Ауреля, — имя предшественника Нейта мужчина произнес с презрением. — Тебе что-то непонятно?

— Это вам, судя по всему, непонятно, — спокойно отозвался Нейт, — что вы угрожаете магу при исполнении…

— Плевать, — сообщил незнакомец. — К Регине я тебя не подпущу.

— И как же вы намерены мне помешать? Примените магию против человека на королевской службе?

— Магия не понадобится. Я тебя и так вышвырну.

Нейт не любил доводить дело до драки. И уж тем более не любил драку начинать. Но угрозы его не напугали, как, возможно, рассчитывал незнакомец.

От первого удара Нейт уклонился, разозлив противника. Мужчина прорычал что-то недовольное и ударил вновь. Нейт поднырнул под его кулак, а потом, выпрямившись, нанес удар локтем, метя в лицо. Мужчина будто не заметил. Мир крутанулся. Нейта оторвало от земли, и он полетел, рухнув в колючую крапиву уже за невысокой оградой.

Когда Нейт поднялся, противник стоял напротив, по ту сторону ограды и брезгливо отряхивал руки.

— Иди отсюда, — посоветовал он.

Но Нейт был уже достаточно зол, чтобы оставить все так. Он прыгнул, перелетев через забор, как это смогла бы сделать собака. Звериное проснулось в нем стремительно. Мир потерял краски, зато обострилось чутье. Нейт видел только врага перед собой. Попытался вцепиться ему в руку. В горло не метил, человеческое все же еще сохранялось где-то на задворках сознания.

Незнакомец пропал. Вот он стоял прямо на пути — и вдруг нет его. Нейт приземлился на все четыре лапы… то есть, на руки и ноги. Ворча, приподнялся, готовясь к новому прыжку. Запах шел слева…

Потом его снесло потоком воды, опрокинуло назад, развернуло боком. Маг ударился о какой-то валун, и, наконец, врезался прямиком в злосчастную ограду, которая с треском проломилась под его весом.

У нависшего над Нейтом незнакомца в глазах загорались золотые искры.

— Щенок! Что-то все же умеешь! Какое приобретение для города. Так и быть, не стану тебя калечить, если прямо сейчас…

— Верс, что случилось? — от дома к ним шла молодая женщина в светлом платье.

Мужчина уже протянувший было к Нейту руку, словно намереваясь схватить за шкирку, замер. Нейт тут же подался в сторону.

Мужчина глянул через плечо.

— Иди в дом. Я разберусь.

— Нет уж, остановись. Ты этот забор только на прошлой неделе поставил. Объясните-ка, что происходит!

— Простите, госпожа Линнель, — пропыхтел Нейт, поднимаясь на ноги. — Мое имя — Нейт Гарвель, я новый городской маг Тальмера.

— Нашел жалобы Ауреля, вот и прискакал, — процедил мужчина.

— Ах, вот оно что, — в голосе госпожи Линнель появилась прохладца. — Не думала, что снова услышу об этом. Быть может, выпьете чаю?

— У себя дома, — мрачно добавил ее дружок.

— Не откажусь, — внезапно решил Нейт и взглянул на недавнего противника: — Вы ведь Верс Плантаго?

— Он самый. Что, Аурель и на меня жалобу накатал? Смотри-ка, — он повернулся к Регине, — выходит, все же поднабрался смелости.

— Вообще-то, у меня для вас послание, — произнес Нейт. — От Терина Брана.

— Вот как, — уже куда спокойней отозвался Верс. — Ну, пошли в дом. Расскажешь, как это тебя угораздило столкнуться с Бранами.

***

Пять месяцев назад

Чем больше Нейт узнавал о Тилли Бран, тем больше глухого, непережитого раздражения скапливалось в нем. Он старался скрывать от нее при встречах, насколько его злит ситуация. Но Тилли слишком легко понимала его чувства и старалась успокоить. У нее была прекрасная улыбка. Тилли не всегда думала о людях хорошо. Их пороки она угадывала так, словно люди для нее были открытой книгой. Девушка не высказывала этого вслух, но по ее отношению, видимо, люди догадывались.

Поначалу Нейту казалось, что Тилли достается из-за успехов ее брата. Аристократы цепляются к ней, потому что не могут задеть Терина Брана. Но постепенно он начал понимать, что некоторые опасаются самой Тилли. Ее внимательного взгляда, от которого невозможно укрыться.

— У нас с братом дар видеть больше, чем обычные люди, — сказала она как-то. — Терину доступно будущее. Точнее, он иногда угадывает отдельные детали или события. Дар дается ему с трудом. Это от магического проклятья, которого задело его в детстве. Его резерв надолго был подорван и до конца так и не восстановился. А я вижу, что происходит с людьми. Или уже произошло. Чем лучше я знаю человека, чем ближе он становится — тем выше вероятность, что я смогу узнать и о его прошлом. Не боишься?

— Наверное, нет. Ты пользуешься полученными сведениями, чтобы шантажировать богатеев?

— Ты прямолинеен, — задумчиво заметила Тилли. — Не знаю, хорошо это или плохо.

— Ты уже видела мое прошлое? — поинтересовался он.

Тилли улыбнулась.

— Все-таки беспокоишься?

— Скорее, хочу понять: насколько близким человеком ты меня считаешь, — пояснил он.

Тилли Бран долго молчала. Потом пообещала:

— Я скажу тебе, когда случится видение.

Он приносил ей подарки, которые и подарками-то нельзя было назвать. Орехи, ракушки с речного берега. Тилли смеялась:

— Ты и правда как зверек. Все жду, когда ты притащишь мне косточку.

Его обычно называли «зверем».

— Надо подумать, делиться ли с тобой запасами, — протянул он. Тилли засмеялась.

Из ракушек она соорудила украшение для мешочка, в котором носила письменные принадлежности.

Тилли принимала Нейта таким, какой он есть.

***

Меньше месяца назад

Нейт возвращался в свою комнату из академической библиотеки. Строгий смотритель решительно запретил выносить из читального зала старинные свитки с раскладками печатей. «В Академии и так не найдется места, которое не перестраивали бы по вине умников, которые упражняются в применении незнакомых заклинаний без требуемой внимательности, — ворчал он. — Есть правила. Правила должны соблюдаться». Он долго ворчал на Нейта, хотя тот и не пытался настаивать или сбежать с драгоценными записями.

Было уже темно. Луна то выныривала из-за туч, то вновь пропадала.

Нейт уловил запах людей раньше, чем они появились. Он чувствовал чье-то присутствие достаточно долго, чтобы понять: за ним следят, а впереди ждет ловушка. Он попытался сменить курс. Но скоро выяснилось, что ловушка была не одна. Его очень настойчиво пытались поймать.

