Глава 23
Неделю после возвращения Кирилл пил и не пьянел.
Волки ходили тенями, стараясь не попадаться альфе на глаза, но Дёмин всё замечал и отмечал.
Молчаливое сочувствие злило, но не было желания ни придираться, ни устраивать разносы.
Вообще, ничего не хотелось.
Грис перестал отзываться, и, сколько бы Кирилл ни обращался к зверю, он видел только его спину. Грис винил во всём человеческую половину и не желал общаться.
Первое время Кирилла давила жажда мести, хотелось рвать и душить. Анализируя прошедшие месяцы, угар, в котором он жил по возвращении с, как он думал, истинной парой, Кирилл вспомнил, что его любовница самовольно отполовинила охрану Татьяны. В памяти всплыло, как она давила и требовала, чтобы он скорее решал вопрос с временной женой, и несколько раз намекала на самый простой способ – физическое устранение.
Холодея, он догадался – если бы Таня не сбежала, Алекс нашла бы способ, Амиро бы помог дочери. Получается, Татьяна была приговорена. Обставили бы, как несчастный случай, а ему в то время было не до бывшей, он, пожалуй, вздохнул бы с облегчением.
Да, но он же не знал о щенках!
И, что бы это изменило? Надо признаться, хоть, перед самим собой быть честным – он никогда не считал Таню женой, парой, всегда думал о ней, как о… временной замене. Даже, зная, что шансы встретить свою пару у него близки к нулю, не хотел признавать очевидного – Таню признал Грис, Серая признала Гриса, а сама Татьяна смотрела на него влюбленными глазами. Поэтому и метку не дал поставить. Он тогда страшно разозлился на Гриса за своевольство. Теперь, вот, на него разозлен зверь. Волк долго терпел, не перечил, подчинялся человеческой ипостаси, но потеря щенков его добила. Вообще, странная у него была жизнь.
Кирилл много думал – как бы всё сложилось, если бы он успел и забрал Татьяну?
Представил, как она возвращается в дом, как ставит ему ответную метку, и они продолжают жить вместе уже парой. Рад бы он был? Наверное, да. Ярких чувств и огненных эмоций ему хватило с лихвой, теперь хочется стабильности и спокойствия. Родились бы дети. Щенки… В груди разлилось тепло. Он бы любил малышей и гордился ими.
- Альфа, - в дверном проёме маячил Стас. – Накопились бумаги на подпись.
- Зайди через час, - отрезал Кирилл, сверкнув глазами.
Нет, всё правильно, жизнь продолжается, есть дела, заботы, обязанности. Щенков очень жалко – до спазмов, до затрудненного дыхания и невыносимой рези. Хорошо, что он не видел Таню с животом и не успел понять, что он, на самом деле, скоро станет отцом. Не успел привыкнуть к этой мысли.
Перед глазами встала когда-то подсмотренная сценка – беременная самка сидела на скамейке, и, прислонившись щекой к ее животу, на коленях стоял волк. Оба выглядели до невозможности счастливыми.
Ему не довелось прикоснуться к животу, не довелось ощутить под руками толчки малышей, и его зверь не общался с ещё не рожденными щенками. Не было чувства единения и нетерпеливого ожидания. Половину Таниного срока он её ненавидел, другую половину – злился, что вынужден был отрываться от дел для поиска беглянки. И, только в самом конце, когда он узнал о детях, что-то перемкнуло у него в душе, перестроив отношение к женщине с досады и злости на приязнь и желание защитить. Но – не успел. В любом случае, как ни горька утрата – жизнь продолжается.
Кирилл вызвал Стаса, и переключился на повседневные дела.
Грис бастовал еще пару недель, а, потом, и он стал успокаиваться и перестал разворачиваться к Кириллу спиной.
А ещё через некоторое время Кирилл поймал себя на том, что стал поглядывать на свободных самок, и Грис не возмущался и не протестовал. Жизнь вошла в привычное русло, и только дом напоминал, что когда-то здесь жила Татьяна.
Кирилл долго колебался, но однажды понял, что устал отбиваться от воспоминаний, стоит ему переступить порог дома. И приказал полностью сменить обстановку. Немногие оставшиеся Танины вещи упаковали в коробки и перенесли… Кирилл не знал, куда их перенесли. Сказал – убрать с глаз подальше.
