Глава 7

Хожу по дому, топчусь из угла в угол, пытаясь найти себе хоть какое-то полезное занятие, но мысли неизменно возвращаются к Артёму Викторовичу. Ну дурак же! Дурак! Зачем попёрся на эту охоту? Что он собирается там добыть? Выкопать из-под снега мамонта времён ледникового периода? А ты, Мышкина? Тоже хороша! Почему ты его не остановила? Видимо, у нас двоих инстинкт самосохранения временно отключился. Что ж… Естественный отбор в деле. Прилипают в очередной раз к окну, но за ним всё равно ничего не видно. Метель замела всё до состояния белого шума. И где-то там, в ледяных белоснежных вихрях, сейчас бродит этот идиот с винтовкой. – Ну куда же ты попёрся, дурак? – Шепчу сама себе, скрестив от волнения руки на груди. Кот ходит за мной по пятам, как маленький хвостатый сторож. Он везде, буквально везде: под ногами, у стены, за углом. Останавливается, смотрит на меня огромными глазами, будто пытается сказать: «Ну? Что там у нас с едой?» – Знаю я, что ты голодный, – ворчу. – Я тоже голодная. Кот мяучит с таким возмущением, будто я только что съела его ужин прямо у него на глазах. Резко делает два круга вокруг своей оси и убегает в сторону кухни. – Куда это ты? Кот, предсказуемо, ничего мне не отвечает. Снова глазею в окно на беспощадную снежную бурю. Где же этот Артём Викторович? Вернись, прошу тебя. Мне очень-очень нужно, чтобы ты был жив. Кот истошно вопит из кухни. – Да что тебе, террорист пушистый? Несётся ко мне, мяукает ещё громче и снова кружит волчком у моих ног. Убегает на кухню. Я хмурюсь, потому что его поведение начинает казаться мне подозрительным. – Что там? Надеюсь, ты клад нашёл? Следую за ним. Кот сидит на полу, выгнувшись дугой. Ковыряет лапой ламинат и принюхивается, шевеля усами. – Ну, чего? Что ты там унюхал? – Подхожу ближе, приглядываясь. Сначала ничего не замечаю, но потом понимаю, что это маленький лючок, крышка которого замаскирована под стыки между досками ламината. Присаживаюсь рядом с котом. Пальцы нащупывают крошечный зазор. Снимаю тонкую дощечку и вставляю пальцы в образовавшуюся щель. Тяну на себя, и крышка поддаётся. Поднимаю её. Мой взгляд проваливается вниз, в темноту. Хватаю телефон, освещая фонариком пространство, скрытое под полом. – Воу… – Шепчу восхищённо. Кладовка! Нет, не просто кладовка, а целый продуктово-консервный храм! Полки вдоль стен забиты банками с вареньем, соленьями, лечо, зимними салатами и компотами. В одном углу стоят мешки с крупами, в другом – домашняя тушёнка в стеклянных банках. Втягиваю в себя воздух, отдающий пылью, плесенью и влажной землёй. Выдыхаю с таким облегчением, словно обнаружила нефтяную скважину в собственном огороде. Спускаюсь вниз по приставленной к одной из стен хлипкой лестнице. – Какой же ты умничка, мой пушистый герой! Ну всё, считай, что мы спасены! Если, конечно, Артём Викторович не решит двинуть коней в лесу. Вытаскиваю пару банок овощей с рисом, тушёнку, солёные огурцы и вишнёвый компот. Разворачиваю целое кулинарное шоу: открываю банки, ставлю тушёнку разогреваться в сковороде на плиту, режу огурчики. Через полчаса дом наполняется таким ароматом, что даже кот притопывает рядом в нетерпении. Свет горит. Уютно. В доме уже так тепло, что я даже сняла тёплые штаны и кофту, переодевшись в простое платье, которое брала с собой в командировку. А за окном стремительно темнеет. Артёма Викторовича всё нет… – Ну где же ты? – Тихо бормочу, нервно поглядывая на входную дверь. Кот смотрит на меня так, будто и сам задаёт себе тот же вопрос.