Глава 48

Весь день я провожу у Кирилла в квартире одна. У него немного вещей, однако каждая помогает мне понять его чуть лучше. Мне все еще трудно поверить в то, что мужчина забрал меня к себе, поэтому я хочу хоть немного отблагодарить его за это и готовлю ужин. Я так волнуюсь и стараюсь, что дважды режу палец ножом, делая салат. Руки подрагивают. Хочу, чтобы ему понравилось. В холодильнике нахожу куриную грудку и запекаю ее в духовке. Надеюсь, ему понравится, и я правда стараюсь. Пока курица готовится, затеваю уборку. Чисто минимально собираю вещи. Убираюсь на кухне. Достаю тарелки и все красиво сервирую. Я хочу, чтобы мы провели этот вечер вместе. Звук открываемой двери заставляет подскочить на месте. Кирилл Александрович пришел с работы. Выхожу в коридор. Все еще прыгаю на одном костыле, так как наступать на ногу мне больно. Мужчина заходит и приобнимает меня, прижимает к себе, а я… вдыхаю его обалденный запах с ноткой табака. – Привет. Как ты тут? Скучала? Улыбаюсь. – Скучала. Обнимаю мужчину в ответ. Поднимаюсь на носочки, прикасаюсь к его шее и осторожно целую его в губы. Очень нежно. Приятно. Мужчина отвечает на поцелуй, после чего отстраняется и улыбается своей довольной улыбкой. Вижу, как Кирилл что-то вдыхает в воздухе, а затем морщится. – Ты что-то готовишь? Вдыхаю запах, и теперь он мне кажется горелым. – Ой! Блин, курица! Липкий страх подбирается к горлу. Я забыла за нее! Совсем забыла, и теперь, кажется, мой ужин для мужчины сгорел. Резко разворачиваюсь и, как могу, быстро ковыляю на кухню, но не рассчитываю и зацепляюсь своим костылем за стул. Падаю, больно ударяясь коленом. – Ляля, ты там живая? – Да… кажется. Уже через миг сильные мужские руки отдирают меня от пола и усаживают на стул. – Осторожнее надо. Я тебя в больнице больше видеть не хочу. Прикусываю щеку изнутри. – А здесь хочешь видеть? – Здесь да. – Прости. Случайно вышло. Я за курицей… Кирилл подходит и открывает духовку, откуда жутким густым паром валит дым и пахнем горелым. Морщусь, заливаясь краской стыда. От моего ужина остались только одни угольки. – Похоже, уже поздно бежать за ней. Опускаю глаза. Как же стыдно. Первый день в чужой квартире, и тут такое… Хозяйка, называется. – Я сейчас приготовлю что-то еще. Поднимаюсь, но мужчина усаживает меня обратно за стул. – Сиди. Ты ушиблась? – Немного. Кирилл внимательно смотрит на меня, после чего уходит в ванную. Возвращается через минуту. Я вижу, что он вымыл руки и сейчас держит в ладонях эластичный бинт. – Давай помогу, а то ты так падать все время будешь. – Х… хорошо. Мужчина садится на корточки и кладет мою ногу себе на колено. Уже через секунду он осторожно обхватывает мою лодыжку сильными руками и обматывает ее эластичным бинтом до самого бедра. Действует быстро, точно как врач. – Пробуй наступить теперь без костыля. Держись за меня. Осторожно упираюсь в сильную грудь любимого и пробую наступить на носочек. – Что чувствуешь? – Не так больно. Лучше. Спасибо! Прости, что без ужина сегодня. – Ты могла вообще не морочиться. Я всегда покупаю ужин домой. Краска заливает лицо. Он даже тут подумал за меня… Кирилл идет в коридор, откуда возвращается с коробкой еды. Еще теплый китайский рис и очень вкусное запеченное мясо. Моя курица отправляется прямо в мусорку, и мужчина кормит меня своим ужином, который я уплетаю за обе щеки. – Ты вообще ела сегодня? – Нет… Мне не хотелось, а потом я тебя ждала. – Понятно. – Что понятно? – Что мое обещание о наказании остается в силе. Чувствую, как мои щеки заливает румянец. Опускаю взгляд. Не могу смотреть на мужчину. Кирилл сидит прямо напротив. Так близко, что я улавливаю его запах, который дурманит мне голову. – Чего так засмущалась? – Ничего. – Скажи. – Это наказание… будет болезненным? – Смотря как ты будешь себя вести. Чувствую, что мои щеки уже пылают, и не выдерживаю. Вскакиваю со стула и иду в душ. Мне надо освежиться. Жизненно необходимо просто. После душа снова напяливаю на себя футболку Кирилла. Другой одежды все равно нет, и я надеюсь, что ему нравится. Как только выхожу из душа, тут же врезаюсь носом в грудь мужчины. – Ой, прости. – Ничего. Я следующий. Кирилл обходит меня и скрывается за дверью. Пока он принимает душ, я иду в гостиную. Если хочет – пусть