Надвигалась зима, требовалось многое сделать, проверить и отремонтировать, и Кирилл погрузился в дела. И, с неудовольствием, заметил, что забот стало больше. Наталья, исполняющая обязанности Луны клана, выполняла их безупречно. Но, оказалось, что Татьяна, в свое время, взвалила на себя кое-что сверх, и теперь эти обязанности вернулись к альфе.
Мысли о бывшей жене вызывали чувство вины и досаду. Если бы она не была так покладиста и самоотверженна, он, может быть, не повелся бы на Алексис. Что стоило её Серой настоять на метке? Нет, как всегда, согласилась, не стала спорить, и что из этого получилось?
Дёмин привычно потёр заломившие виски.
Надо подобрать самку, которая согреет его постель и отвлечет от воспоминаний о допущенных ошибках.
В один из осенних дней раздался неожиданный звонок. Увидев на дисплее имя звонившего, Дёмин подобрался – Верховный редко баловал личным обращением. Тем более, без предварительного согласования.
- Альфа?
- Долгие дни, Кирилл, - судя по голосу, у Верховного было хорошее настроение.
Кирилл вспомнил, что всего пару недель назад он принял весть – у альфы родились щенки.
Дёмина царапнуло – сразу двое, сын и дочка. Повезло Верховному!
Если бы не… У него тоже скоро родились бы щенки – два сына. Или две дочери. А, может быть, даже королевская пара.
Рождение близнецов, само по себе, большой редкостью не было. Получить же в одном помете сразу, и сына, и дочь мечтали все пары, но везло считанным единицам.
- Поздравляю с рождением щенков! Как здоровье малышей и их матери? – Кирилл подумал, что никто не знал, кто же пара Верховного.
- Спасибо. Всё отлично. Растут, как на дрожжах, - довольно отозвался волк. – Оба уже научились улыбаться, а дочка быстрее засыпает на моих руках, чем на руках матери. Я, что звоню, Дёмин, давай-ка, ты, завтра, приезжай ко мне. К городу подъезжать будешь, маякни, тебя встретят.
- Что-то серьёзное? – напрягся Кирилл.
- Завтра узнаешь, - уклончиво ответил Верховный. – Часов в двенадцать будет самое подходящее время.
Положив телефон, Кирилл еще несколько минут сидел, размышляя, потом, решительно встал и отправился раздавать указания на завтра.
Верховный ценил пунктуальность и не терпел безалаберности и пренебрежения его приказам.
Двадцать лет на посту, самый молодой Верховный из всех, что помнили волки.
Самый молодой, но и – самый сильный.
Дёмин вспомнил выбор Верховного двадцать лет назад. Собрались все альфы – пятнадцать кланов, пятнадцать вожаков. Место выбрали очень подходящее – земли Маркова, Урал. Дикая природа, глухой угол, полное отсутствие людей. Можно было не бояться, что могут случиться посторонние свидетели происходящего.
Альфы прибыли с сопровождением и даже воздух искрил от разлитой вокруг силы.
А Волков появился один.
Его клан был тоже – самый молодой и малочисленный. Собственно, этот альфа собирал вокруг себя переярков и ищущих лучшей доли возрастных волков. Никто на Волкова ставку не делал, и за серьезного соперника не воспринимал.
Умудренные годами и опытом альфы шутили по поводу новичка: дескать, клан настолько мал, что вожаку некого с собой взять было, приехал один.
Выбор Верховного всегда был одинаков.
Сначала, все вожаки обменивались мнением, обсуждали все кандидатуры, потом останавливались на двух или трех. И дальше, уже, эти два или три волка, между собой и у всех на глазах, выясняли, кто сильнее.
Состоявшие в дружеских или родственных отношениях, кланы поддерживали своих кандидатов, и новичку, без связей, ничего не светило.
Волков сидел спокойно, внимательно слушал все прения и речи, которые толкали, как агитаторы, так, и сами выдвиженцы.
А, когда, общими усилиями были отобраны две кандидатуры, которые устраивали всех, неожиданно взял слово.
- По древнему праву и обычаю я бросаю вызов тому из двоих, кого признают победившим.
Альфы охренели.
- Щенок, - с превосходством бросил ему Кравченко – один из двух кандидатов. – Ты, так уверен в своей силе, что готов сразиться по древнему обычаю? В таком случае, зачем ждать, попробуй, справиться сразу с нами обоими.
Это был вызов, отказаться от которого – признать свое поражение.
Но, бой по древнему обычаю, сразу с двумя мощными и опытными альфами? Кажется, в лучшем случае клан Волкова будет долго лечить своего альфу. В худшем, останется без вожака.
