32

Кирилл

Вообще-то грубовато получилось. Про неживую природу. Может, и вписывалось в ту веселую пошлятину про грелку на все тело, которой мы перекидывались в Вайбере, но все равно как-то… Ладно, проехали. По крайней мере, ориентиры намечены, одобрение получено. И это очень даже радует. Потому что более предметно можно воображать, как все будет. Только не сейчас, конечно… воображать.

Интересно, жаль или нет, что она ничего не помнит? С одной стороны, жаль. А с другой… Пожалуй, хорошо, что не помнит. Потому что может представлять все так, как захочет. А что будет представлять… нет, что представляет, тут никаких сомнений. И это тоже супер.

Пискнул селектор.

— Кирилл Андреевич, Мельникова и Гладков.

— Секунду пусть подождут.

Я быстро попрощался с Леной и попросил Наташу их пригласить. Люба и Дима — это было многообещающе. Впрочем, оказалось достаточно одного взгляда на их торжествующие физиономии, чтобы понять: бинго!

— Дима, если это то, о чем я думаю, ты просто монстр, — я приглашающее махнул рукой к столу для совещаний.

— Думайте в денежном эквиваленте, — нахально потребовал Дима и положил передо мной флешку. — Схема предельно простая и наглая. Именно поэтому замечательно работает. И заметьте, действуя по ней, он ничего у вас не украл, но нормально так обогатился. Хотя это все равно прекрасно попадает под статью о мошенничестве.

Я вставил флешку в комп и открыл презентацию, которая детально показывала, как Вадим с помощью своего подельника в банке перекидывает деньги с наших текущих счетов через пяток подставных на депозиты, а потом возвращает обратно. Разумеется, забирая себе проценты и сливая их на счет, принадлежащий Виктории Платуновой. Жене.

— Депозиты предельно короткие, — пояснила Люба. — Два-три месяца, максимум полгода. Процент на них маленький, но за счет крупных сумм выхлоп получается нехилый.

— Выхлопом он, правда, делится со своим корешем, — добавил Дима. — И это еще один аргумент в пользу плавной замены банка. Кстати, я выяснил, что это там за хрен с горы. Некий Евгений Котов, управляющий филиалом. Не слышали часом о таком?

— К счастью, нет. Надеюсь, никогда больше и не услышу. Наташа, — я нажал на кнопку связи, — быстренько ко мне Платунова. Бегом, прыжками. Если нет на месте, вызвони откуда угодно.

— Ну что, Любовь Константиновна, позвольте поздравить вас с новой должностью. А себя поздравляю с новым замом.

— Как насчет премии, КирАндреич? — напомнил Дима.

— Люба, у меня что-то осталось в директорском фонде?

— Есть маленько.

— Выпиши этому юному гению двадцатку. Ладно, тридцатку.

— Маловато будет, — Дима задумчиво почесал нос.

— Это за одного. Идите, работайте, юноша. За остальных отдельно.

— А за админа? — не сдавался вымогатель.

— А за админа ты работу получил. Брысь отсюда!

Люба и Дима ушли, а я, дожидаясь Вадима, заказал Лене коробку фруктов. Набрал в конструктор всякой экзотики. За срочность пришлось заплатить раза в полтора дороже, но я хотел привезти их сам.

— Что за пожар? — поинтересовался Вадим, зайдя в кабинет.

— Ну что, Вадик, — я постарался улыбаться не слишком по-каннибальски, — будем по собственному писать или глазки строить?

— Кирилл, ты вообще с дуба рухнул? — он вытаращил глаза, но тут же выкатил их еще больше, когда я развернул к нему монитор.

— Предлагаю сделку, дорогой товарищ. Ты исчезаешь, и я о тебе не слышу больше никогда и ни в каком контексте. В противном случае понимаешь, что будет дальше. Вы с дружком Котовым слишком сильно наследили, чтобы это можно было замести веником.

От упоминания подельника из банка Вадим явно дернулся, и я мысленно поблагодарил Диму за фамилию управляющего.

— Думаешь, ты такой крутой? Рассчитываешь на дарьяловский золотой квадрат? — прошипел он, и теперь уже внутри ёкнуло у меня.

Нет, Лена тут ни при чем. Вадим и раньше знал, на что я целюсь.

— Это тебя уже не касается, — я вытащил из принтера лист бумаги и положил перед ним вместе с ручкой. — С завтрашнего дня. Две недели отрабатывать не обязательно. Сегодня же забирай свои манатки и трудовую. Расчет на карту получишь. Максу мой пламенный привет. И не дай бог рыпнешься, я тебе еще и ваши шалости с бизнес-консультантом припомню.

Черт, а вот об этом упоминать не стоило. Что, Кирилл, Остапа понесло?

Чтобы переключить внимание с неосторожной фразы, я быстро добавил:

— И шоблу свою забери с собой. Все равно всех выкину, одного за другим. Лучше пусть сами уходят, пока не поздно.

Вадим быстро написал заявление и вышел. Разумеется, хлопнув дверью.

Будем надеяться, что этот хлопок последний. Иначе это тебе дорого обойдется. Я не злопамятный. Отомщу — и забуду.

Подписав заявление в приказ, я вышел в приемную и попросил Наташу отнести его в кадры. И набрал номер Светы.

— Светлана Юрьевна, сейчас Наталья принесет заявление Платунова. По собственному. Быстро оформите все, приказ мне. Чтобы он сегодня забрал трудовую.

— Но, Кирилл Андреевич… — потрясенно выдохнула Света.

— Какие-то вопросы? Нет? Ну и отлично. Жду.

Интересно, принесет она вместе с приказом свое заявление? Или Вадим придет к ней за трудовой, трахнет, как обычно, на столе и убедит — вопреки моему пожеланию — остаться и мелко пакостить?

Ну, может, и к лучшему, если не сразу сбежит. Грехи по кадровой части за ней водятся, собрать их не проблема, а у меня будет время найти нового эйчара.

Чтобы офис встал на уши, понадобилось минут десять-пятнадцать. Вынести под жопу финика — это не сисадмина уволить. Наверняка каждому пришло в голову, не будет ли он следующим. Даже тем, за кем ничего опасного не числилось.

Я расхаживал по кабинету, как тигр по клетке. И в голове крутились… нет, совсем не рабочие моменты. А очень даже грешные мысли. Ну что поделаешь, война и любовь всегда в одной связке. Разговаривал по телефону, просматривал договоры, подписывал документы — а думал о Лене. Что бы ни делал, все равно фоном думал о ней.

Пришла зареванная Светка с приказом, молча подождала, пока подпишу, так же молча выкатилась.

Дурища ты, Света. Неужели рассчитываешь, что он разведется со своей курицей Викой и женится на тебе?

Курьер с фруктами появился только к концу рабочего дня, и я сразу поехал к Лене. Пока крутился по двору, выискивая место для парковки, в Вайбер упало сообщение:

«Зашла мама. Подожди немного, сейчас уйдет. Напишу».

Из машины мне была видна Ленина парадная. На скамейке у входа, уткнувшись в телефон, сидел мальчишка в серой толстовке. Разглядеть его издали я не мог, но почему-то подумал, что это может быть ее сын. Если мать забрала его к себе, чтобы не заразился от Лены перед лагерем, а сейчас шла с ним откуда-нибудь, из бассейна, например, наверняка оставила подождать.

Минут через пять из парадной вышла высокая худощавая женщина в черном плаще, и мальчик соскочил со скамейки. Они прошли рядом с машиной, и я хорошо их разглядел. Женщина была здорово похожа на Лену, только старше лет на двадцать. А мальчика я действительно уже видел. На фотографии в телефоне.