выгонит, но я хочу сегодня тоже на его плече уснуть. Очень сильно так хочу. – Я вижу, тебе моя спальня вообще не нравится? – С тобой лучше. Ты против? Улыбаюсь, но дико стыжусь, видя, что мужчина вернулся после душа в одном только большом полотенце на бедрах. – Конечно, нет. Мне нравится, когда ты сопишь у меня на плече. – Эй, я не соплю! – Ну-ну. Разбужу сегодня, сама услышишь. Загораюсь, хватаю подушку и со всей силы бросаю ее в мужчину, но Кирилл ловит подушку мгновенно еще на лету. Ой, кажется, я попала. – Я вижу, кое-кто так и напрашивается на наказание. Опускаю голову. Да, я дразню его, и мне нравится. Мужчина подходит ближе, и я чувствую себя неловко. Он полуголый. Мамочки… – Завтра вещи твои заберу. Будешь сопеть у меня на плече каждую ночь, котенок. Молча киваю, жадно пялясь на его голый торс. Почему-то в животе что-то дергается, когда вижу его грудь голую и пресс. Боже, какой он… мужественный. Кирилл садится на диван прямо напротив меня, и уже в следующий миг я оказываюсь у него на коленях. Сильная ладонь проходится по моему лицу, заправляя волосы за ухо. А еще, кажется, я чувствую, как мне в бедро впивается его член. Он встал. В полной боевой готовности. – Скажи мне, малышка, чего ты хочешь сегодня? – спрашивает серьезно, крепко удерживая меня на руках. Какой он большой и сильный. Я как куколка в его руках. Сейчас мужчина пахнет собой. Приятно и опасно. Мне нравится. Отвожу взгляд, дико смущаясь. – Ляль, не стесняйся. С мужчиной в постели надо быть откровенной. Ты же взрослая. Ты твердила мне это буквально в каждом нашем разговоре. Кирилл нежно проводит рукой по моей спине, и я сдаюсь. Смотрю прямо на него, осторожно прикасаясь к груди, покрытой темными волосами, пальцами. Улыбаюсь. Я знаю, чего хочу. – Я хочу вас, доктор. Кирилл усмехается, и я замечаю в его глазах опасный огонек страсти, который зажигает и меня. – Гм… Бояться не будешь? – Неа. Мужчина как-то опасно смотрит, его взгляд темнеет, после чего он укладывает меня на подушку и поднимается. – Хорошо, Ромашкина. Сама напросилась. *** Все мое тело трепещет и волнуется, кажется, каждый волосок. Кирилла долго нет, но, когда он заходит, у меня чуть челюсть на пол не падает. Он надел белый халат, медицинский костюм и нацепил стетоскоп на шею! Боже, он ведь выглядит сейчас точно так же, как в больнице. Ой, мамочки мои… – Кирилл… – Что, передумала? Закусываю губу. В этом наряде он просто максимально мужественен, опасен и сексуален. Хочется целовать его и прижиматься к нему одному. Сильно. До хруста костей. – Нет. Мужчина довольно улыбается и подходит ближе. – Ну что, Ромашкина, будем проводить смотр? – Ага. Кажется, я сейчас просто прогрызу свою губу от волнения, смущения и… желания. Хочу, чтобы мужчина провел этот осмотр, и мне все равно, как это звучит. Мы сами затеяли эту игру и не имеем права нарушать правила. – Ложись на кровать. – Хорошо. Откидываюсь на подушку и замираю в предвкушении, когда Кирилл подходит ближе, наклоняется и снимает с шеи стетоскоп. – Что беспокоит тебя? Его зеленые глаза опасно темнеют, а у меня в животе бабочки уже ломятся наружу. Это как-то слишком… но мне нравится. – Вы, Кирилл Александрович. Вы беспокоите. – Разберемся. Давай послушаю тебя. Поднимай футболку. Дрожащими руками задираю футболку вверх до самой груди. – Нет. Так не пойдет. Мне сердце твое послушать надо. Выше. Делаю, как он говорит, дико смущаясь. Я в белом бюстгальтере, нацепила обратно после душа, но мне все равно стыдно. Сердце резко ускоряет ритм, когда мужчина прикладывает к груди стетоскоп и начинает меня слушать. Он вовсе не играет. Реально слушает меня, как врач. Черт, да он и есть врач! – Ну как там, стучит? – Да, как у мышонка тарахтит. Повернись спиной теперь. Поворачиваюсь и сажусь на кровати спиной к нему. Дыхание становится глубже и чаще, но даже не смею пошевелиться. Вздрагиваю, когда в один момент Кирилл расстегивает бюстгальтер и опускает лямки. – Эй, вы чего? – Так лучше. Ничего не мешает слушать тебя. Не шевелись. Холодная плашка стетоскопа опускается к голым лопаткам, провоцируя у меня стаю мурашек. Не больно совсем, но так приятно и завораживающе, что я даже дергаться боюсь. Позади слышу хриплое дыхание. Кирилл совсем рядом. Опасно близко ко мне, и мне это