Он предпочел напасть первым, чтобы сохранить преимущество внезапности, и поначалу ему везло. Но вскоре подоспела подмога. Нейту ничего не оставалось, как пробудить звериную сущность. Это дало ему скорости и неожиданности поведения.

Он смог задеть как минимум двоих. Потом его спеленали заклинанием, накинули на голову мешок и тогда уже отходили так, что он на время потерял сознание.

Мешок оказался бесполезен: Нейт неплохо разглядел всю компанию. Среди нападавших был даже сам Берлит. Наверное, мерзавцы надеялись, что темнота станет их надежным помощником.

Убивать не собирались — когда Нейт пришел в себя и стянул с головы мешок, поблизости уже никого не было. Он кое-как добрел до общежития и едва не свалился на пороге своей комнаты.

А утром его вытащила из постели охрана. Задержали не только его, но и аристократов. Их нашли по крови. Нейт даже обрадовался, когда узнал, что больше всего досталось именно Берлиту.

Их обвинили в участии в магической дуэли. Оказалось, поединок заметил сторож — и как раз тогда, когда нападавшие перешли к активному использованию заготовленных печатей. Бесчувственного Нейта он не заметил. Или не захотел заметить… если видел, как Нейт двигался по-звериному и догадался, что в драке участвует «оборотень», о котором ходят слухи.

Магические дуэли на территории Академии были под запретом и карались арестом. Поэтому Нейт в тот же день очутился за решеткой. Естественно, аристократики компанию ему не составили — оказались заперты по домам.

Потом дело обернулось скверно. Берлит сильно пострадал. Поначалу он и его дружки, как видно, подтвердили идею о магической дуэли, а потом…

И очень скоро появилась другая версия. Нейт напал на Берлита в зверином облике и пытался убить. Дружки его защищали и тоже были ранены.

Нейт превратился из хулигана, каких среди студентов Магической Академии было множество, в преступника, пытавшегося убить сына советника.

Пять дней он провел в камере. Тилли ни разу не пришла. Да, наверное, к нему никого и не пускали. И вообще: почему он ждал, что она придет? Но мысли жгли.

В один из дней между прутьев решетки проскользнула маленькая юркая птичка. Должно быть, погналась за каким-нибудь насекомым. Вот уж кому в тюремной камере было вполне удобно! Нейт поделился с гостьей сухой лепешкой. И сам не заметил, как «зацепился» за птицу, а его желание направило кроху к особняку Бранов.

Птица сделала несколько кругов вокруг здания. Потом на втором этаже открылось окно, мелькнула тонкая рука. Птица опустилась на ветку перед открытым окном. И Нейт глазами своей невольной провожатой увидел Тилли.

Девушка сидела на подоконнике, обхватив руками колени. Она была печальна.

Раздался стук в дверь.

— Могу я войти, Клотильда?

— Конечно, дядя, — Тилли поспешно соскочила с подоконника. В комнату вошел мужчина, который выглядел немногим старше племянницы. Обладатели дара надолго сохраняли молодость.

— Тайком слезы льешь? — спросил он.

— Нет, но… Ты же знаешь, как все это несправедливо! — ответила Тилли.

— Ничего непоправимого не случилось, не горюй. Нельзя исправить только смерть. Но впредь — не скрывай ничего ни от меня, ни от брата.

— Я ведь и подумать не могла, что он окажется способен на такое злодейство! Настоящий зверь… — выдохнула Тилли. Кайлен Бран обнял ее.

— Каждый получит то, что ему причитается… — глухо произнес он.

Тут птица увидела очень красивого жука… Связь ослабла, и Нейт снова осознал себя в тюремной камере.

Он долго смотрел на клочок темнеющего неба, перечеркнутого решеткой — все, что можно было увидеть в окошке, прорезанном в стене под самым потолком.

В ушах все ещё звучали слова, которые произнесла Тилли.

Способен на злодейство.

Зверь…

Да. Она, наверное, побоялась приходить.

На следующий день надсмотрщик, обычно не особо вежливый, открыл дверь камеры и с уважением произнес кому-то, кого Нейт пока не видел:

— Вот здесь он и сидит, душегубец. Вы бы поосторожней, ваше сиятельство. Говорят, оборотень он. Зубами мальчишку рвал. Правда, за все время, что тут провел, был паинькой. На луну не выл, на дознавателя не рычал. Наверное, пропала у него звериная охота. Он сюда-то попал крепко избитый, да поглядите: все зажило уже, как на собаке!

Вошел человек, которого Нейт сразу узнал.

Кайлен Бран. Дядя, которому позволено обнимать Тилли. И, хотя в увиденной вчера картине не было ничего такого, на что намекают лживые слухи, Нейт все равно злился. И еще — завидовал. Он зверь, ему — можно.

— Выйди, мы поговорим наедине, — разглядывая его, но обращаясь к смотрителю, распорядился граф Бран.

— Что же, ежели вы так решили…

Смотритель ушел, прикрыв дверь.

— Да уж, и не верится, что ты Берлита с дружками одолел, — проговорил Бран. — Не страшно было влезать в дела аристократов? Или так хотелось перед девушкой покрасоваться?

— Ее там не было, — уронил Нейт.

— Рассказал бы ей потом. На жалость надавил.

— Не о чем было бы рассказывать.

Граф вдруг усмехнулся.

— Герой, значит. Промолчал бы… Из-за твоего благородства такая каша заварилась. Да и она хороша.

Нейт вскинулся, недовольный его словами. А ведь Тилли о дяде всегда отзывалась только хорошо. И добрый он, и заботливый. Вот какова его забота. Чуть скандал — сразу и недоволен.

Кайлен Бран шагнул к нему. Решительно сказал:

— Не вздумай завтра на суде хоть слово против высказать или прикрыться ее именем! В отличие от нее, я тебя не пожалею. Что уготовано — то и примешь.

Нейт ничего не понял. Кроме того, что «она пожалела». Его пожалела.

А как же «зверь»?

Выходит, Тилли говорила не о нем, а о Берлите? В душе загорелась надежда.

— О службе в столице можешь забыть, — продолжил граф Бран. — Поедешь, куда скажут. И будешь там сидеть тише воды, ниже травы. Чтобы здесь твое имя забылось. Должность получишь — и ладно. А что в глуши… — он вдруг усмехнулся. — Там тебе будет у кого поучиться.

Нейт озадаченно нахмурился. Должность? О чем вообще граф толкует?

Дознаватель доходчиво объяснил, что ждет Нейта ссылка и рудничная работа. На долгие годы. Нарушение правил Академии. Нападение на аристократа. Да не на кого-нибудь — а на представителя семейства Берлит…

— Гляжу, ты еще и недоволен, — граф по-своему истолковал его недоуменное молчание. — Да знаешь ли ты, что она из-за тебя едва не согласилась выйти за Дега замуж. Он ей жизнью твоей грозил, обещал сгноить на рудниках.

