20

Кирилл

— А ну-ка брысь спать! — рявкнул я.

Ксю резко развернулась, всей спиной показав, что я гад и мерзавец. И печать поставила, хлопнув дверью. Наверняка Анну разбудила.

Красота! Я не сомневался, что утром за завтраком наслушаюсь всякого. Как дошкольник, написавший на ковер. Удрать на работу пораньше не выход. Ксю не из тех, кто остывает. Наоборот, чем дольше копит, тем ядернее взрыв. Ядренее.

Ничего. Как там в мультике? Неприятность эту мы переживем. Пусть выскажется. А на субботу у нас был запланирован Дельфинарий. Ксю обожала дельфинов, поэтому ходили мы туда частенько. Я прикинул, что даже если она еще будет дуться, дельфины и прочие морские котики обязательно мне помогут.

Как ни странно, уснуть удалось сразу. Но вот что снилось… Промелькнула мысль, что я неправильно выбрал профессию. Может, надо было снимать фильмы для взрослых? Интересно, удастся ли превратить этот сон в реальность? Мы знакомы с Леной всего неделю… да, кстати, сегодня как раз неделя. Но судя по вчерашнему… Вот так и идут лесом все благие намерения. Не торопиться, не терять башку… Это что? Пресловутая химия-физика и теория волн?

И тут же прибежало на паучьих лапках с тоненьким голосишком: а если все-таки подстава?

Ну что ж, значит, Кирилл Андреевич сам себе злобный Буратино.

Пока все это крутилось у меня в голове, Ксю и Анна уже встали. Выйдя из ванной, я обнаружил чадо за столом — мрачное и с нехорошим блеском в глазах. Сделал себе бутерброд, налил кофе, сел напротив.

Давай, подруга, погнали. Быстрее начнем — быстрее закончим. В чем проблема? В том, что пришел поздно? Или еще что-то?

— Папа! — в голосе, как обычно, античная трагедия и решимость идти до конца. «Скажу все, даже если ты меня выдерешь, как сидорову козу». Хотя я ни разу этого не делал, только обещал. — Прости, но я должна задать тебе один вопрос.

— Валяй! — вздохнул я, надеясь, что она все-таки не станет в лоб спрашивать о моих намерениях по отношению к Лене.

— Мне неловко, но приходится. Я надеюсь, ты пользуешься… коптра… компрацепцией?

Сначала я опешил, потом чуть не заржал. А потом хлопнул ладонью по столу так, что кофе выплеснулся из кружки.

— Ксения! Это что еще за разговоры?! Ты что, совсем обалдела?

Губы обиженно выпятились, глаза мгновенно наполнились слезами.

— Папа, я не хочу, чтобы у меня случайно появился брат… или сестра.

— Подожди-ка, — я вытер салфеткой кофейную лужу. — А не ты ли мне совсем недавно говорила, что хочешь нормальную маму? Тебе в голову не приходило, что если я вдруг женюсь, у тебя с очень большой вероятностью будет брат или сестра?

— Приходило, — набычилась Ксю. — Если ты женишься, это ладно. Но я не хочу, чтобы тебе снова пришлось жениться только поэтому. Потому что будет ребенок.

— Так… И от кого ты это услышала? Про «пришлось жениться»? Хотя можно и не спрашивать.

Твою мать! Если эта тварь не прекратит распускать при Ксю свой поганый язык, я когда-нибудь не выдержу и убью ее. Да, все правда, я женился на Лиде только потому, что она залетела. Но совершенно не обязательно говорить об этом ребенку, который наверняка сделал вывод, что его не ждали и не хотели.

— Послушай меня внимательно! Если уж ты такая грамотная. Да, дети не всегда появляются, когда их ждут. Но когда я женился на твоей маме, искренне надеялся, что у нас получится нормальная семья. К сожалению, не вышло. Может, в этом была и моя вина, но я старался. А что касается тебя, ни на секунду не пожалел, что ты родилась. И давай на этом закончим. Не волнуйся, второй раз так не ошибусь. Если и женюсь, то только на женщине, которую по-настоящему полюблю. И которая сможет полюбить тебя. Все.

Я встал и ушел к себе. Быстро оделся, спустился по лестнице в гараж, сел в машину. Пальцы на руле мелко подрагивали. Не дело так выезжать на дорогу. Чтобы успокоиться, зашел с телефона на сайт доставки цветов и заказал Лене розы. Ну, не только поэтому. Было приятно это сделать. Представляя, как она придет на работу и увидит их, я действительно понемногу пришел в себя. И до Сенной добрался без происшествий. А там меня ждал приятный сюрприз.

— Кирилл Андреич, — из своей будки по пояс высунулся охранник Коля. — Доброе утро.

Он протянул мне руку, и я сначала не сообразил, что это вдруг за рукопожатия такие, но в ладони у меня оказалась флешка.

— Спасибо, Коля, — я быстро убрал ее в карман. — Проверять надо? Время там записано?

— Обижаете. Все как просили. С запасом. И время, и дата.

— Сколько я тебе должен?

— Ну… — он пожал плечами. — Сколько не жалко.

Я положил перед ним оранжевую купюру, которая мгновенно исчезла. Как корова языком слизнула.

— Щедро, — довольно улыбнулся Коля. — Но спасибо. Рад был помочь.

Поднявшись в офис, я кивнул Кате, отказался от кофе и вставил флешку в компьютер. Доверяй, но проверяй.

Все было идеально. Несколько файлов с камеры наблюдения на проходной. Вторник, с половины девятого утра до половины второго, когда Катя прошла через турникет. Она проделывала такие вещи постоянно, еще при Максе. Стоило ему уехать раньше, и она тут же исчезала. И при мне тоже, только никак не удавалось ее на этом поймать. Пришлось пойти на крайние меры.

В понедельник я сказал ей, что во вторник с утра буду на выставке и приеду не раньше двух. И попросил Колю сделать копии с записей камеры. Сразу у него не вышло, потом он был выходной, и вот улики у меня в руках. Отсутствие на рабочем месте больше четырех часов — это прогул, за который смело можно увольнять.

Я сделал копии на компьютер, ноутбук и другую флешку, вышел в приемную и положил ее перед Катей.

— Ознакомься и реши, что лучше: по собственному или по статье. Даже если ты вывернешься и принесешь справку от врача, у меня есть много других таких записей.

Это, конечно, был блеф, но что делать, покер так покер.

Через полчаса заплаканная Катя положила передо мной заявление об увольнении. Я подмахнул его в приказ, без отработки. Было неприятно, но никаких моральных угрызений я при этом не испытывал. И тут же позвонил в отдел продаж. Там работала Наташа Олисова, с которой мы были знакомы уже лет семь. Спокойная, приятная женщина, моя ровесница. На днях я предложил ей Катину должность, и Наташа согласилась. Хотя в зарплате не выигрывала, а в репутации, наоборот, теряла, поскольку ее непременно стали бы считать моей любовницей. Впрочем, у меня она никакого мужского интереса не вызывала, поэтому это волновало меньше всего.

А потом позвонила Лена. Я разговаривал с ней, стоя у окна, и смотрел во двор-колодец. Радовался, как подросток, что слышу ее голос. Представлял ее лицо. Огорчился, что не увидимся вечером. Хотя, может, и к лучшему. Будет время немного успокоиться после вчерашнего. И… соскучиться. Все-таки в ожидании есть своя прелесть. Если оно не тянется слишком долго, конечно.

Нажав кнопку отбоя, я подышал на стекло, написал пальцем: «Лена» и смотрел, как быстро тают эти четыре буквы.