нравится. Он действует осторожно и профессионально, а у меня внутри все трепещет. Это так… запретно и сладко, приятно, что меня осматривает именно он. Каждое его прикосновение словно поцелуй бабочки, и я понимаю, что уже вся дрожу. Как он действует на меня… Невероятно просто. Сильно и опасно. Вздрагиваю, когда доктор убирает стетоскоп и нежно прикасается огромными руками к моей спине. Проводит от самой шеи к пояснице, а после… просовывает их вперед и накрывает мою грудь теплыми ладонями. Сжимает немного. Нежно, приятно, так по-собственнически, что ли. Дышать становится труднее. В животе уже все трепещет, а грудь становится очень чуткой. Мне нравится. Сильно. – Вы что это делаете, доктор? Не могу сдержать улыбку. Это все просто запредельно сейчас для меня. Жарко, пикантно, но так возбуждающе, что я чувствую, как от одного только его прикосновения моя грудь тяжелеет. – Осматриваю тебя. Не дергайся, Ромашкина. Его умелые руки массируют мою грудь, и я не могу сдержать стон, когда мужчина обхватывает соски пальцами и немного их сжимает. Из груди невольно вырывается стон, и это не остается незамеченным. Трепещу вся, когда Кирилл наклоняется и шепчет мне прямо на ухо, покрывая шею мелкими покалывающими поцелуями: – Продолжать? Тебе нравится эта игра? – Да, доктор! Пожалуйста, не останавливайтесь. Мужчина садится на кровать и подтягивает меня спиной к себе. Он покрывает мои лопатки, спину и шею поцелуями, одновременно с этим творя что-то просто запредельное с грудью. Соски становятся каменными, а у меня в животе разгорается настоящий пожар. – Откинься на спину. Сними шорты. Глаза Кирилла опасно блестят, но перечить я не смею. Смущаюсь только, когда замечаю, что мои трусики уже стали очень мокрыми и выделилась смазка, хотя до этого мужчина только к груди моей прикасался. Застываю вся, схватившись за резинку трусиков и сведя ноги вместе. – Извините. Мне в ванную надо, наверное. – Чш… не надо. Это нормально. Ты просто возбудилась. Ляг. Дай осмотреть тебя полностью. Кирилл помогает мне снять трусики и широко разводит мои ноги. Боже, он смотрит прямо туда, и я чувствую, что еще немного – и просто взорвусь от стыда. Дыхание спирает, когда доктор опускает большую ладонь мне на живот и нежно поглаживает кожу, а после начинает пальпировать его! – Болит тут что-то? – Нет. Его рука опускается ниже, прямо над моим лобком, и надавливает на что-то, отчего я чувствую, что возбуждение мое только усиливается. – Тут? – Нет, но… Ах, так сильно чувствую! – Что именно? – Приятно. Нравится. Доктор просовывает колено между моих ног, чтобы я не могла их больше свести вместе, и на этот раз, все так же надавливая на что-то внизу живота, второй рукой прикасается к моей промежности. Я думаю, что это все, но нет. Замираю, когда мужчина вводит в меня два пальца, делая медленные, но сильные толчки. – Ах, ах! – А так? Смыкаю зубы. Там уже все горит просто. Мне так хочется… так сильно хочется его. – Да, так хорошо. – Ну все, Ромашкина. Я нашел проблему. Лечить будем? Сглатываю, понимая, что он все еще играет, и кажется, я просто без ума от этой игры. – Да. Хорошо. Кирилл поправляет свой распахнутый халат и снимает штаны. Я вижу, что он тоже уже очень возбудился, и сейчас его эрегированный член упирается мне прямо в бедро. Закусываю губу в невероятном предвкушении. Ощущение такое, что я просто взорвусь, если сейчас не почувствую его внутри. Шуршит упаковка презерватива, который мужчина достает из кармана халата, а после надевает на член, раскатывая на всю длину. Он очень красив и мужественен, а его запах просто сражает меня наповал. Я хочу его. Так сильно, что уже не могу терпеть. – Иди ко мне, лечить тебя буду. Мужчина коротко усмехается и берет меня за бедра, подтягивая прямо к себе. Уже в следующий миг я оказываюсь под ним с широко разведенными бедрами, вся разгоряченная и пылающая от страсти. Вскрикиваю негромко, когда этот секси-доктор направляет в меня свой член и входит сразу до упора. Он бы раздавил меня своим весом, но в этот момент опирается на руки. Наши голые тела невероятно близко, они сплелись сейчас в танце страсти. Доктор начинает “лечить” меня довольно быстро и напористо, отчего я не могу сдержать стоны удовольствия. Его белый халат сейчас действует на меня