Глава 18

Но когда речь идет о таинственном декане, счастье никогда не бывает долгим. Мои мечты, что сейчас он сядет рядом со мной и будет охранять всю дорогу, разбились моментально.

Гарон тут же шагнул вперед и сел подле Бауреля. Причем они сразу начали что-то очень тихо обсуждать. А меня Гай опять потянул за руку и усадил рядом с собой в середине «микроавтобуса». Слава Богу, у окошка.

Расположившиеся рядом студенты тут же начали предпринимать попытки потискать Гришу с Красоткой. Перевешивались через спинки кресел, тянули ручонки…

Гриша достаточно охотно шел на контакт и громогласно оповещал всех и каждого в салоне, что он мальчик-красавчик. Красотка на людей поглядывала настороженно, отступала подальше по моей руке (царапая меня при этом) и периодически издавала какой-нибудь непонятный «чи-ри-ки-рик».

Студенты снова интересовались, как мне удалось приручить нелюдимую птичку, я машинально снова отвечала, что приручила ее не я, а Гриша, и вообще виноват во всем эксперимент.

А сама я была разочарована. Ни на что особенно не рассчитывала, но так хотелось, чтобы Гарон был полегче в общении. И чтоб сидел у меня под боком. Например, тоже мог бы поинтересоваться моей новой птицей! Его же заинтересовал в свое время говорящий попугай!

«Ничего, — подумала я. — Если ничего не поможет — научу Красотку говорить. И это будет первая говорящая птица из этого мира. Тогда меня точно признают великим ученым, дадут местную Нобелевскую премию, а Гарон будет кусать локти, как вовремя не распознал сам такой талант. И как не оценил такое сочетание красоты и интеллекта!»

Главное, чтоб у Красотки строение голосового аппарата подходило для человеческой речи. Ведь и попугаи в этом плане неоднородны. Жако, например, могут говорить даже лучше Григория. Очень по-человечески. А вот неразлучнику сложно болтать по-нашему просто из-за анатомических особенностей (не то чтобы у них мозга нет…). Правда, с обычным «Привет!» они справляются неплохо.

В этот момент мы, наконец, тронулись. Машина поехала совершенно бесшумно. И вдруг в открытое окно донесся знакомый девичий голос:

— Меня подождите! Я тоже хочу в Серебристую рощу! Магистр Гарон, возьмите меня, пожалуйста!

Наш водитель резко затормозил. А мы все срочно открыли окна пошире и высунулись в них.

— Красотка! — крикнул Гриша.

Этим утром он выучил имя своей возлюбленной. Но подозреваю, что он знал и обычное значение этого слова, потому что говорил явно о крохотной девушке, которая с небольшим чемоданчиком бежала за нашим бертуари.

…И в этот момент я заметила, что Гай подле меня начал краснеть…

Одновременно начали краснеть еще два парня поблизости.

Гарон кашлянул в кулак, открыл дверь и высунулся наружу. Красиво нахмурился.

— Милесса, в чем дело? — строго поглядел он на свою секретаршу.

— Ах, магистр Гарон, — затараторила феечка. — Я внезапно ощутила, что мне очень хочется поехать туда с этой группой студентов. Позвольте мне! Я буду выполнять все свои обязанности, все бумаги у меня с собой.

— Что-то раньше ты не рвалась туда… — задумчиво процедил Гарон.

— Да, но сегодня утром я осознала, что никогда не была там. А ведь студенты рассказывают легенды об этой базе! Позвольте мне! Пожалуйста! — она разве что не топнула ножкой, чтобы добиться своего.

«Ребенок! Красивый, умный ребенок!» — подумала я про нее. Но вообще это все, конечно, немного странно…

— Ладно, залезай! — вдруг рассмеялся Гарон.

И изящная феечка, не воспользовавшись галантной рукой декана, впорхнула в «микроавтобус» со своим чемоданчиком.

Парни подле меня (включая Гая) стали похожи на вареных раков. Опустили глаза. Лишь самый смелый из них осмелился посмотреть на фею и сказать:

— Ээээ… Эммм… Хр… Мммм… Садись со мной, что ли!

— Нет, садись сюда! — тут же проснулась конкуренция в другом. — Тэй, слезай с соседнего места, тут Милесса будет сидеть! Здесь самый лучший вид из окна! Ты должен уступить!