Волки переглядывались. Все были уверены, что молодой отступит, признает неправоту, и все пойдет так, как задумывалось.
Но Волков опять удивил.
- Я принимаю, - ответил он. – Когда и где?
Альфы дружно охренели ещё раз.
Кравченко и Поляков – второй кандидат – синхронно ощетинились.
- Зачем тянуть? – медленно растягивая слова, ответил Александр Поляков. – Сейчас и здесь. Альфы, освободите поляну.
Вожаки, спешно, отошли. На открытом месте остались стоять три альфы: два зрелых мужчины и молодой, еще не набравший силу и мощь, парень. Не маленький, не мелкий, но, на фоне Кравченко и Полякова, проигрывающий им габаритами.
- Убивать тебя не будем. Немного поучим, - пообещал Кравченко.
Молодой ничего не ответил, только сделал шаг назад, приготовившись к обороту.
Миг – и на поляне стояли три волка, но ситуация изменилась.
Зверь молодого выскочки поражал воображение – собственно, это был не волк, а волколак – животное, почти в два раза крупнее, мощнее и сильнее самого сильного волка. Внешне, очень на него похожее, но, если у обычных волков морда несколько суживалась к мочке носа, то у волколака она была одинаковой ширины на всем протяжении. Такой, «кирпич».
Волколак показательно зевнул, продемонстрировав пасть, полную великолепных зубов и звучно лязгнул, закрыв её. Потом встряхнулся и, глядя на соперников сверху вниз, тихо зарычал.
Уставшие от впечатлений, потрясенные альфы, не дожидаясь результата поединка, склонили головы, признавая его силу и власть. То же самое сделал и Поляков, правильно оценив свои шансы. Он шагнул в сторону и отвернул голову, подставляя шею в знак признания превосходства молодого.
Кравченко, поколебавшись, повторил его движения.
Волколак фыркнул и медленно подошел сначала к одному, потом, к другому. Подошел, положил огромную голову на шею, надавил, вынудив зверя упасть, но не повредил, не укусил. Просто, указал волкам их место.
Поднял голову и обвел взглядом всех присутствующих. И альфы, один за другим, спешно принимали позы покорности.
Да, потрясение все испытали тогда изрядное.
Волколаки - разновидность истинных оборотней. Уже не одну сотню лет никто не слышал, что они ещё сохранились. И, вот, пожалуйста – один представитель легендарного рода стоит перед потрясенными вожаками.
Единогласно Верховным был провозглашен Волков. И, надо сказать, молодой Верховный пришелся ко двору. Он навёл отменный порядок, прекратил все междоусобицы, убедил волков учить детей не только в школах, поощряя появление своих, из оборотней, врачей, юристов, учителей, строителей. Убеждал кланы заводить свои дела, открывать предприятия, заниматься не только перепродажей, но и самим производить товары, продукты, строить дома. Вожаков он не давил, не требовал отчета по каждому поводу, дал много воли и свободы, но, если что, спрашивал сполна.
С новым Верховным жить стало легче. И, вот, он зачем-то вызывает к себе Дёмина. До Андрея дошла весть о гибели Татьяны?
Что, гадать? Завтра он сам всё узнает.
Кирилл подъехал к указанному месту и остановился. Через пару секунд возле машины нарисовался волк, гамма.
- Я вас провожу.
Шел, краем глаза наблюдая за пейзажем – большой поселок, надежно спрятанный за высоким забором. Ряды добротных домов, чистые, широкие улицы, много щенков разного возраста – клан Верховного, явно, процветал. Впрочем, другого и не ожидалось.
Гамма провёл к стоящему на небольшом возвышении дому, и передал Кирилл другому волку, уже бете.
Тот поклонился, затем, кивнул головой, приглашая следовать за ним, и через несколько минут остановился возле двери:
- Входите.
Дёмин толкнул створку и попал в небольшой, уютно обставленный кабинет в коричнево-зеленых тонах.
- Проходи, садись, - Верховный был доброжелателен и спокоен.
- Долгих ночей, альфа, - поприветствовал Кирилл.
- И тебе не хворать, - не по обычаю ответил волколак. – Решил я познакомиться с тобой поближе.
- Что вас интересует? – насторожился Демин.
- Всё. Сколько в клане волков, сколько – волчиц и щенков. Чем живете. На чём зарабатываете.
Кирилл, мысленно, пожал плечами и принялся рассказывать. О клане он мог говорить бесконечно.
