Глава 17

Дарбюр с сомнением поглядел на меня.

— А третий вариант очень хорош… — задумчиво сказал он. — Но мы все тут немного изучали культуру Земли, поэтому сомневаемся, что он тебя устроит. Видишь ли, в нашем мире это даже принято. Проводить отбор. Обычно, конечно, речь идет об отборе невест для какого-нибудь видного правителя. Но известны случаи, когда проводился отбор женихов для наследных принцесс и прочих высокопоставленных дам. Я сам знаю, по крайней мере, три подобных случая.

«Не густо для истории целого мира», — подумала я.

— Отбор? — переспросила я вслух. — То есть вы предлагаете устроить для мальчиков такой конкурс с заданиями, и кто победит — тот станет моим женихом? Вы это серьезно?

—Кр-ре-тины! — подтвердил мои сомнения Гриша. А Красотка, словно хотела поддержать его, утвердительно покачала головой.

Я немного шикнула на них, вдруг кто-то из магистров сможет ощутить оскорбительный импульс, заложенный в словах Григория.

Но мне и самой стало как-то смешно. Я представила, как строптивые дракон и оборотень сражаются на копьях в мою честь (как на рыцарских турнирах) или отгадывают загадки (тоже в мою честь). Мэйгар же поднял вверх подбородок и взывает к моим тонким чувствам, вероятно, игрой на флейте…

— Я же говорил, что этот вариант ей не понравится, — обернулся Дарбюр к Гарону. — Это не в традициях ее мира!

— Подожди, пожалуйста, магистр Дарбюр, — слегка поморщился Гарон. — Девушка еще не до конца понимает суть предлагаемого варианта. Мария, — он поглядел на меня своими блестящими черными глазами, и мне почему-то захотелось поцеловать его… ну хотя бы в щечку! Гладко выбритую, без всякого следа растительности, просто прелесть! — Лично я нахожу этот вариант самым приемлемым. Конечно, мы устроим небольшие испытания. Но ты можешь участвовать в их… проектировке. И, конечно, главное слово будет за тобой. К тому же речь идет не о том, чтобы выбрать мужчину, который просто победит в конкурсах. Ведь он может тебе и не понравиться! Речь идет о том, чтобы ты выбрала того, кто тебе действительно понравится больше всех, кто больше других импонирует тебе — хоть, напомню, каждый из них импонирует какой-то грани твоей личности. Поэтому конкурсы будут направлены на то, чтобы ты лучше могла узнать каждого. К тому же ты можешь ходить с ними на свидания на свое усмотрение и в любой момент объявить победителя. Единственно, в договоре прописано, что ты должна претенденту три свидания. У тебя этих претендентов трое. Так что мы вынуждены просить тебя выделить каждому из них по три обязательных встречи. Остальное на твое усмотрение.

— Хм… — сказала я, завороженно глядя, как двигаются губы нашего декана. Как глубоко и красиво звучит его голос! Кстати, сказанное им меняло многое. На подобное уже можно согласиться… Вернее, подумать о том, чтобы согласиться. — А что потом? Допустим выбрала я себе… жениха, а остальные? И что мне делать с этим… хм… женихом?

— Мы думаем, что в этом случае будет лучше всего, если ты заберешь его в свой мир. О бумажной волоките, связанной с миграцией на Землю, мы позаботимся, — заверил Дарбюр, обрадованный, что я неплохо реагирую на этот вариант. — Но если вы предпочтете остаться в Дамбиоре, то, по нашему предположению, другие мальчики тоже должны перестать страдать. Как только вы с твоим избранником… — он вдруг обернулся к Гарону, — Не подскажешь, как лучше сказать об этом попаданке с Земли, чтобы не шокировать?

— Как только у вас будет физическая близость, — спокойно помог ему Гарон.

— …Вы обретете энергетическую целостность, — со вздохом облегчения продолжил за него Дарбюр. — Твои свойства как истинной пары этого избранника усилятся во много раз, станут основным акцентом твоей энергетики. А свойства истинной пары остальных мальчиков — угаснут. Они перестанут ощущать твой посыл и смогут со временем найти себе достойных партнерш.