Вышеупомянутый Тэй с возмущением поглядел на соседа.

— Совсем с круба рухнул?! Может, сам место девушке уступишь?!

— Мальчики, не ссорьтесь! — безмятежно улыбнулась Милесса.

Окинула нас всех взглядом, остановился он на мне, моих птицах и Гае. Она вдруг опустила глаза и тихо сказала:

— Я сяду вот тут, — подле нас с Гаем было свободное место. — Поближе к… птичкам.

— М-ми-ллесса, я рада тебя видеть! —выдавил из себя красный как рак Гай и больше не отводил он нее глаз.

— Соберись, тряпка! — прошептала ему я. — Ты ведь мог с ней нормально разговаривать! Ну краснел, ну бледнел, но не заикался! Давай соберись.

— А сейчас как-то совсем… кроет, — прошептал мне «куратор» в ответ. — Значит, вот она — судьба! Я поехал с тобой, чтобы опять встретить ее! От судьбы не уедешь… Век мне страдать по ней…

А я вздохнула. Видимо, чтобы разрядить обстановку, щебетать с феечкой всю дорогу придется мне. Но я (разумеется, из дружеских чувств) приложу все усилия, чтобы включить Гая в непринужденную беседу. Хоть вообще я бы предпочла прислушиваться, о чем болтают Гарон с Баурелем.

…Кстати, сколько нам ехать?

***

Мы ехали уже три с половиной часа по пересеченной местности. Леса сменялись полями. Иногда можно было видеть черепичные крыши сел и маленьких городков. Драконы в небе не летали, так что пейзаж был иномировой, яркий, но не то чтобы очень уж фантастический.

Один раз Баурель даже раздал нам бутерброды и маленькие стаканчики с соком (неизвестно откуда взявшиеся).

И тут, когда мы въехали в очередной лес, Гарон вдруг рявкнул:

— Остановитесь! Ммм… пожалуйста.

И выглянул в боковое окошко. Его ноздри раздувались, словно он принюхивался.

— Ты тоже ощущаешь, любезный магистр декан? — достаточно громко произнес Баурель. — Эманации смерти. Где-то рядом.

— Тихо, магистр! — шикнул на него Гарон.

Оглянулся на нас и повел рукой, видимо, устанавливая полог тишины, как это делал Дренер.

— О, как интересно! Запах смерти! — обрадовался Тэй.

— Тихо ты! — шикнула на него Милесса. — Когда это запах смерти был к добру?

— Вот именно! Все может оказаться хуже, чем просто приключение! — поддержал ее Гай. За время путешествия он освоился и увлеченно болтал с секретаршей. А у меня появилась возможность посидеть, глядя в окошко.

При словах про «запах смерти» как-то нехорошо засосало под ложечкой. Помнится, на Земле был фильм с таким названием. И звучит это словосочетание не столько романтично, сколько зловеще.

Вскоре озабоченные Гарон и Баурель сняли полог тишины.

— Всем оставаться в бертуари, — строго сказал декан. — Я посмотрю, в чем дело. Это не территория Академии, но мы обязаны зафиксировать происшествие. Магистр Баурель останется с вами. И, прошу, без лишних вопросов, господа адепты. Это может быть просто труп любого дикого животного.

— Как же, как же… — скептически прошептала нам с Гаем Милесса. — Я, между прочим, тоже природный маг и все это чувствую. Там человек… Мертвый. Или люди… Бр-р…

Я была за то, чтобы остаться в бертуари и не нарываться на встречу с какими-либо трупами. Ни человеческими, ни трупами животных. А вот окружающие парни и две девушки, что были в нашей команде, разочарованно вздохнули.

— Ну ноги-то дайте размять! — заорал тот парень — его звали Оли — что пытался согнать Тэя с насиженного места ради Милессы. — Уже три часа едем! Магистр декан, ну мы никуда не пойдем от бертуари. Максимум — за кустики.

И словно желая помочь ему, заорал Гриша:

— Какать! Какать хочу!

— Чири-ки-рик! — поддержала его Красотка.

Вообще-то это было самое важное высказывание из лексикона Григория. И означало оно, что дело плохо. Либо сейчас его желание будет удовлетворено над раковиной, либо… плакал мой чистый ковер!

