Глава 47

Я просыпаюсь от резких звуков на кухне и иду прямо на них. Удивляюсь, когда вижу Кирилла Александровича у плиты. Даже не думала, что он еще и готовит. Мужчина стоит спиной ко мне. Так близко. Мышцы на его сильных плечах перекатываются при движениях, и я не выдерживаю. Подхожу и осторожно обнимаю его. Щекой прижимаюсь. Пусть это глупо и сейчас он прогонит меня, как обычно, но мужчина не прогоняет. Напротив, уже через миг Кирилл Александрович подхватывает меня и усаживает прямо на столешницу. Он берет мои колени большими руками и широко их разводит, вклиниваясь между моих ног. Чувствую, как краснею. Я оказываюсь с широко разведенными бедрами прямо перед ним. Нет. Кирилл Александрович не супернежен, однако эта его грубоватая сила только распаляет меня. Мне нравится. Безумно. Я все еще его жутко стесняюсь, однако хочу больше. Куда больше. Просто принадлежать ему. Хочу, чтобы он меня касался, и он это отлично понимает. Все происходит постепенно и в то же время страстно. Мужчина старается быть ласковым со мной, и, если честно, я просто таю, как мороженое, в его руках, позволяя делать со мной все. Реально все. Когда Кирилл Александрович касается моей груди, каждый раз я чувствую, как мои бабочки в животе уже просто ломятся наружу и летят к нему навстречу. Все мое тело горит и трепещет в его сильных руках. Жесткая щетина царапает лицо и шею. Губы горят от поцелуев, но мне нравится. Так сильно, что, кажется, я потеряла всякий контроль. Когда Кирилл Александрович спускает штаны, внутри моего живота что-то дергается. Я хочу его. Все мое тело жаждет этой близости. Каждая клетка трепещет перед ним. У мужчины большой член, особенно в эрегированном состоянии, потому, когда он входит в меня, мне все еще немного больно, однако уже через пару толчков мне становится приятно. Я быстро подстраиваюсь, привыкаю и даже распробываю эту сладкую пытку. О боги, мне так сильно нравится то, что он со мной делает. Словно своими движениями бедер мужчина выбивает из меня все горе, которое свалилось на мою душу в эти дни. Я обхватываю его сильнее ногами и просто отдаюсь ему без оглядки, страстно и уже почти до потери пульса желая его. Кирилл Александрович сдерживается. Я вижу это, но не смею просить его о большем. Я знаю, он ведь взрослый мужчина, и, наверное, у него свои запросы. Я просто благодарна за то, что он нежен со мной и помогает привыкнуть к нему. Хотя на самом деле я и так уже привыкла к нему. Уже сейчас каждая моя клетка пропитана им, точно ядом. Мужчина любит меня на столешнице, но после подхватывает под попу и переносит на диван. Он заваливает меня на спину, широко разводит мне ноги и на этот раз врезается в мое тело уже более грубо, отчего я просто закатываю глаза от удовольствия и уже совсем не могу сдерживать стоны. Его тело мокрое от пота и очень горячее, возбужденное, и даже от этого я еще больше распаляюсь. Я хочу его. И это сильнее меня. Я настолько возбуждена, что даже не замечаю, что мы занимаемся сексом без презерватива, поэтому, когда мужчина говорит об этом, чуть ли не умираю от страха. Благо он, как только кончает мне на живот, вскоре приносит какую-то таблетку, дает ее мне, что немного успокаивает меня. Уже через минуту Кирилл Александрович просто поднимается и уходит в душ. Он действует быстро и собранно, чего не скажешь про меня. Растерянная, какая-то заторможенная после секса, я едва волочу ногами, но отлично понимаю, что все закончилось. Кирилл Александрович прекрасно вчера дал понять, что пустит только переночевать. Ночь прошла, а значит, мне пора, и навязывать себя я не собираюсь. Наспех собравшись, я выхожу в коридор, где уже встречаюсь с ним, однако взгляд доктора в этот момент заставляет меня снова всю внутренне сжаться и опустить глаза. *** – Ты хочешь уйти? – Да. Я это… пойду уже. Спасибо, что пустили переночевать, Кирилл Александрович. Мужчина прожигает меня взглядом, а я не знаю, куда деть свои глаза от стыда. Губы все еще горят от его жарких поцелуев. Я снова сдалась ему. Добровольно отдаваясь, не думая о последствиях. – Кирилл. Поднимаю взгляд. – Что? – Кирилл. У нас только что секс был. Называй уже меня просто по имени. – А. Хорошо. Дергаю за ручку двери, но сильная мужская рука закрывает ее обратно. – Куда ты убегаешь снова? Тебя никто не выгоняет отсюда. – Вы же меня только на ночь пустили. Вот, ночь прошла. Мне пора. Я не хочу навязываться. В горле все сжимается, но все же выдавливаю это из себя. Становиться ему обузой точно не намерена. Замираю, когда Кирилл Александрович подходит вплотную и вжимает меня в стену своим телом. Он опасно близко и, кажется, сейчас он еще более серьезен, чем обычно. Смотрю на него снизу вверх. Внутри все дрожит и трепещет перед ним. – Ты не навязываешься. Я хочу, чтобы ты осталась, Ляля. Если ты тоже хочешь, можешь остаться. Вещи твои я заберу. Эй, ну чего ты так смущаешься? Дыхание спирает, когда этот взрослый мужчина проводит рукой по моему лицу, опасно опускаясь к шее. – Я не знаю… –Девочка, ты можешь остаться, если хочешь. Ты хочешь остаться? Не знаю, куда деть свои глаза. Он так смотрит… – Хочу, – выдаю на одном дыхании и смущенно смотрю на него. Улыбаюсь коротко, когда мужчина поднимает мой подбородок пальцем и целует в губы. Очень нежно, но его щетина все равно меня царапает. Упираюсь рукой в его грудь. – Что такое? Он смотрит мне прямо в глаза, а я чувствую, что, наверное, уже вся красная как рак. – Вы, то есть ты колючий. Щетина твоя колет мне губы. – Прости. Не нравится? – Нет. Нравится! Очень. – Жди меня вечером, Ляля, и ешь давай. Приду – проверю. Не будешь есть, накажу. По-взрослому. – Накажешь? Это как? – Увидишь. Кирилл опасно улыбается и снова целует меня, отчего у меня реально кружится голова и подкашиваются ноги. Как он действует на меня… Неправильно и опасно, сражая просто наповал. Мужчина уходит, а я остаюсь в его квартире, и, кажется, я уже очень жду вечера, чтобы увидеть его снова.