Уфф, хорошо. Остался последний вопрос.

— А если не выберу никого? — спросила я хитро, искоса поглядев на пожилого магистра.

— Мы настоятельно просим тебя сделать это. Выбрать, — сказал Дарбюр. — Но все же… не можем приказывать твоему сердцу. Поэтому, если уж не выберешь — то не выберешь. Тогда по окончании практики ты уйдешь в свой мир, а мы будем надеяться, чтоб мальчики еще недостаточно привязались к тебе и смогут забыть тебя за пару десятков лет…

Ох, подумала я. Что же, придется открывать отбор. И стремиться к тому, чтобы кого-то выбрать.

В сердце сразу горько засосало…

Вот был бы в этом отборе Гарон… И все было бы по-другому. Но увы! На Великих и Ужасных мои хваленые эманации не действуют. Нет в моей личности грани, которая импонировала бы именно ему.

Ладно, Машка, соберись. Нужно жить дальше. Провести это сомнительное мероприятие. И выбрать самого достойного. В конечном счете, если альфа-самцы (вы понимаете, о ком я) будут себя плохо вести — выберу Мэйгара.

— Что же, я согласна, — сказала я твердо. — Но только… есть один момент. Я, видите ли, учиться сюда приехала. А при таком обилии общения с «кандидатами» сложно получить какие-то знания. Может быть, можно мне отпуск от них организовать хотя бы на неделю? А потом уже начинать отбор. Как раз будет время, чтобы продумать конкурсы и очередность свиданий.

Гарон кашлянул в кулак, видимо, от смеха. Похоже, его рассмешил мой деловой подход. Остальные члены «комиссии» поглядели на меня с одобрением.

— Даже не знаю, как это сделать… — протянул магистр Дарбюр, которому, судя по всему, не терпелось начать отбор женихов, раз уж эксперимент по многомужеству не получается. — Когда ты находишься в Академии, мальчики ощущают твои эманации, и им тяжело быть вдали от тебя… Вот если бы можно было убрать тебя из Академии без отрыва от учебы на недельку, тогда можно было бы и отложить…

— Прошу прощения, господа магистры, да будет мне позволено высказать свое предложение, — неожиданно встал магистр эльф Баурель, которому разрешили присутствовать на заседании, раз уж он проявил такой интерес к моей сложной ситуации. — Как вы знаете, сегодня вечером я передаю обязанности по седьмой группе магистру Альтору, а сам отправлюсь в Серебристую рощу проводить специальную практику по магической ботанике разной направленности для отличников. Я ведь не ошибаюсь, что у себя на родине любезная адептка Мария была отличницей? Я мог бы взять ее в свою группу.

— Ммм… — почесал подбородок Дарбюр.

А я подумала, что это прекрасный вариант. И хорошо в нем все, кроме того, что я на целую неделю буду отрезана от Гарона… И тут мне вспомнилось кое-что. Увы, вряд ли мне светит такая чудесная практика в какой-то «серебристой роще»…

— Почтенные магистры, — сказала я. — Я очень хотела бы, чтобы этот вариант осуществился. Но, возможно, вы забыли, что в моем договоре прописано: я не могу покидать Академию без сопровождения магистра, кажется, пятой степени, имеющего еще какую-то научную степень… Мы можем пересмотреть договор?

Гарон и Дарбюр резко переглянулись.

Несколько мгновений царило молчание. Потом Гарон вдруг сверкнул глазами.

— Да, это требовало бы пересмотра договора. А он согласован с Землей. Поэтому пересматривать его мы могли бы недели три… Однако… Господа магистры, я тут подумал, что мне давно следует лично посетить Серебристую рощу как основную нашу базу для спецпрактик. За это время мы с адепткой Марий сможем проработать программу отбора.

«Ты же мой заинька! Ты же моя радость!» — подумала я. Сердце ударило от внезапного золотистого счастья. Даже не верилось, что подобное возможно…

— Л-лю-бовь моя! —закричал Гриша, прохаживавшийся по кафедре и царапавший ее когтями.