- Хорошо, - одобрительно отреагировал Волков. – Вижу, не даром ешь свой хлеб. Особенно радует, что у вас много пар с двумя и, даже тремя, щенками. Сам знаешь, с рождаемостью у нас не слишком блестяще, чтобы не пропасть, как вид, каждая волчица должна принести не меньше двух щенков. Расскажи, что делал?
Дёмин несколько растерялся – ему придется говорить о Татьяне…
- Моя бывшая жена, Татьяна, добилась открытия на территории посёлка поликлиники и лично пригласила хороших специалистов. Акушер-гинеколог у нас ещё и репродуктолог. Все самки с первых дней встают на учёт, каждую щенность ведут по дням. Если самка работала, её сразу от работы освобождают и окружают полным комфортом и покоем, но ее зарплата идет семье, будто, самка, по-прежнему, работает. Щенные – привилегированные члены клана, им ни в чём нет отказа. Ни одного щенка за последние три года не потеряли!
- Хорошо придумали насчет щенных, хвалю. Твоя идея или – жены? Кстати, почему – бывшая жена? Рассказывай.
Кирилл поморщился.
- Я не нашел истинную, и, когда мне перевалило за сто, решил взять парой избранную. Дочь одного из моих бет, росла на моих глазах. Жили четыре года, а, потом, я встретил в Канаде волчицу, которую признал, как истинную. Привез ее сюда, а с избранной пришлось расстаться.
- Я правильно понимаю – твоя избранная была Луной клана? Где она сейчас?
- Она умерла, - глухо бросил Кирилл.
- Да? Как это случилось? Говоришь, нашел истинную? Значит, ты в паре, но я не вижу на тебе метки?
- Верховный, - Кирилл встал и склонил голову в знак почтения и уважения. – Я не понимаю, зачем вам подробности моей личной жизни и трагедии?
- Может быть для того, чтобы другие не повторили твоих ошибок? Садись и рассказывай. Начни со своей истинной – где метка?
Дёмин вздохнул.
- Истинная, оказалась не истинной.
Верховный молчал, ожидая продолжения.
- Однажды, мы с моей избранной сошлись в звериной ипостаси, и мой волк её укусил. Ответную метку она не успела поставить, а, потом, я уговорил Татьяну отложить это на несколько дней. По делам клана улетал в Канаду, думал, быстро вернусь. Но там я встретил волчицу, к которой меня потянуло со страшной силой. Решил, что она – моя единственная. Вернулся с ней домой, и мы стали жить вместе.
- Втроём? – уточнил Андрей.
- Почему? Нет, - Кирилл опустил голову. – Татьяна переехала в дом моей матери.
- Я правильно понял – ты поставил ей метку, а потом, выставил из дома и привел в ваш дом другую волчицу?
- Да.
- Мало тебя отец в детстве порол, - резюмировал Верховный. – Ты, что, не соображал, что делаешь? Тебя чем-то опоили? А, погоди, я понял – ты поставил метку, ответную не получил, а перестройка началась. Наверное, месяц штаны не надевал, мозоли натирал?
- Отец меня вообще не порол, - тихо возмутился Дёмин.
- Это он зря. А, твой зверь, что же? Почему, он не указал на ошибку? – Верховный откинулся на спинку стула и замер.
Кирилл почувствовал, что Грис общается с волколаком Верховного, но сути беседы уловить не мог – Грис или волколак закрылись от него.
- Ясно. Тебя в детстве надо было пороть, а в юности – вообще, шкуру спустить и на горох поставить, - зло выговорил Верховный. – Что дальше?
- Дальше, - Демин потер переносицу. – Дальше, Алексис требовала убрать Татьяну, но я не мог решиться, не знал, куда ее отослать и что, вообще, делать. Мой зверь не давал поставить метку Алекс. Однажды Татьяна пришла поговорить, но я ее не стал слушать и прогнал. Тогда она сбежала.
- Ты ей угрожал? Почему не оставил ей дом, сам не ушел в другой?
- Может быть, угрожал. Плохо помню то время, был, как в тумане, ни о чем не мог думать. Куда бы я пошел с Алексис? Это же – мой дом.
- То есть, в него ты привел Татьяну, когда вы сошлись?
- Нет. Мы жили в доме моих родителей. Когда я женился, то построил свой дом.
- То есть, ты выгнал жену из её же дома? Силён, нечего сказать.