Звучало дико. Неделя не прошла, а тут — какое-то замужество. И кто мог ей угрожать? Что еще за «Дег»? Дегорт Берлит?!

Нейт осознал, что глухо рычит, лишь когда граф Бран прикрикнул:

— А ну, цыц! Смотри-ка, и правда — пес. Порычи мне тут! Доказательств у девочки нет. Он же ей на словах угрожал, а предложение сделал честь по чести. Запрос в королевскую канцелярию отправил. Обставил все так, будто у вас уже давно все оговорено было. А потом она с тобой спуталась. Брат возразил, им обоим досталось за недостойное поведение.

— А где были вы?! — не удержался Нейт от горького вопроса.

Граф тяжело вздохнул.

— Не в Тейне. Вернулся в самый разгар скандала.

— Ваше слово для короля что-то значит. Неужели вы не могли ее защитить?

— Ее я защитил. А вот ради тебя король с советником ссориться не станет.

Нейт невесело усмехнулся.

Да уж. А как же: «Каждый получит, что ему причитается»? Или, может, граф полагает, что Берлит — не такая уж дурная партия? Подумаешь, угрожал… И с чего только жениться собрался? То презирал, а то вдруг — свататься полез. Решил таким образом отомстить? С женой Берлит мог бы поступать как вздумается. В такой семье уж точно сор из избы никто бы не позволил выносить… Или Дегорт прознал про дар Тилли и заинтересовался?

— Клотильда — фрейлина королевы, — сообщил вдруг Бран. — Ей было позволено учиться в Академии, потом она должна была появиться при дворе. Разумеется, скандал затронул королеву. Ее величество наложила запрет на свадьбу. На неопределенный срок. Пока Тилли не восстановит свое доброе имя. И потому ты не будешь делать глупостей. Иначе все испортишь. Ты понял меня?

Куда уж дальше было все портить? И так все испорчено.

Нейт думал, что граф собирается уходить. Но тот вдруг спросил:

— Ты мне только одно скажи: почему сразу к декану не пошел? До этого поединка?

— Да не было никакого поединка. Я же неблагородный… — поморщился Нейт. — А она просила. Не хотела создавать неприятности. Для брата и для вас.

Бран слышно скрипнул зубами.

— Воистину люди способны усложнить себе жизнь куда надежней, чем это сделают недоброжелатели.

***

— Терин Бран просил передать вам поклон, — сказал Нейт.

— Ну, передавай, — кивнул Верс и выжидающе уставился: мол, кланяйся, как велели. Нейт почувствовал острое желание снова затеять с наглецом драку. Что могло связывать Терина с этим странным типом, выглядевшим как бандит?

На брата Тилли Нейт, кстати, тоже был зол. Он видел младшего Брана перед самым своим отъездом из столицы. Граф Бран больше не удостоил его вниманием. А вот Терин явился… вроде как под предлогом нелепой просьбы — передать весточку Версу Плантаго. В послании, кстати, была ещё одна часть: «Приглядите за Нейтом Гарвелем, пока он будет нести службу в Тальмере». Но об этом Нейт решил умолчать. Нужны ему такие наблюдатели…

Он задал Терину один вопрос, который разъедал душу. Если младший Бран такой из себя провидец, почему не понял, что происходит с сестрой, почему не вмешался раньше? И получил ответ. Видите ли, Терин и Тилли — близнецы. Практически одно целое. А дар Терина таков, что о самом себе он никогда не мог увидеть ничего… А заодно не было у него видений и о Тилли. Глупость несусветная. Зачем вообще такой дар нужен, если никому не способен помочь?!

— Так о чем вы хотели узнать, господин Гарвель? — спросила Регина Линнель.

— Не у вас ли Аурель покупал лекарственные настои?

— И что, если так?

— Я намерен предупредить, что не стану закрывать глаза на нарушение закона. Если у вас было соглашение с господином Аурелем и вы готовили снадобья, не имея на то разрешения…

Регина печально улыбнулась.

— Соглашения не было. Боюсь, Аурель был посредственным магом и наши с ним взгляды… сильно расходились. Зелья же он покупал, насколько мне известно, у одной травницы в ближайшей деревне. Правда, больше она не практикует. Можете проверить. Зелья были не самого лучшего качества, как выяснилось.

— Хм… — произнес Нейт, слегка озадаченным тем, как повернулся разговор.

— У меня есть разрешение от магистра Магической Академии Литена, заверенное королем, — добавила внезапно госпожа Линнель. — Я имею право применять целительские способности, если положение требует немедленного вмешательства, а поблизости нет иного целителя.

Нейт о таких разрешениях никогда не слыхал.

— Я могу взглянуть? — спросил он.

— Конечно, — подтвердила Регина. Упомянутая бумага у нее действительно была. И королевская печать на этом странном документе тоже имелась.

— Случалось, я успевала исправить последствия недостаточно лечения, которое назначал Аурель, — добавила женщина. — У нас с ним случались ссоры. Тогда он писал жалобы.

***

Нейт постепенно обживался. Рутинная работа отнимала большую часть времени. И чтобы развеяться, но стал исследовать окрестности города, «подселяясь» в сознание зверей и птиц.

Он изнывал от бездействия.

Оттого что не может поговорить с Тилли.

Не может сказать ей, чтобы она ни в коем случае не шла на поводу у шантажиста. Нейт за свою жизнь постоит сам.

Он просто хотел удостовериться, что с Тилли все в порядке. Граф Бран наверняка позаботился о племяннице. Но мрачные мысли все равно одолевали по ночам и тогда Нейт подозревал недоброе.

Постепенно он стал удаляться все дальше и дальше от Тальмера. Это отнимало силы, но остановиться Нейт не мог. Эти путешествия вошли в привычку, как входит в привычку алкоголь… Он просыпался иногда прямо на полу, свернувшись калачиком, как кот. Порой обнаруживал себя на чердаке в компании летучих мышей.

А однажды ночью Нейт решился. Он никогда не делал таких больших переходов, тем более что пришлось преодолевать воду. Он двигался с «пересадками» — цепляясь за сознание то быстрого оленя, то стремительной птицы. Через реку переплыл в компании с юркой рыбкой. И наконец, оказавшись в Тейне, подтолкнул попавшуюся на пути белочку пробежаться до имения Бранов. Однако заветное окно было темно. И белочка зря прождала, надеясь на чудо. То есть, надеялся на чудо Нейт, а зверек стал невольным соучастником.