***

Когда парням объявляли решение «суда», я снова скромненько сидела в лаборантской. Решили не дразнить их моих присутствием. Поэтому я понятия не имела, как все прошло. Знала лишь итог — все трое согласились на «честное состязание», как только им пригрозили моей немедленной депортацией на Землю.

Всезнающий Гай потом рассказывал: по слухам, громче всех возмущался дракон, утверждая, что истинные пары у оборотней ненастоящие, что это свойство проявлено лишь у драконов. Потом горделиво задирал свой мужественный подбородок и заявлял, что не видит проблем одержать победу в состязании с эльфом и «пушным зверьком».

Согласно этим же слухам, «пушной зверек» рычал и обещал дракону бесславный конец в тигриных лапах… сразу, как только вышеуказанный полосатик получит мою руку и сердце.

Мэйгар же с презрительной усмешкой смотрел, как пререкаются его «младшие смертные братья» и заверял членов совета, что несравненная адептка Мария обладает непревзойденным интеллектом и тонкостью чувств, поэтому, разумеется, выберет того, кто способен по достоинству оценить ее интеллект и понять чувства. Иными словами – утонченного бессмертного.

Такие дела. Но, несмотря ни на что, они согласились.

К вечеру я была почти счастлива. План действий на ближайшее время определился, от навязчивых поклонников я временно изолирована. А в душе бродили золотистые искорки, когда я вспоминала, что завтра отправлюсь в какое-то красивое место. И поедет со мной не только толпа студентов, но и Гарон.

Девичий разум тут же нарисовал картинку, как мы с ним будем придумывать состязания для парней (романтично сидя на лавочке под соснами, которых в этом мире не было) и, разумеется, он влюбится в меня. Его чувства ко мне раскроются, как только он больше пообщается со мной.

А быть может, они уже ярко горят в нем, но сдержанный и умный декан никак их не проявляет. Но отправляется в Серебристую рощу, чтобы реализовать какой-то свой план по сближению со мной вопреки объявленному отбору…

…Мы с Гароном сидели на этой лавочке под золотистыми соснами, смеялись над очередным забавным заданием для мальчиков. Солнце садилось все ниже, заливая рощу медовым вечерним светом. В воздухе разливался сладкий аромат летнего леса и (почему-то) свежескошенной травы, нагретой на солнце. И вот мы замолчали, встретившись взглядами.

— Лучше тебя никого нет, адептка Маша из другого мира, — сказал Гарон, коснувшись моей щеки кончиками пальцев. — Ты нужна мне самому. И попугай у тебя отменный.

Ворох шаловливых мурашек пробежал по моему телу, и я качнулась в его сторону.

— Ты тоже лучше всех, магистр Гарон, — прошептала я. — И мне нужен ты, а не они…

— Что же мы тогда время теряем? — хрипловато-бархатным шепотом ответил мне Гарон и склонился ниже.

Я прикрыла глаза, ожидая, как его теплые губы накроют мои, и тут…

— Маша! Я что, должна за тебя вещи собирать?! Ты уже в третий раз зависаешь! — раздалось у меня над ухом.

Рядом стояла Марена и наигранно-сурово трясла передо мной какой-то кофточкой.

— Мало того, что ты едешь без нас, так еще и отрешенная, словно влюбилась в этого проклятущего принца драконов или молокососа с флейтой! — продолжала бушевать она.

— Извини, извини, — опомнилась я и с трудом сфокусировала взгляд на Марене с кофточкой. — Что это? Разве мы не все упаковали?

— Это, Маша, камзол для хождения по лесу, — сообщила Марена. — Чуть не забыли. Надевай его, примерить нужно. Он всякую мошкару отгоняет, там вплетены специальные магические нити. Не мокнет. И не тонет. Упадешь в воду — будет держать тебя, как…

— Спасательный жилет?

— Не знаю, как у вас эти штуки называют, — проворчала тэрина. — Так, опять велик. Арсина, подтяни ей магически, а?