Кирилл растерянно замолчал, осмысливая услышанное. А, ведь, правда, почему ему это раньше не приходило в голову? Дом не единолично его, дом – его и Татьяны. Вместе выбирали проект, вместе следили, как идет стройка, вместе решали, что и где будет стоять. Получается, он еще больший негодяй, чем думал?
- Дальше? – припечатал альфа.
- Дальше – искали Татьяну. Она грамотно замела следы, не могли найти, распутывали клубок буквально по метрам. Я пытался связаться с альфой Дикой Стаи, нанять волков для поиска, но меня и слушать не стали. В общем, долго рассказывать. Вкратце – Алексис нажаловалась отцу, тот подсуетился, нашел Татьяну раньше, чем мои волки. Оказалось, что она беременна. Стал шантажировать меня, пообещал отдать щенка, если я обменяюсь метками с Алексис. Я ему подыграл, мол, согласен. Надеялся, что Татьяну не успели вывезти из страны, и я ее найду и освобожу. Но я не успел. Мы нашли место, где её держали, но самки там уже не было. А, когда мы вернулись туда спустя два или три дня, обнаружили лужу Таниной крови, ее волосы, ошметки одежды, - Кирилл сглотнул комок.
- Вернулись? То есть, не найдя самку, ты покинул место, где её держали? И, даже, наблюдателя не оставил? – Андрей помолчал. – Не знаю, что сказать. Ты её, вообще-то, хотел найти или так, только вид делал?
- Хотел, - Кирилл сверкнул глазами. – Она носила моих щенков! Уехали оттуда, подумал, что самку увезли уже.
- А, куда девалась твоя истинная, ради которой ты выгнал из дома беременную жену?
Кирилл затравленно посмотрел на Верховного и прохрипел:
- Она вернулась к отцу. Он ее выдал замуж за кого-то из своих.
Верховный помолчал, затем, встал и прошелся по кабинету.
- Ты понимаешь, что наделал? А я, ведь, помню твою жену.
Дёмин вскинулся.
- Она звонила мне, выбивала поликлинику для вашего посёлка. Я, тогда, так удивился, что такими делами занимается самка, что сразу дал добро. Хотел приехать и посмотреть, как у вас в клане дела, да закрутился и не выбрался. Теперь, очень об этом жалею. Что собираешься делать дальше?
Кирилл неуверенно пожал плечами.
- Что тут можно сделать? Жить. У меня – клан, обязанности. Ошибки я учел, теперь, во всем со зверем на равных.
- Кто сейчас Луна клана?
- Наталья Терешина, жена Владимира, моего беты.
- А, если бы успел найти Татьяну до того, как её нашли волки несостоявшегося тестя, то, что собирался делать?
- Как – что? Везти её домой. Я и дом велел отремонтировать к ее приезду, чтобы и запаха Алексис не было.
- Не думал, что самка могла не захотеть возвращаться?
- Как это? Куда бы она делась? – удивился Кирилл. – На ней же – моя метка, она обязана меня слушаться. Потом, набегалась уже, ей тоже не сладко пришлось, её же на цепи держали! Думаю, она домой впереди меня бежала бы. Беременность самкам мозги отшибает, но не настолько же, чтобы от живого мужа и своего дома отказываться.
- Ты, вот, и не беременный, а мозги отшиблены, - печально проговорил альфа. – Как собирался ее домой звать?
- Альфа, какое это сейчас имеет значение? Что говорить о том, что не исправишь? Жизнь продолжается – я сейчас подбираю кандидатуру самки, которая станет мой избранной.
- Ответь, - голос пробрал до костей.
Попробуй, откажи такому!
- Сказал бы – прости, я – идиот. Не понял, кто моя пара, был с тобой груб и обошелся несправедливо. Ставь мне метку, и поехали домой, весь клан тебя ждет.
- Да, ты, просто, романтик! – восхитился Волков. – А, если бы, она отказалась?
Кирилл не мог понять, что от него хочет Верховный, и какое, вообще, ему дело до того, что было и что могло бы быть?
- Поднял на руки и всё равно увёз бы.
- Сбежала бы второй раз.
- Не сбежала бы. Она любит комфорт, у нас не дом, а сказка. Приставил бы к ней охрану. Да, и с животом, не побегаешь. А когда родились бы дети, тем более, никуда не делась бы.
- Ты её, хоть немного, любил? – тихо спросил Верховный. – Вот, слушаю – ты рассказываешь, и ни слова теплого о жене не мелькнуло. Говоришь, как о постороннем предмете.