Потом Нейт вспомнил, что Тилли фрейлина. И начался путь в королевский дворец. Однако дворец — это не графское имение. Он куда больше. Как найти в нем одну-единственную девушку?

В тот раз Нейт «вернулся» в Тальмер ни с чем.

Во вторую ночь его снова постигла неудача.

И лишь на третью, наконец, повезло.

Он увидел Тилли на террасе. Девушка стояла, озаренная лунным светом.

Невзрачный воробышек порхнул на перила. Проскакал прямо к девушке. Остановился, разглядывая Тилли. То есть, разглядывал, конечно, Нейт — птичьими глазами.

Девушка улыбнулась нежданной гостье, которая не боялась компании человека. Протянула руку. Воробышек прыгнул к ней на ладонь. Тилли засмеялась. И Нейт понял: она не поняла, что он рядом.

Тогда воробышек соскользнул с ладони Тилли, долетел до ближайшего розового куста и сорвал один лепесток. Вернулся и уронил в руку девушки.

Тилли смотрела на лепесток долго, будто читала послание.

— Нейт, это ты? — спросила она, наконец.

Он не мог заставить птицу говорить. Но чириканье воробья получилось такое радостное, что Тилли засмеялась.

— С тобой все хорошо? — спросила она. — Прости меня.

Воробей прошелся по ее руке. Строго чирикнул.

— Но тебе пришлось уехать…

Возмущенная трель.

И тут у Нейта закончились силы. Его просто выдернуло из сознания птицы и утащило во тьму беспамятства.

Он провалялся в постели без сил целые сутки. Даже рукой пошевелить и то не получалось.

Но это было не главное.

Главное — он видел Тилли.

Тилли его помнила. Переживала за него.

Это вселяло надежду.

На следующее утро в дверь начали колотить с такой настойчивостью, что, спустя немалое время Нейт понял: придется все же идти и открывать. С трудом дотащился до прихожей.

На пороге обнаружился Верс Плантаго, за спиной которого стояла Регина Линнель.

— Ну вот, — проворчал Верс. — Никуда он не сбежал. Просто дрыхнет.

Нейт попытался захлопнуть дверь, но сил не хватило. Он сам не заметил, как оказался грубо водворен в гостиную и уложен на диван. Регина укрыла его пледом и попросила у Верса:

— Сходи за чаем.

Разумеется, Плантаго не помчался через полгорода к себе домой, чтобы принести требуемое. Нисколько не стесняясь, он направился на кухню Нейтова жилища. И почти тут же вернулся с кружкой, в которой дымился ароматный чай. Странно, ведь Нейт даже не пытался согреть воду.

— Магическое истощение, — вынесла вердикт госпожа Линнель и строго сказала молчавшему Нейту: — Вы совершенно безответственно довели себя до такого состояния. Пожинайте плоды: теперь Верс будет вас поить.

Плантаго поморщился, явно не обрадованный перспективой.

— Я сам… — начал Нейт.

— О! — хмыкнул Верс. — Гляди-ка, ожил.

И эти двое странных типов присматривали за ним ещё три дня. Верс даже общался с посетителями. Причем Нейт ни разу не слышал, чтобы случился спор или горожанин ушел недовольным.

***

— Пропал, господин маг. Каська-лесоруб. Уже, значица, второй случай выходит.

Нейт озадаченно слушал.

— Второй?

— Как есть, второй. Первым-то Луш пропал, пошел тетку проведать. Она у него в Овражках живет. Да только не видали его там, говорят. Каська же и рассказал. Они с Лушем дружбу водили, — объяснил градоправитель.

— М-м, — многозначительно сказал Нейт. — Уверены, что на них не напали разбойники?

Раз градоправитель явился к нему, значит — речь пойдет о магии.

— Я бы не пришел, господин маг, вам, видно, все еще недужится. Да ведь беда у нас. Явился Рикен и начал кричать о чудовище. Охотник он. Зверья всякого повидал и мастак истории сказывать. Но такого ужаса от него раньше не слышали. Глаза безумные, трясется весь. А ведь здоровый был мужик, жена у него, трое детей. С самого утра только одно от него и слышно: зверь, дескать, исполинского росту, высотой с вековую сосну, с клыков каплет дымящаяся слюна и глаза горят. Ну, никак он это сам не мог придумать, господин Гарвель.

— Такое больше чудовище не мог заметить только один человек, — возразил Нейт.

— Это да. Вот только люди теперь боятся в лес ходить.

— Понятно. Я хочу поговорить со свидетелем.

— Вот это правильно! — одобрил градоправитель. — Он вам, конечно, ничего нового не скажет, но надо же с чего-то начинать. Обеспокоены все очень.

— Разберемся, — пообещал Нейт.

Градоправитель проводил его к дому охотника Рикена. Дом стоял почти на самой окраине города. Возле забора собрались соседи. Людей было не очень много, но и этих достаточно, чтобы разнести слухи по городу. Градоправитель не зря волновался.

— Расходитесь, господа, расходитесь, — сказал он неодобрительно. — Что вам здесь. У человека беда приключилась, оставьте его.

— Как же, оставьте! — всплеснула руками одна из женщин. — Или ты не слышал, что Рикен наговорил? Выходит, сгинул мой Каська, не вернется.

— Ты, Сольга, раньше времени не вой. Кто сказал, что на твоего мужа чудовище и напало?

— Да кому же ещё он нужен?

— Сама знаешь: он и прежде пропадал, да потом все одно — возвращался. Да и не так просто его со свету сжить. У него дар есть, какой-никакой.

— У Луша вон тоже был, а толку? — возразила Сольга.

— Дар? — переспросил Нейт. Градоправитель кивнул.

— Умеют они оба кое-как с водой управляться. В академиях, конечно, не учились. Так, подсказать, где колодец копать. Каська и в лесу никогда не плутал. Как найдет ключ какой — так и сразу знает, куда от него идти, чтобы жилье отыскать.

Вода, значит, путь подсказывала. Дар невелик, конечно, если только этим ограничивался. Настораживало, что пропали уже два человека, склонные к стихийной магии.

— А Рикен? — спросил Нейт у градоправителя. — Тоже магией владел?

— Да что вы, господин Гарвель. Разве что амулеты защитные всегда при себе носит. В лесу осторожность нужна.

Ну да, раз уж там такая живность может повстречаться.

Пока они вот так беседовали, из дома вышла Регина Линнель, увидела Нейта и градоправителя, направилась к ним.

— Вас уже известили, господин Гарвель? Рикен успокоился и уснул. Он совершенно точно трезв, но напуган до ужаса. Хотите знать, где он увидел чудовище, о котором рассказывает? Боюсь, мысли его спутаны. Мне так и не удалось добиться внятного ответа. Говорит, видел огромного волка.