— Магистр декан, простите! — крикнула я Гарону, выходящему из микроавтобуса. — Если не дать моим птичкам сходить в туалет, то, боюсь, они что-нибудь испачкают! Например, меня.

Несколько мгновений Гарон недоуменно глядел на меня. Потом — рассмеялся. Даже морщина на лбу расправилась на несколько секунд.

— Ладно, адептка Мошкина и все остальные, можете выйти из бертуари. Не уходить дальше вот тех кустов. Магистр Баурель, отвечаете за этих оболтусов головой — если, конечно, они не свяжут вас по рукам и ногам. Тут уж я буду вынужден карать только их, — легкая усмешка.

«И все же у тебя есть сердце», — подумала я. — «Ты не дашь погибнуть людям и птицам без туалета!»

И мы начали вылезать из бертуари.

Я велела Грише (и Красотке через него) не улетать далеко. А то от этой истории с «запахом смерти» как-то не по себе. Мы сгрудились возле микроавтобуса, Баурель стоял на страже поблизости.

Краем глаза видели, как на солидном расстоянии от нас остановились два других бертуари, и из них тоже высыпали адепты и сопровождающие преподавателей. Видимо, решили, что у нас «копчиковая стоянка» и собрались присоединиться.

Гарон постоял, водя в воздухе носом, и уверенно направился к какой-то тропинке.

— И ведь никто не расскажет нам правды. Если там катастрофа… то есть что-то интересное, то мы никогда не узнаем, — вздохнул Тэй. — Никто ведь не думает, что мы уже третий курс и можем помогать!

— А ведь верно… — поддержала его Милесса и вдруг заговорщицки прошептала нам: — Подождите, ребята, я думаю, это можно исправить!.. Магистр Гарон! Магистр Гарон! Подождите меня! Я с вами! Я никогда не видела трупов! Мне интересно! — и бегом бросилась за Великим и Ужасным.

Тот уже скрылся за кустами, поэтому мы не видели, схватил ли он ее за шкирку. Видимо, нет, потому что никакая фея обратно к нам не вылетела.

Кстати, а почему нет, если Милесса считалась полноценным взрослым магом? Это с точки зрения половой и ментальной зрелости она маленькая, а с точки зрения магии — очень даже взрослая и обученная.

Не было их минут пятнадцать… Все это время Баурель как цербер наблюдал за нами. За кустики отпускал парами. А одной девушке, которая не желала идти туда в паре с подругой, пригрозил, что отведет ее сам. Угроза подействовала, она выбрала общество подружки.

А когда вернулись Гарон с Милессой, декан был мрачнее тучи. На Милессе просто лица не было. Бледная, маленькие пальчики трясутся. Похоже, на всю жизнь насмотрелась на трупы. А Гарон не прогнал ее в воспитательных целях. Он такой.

При виде нее я толкнула Гая:

— Сделай то, что нужно! То, что хочется!

— Но… — начал Гай.

— Делай, пока кто-то другой не отважился! — рявкнула я ему в ухо (то есть, заорала шепотом, привстав на корточки, потому как ухо у Гая очень высоко).

Гай тоже побледнел, сделал решительный шаг и своей здоровенной ручищей обнял Милессу за плечи.

— Ну все, все, я рядом, маленькая… — краем уха услышала я.

И мысленно похвалила друга. Половозрелая феечка или нет, а мужская поддержка ей точно сейчас не помешает. И Гай заработает себе плюсиков в карму.

— Грузимся! — мрачно скомандовал Гарон.

Одновременно напуганные и заинтригованные, мы полезли в бертуари. Гай буквально занес Милессу в него. В полной тишине мы тронулись. Даже Гриша молчал.

И вдруг тишину прорезал голос Великого и Ужасного. Похоже, решил все же поставить нас в известность, что там такое случилось.

— Господа адепты, ситуация оказалась сложнее, чем я думал. Найдено… три трупа женщин. Причина смерти неясна. Я уже сообщил властям, и дальше не наше дело, — интересно, как это он сообщил властям, подумала я, но сейчас было не время гадать об этом. — К Академии этот инцидент, по-видимому, не имеет отношения. Однако с этого момента я объявляю режим повышенной настороженности. Территорию базы в Серебристой роще будет запрещено покидать без сопровождения преподавателя. Особенно это касается тебя, адептка Мошкина, — он вывернул шею и блеснул на меня глазами. — Тебе вообще не покидать территорию без меня. Все поняли? За неисполнение — отчисление с факультета.