- Она замечательная: сильная волчица, преданная жена, отличная Луна, - ответил Кирилл. – Мне с ней было хорошо, только, всё время чего-то не хватало. Любить? Не знаю. Доставать для неё звёзды с неба мне никогда не хотелось. Я ценил Татьяну, старался, чтобы ей было удобно, и у неё всего доставало. Жалею, правда, очень жалею, что она погибла, что вместе с ней погибли щенки, но уже ничего не изменишь и не исправишь.
- Щенки?
- Да, она была беременна двойней. Вот, по ком я горюю по-настоящему. Спасает лишь то, что дети для меня так и остались только словами. Я не видел Татьяну беременной, и мой зверь не общался со щенками.
Верховный подошел к окну и облокотился на подоконник, размышляя, что ему со всем этим счастьем делать.
Наконец, он решился, взял телефон, нажал вызов.
- Да, Он здесь. Сожалеет. Впрочем, это ты можешь у него спросить сама. Даю трубку? – и протянул телефон Кириллу.
Волк недоверчиво посмотрел на сотовый, потом – на Верховного.
- Альфа?
- Ответь. Там кое-кто хочет с тобой поговорить.
- Слушаю, - осторожно проговорил Дёмин, и его обдало жаром, потом окунуло в прорубь.
- Добрый день.
- Таня? – Кирилл не верил своим ушам. Оглянулся на Верховного, но тот стоял к нему спиной, лицом к окну.
- Таня? – повторил ещё раз. – Кто ты? Ответь!
- Голос не забыл, радует, - негромко ответила женщина.
Кирилл прерывисто вдохнул и – сел, где стоял. Прямо на пол, вернее, на толстый зеленый ковер, в ворсе которого утопала вся ступня.
Наверное, если бы он сел на глыбу льда или битое стекло, то, также, не заметил бы.
- Таня… Дети?
- Рядом со мной.
- Адрес! Я немедленно выезжаю!
- Стой, не спеши, - женщина говорила спокойно. – Не хочешь узнать, что случилось, почему я жива?
- Всё – потом, - отрывисто бросил Кирилл. – Говори, где ты, я вас заберу.
- Как прошли роды, как здоровье? – тихо продолжала женщина.
- Потом поговорим. Дети здоровы? Говори адрес!
- Мы поговорим сейчас, - твердо ответила женщина. – Или не поговорим никогда.
- Ты на другом континенте? Я сам за вами вылечу. Канада, да? Дома со всем разберёмся.
- Я никуда с тобой не поеду, - ответила Татьяна, удивляясь, как она могла раньше не видеть этой черствости и «я сам знаю, что для тебя лучше».
- Не говори ерунды! – с досадой бросил Кирилл, косясь на спину Верховного. Свидетелей беседы с беглой женой иметь не хотелось, но не попросишь же его выйти из собственного кабинета? Надо было скорее получить адрес, забрать самку, а потом уж, выяснять отношения. – Ты – моя пара, у нас – щенки. У тебя есть причина обижаться, я признаю. И прощаю тебе инсценировку смерти, из-за которой я чуть не поседел. Говори, откуда тебя забирать.
- Передай трубку Верховному.
- Зачем?
- Это его телефон. Передай ему трубку!
Кирилл удивился властным, твердым ноткам в голосе волчицы.
- Татьяна, обещаю, мы обо всем обязательно поговорим! После. Когда ты и дети уже будете дома.
- Мы УЖЕ дома, - ответила Татьяна, выделяя голосом. – У НАС дома, не у тебя. Ты, по-прежнему, слышишь только себя. Мы поговорим, когда ты будешь готов слушать и слышать.
И звонок оборвался.
- Где ж тебя делали, такого, - Волков подбирал слово, - чёрствого, бессердечного? Твоя пара, говоришь? Ты, даже не поинтересовался, как она. Хоть, обрадовался, что жива?
- Конечно, обрадовался. Только, Татьяна странно говорила. Не сказала, где находится, зато заявила, что уже дома, и не хочет ехать в клан. Верховный, вы знаете, где мои дети? Я должен их забрать как можно скорее!
- А, их мать?
- Куда она от детей денется? Поедет следом.
Верховный, с хрустом, размял пальцы и, неожиданно, резким движением, впечатал кулак в скулу Дёмина.
Кириллу выключили свет и сознание.