— И как спасся? — уточнил Нейт.

— Говорит, зверь преследовал его, но внезапно пропал.

— Выходит, где-то есть следы, — пробормотал маг. История охотника звучала сомнительно. И в то же время, вполне могла произойти. Если, например, Рикен наткнулся на «пугало» — заклинание, охраняющее зарытый в лесу клад.

— Каська говорил, он как-то раз рык услышал. Такой страшный, что спрятался под лапник и там полдня пролежал. Вроде как бродил кто-то поблизости. Потом все стихло, — сказала вдруг Сольга. — Никто ему не поверил! И вот…

— Потому что пил твой Каська и сам в этом признался, — пояснил градоправитель.

— Для смелости кто б ни выпил при таких-то делах?

— Он говорил, где именно? — спросил Нейт.

Градоправитель кивнул.

— Стража осматривала место, где он обычно лес рубил. Думали: может, приключилось что. Топор соскользнул. Да только не нашли ничего.

Оказалось, искали Каську три дня назад. Нейт тогда ещё отлеживался дома.

— Я осмотрю окрестности, — сказал Нейт. Он чувствовал свою ответственность. Мог бы узнать обо всем произошедшем раньше. Конечно, на должности городского мага Тальмера он оказался не по своей воле. Но ведь оказался.

Регина внимательно посмотрела на него.

— Постарайтесь воздержаться от излишней траты резерва, — попросила она.

Госпожа Линнель, кстати, выглядела не особенно взволнованной. Сохраняла присутствие духа. А ведь ей стоило беспокоиться хотя бы за своего сожителя Плантаго. Тот пропадал неизвестно где и непонятно чем занимался. Да ведь он маг-стихийник, и явно не самоучка… Очень странный тип. Да и сама Регина с этим ее разрешением, подтвержденным королевской печатью…

Стоило вспомнить о Версе, как он тут же и появился. Оказалось: пришел проводить Регину домой. На Нейта он взглянул недобро, будто хотел о чем-то предупредить. Поди разбери…

***

Если бы чудовище действительно существовало — в погоне за Рикеном оно должно было проторить себе заметный путь из поваленных деревьев. Но ничего такого в окрестностях Тальмера обнаружить Нейту не удалось. Он смотрел с высоты птичьего полета — так было проще. Затем исследовал вырубку, на которой трудился пропавший Каська. И тоже ничего не нашел.

Нейт предположил было, что Луш мог пропасть где-то поблизости от того места, где искали Каську. Но нет, выяснилось, что дорога на Овражки лежала значительно северней… Тем не менее, Нейт «полетал» и там.

И обнаружил что-то странное. Выжженное пятно земли в стороне от дороги, в одном из оврагов. Он изучил место, отправив туда волка, к разуму которого присоединился. Земля была выжжена и оправлена. Но деревья у оврага стояли нетронутыми. Выше огонь не пошел. Круг был ровный, какой мог получиться только от магической печати. Очень похоже на сработавшую ловушку. Запах в выжженном овраге напомнил ему о первой встрече с Версом Плантаго. От мрачного сожителя Регины Линнель пахло очень похоже…

Но вот незадача: следов возле сработавшей ловушки почти не было.

Почти.

Нейт все же отыскал отпечаток. Маленький, будто детский.

Или женский.

— Я ведь говорила, чтобы вы не расходовали резерв, — раздалось рядом. Нейт упустил связь с волком и очутился на пороге собственного дома в Тальмере. Регина стояла прямо перед ним.

— Горожане уже начали обсуждать, что городской маг обещал разобраться, а сам весь день на крылечке греется. А между тем, недавно дождь прошел.

Нейт оглянулся. Крыльцо и правда было мокрым. Как и он сам. Надо же, не заметил.

— Нашли что-нибудь? — спросила женщина. Нейт настороженно покачал головой.

Не потому ли Регина и Верс находились рядом все предшествующие дни? Хотели точно знать, что городской маг бездействует…

Зачем — непонятно, конечно. Но сбрасывать со счетов подозрительную заботу, в сущности, малознакомых людей не стоило.

Регина принесла ему бульона и заставила согреть чаю. Бульон оказался наваристым и вкусным, никаких подозрительных примесей в нем Нейт не уловил своим звериным чутьем.

Но подозрения все равно остались.

***

Нейт потребовал от градоправителя раздобыть ему лошадь. Городскому магу не отказали и уже к вечеру он был у того самого оврага, который привлек его внимание. Пятно от ловушки уже поблекло. След тоже нашелся. Не один, но цепочка была довольно короткой. Вскоре показалась маленькая речушка. Следы оборвались прямо у воды. И на другом берегу не появились.

Хитро.

Нейт «подхватил» сознание волка быстроногого зайца и направил зверька вдоль берега. Долго осматривать окрестности не пришлось. Тот, кто пытался скрыться по воде, рано или поздно все равно должен был выбраться на сушу.

Это произошло ниже по течению речушки.

Нашел!

В тот же момент Нейта настиг удар по голове, вогнавший его в темноту.

Когда маг пришел в себя, была уже ночь. Руки были связаны сзади и для верности еще примотаны к туловищу. Лодыжки тоже скрутили. Нейт лежал на боку, на холодной земле. Выяснить что-то ещё не получилось — стоило попытаться использовать свой дар, как голова начала гудеть.

И тут он услышал тихие голоса.

— Ничего он не ожил! Я ему так по голове треснул!

— Ожил, шевелится.

— Чудится тебе…

Голоса были детские. Один, кажется, девчачий.

— Не подходи к нему.

— Я только водички…

— Я сказал: не подходи!

— Но Лорин…

— Дай сюда. Я сам.

Кто-то подошел. Нейт пошевелился, пытаясь сесть, но у него ничего не получилось.

— Будешь дергаться — я тебя опять тресну, — пообещал мальчишечий голос.

Нейт повернул голову. Звериное зрение почти не работало, но угрожавшего все же разглядеть удалось.

Мальчишка был щуплый, маленький. Лет десять ему было на вид. Грязный и в давно нестираной как следует одежде. Это Нейт и без магических способностей смог определить, достало и человеческого обоняния. В руке мальчишка держал плошку.

— Ты кто? — спросил Нейт хрипло.

— Не твоего ума дело, — огрызнулся мальчишка, присел рядом на корточки, протянул к его губам плошку: — Пей давай.

В горле пересохло, так что Нейт не стал отказываться. У воды был странный травяной привкус. Похоже, какой-то отвар.

— Это чтобы ты колдовать не смог, — сообщил мальчишка.

Нейт усмехнулся.

— А, так это не попытка помочь пострадавшему.

— Зачем нам тебе помогать?

— А зачем на меня нападать? — парировал Нейт.