— Поняли… — нестройным хором ответили мы.

— Ну почему же, может, и имеет отношение к Академии… — тихо пролепетала Милесса. — Они все точно такие же…

— Такие же, как кто? — изумленно переспросил Гай.

— Ну, как те девушки, которых убивали рядом с Академией. Я изображение в газете видела. И эти очень похожи. Они как живые. Но при этом — совершенно мертвые. И все они…

Она вдруг осеклась и бросила испуганный взгляд в спину Гарона.

— Нет уж, Милесса, сказала «А» — говори и «Б», — потребовала я, видя, что она явно вполне пришла в себя после созерцания трупов.

Милесса опустила взгляд, раздумывая. Но тут вмешался беспардонный Оли.

— Что, все три тоже попаданки?! — удивленно переспросил он.

К счастью, не очень громко сказал… Гарон вроде бы не услышал.

А я просто застыла с раскрытым ртом.

— Инте-р-р-есно! — вмешался Гриша.

Я проигнорировала его. «Что, все три тоже попаданки?!» — эхом звучало у меня в ушах. В данном контексте это не столь интересно, сколь страшно!

То есть получается… все эти девушки, которых убивали за пределами Академии, но недалеко от нее, были из других миров? Кто-то прицельно убивает попаданок. Причем каким-то странным образом, неизвестным даже ученым из Академии.

Нехорошие мурашки снова пробежали по спине. Вот ведь! Знала, что какая-то подстава будет! И — пожалуйста!

Подстав даже две. Первая — избыточное количество женихов.

Вторая — угроза смерти. Ведь теперь понятно, почему Гарон взялся сам обеспечивать мою безопасность. Ясно и почему поехал в Серебристую рощу.

«Самоуверенный, однако, мужик, — подумалось мне. — Ведь не уследит — убьют меня и… наверное, будут какие-нибудь проблемы с земной администрацией…»

Но прежде нужно разобраться.

Ребята вокруг отводили глаза, на Оли активно цыкали и называли идиотом. Гриша, которому нравилось слово «идиот» на любом языке, повторял местный вариант.

— Нет, а что?! — возмущался Оли. — Я же не знал, что она не знает!

— По-моему, все слышали распоряжение не пугать вновь прибывающих попаданок всякими слухами! — набрасывался на него Тэй.

— Ребята, спокойно! — взяла себя в руки я. — Просто прошу с этого места подробнее. Мне, знаете ли, нужно сориентироваться в ситуации.

— Ну чего уж теперь…— пробубнил Гай. — В общем, тут и рассказывать нечего. В последний год стали убивать попаданок. Именно женщин, больше — молодых. Неважно, адептки Академии они или еще кто-то. Если убивают адептку, то всегда — вне стен Академии. Видимо, потому что она хорошо защищена. Убивают странно, неизвестным образом, причем тела находятся в каком-то своеобразном омертвении. Как Милесса сказала — они словно живые, гниения нет, но и жизни в них нет тоже. Следы магические или еще какие-либо — отсутствуют. Так что следователи даже самого высокого уровня не могут провести экспертизу. Ну и все, собственно говоря. Чего тут еще рассказывать. По правде, мы за тебя волновались, пока не выяснилось, что тебя охраняет сам Гарон.

— А он что, Господь Бог, что ли?! — вспыхнула я. — Его охрана — полная гарантия безопасности?

Может, зря… Потому что мне как раз доводилось убеждаться, что следит за мной Гарон хорошо и появляется всегда в нужный момент. Правда, опасности до сих пор были игрушечные.

— Нет, не Господь Бог, конечно… Он просто… — И Гай осекся, бросив настороженный взгляд в спину Гарона.

А Милесса слегка ткнула его крошечным кулачком.

К счастью для моего куратора, Гарон был полностью увлечен беседой с Баурелем под пологом тишины. Может, и звукоизоляцию снаружи поставили, чтоб их не отвлекали от важного обсуждения.

— Просто что? Великий и Ужасный? — ехидно переспросила я.