Очнувшись, волк обнаружил, что лежит на том же самом ковре, который покрывал пол кабинета Волкова, а сам хозяин кабинета стоит над ним и смотрит, как на… Плохо, в общем, смотрит.
- Вставай, - коротко приказал альфа.
Потирая ноющую скулу, ощущая, как стремительно заплывает глаз, Кирилл поднялся.
- Звони в свой клан, вызывай сюда Владимира Терешина и его пару, Наталью. А так же, своих бет – Станислав, Денис – кто там ещё? Всех! На завтра, на десять утра. Скажи – их встретят.
Андрей зло смотрел на альфу, негодуя – ну, как так-то? Замечательный альфа, цены нет, и, одновременно, в личной жизни – такая бездушная пакость. Как можно гордиться, что щенные самки в клане освобождаются от работы, их лелеют и балуют, и не осознавать, в каких условиях вынашивает беременность собственная пара? Как можно скрупулёзно заботиться о клане, и, тут же, пренебрежительно относиться к жене?
С волком Дёмина он тоже пообщался. Сильный, красивый зверь, затюканный собственной половиной. Десятилетия на вторых ролях оставили свой отпечаток – зверь, по крайней мере, сейчас, не способен на самостоятельные решения и поступки, постоянно оглядывается на человеческую ипостась. Оставить случившееся без последствий, Андрей не мог. Придется, принимать непростое решение. Пока Кирилл валялся в отключке, он успел отдать распоряжение, и завтра к десяти, все альфы прибудут в Москву. Беспрецедентный случай!
В кабинет вошел Максим, третий бета.
- Возьми Дёмина, - приказал Волков. – Разместите его на гостевом этаже. Пусть, ест, пьет, спит, хоть, по потолку бегает. Из комнат – ни ногой.
- Альфа? – опешил Кирилл. – В чем я провинился? Ведь, в клане всё в порядке.
- В клане всё идеально, - согласился Верховный. – С головой у тебя непорядок. Будем исправлять.
Ничего не понимая, Дёмин пошел за бетой. С Верховным не поспоришь. Где, в чём он допустил оплошность?? Единственно, что ему можно поставить в упрёк - случай с Татьяной и Алексис. Но, это же его личное дело, волки не вмешиваются в эту сферу жизни. Или – вмешиваются?
Тут же пришло на ум, что Верховный - не совсем и волк…
Поселили в хорошую комнату, вернее – отдельные покои: две комнаты, душевая, туалет.
Кирилл походил, посмотрел, задел за синяк, поморщился и отправился искать зеркало.
М-да, знатно его Верховный приложил.
Неужели, из-за Татьяны?
В душе разлился неприятный холодок – случайно, сам Волков глаз на его пару не положил? Да, нет, с чего бы – у неё же его метка!
Вскочил и заметался.
Главное, чтобы его метка не сошла с родами!!!
Читал он где-то и когда-то, кажется, ещё отец ему давал книгу – Свод обычаев и правил. Ну, как – читал? Пролистнул её. Там было упоминание, что метка может сойти, если волчица вместе со своим зверем разочаруются в волке. Если, он не смог защитить, подверг жизнь опасности, показал себя недостойным. Но, это, уже совсем из области фантастики – он обидел, но из клана не выгонял. На цепь не сажал. Ничего, у нее же щенки, а он – отец и альфа её клана. Заберет, никто не сможет ему запретить. Его дети и его самка, кроме всего прочего, ещё и его подданные.
Неожиданно, Кирилл успокоился. Если он правильно понял, Верховный собирает всех альф и приглашает его бет. Видимо, завтра его ждет показательная порка. Ничего, он перетерпит, Верховный прав – такая ситуация не должна повториться. Виноват, чего уж. Раз виноват – понесет наказание.
А Татьяна… Он загладит. Она за детьми, так и так, в клан вернется, а он очень постарается получить прощение. И – построит ей новый дом, на другом месте. Но сначала – обменяться метками.
Грис, как хочешь уговаривай Серую, один раз ты смог, смотри, не подкачай теперь! Нельзя, чтобы у детей мать была не его парой. Она же, если без метки, может встретить другого потенциального и уйти к нему!
Луна, только этого ему и не хватало! Нет, немедленно – в клан и завершить ритуал.
Полночи Кирилл не спал, ворочаясь с боку на бок. Прокручивал в голове события. Думал, что говорить на сходе, какое взыскание наложит Верховный.
Но, главное – где сейчас Татьяна и дети? Все-таки, он стал отцом! Грис, слышишь – мы – папа!