— Ты сам пришел! Мы защищались.

— Я не угрожал.

— Рассказывай!

— Лорин, — к ним подошла девочка, кажется, еще младше. Нейт перевернулся, чтобы оглядеться. И насчитал пятерых оборвышей. А ещё — рядом было какое-то здание. Покосившийся старый дом.

Дети приблизились, разглядывая лежавшего на земле Нейта. Чтобы их не пугать, он решил пока не шевелиться. У пары мальчишек в руках были палки. Мало ли, еще начнут размахивать…

— Вам следовало быть гостеприимнее, — заметил Нейт.

— Да помолчи, — оборвал тот, кого называли Лорином. Он всучил пустую плошку девчонке и взял у соседа палку. — Будешь выступать — получишь.

Нейт вздохнул.

— Не буду выступать. Тебе нечего бояться, Лорин. Я не причиню вам зла.

— Конечно, ты ж связан. Щелкуна на нас навел, гад! — процедил Лорин. Дети сдвинулись, кто-то из мальчишек взял за руку всхлипнувшую девочку.

— Щелкуна? — спросил Нейт. Он почему-то только теперь озадачился тем, что разговор ведется хоть и недружелюбно, но полушепотом. Ладно, у него самого голоса почти не было. А дети специально шептались.

Никто ему не ответил.

— Мы далеко от города? — попытался еще раз Нейт. Впрочем, он уже догадывался. Когда «летал» над лесом, видел полуразвалившуюся заброшенную деревеньку — три-четыре двора. Покружил над ней, но ничего не заметил. Детишки неплохо скрывались. Или жили в другом месте.

— А взрослые здесь есть?

— Я взрослый, — сообщил Лорин.

— А взрослее тебя кто-нибудь?

— Только ты, — хмыкнул мальчишка. — И от этого тебе не лучше, правда?

— Здесь опасно, — увещевал Нейт. — Вам нужно к людям…

— Никуда нам не нужно! Пока ты не появился, опасности и не было! — прошипел Лорин.

Девочка снова всхлипнула.

— Щелкун! — пробормотал кто-то из мальчишек. И все дети разом затихли, застыли, кажется, даже перестав дышать. Лорин накрыл ладонью девочке рот. Но это было и не нужно — ей даже плакать было страшно.

Нейт снова оглянулся, пытаясь понять, что их так напугало.

И услышал протяжный, полный угрозы вой, перешедший в какой-то жуткий кашель и щелканье. Потом впереди — всего на расстоянии десятка шагов — полыхнуло, Нейт увидел слишком уж крупного зверя… Уж точно — не исполинского роста, но… Вытянутая морда, два длинных клыка, не помещающихся в пасти, мощные лапы, шерсть, черная, как смоль. Это был не волк. Странное видение вообще не было похоже на обычного зверя.

Еще мгновение — и все пропало.

— Ушел, — выдохнул кто-то из мальчишек.

— Вернется, — буркнул Лорин. — Теперь — уж наверняка. Тогда-то мы тебя ему и скормим!

— Это и был щелкун? — уточнил Нейт.

— Не боишься? — хмыкнул Лорин. — Еще испугаешься. Он жрет магов. Так что мимо тебя не пройдет!

— Потому он за вами и охотится?

— Да с чего ты взял?!

— Кто-то поставил ловушку, которая его отпугнула. И приготовил отвар, чтобы заблокировать мой дар. Среди вас не меньше двух талантливых магов. Стихийник и целитель. Угадал?

— Не угадал! — процедил Лорин. — А чтобы ты, наконец, заткнулся…

Детишки оказались весьма решительны. Четверо прижимали Нейта к земле (он чувствовал давление магии, но так и не сообразил, что это, к нечисти, такое было!), а Лорин зажал ему нос, заставив вдохнуть ртом. И тут же всунул кляп. Грязную тряпку. И ведь даже не попытались решить дело миром, просто навалились гурьбой. Хотя это понятно: по одному подходить к незнакомцу детям было страшно. Только Лорин храбрился, раз «взрослый». Впрочем, следовало отдать им должное: без света они передвигались свободно. Видно, щелкуна боялись больше, чем темноты.

Дети скрылись в доме. Скрипнула дверь и — все стихло.

Нейт остался валяться на земле, гадая: возвратится неведомый щелкун или нет?

Встречать опасность связанным не хотелось. Нейт перевернулся пару раз, пытаясь найти хоть что-то острое — щепку какую-нибудь, расколотый камень. Двигаться удавалось с трудом. Отвар, похоже, был еще и с усыпляющим свойством. Ну, детишки! И ведь не пожалели…

Последнее, о чем подумал Нейт перед тем, как соскользнуть в сон: выходила ли Тилли ещё на ту террасу в надежде встретиться с ним?

***

Дети вели себя тихо. Они не бегали и не резвились. Без надобности не уходили далеко от дома и как будто специально держали друг друга в поле зрения.

Днем они рискнули разжечь костер — только для того, чтобы приготовить еду и согреть воду. Потом зарыли угли и утоптали землю.

Наконец, избавили Нейта от кляпа, чтобы напоить. Он пытался уклониться. На него снова навалились скопом. Пришлось глотать знакомый отвар.

— Да поймите, я могу вас защитить, — выдохнул он, прокашлявшись.

— От щелкуна никто не защитит, — огрызнулся Лорин. — Пусть лучше тебя сожрет, чем нас!

Нейт перевел дух.

— Слушайте, раз вы меня убивать не собираетесь…

— Щелкун падалью не интересуется, — со знанием дела объяснил мальчишка из тех, что помладше.

— Прекрасно. Тогда вам придется мириться с потребностями живого человека. Не при даме будет сказано, но мне очень нужно…

— Твои проблемы, — отрезал Лорин.

— Даже с военнопленными обходятся лучше. А вы вроде не со мной воюете, а с ним. Так проявите каплю сострадания.

Он зря надеялся, что сможет освободиться. Лорин согласился, но сначала — заставил выпить очередное снадобье. Пришлось пообещать: все же хоть какая-то возможность. Нейт рассчитывал, что просто не будет глотать горькое варево… Однако уже через пару минут тело налилось тяжестью, а мысли замедлились. Никакого сопротивления уже не хотелось. Нейт едва встал на ноги, так они затекли, да еще треклятый отвар! И кто ж у них такой умелец?!

— Попробуешь бежать — пристрелю, — пообещал Лорин, продемонстрировав самодельный лук. В общем, пришлось справлять нужду под присмотром. Хорошо хоть, всем скопом не потащились следом.

Потом ему снова связали ноги и оставили сидеть на земле. Нейт уже достаточно пришел в себя, чтобы снова попытаться задавать вопросы, но Лорин шикнул на детей и те побоялись отвечать.