Арсина, возившаяся с Гришей и Красоткой, подошла, поводила руками вдоль камзола, висевшего на мне балахоном, и он в меру плотно обтянул мою фигуру.

— Вот так уже лучше, — продолжила ворчать Марена.

В общем, провожали меня в своеобразной суете.

Вскоре пришли Борисса с Кайрой. Пухлая блондинка сообщила, что ее уже пригласили на свидание. И вообще… похоже, у нее появилась пара. Кайра в очередной раз опустила ее на землю, заметив, что это не доказано. Потом обе повздыхали на тему моего отъезда. Как здорово попасть в эту специализированную группу… И как здорово, что у меня будет отбор, какая я популярная… И, конечно, самое восхитительное — что я целую неделю буду видеть Прекрасного «Великого и Ужасного».

На этих фразах я постаралась не покраснеть. К счастью, получилось. Но на подкорке вертелась мысль о том, как все обалдеют, если я вернуть парой Гарона. Наверняка это сочтут событием континентальной важности!

А вообще, конечно, было жаль, что из знакомых в рощу ехал только Гай. Узнав о моей поездке, он на правах отличника и моего куратора попросился в группу. И магистр Баурель ему не отказал.

— Все одно тут мне ловить нечего, — грустно вздохнул Гай. — Похоже, мои эманации ни на кого не действуют. Меня уже три девицы из эксперимента отправили в дальний лес за дровами. Эх… Вдруг моя пара будет на этой практике?! Ведь не зря судьба отправила тебя туда, и я вынужден сопровождать тебя…

На следующее утро мы выезжали на магических автомобилях «бертуари», о которых мне рассказал еще Коримэл. По внешнему виду они действительно походили на большие машины с огромными колесами и высокой посадкой. Внедорожники. Покрашены в разные цвета. Один такой бертуари вмещал до десяти человек, сидения внутри располагались в два ряда — справа и слева, как в наших автобусах.

Я стояла со своим чемоданом подле Гая, а вокруг кучками переминались с ноги на ногу другие студенты-отличники, попавшие в группу. В общей сложности нас было человек двадцать, но ехать предполагалась на целых трех бертуари.

Время от времени Гай представлял меня кому-нибудь из ребят, они, конечно, интересовались мной. А еще больше… даже не Гришей, а Красоткой, которая то сидела на моем плече, то взлетала и делала круг. В отличие от Гриши она не привыкла столько времени проводить на человеческом плече.

Парней тут, кстати, было намного больше, чем девушек, и я слегка опасалась, как бы у меня не нарисовалась еще одна «истинная пара». А то кто знает, насколько я многогранная личность! Даже вздрагивала, когда Гай представлял мне очередного отличника.

Но Бог миловал. Или пока миловал…

Вскоре пришел Баурель и велел нам с Гаем загружаться в красный бертуари, стоявший ближе всего к выезду на большую дорогу у выхода из Академии.

А Гарона не было…. Неужели поедет отдельно?

А как же то, что он должен сопровождать меня? То есть быть где-то поблизости.

Я с тоской поглядела на одну из тропинок, что вела на привратную площадь, откуда мы стартовали.

И тут, когда Гай потянул меня за руку, чтобы затащить в бертуари, ведь все остальные уже загрузились, на поляну быстро вышел Гарон.

Налегке, никакого чемодана или даже крошечного рюкзачка у него не было. Брови сведены к переносице, чем-то явно озабочен.

— Поехали! — коротко бросил он и направился к нашему «микроавтобусу». — Адептка Мошкина, чего ты застыла? Кустов никогда не видела? — усмехнулся, заметив, как я старательно пялюсь на пышные кусты, чтобы не пялиться на него. — Поехали-поехали, в Серебристой роще тебе точно хватит и кустов, и деревьев. И болот с перветами.

Он бодро подтолкнул меня под локоть, и я буквально влетела внутрь бертуари, словно мне придали магического ускорения.

…А в сердце опять растекалась золотистая радость.

Знать бы еще, чем там озабочен Великий и Ужасный, и мое счастье было бы полным!