Но волк вяло отмахивался, будто эта новость его не интересовала.
Около десяти за ним пришел тот же бета.
Сход проводился на территории клана Верховного, в другом здании, в большом зале.
Альфы и его беты с Луной сидели за большим полукруглым столом. Кирилла поставили перед ними.
Первым заговорил Верховный и, вколачивая каждое слово, как гвозди, рассказал, какие претензии у него к Дёмину.
Вожаки только переглядывались. Его беты сидели, понурившись, не поднимая голов.
- Вас это тоже касается, - вспомнил о них Волков. – Все понимаю – личная жизнь, альфа. Но, ведь, мозги тоже должны быть! Если у альфы крышу унесло, кто, как не вы, его первые помощники, должны были указать на проблему, помочь исправить? Не получается самим – сообщить мне. Бездействие – такая же вина. Новому клану нужно много чего построить. Останетесь после сходки, обсудим, что каждый из вас, за свой счет, сделает для клана Григорьева.
Андрей обвел взглядом вожаков, на секунду задержался на Матвее.
- Думаю, всем всё ясно. Продолжу. Самка осталась жива.
Приглушенный гул, мгновенно смолкший, стоило Верховному поднять голову.
- Её спасли члены нового, шестнадцатого клана. Матвей, встань.
Волк поднялся.
- Матвей Григорьев. Занял ничейные земли, покинутые сто лет назад стаей, в которой он родился. Все знают эту историю, повторяться не буду. Новый клан и нового альфу я принял. Попозже еще поговорим, у Григорьева дельные идеи и возможности, только завершим этот вопрос.
Матвей коротко поклонился вожакам, пробежав по лицам взглядом. Альфы поёжились – могучий волк, придется считаться.
- Итак, - продолжил Верховный, - самка – жива и приняла альфой Григорьева. Теперь, она входит в его клан. Вопреки всему, ей удалось доносить и родить здоровых и крепких малышей. По случайному стечению обстоятельств, мне пришлось везти её в роддом, роды начались внезапно, дети родились посреди полей, в лесополосе возле трассы. Я им перекусил пуповины.
Альфы единодушно выдохнули. Замерли, осмысливая только что услышанное, и судорожно вдохнули.
Верховный продолжил.
- Не было ножа, не рвать же руками. Ни о чем не жалею, более того, я – счастлив. У меня есть сын и дочь. Что до их матери – она и ее зверь отказались от волка, который не захотел их защитить. Метка сошла сразу, после рождения щенков. Теперь эта волчица – свободная.
С каждым словом Верховного, Кирилл чувствовал, как ему на плечи наваливается всё больший и больший груз.
Приняла другого альфу, ушла в другой клан! Метка сошла, Татьяна – свободная волчица. А его щенки, теперь – дети другого самца. Чертова физиология…
- Я дал Демину возможность поговорить с самкой, но он ее не слушал, сразу принялся давить. В результате, самка решила с ним не встречаться, пока он не поумнеет.
Альфы внимательно слушали, бросая косые взгляды на Кирилла.
- Случай беспрецедентный, как все понимают. Но оставить его без последствий нельзя. Во-первых, всем альфам надлежит проверить, как идет воспитание прибылых и переярков в том, что касается парности и симбиоза со зверем. За каждого упущенного молодого, лично спрошу с каждого! Во-вторых, своей волей и по своему праву, назначаю Кирилла Демина на год помощником Владимира Терешина. Своей волей и по своему праву, приказываю Терешину принять на себя управление кланом. Его пара в данный момент, выполняет обязанности Луны, пусть, и дальше продолжает их выполнять. Через год соберемся снова и решим, оставить, как есть, или вернуть Дёмина. Как к альфе у меня к нему нет ни одного замечания, но в остальном…
Вожаки переглянулись – жёстко, но справедливо.
- Татьяна Дёмина остаётся под началом Матвея Григорьева. Где и как ей жить, решает она и её альфа. Дети, - Верховный помолчал и, вдруг, улыбнулся. – Дети, естественно, остаются с матерью, но, на правах отца, я буду навещать их и во всём помогать. Кириллу Дёмину запрещается самовольно искать встречи с самкой, только, если она сама этого захочет. По детям – если Татьяна позволит, и у Дёмина будет желание, пусть общаются. Думаю, лишне напоминать, но, всё рано, напомню – малейшие неприятности детям или их матери – и виновника никто больше живым не увидит.