— Щелкун вернется, — заметил Нейт. — Он бы вас все равно нашел, следы-то остаются.

Он так и не понял, почему зверь ушел. Что там была за магия. Какая-то защитная печать, не иначе.

— Вы молодцы, поставили очень хорошую защиту, но…

— Вот потому ты еще и жив, — зло бросил Лорин. — Чтобы ему было, чем брюхо набить.

Девочка начала всхлипывать. Это Лорина разозлило ещё больше, и он многозначительно посмотрел на кляп, который валялся тут же на земле. Нейт благоразумно примолк. По крайней мере, на время.

К полудню начался сильный дождь.

Дети уговорили Лорина отвести Нейта в дом. На этот раз ноги ему не развязывали. Пришлось прыгать. Можно было с гордым видом остаться под дождем. Но Нейт решил взглянуть, как детишки живут.

Окна в доме были выбиты, закрытые ставни висели косо. Ветер все равно задувал. Внутри было даже прохладней, чем на улице. Только что не мокро, а сыровато. Но печь растопить никто даже не думал. Вообще, не было понятно, где дети спят. В доме не было никакой мебели. Ни тряпья, ни соломы Нейт тоже не заметил. Потом решил, что на ночь, должно быть, они прячутся в подпол.

Дети грелись, сбившись в кучку.

— Откуда взялся этот щелкун? — решил снова попробовать Нейт.

— Не твоя забота, — нехотя отозвался Лорин.

— Откуда знаешь, что он охотится на магов?

Лорин дернул плечом. Девочка шепотом объяснила:

— Дядька рассказывал, что его давным-давно сделал злой колдун, который хотел быть самым сильным. Он приказал щелкуну убивать магов. А потом маги кончились и щелкун уснул.

— Уснул?

— Ну да, он же придуманный. Бессмертный.

— А где сейчас дядька?

— Умер, наверное, — сообщил Лорин. — Лучше бы его самого щелкун съел.

— И откуда вы?

— Откуда надо!

Нейт прикинул. Перезимовать они в таких условиях вряд ли могли. Значит, жили где-то в другом месте. Да и в окрестностях наверняка бы слух пошел о странных детях из заброшенной деревни. Значит, перебрались сюда не так давно.

А вместе с ними, выходит, и щелкун.

— Дядька всегда был злой, — вдруг сказала девочка. — Он заставлял Лорина и Марко воровать. И еще… зелья делать. Гадкие. Я песенки пела… только он всегда был недоволен. И говорил, что если мы сбежим, то щелкун пойдет за нами и всех съест.

— Не рассказывай ему ничего! — шикнул Лорин.

То есть, кто-то пользовался способностями детей, да еще и запугал какой-то историей.

Вот только история оказалась правдой. Нейт ведь видел этого щелкуна. Рикен, конечно, приврал. Должно быть, с перепугу дополнил образ.

— Пора, — сказал Лорин. Дети переглянулись. В поле зрения появилась знакомая плошка. Опять клятый отвар?!

— Я смогу вас защитить, — быстро заговорил он. — Но для этого мне нужна магия. Понимаете?

Дети загомонили:

— Ты привлечешь его внимание!

— Убежишь!

— А он…

— Он такой страшный, — сказала девочка.

— Не убегу, — увещевал Нейт. — Я — городской маг. В мои обязанности входит защищать людей от нечисти. Я смогу с ним справиться.

— Врешь ты все! — презрительно бросил Лорин. — Мы-то не из города, нас ты защищать не должен.

— Но он уже нападал на горожан, — возразил Нейт. — И я не собираюсь бросать вас здесь. Просто развяжите меня. Я отведу вас к людям. Там вы будете в безопасности. А потом я поймаю этого щелкуна, и он больше никому не будет угрожать. Но я ничего не смогу сделать, если вы опять заставите меня выпить эту гадость…

— А какая у тебя магия? — спросила девочка.

— Я стихийник. Маг земли, — пояснил Нейт. Кажется, детей это совершенно не впечатлило. Тогда он добавил: — Ну, и еще я — оборотень.

Вот это уже показалось им интересным.

— Оборотней не бывает, — отрезал Лорин.

— Щелкунов тоже, — заметил Нейт спокойно.

— А ты кушаешь людей? — спросила девочка.

— Нет, только злых чудовищ.

Он, разумеется, привирал. Но, кажется, сумел убедить малышню. Лишь Лорин и еще один мальчик постарше настороженно переглядывались.

— Хватит! — оборвал Лорин. — Кого вы слушаете? Хотите оказаться у очередного дядьки?!

И Нейт понял, что проиграл. По крайней мере, сейчас. Все его слова были бесполезны, хотя он и пытался ещё уговорить их. Но отвар в него в очередной раз влили. Предварительно обездвижив с помощью каких-то совершенно диких магических приемов.

Кучка детворы одолела городского мага. Рассказать кому — не поверят. Да и стыдно рассказывать.

Лорин не остановился на достигнутом, но ещё и заткнул Нейту рот кляпом. А чтобы Нейт не вытолкнул тряпку — сообразил завязать магу рот еще одним куском грязной ткани.

***

К вечеру дети вышли из дома, оставив Нейта в одиночестве. Он выждал короткое время, потом упал набок и, оттолкнувшись ногами от стены, начал ползти к печи. Там валялся какой-то мусор. Должно же найтись хоть что-то, с помощью чего он освободится.

Нейт так сосредоточился на поставленной цели, что не сразу услышал шум снаружи. Это было странно. Ведь дети скрываются.

Раздался крик, потом ещё один. По крыльцу дробно простучали быстрые шажки. В дом влетела перепуганная, зареванная девочка.

Нейт был уже у самой печи.

— Что? — выдохнул он.

— Щелкун, щелкун! — ревела девчонка.

Нейт задергался, показывая, чтобы его освободили. Как иначе он сможет помочь? Любой бы понял это. Девчонка только всхлипывала:

— Он… он…

На пороге появился второй из недоверчивых мальчишек, Марко. В порванной рубахе, чумазый. Он посмотрел на плачущую девочку, на Нейта…

— Щелкун Лорина утащи-и-ил, — подвывала малышка. Марко достал нож. Нейт приготовился обороняться. Ну, в самом деле, даже если все они тут маги-самоучки.

— Я перережу веревки, — сказал Марко, избавляя Нейта от кляпа. — Ты… поможешь?

— Быстрей давай! — выдохнул маг, стараясь не кричать. Мало ли, вдруг мальчишка передумает. — Где мой меч?

Девчонка всхлипнула, полезла в подпол. Когда Марко перепилил веревки, она приволокла пояс Нейта вместе с ножнами. Маг ещё некоторое время растирал затекшие руки.