Что-то после новостей о загадочных убийствах меня просто распирало агрессией к этому миру и его «сюрпризам». Очарование декана тоже отступило, на него я сердилась, может, даже больше, чем на всех остальных и все остальное.

— Да просто он маг вне уровней, самый сильный и умелый в Академии, — сказал Гай.

— Что, даже сильнее наших молодых драконов? — удивилась я.

— Конечно! — рассмеялись ребята. — Куда этим молокососам до Великого и Ужасного!

— Ладно, хорошо. Я поняла. Вы следовали распоряжению «не пугать» попаданок. И не слишком волновались за меня, потому что… ну я вам не родной человек. И потому что меня охраняет Гарон. Все поняла. Обиды держать не буду. Но возникает другой вопрос: а откуда вообще в вашем мире столько попаданок? По правде, до сегодняшнего дня я думала, что есть я с Земли… ну, может, еще пара человек по обмену на других факультетах тоже с Земли. А оказывается, их сколько угодно! И всех убивают!

— Не всех! — капризно поморщилась Милесса. — Между прочим, убивают меньшую часть!

— Ох, спасибо, успокоила! — саркастически усмехнулась я. — Так откуда столько попаданок?

— Вообще-то не столь уж много, — рассудительно сказал Гай. — Я читал сводки Министерства Порталов и Межмировых связей. В среднем, в год в наш мир прибывает около двадцати попаданок и столько же попаданцев-мужчин. По обмену. Согласно договорам о межмировом сотрудничестве. А что тебя удивляет? Кроме портала в твой мир, который нашли недавно, есть еще другие. В разные миры. Видишь ли, древние маги, о которых сохранились лишь легенды, открыли их достаточно много. Потом почему-то закрыли. А в последние лет пятьдесят их активно находят и открывают снова. Некоторые сразу закрывают обратно, потому что за ними — опасные миры с чудищами. Другие оставляют открытыми, и начинаются взаимные делегации, договоры о сотрудничестве. Академия активно сотрудничает с разными мирами, где тоже есть магические учреждения. Адепты по обмену прибывают. Насколько я знаю, на разных факультетах сейчас, параллельно с тобой, учатся еще пять или шесть попаданцев. Есть сотрудничество и в других областях, вне науки и обучения.

— Да, — вмешалась Милесса и поежилась. — Например, эти три девушки были… работницы из другого мира какой-то неизвестной мне расы. С такими длинными ушками… Две молодые и одна пожилая. Кожа у них фиолетовая… У нас таких нет. Там, видимо, мир бедный, и некоторые умудряются получить визу на работу у нас. Вкалывают горничными или в поле.

«Гастарбайтерши!» — подумала я. Бедные гастарбайтерши, которые приехали заработать себе на жизнь, а их убили.

— Понятно, — кивнула я. — А вы не находите, что это какой-то беспредел? Администрации других миров не возмущаются, что у вас убивают попаданок?

— Возмущаются, конечно. Но смертей-то немного, — продолжил Гай. — Так что просто при заключении договоров их информируют, что есть небольшой риск для жизни.

— Небольшой! — усмехнулась я. — А самих попаданок, прошу прощения, информируют? Меня вот не проинформировали.

— К-р-ретины! — поддержал меня Гриша.

— Вроде бы это остается на усмотрение администрации того, другого мира. А она обычно выбирает не ставить в известность… — сказал Гай и опустил глаза. — Ведь обычно ничего не случается.

Все понятно, подумала я.

Меня развели, как маленькую.

Разумеется, Иван Семенович знал. Мне не сказал. Знал, кстати, и про эксперимент. Поэтому интересовался, нет ли у меня парня.

Дальше все тоже становилось на свои места.

Загадочное предупреждение Коримэла. То письмо, что он прислал мне «голубиной почтой».

Настороженность Гарона, когда я начала расспрашивать про безопасность моего пребывания. Его раздражение. То, что он лично взялся охранять меня.

Странный запрет покидать территорию Академию без сопровождения самого могущественного мага…

Вот ведь! А я думала, в сказку попала.

— Остановите машину! — крикнула я громко. — Мне нужно поговорить с магистром Гароном! Срочно!

__________

[1] «Копчиковая стоянка» - земное выражение из туристического сленга, обозначающая остановку транспортного средства (машины, байдарки, катамарана и т.д.) с единственной целью – размяться и, может быть, отойти за кустики.