Глава 23

Киррилиан рассказывал о своём увлечении травами, которое появилось у него с приходом в его жизнь Селестии, когда она поняла, что что-то не так. Она привыкла, что он всегда смотрит ей в глаза во время разговора, поэтому сразу заметила, как его взгляд, то и дело, стал перемещаться ей за спину. Заинтересованный и цепкий.

Не выдержав, она обернулась, без труда находя источник своего беспокойства. Джанет. Она сидела за одним из свободных столиков, в одной самых выгодных своих поз.

Рыжая бестия, манящая мужчин каждой клеточкой своего тела. Она была словно создана для того, чтобы её любили, восхищались ей, носили на руках. Это всегда служило поводом для шуточек, потому как никогда не затрагивало интересов Селестии. Но этот раз был исключением.

Поймав взгляд подруги, Леси послала ей предупреждение. Тьма заклубилась в её глазах, и Джан должна была сообразить, что к чему. Но этого не случилось. Словно не замечая её реакции, рыжая чаровница растянула алые губы в обворожительной улыбке, встала из-за стола и направилась прямо к ним.

Ступая мягко, словно хищница, коей она, по сути, и была, Джанет приблизилась к их столику и призывно наклонилась к Киррилиану, выпуская магию очарования, привораживая его.

— Здравствуй, красавчик, — томно промурлыкала она, словно голодная мартовская кошка. — Ты мне так понравился, что я не в силах удержаться. У меня наверху взята на ночь комната, и так не хочется засыпать одной. Поможешь красивой девушке? Пойдём, я покажу тебе, где это, — не разрывая зрительного контакта с мужчиной, гипнотизируя, она взяла его за руку и потянула на себя.

— Он мой. Уходи и никогда не появляйся рядом, — обманчиво спокойно произнесла Селестия, покосившись на подругу, но не пошевелив и пальцем.

На самом же деле, она с трудом сдерживала клокочущую силу внутри. Во-первых, вокруг были простые люди. Во-вторых, то, что Джанет открыто пошла против воли подруги, значило, что это было не её собственным желанием. Это был приказ, которого она не могла ослушаться. И тем не менее, Джан рискнула намекнуть, что Первая Верховная настроена решительно. А это было уже совсем плохо.

Завороженный магией Киррилиан потянулся за рыжей ведьмой, не замечая, как при виде этого зрелища из глаз любимой были готовы брызнуть слезы отчаяния.

— Человек. Слабый, беззащитный, не ровня… — зная, как ударить по больному, прошипела Джанет, не разрывая магических пут. — Он будет твоим слабым местом, он лишит тебя дома… Оставь его, убей, вернись домой — твоё место в ковене, моя Верховная.

Она не подбирала осторожных слов, зная, что Селестия сотрёт память мужчине. Первостепенной важностью для неё было вытащить подругу из отношений, которые её могут погубить. Она любила ее и желала счастья. Жизнь среди смертных с обычным мужчиной не была лучшим вариантом для Верховной, на чьих знаниях и могуществе держался целый ковен.

Мужчины… Пф… Они вызывали у Джанет только пренебрежение. Из-за своей внушаемости, слабости и зависимости от секса. За свою жизнь девушка не встречала ни одного достойного, кого бы она на самом деле возжелала и ради кого захотела бы оставить своих сестёр. Потому она и не понимала, что вообще могла найти её Сел в этом ничем не примечательном мужчине, что сейчас тянулся за ней, как телёнок на верёвке?

— Остановись. Я все решила, — судорожно вдохнув, Селестия ухватила за руку Киррилиана, возвращая его за стол.

Мужчина тут же встрепенулся, освободившись от приворота. Приходя в себя, растерянно заозирался по сторонам. Но людям было все равно на происходящее, мало ли, сколько семейных драм происходит у чужих людей?

— Я буду ждать тебя у выхода, — самодовольно хмыкнула Джанет, удовлетворенная своей работой. Выпрямившись и забрав подбородок, она развернулась, чтобы уйти, словно её тут никогда и не было.

— Я приду сама, возвращайся к матери и доложи, что проблема устранена, — сухо произнесла Леси, зная, что та её не ослушается. Не сейчас.

Джан склонила голову, признавая право Верховной, и стремительно покинула таверну.

Селестия же, не произнося ни слова, встала из-за стола и направилась наверх к их с Киром номеру. Она чувствовала, как мужчина послушно следует за ней. Удивительно, что не устроил истерику сразу, к его чести.

Киррилиана сейчас мучила небольшая головная боль, путающая мысли. Селестия знала последствия ведьмовской ворожбы, и была сейчас как никогда рада такому эффекту.

Зайдя в комнату, ведьма закрыла за ними дверь на замок и, так же молча, бросилась в объятия любимого. Жадно покрывая его лицо и тело поцелуями, она старалась впитать в себя любимый запах. В последний раз.