— Куда? — коротко спросил у Марко.

— Покажу… а ты прячься! — мальчишка не забыл шикнуть на девочку и та послушно нырнула обратно в подпол.

Две маленькие фигурки Нейт увидел на крыше соседнего дома. Тот стоял достаточно далеко… Под самыми окнами бродил, припадая к земле, рогатый волк, поглядывая на испуганных мальчишек. Лорина нигде не было видно.

— В дом, — приказал Нейт Марко. Некогда сейчас было выяснять, какой у мальчишки дар и чем он может помочь в бою.

— Эгегей, рыло мохнатое! — заорал маг, двигаясь по направлению к зверю. Тот вот-вот должен был прыгнуть. Но передумал, развернулся, уставился на Нейта. Он прищелкивал зубами, звук получался преотвратный.

Безмозглая шпана! Магические силы только-только начали просыпаться. Нейт чувствовал всколыхнувшуюся внутри звериную ярость.

Чудовище бросилось на него. На мгновение мир сделался черно-белым. Нейт стремительно ушел в сторону, полоснув тварь мечом. Тот будто через кусок подтопленного масла прошел. Нейт развернулся, удержавшись на ногах.

Чудовище сверкало налитыми кровью глазами. Припало к земле, собираясь прыгнуть.

— Назад! — прикрикнул знакомый голос. Нейт застыл. Чудовище смело огненной волной. Оглушительный визг оборвался резко, словно ничего и не случилось. Вместе с огнем исчез и щелкун. Без следа, будто его и не было.

Нейт оглянулся. У дома, на крыше которого прятались мальчишки, стоял Верс Плантаго, баюкая обожженную правую руку (откуда взялся огонь, Нейт так и не понял, ведь Верс определенно был магом водной стихии). Рядом жался к стене помятый, но вполне живой Лорин.

— Что, щенок, рад меня видеть? — поинтересовался Плантаго и мрачно усмехнулся.

— Как ты здесь оказался? — спросил Нейт.

— Не ты один тут следопыт, — хмыкнул Плантаго. Потом, посерьезнев, сообщил: — Давно искал умельца, который кривые печати по лесу разбрасывает.

***

Регина отпаивала Нейта укрепляющими отварами уже два дня. Хотя тот чувствовал себя вполне сносно, госпожа Линнель отчего-то сочла, что ему нужно лечение.

— Надо было девясила добавить, а не клевера, — проворчал Лорин, принюхавшись. Он пока жил в доме городского мага, чему сам маг был вовсе не рад.

— Учту, — улыбнулась Регина. — Я и тебе сделала. Вот, выпей все.

И остановилась перед Лорином, явно намереваясь удостовериться, что он выполнил распоряжение. Мальчишка скривился, но смирился с тем, что теперь его принуждают пить какое-то подозрительное варево. Нейт даже испытал некую тень злорадства.

Остальные дети жили пока у Регины. Лорин же, раздраженный ее «неправильным» лечением сбежал к Нейту. Признаться, маг был немало удивлен. Он-то считал, мальчишка его терпеть не может. Разделять детей было опасно — это их пугало. А когда они боялись… получались неожиданности.

Верс и Нейт возвращались в заброшенную деревеньку и тщательно там все осмотрели. Не нашли ни следа щелкуна.

Его действительно не существовало. Это была какая-то пародия на животное, собранная будто из случайных частей. Такими бывают невиданные звери на детских рисунках. Возможно, и самого щелкуна кто-то когда-то изобразил…

«Злой дядька» пугал малолетних необученных магов, не задумываясь о последствиях. Просто пользовался ими, как вещами. Наверняка не рассчитывал, что они проживут долго и когда-нибудь станут опасными. А они каким-то непостижимым образом, собравшись вместе, воплотили свой страх… сначала щелкун появлялся, только если детей находил кто-то из взрослых. Дети боялись, что их поймают. И щелкун нападал… По сути, они вызвали нечто вроде «мстящего духа». Страхи множились, дети пугали сами себя все больше. Они даже не догадывались, что за зверь идет за ними по пятам. Считали, что он охотится на них. Ведь злой дядька говорил, что щелкун питается магами. А дух питался их страхами, постепенно становясь сильнее.

Тем и опасна нечисть: если упустить контроль, она нападет на того, кто ее призвал. А дети даже не пытались контролировать…

Верс считал: Нейту повезло, что дети опоили его, лишив магии. Напугай он их, и щелкун явился бы куда раньше. Нейт на это ответил, что, сохранив магические способности, он бы с чудовищем справился — настоящее оно там было или выдуманное. Верс пренебрежительно усмехнулся. Способности Нейта он оценивал невысоко.

Кстати, выяснилось, что Лорину четырнадцать, просто выглядел он совсем мелким. Печати рисовал Марко: видел в какой-то книжке у злого дядьки и пытался повторить. Получалось у него не очень. Но Верс все равно заинтересовался, наткнувшись однажды на самодельную недоловушку. Он подумал — кто-то взялся охотиться на людей.

— Завтра принесу вам еще отвара, — пообещала госпожа Линнель.

Нейт и Лорин тоскливо переглянулись.

***

Нейт смог сделать очередную вылазку в столицу лишь спустя неделю.

Тилли ждала его на месте их первой встречи.

На этот раз Нейт «прислал» к ней белочку, которая ещё прихватила с собой пузатый орех из тайника в дупле одного из деревьев королевского сада. Белочка положила подарок перед Тилли на перила. Девушка взяла подарок, сжала в кулаке.

— Нейт, — прошептала она. — Если ты меня еще раз так напугаешь… если я узнаю, что ты там опять во что-то ввязался… Не смей, слышишь?! Не смей так рисковать!

В ее словах сквозило отчаяние.

— Что это было за чудище? Как ты только умудрился… Ты вообще способен обойтись без неприятностей?! — выпалила Тилли.

Белочка прикрылась пушистым хвостом.

Нейта, наконец, настигло осознание: она говорит о щелкуне. Она видела… Она видела!

Выходит, оказавшись так далеко от девушки, он все равно стал для нее близким человеком?

— Обещай мне, что будешь осторожен!

Белка зачарованно слушала.

Тилли вздохнула.

— Нейт, просто помни, пожалуйста: я люблю тебя и жду твоего возвращения. И очень рассержусь, если ты снова пострадаешь. Понял?

Белка радостно пискнула.

Нейт понял только одно.

Она. Его. Любит.

И Тилли могла даже не спрашивать. Он собирался вернуться, во что бы то ни стало.

Потому что она его ждет.

Срок службы — всего лишь время, которое закончится. И даже если на пути возникнут новые препятствия — не беда.

Зверь все равно найдет дорогу назад.