Глава 26

Жить и до этого было интересно, но теперь становится еще хуже. Оказывается, я женюсь, и даже уже через месяц, вот только я ни хрена об этом не знаю. По пути домой набираю Янину. Хорошо, что она не рядом, так бы просто удавил. – Алло, Кирюш… – Ты что меня, блядь, за мальчика держишь? – Что? Ты о чем, любимый? – Я не любимый! Мы коллеги. Что тебе не ясно из нашего прошлого разговора? Почему сегодня я узнаю о том, что мы женимся, если мы, блядь, не женимся? – Кир, ну, не кипятись. – Значит, так, Янина. Делай что хочешь, но чтобы я не слышал слухов о нашей свадьбе, ясно? – Кирилл, не поступай так со мной, пожалуйста! – Я все сказал. Отбой. Сбиваю вызов. Побесится и перестанет, но ебать мозг ни ей, ни себе я больше не намерен. Возвращаюсь домой поздно. Тихо тут и темно. Делаю кофе. Спать не хочется. Перед глазами балерина моя. Блядь, да не моя она и быть моей не может, только вот почему-то я думаю о ней. И мысли эти такие запретные, что ствол уже гореть начинает. Я хочу ее. Ха. Давно так сильно никого не хотел, и это, блядь, не проходит, вот только не могу я. Нельзя мне ее трогать. Смотреть на нее тоже нельзя, а то скоро уже крыша поедет. Усмехаюсь. Кажется, я уже дни считаю, когда Ляля выпишется и перестанет мозолить мне глаза. Опасно ей со мной. Очень опасно. Открываю бутылку виски, наливаю в стакан и делаю пару глотков. Янина помогла бы расслабиться, да вот только я ее уже отшил, а передергивать рукой как-то не привык совсем. Да и не пацан я уже давно, чтобы спускать в ладонь. Черт возьми. Ее просто надо выкинуть из головы. Само пройдет. Нельзя мне эту девочку. Противопоказано. *** Промучившись всю ночь, уснуть так и не смогла, поэтому наутро я поднимаюсь с кровати с жутко пульсирующей болью в висках. Выписать меня должны уже через два дня. Я звонила Наде. Они с бабушкой ждут меня. Пирожки там готовят или что. Честно говоря, я буду рада любой домашней пище, так как за этот месяц больничная еда уже поперек горла стоит. Моя лапка уже почти зажила. Я стараюсь уже сильнее наступать на нее и очень жду, что скоро вообще откажусь от костылей, но пока это так. Бабушка еще не ведает, что с балетом покончено, и, честно говоря, я даже не знаю, как сказать ей об этом. Она тоже всю душу вложила в меня, чтобы я стала балериной, а теперь… я как все. Нет во мне ничего особенного, и что делать дальше – я просто не представляю. В отделении новость о скорой женитьбе Кирилла Александровича, кажется, уже достигла апогея, и, наверное, только ленивый этого еще не обсудил, а я не могу. Слышать все это не могу. Больно мне все так же, и еще обидно. За себя. Это ж надо быть такой дурочкой, чтобы влюбиться в чужого взрослого мужчину! Ну не мой он, успокойся ты уже, так нет! Не могу я. Смириться с тем, что не быть Кириллу Александровичу моим, сродни смерти для меня. Конечно, во мне есть гордость женская и все такое, но блин… Гордость в ноги ложится, когда я думаю о нем. Как заболела я доктором этим, и не проходит это никуда. Только прогрессирует все больше. С каждым чертовым днем. Сегодня мне нужно оформить справки для выписки, поэтому я уже полчаса как дежурю под ординаторской. Геннадий Петрович взял отгулы, и теперь мой временный лечащий Семеров. Он почти не говорит со мной и за эти дни только один раз зашел поверить, живая ли я. Все. На этом его помощь как врача закончилась, но, честно говоря, от него мне большее и не было нужно. Двери ординаторской открываются, и оттуда тоже на костылях выходит один из пациентов. Теперь моя очередь, однако перед тем, как войти, краем глаза я замечаю в коридоре Кирилла Александровича. Он заходит в отделение, а следом за ним Янина заплывает, и у меня снова что-то больно щемит в душе. Всего лишь на миг мы с ним встречаемся взглядами, и я вся сжимаюсь в тугой комок. Он снова с ней. Значит, разговоры о свадьбе вовсе не сплетни. Больно. Господи, как же болит! Мужчина быстро отворачивается от меня, словно намеренно игнорируя, и я закипаю. Хорошо! Пусть отворачивается, если я ему не нужна. Я тоже могу нравиться кому-то. Даже этому ловеласу Семерову. Резко открываю дверь ординаторской и, включив все обаяние, на которое способна, захожу в кабинет к этому молодому и симпатичному хирургу.