лучше всякого афродизиака. Я хочу его. Как самая развратная самка, но мне плевать. Я хочу быть его пациенткой в постели и чтобы он лечил меня так каждый день. Мужчина врезается в мое тело сильно, и я впиваюсь в его широкие плечи пальцами. Удовольствие накатывает волнами, но мне все мало. Внизу очень мокро, потому мне совсем не больно. Нет. Мне приятно. До дикости просто. В какой-то момент доктор подхватывает меня и поворачивает на бок. Одну мою ногу он фиксирует коленом, а вторую перекидывает себе на руку. Я оказываюсь полностью в его власти, и он этим прекрасно пользуется. Его движения плавные и ритмичные, быстрые. Точки сильные, заставляющие просто кричать в его руках. Мы оба часто дышим. Нам обоим прекрасно. – Ах, Кирилл Александрович! – Как лечение, Ромашкина? – Успешно, не останавливайтесь! Мужчина хрипло смеется и, рыча, снова меняет позу. Голой спиной я чувствую, что он уже весь вспотел в том халате, но мне все равно нравится. Загорский садится на кровать и усаживает меня сверху прямо на свой член, повернув спиной к себе. От неопытности я немного пугаюсь, но сегодня он ведет, и я хочу довериться ему. – Опустись на член. Медленно. Тебе понравится. – Как? Я не знаю… – Возьми в руку и направь его в себя. Делаю, как он говорит, и медленно опускаюсь на большой член. Он даже не полностью входит в меня, так как очень толстый и длинный. Большая головка упирается в самый край, заставляя затрепетать и прислушаться к ощущениям. Очень большая наполненность, мне нравится. Безумно. Вскрикиваю, когда Кирилл крепко обхватывает меня за талию и, не давая убежать, делает движение бедрами вверх, от которого меня пронзает волна удовольствия. – А-а-ах! Кирилл… Он не останавливается и лишь сильнее обхватывает меня за грудь рукой, привлекая к себе и одновременно с этим продолжая вдалбливаться в мое тело, насаживая меня на себя. – О боже, боже! Закусываю губу, чтобы не кричать позорно в голос, но получается плохо. С каждым его толчком все мое тело пробирает жаркое и горячее удовольствие, заставляя бесцеремонно раскрыть шире ноги и полностью отдаваться во власть Загорскому. – Не сдерживайся. Кричи, если хочешь. Он покусывает меня за шею, очень крепко перехватывает руками за талию и теперь начинает двигаться поистине безжалостно, заставляя меня всю трепетать в его сильных руках, но “лечение” на этом не заканчивается. – Иди сюда, моя ненасытная пациентка. Встань на колени. Держись за изголовье. Вот так. Крепко держись. Тяжело дышу, смотря на опасно сверкающий взгляд врача. – Что… что вы будете делать, доктор? – Терапию. Я даже не успеваю возразить или спросить, что это вообще значит, когда Кирилл, как куколку, ставит меня на колени и широко разводит бедра. Он пристраивается сзади, входит быстро и теперь начинает меня просто таранить, выбивая все мои дурные мысли из головы, заставляя сейчас думать только о нем и об этом сладком удовольствии, в котором я купаюсь. Почему-то именно в этой позе я чувствую его максимально остро и запретно, отчего тугой узел в моем животе натягивается уже до предела. Пугаюсь, когда чувствую, как немеют мои пальцы на руках, а перед глазами мелькают мушки. В этот момент мое тело ему принадлежит. Полностью и дико. – Ай, о нет, хватит! Боже, боже! – я кричу от удовольствия уже в голос, но мужчина даже не собирается останавливаться. Волна жара проносится от низа живота прямо в мозг, когда доктор одаривает мою задницу смачным шлепком. Чуть болезненным, но невероятно возбуждающим. Еще пара сильных толчков, и я просто рычу. Как последняя самка, издаю горловое рычание и содрогаюсь в очень сильных спазмах. Все мое тело как будто искрой пронзает. Это напряжение достигает пика, длится несколько сладких секунд, и я не хочу, чтоб оно заканчивалось, но постепенно оно переходит от живота в голову, растекается по венам, и я чувствую, что мне классно. Очень приятно и спокойно. Кирилл Александрович делает еще несколько очень сильных фрикций и тоже громко рычит, заваливаясь прямо на меня, но быстро перекатываясь на спину. Мы лежим на диване рядом и оба тяжело дышим. У меня вообще ощущение такое, словно поезд по мне проехался, но я счастлива сейчас. Очень сильно. – Ты как, Ромашкина. Жива? Делаю еще пару вдохов, чтобы перевести дыхание. – Ага. Пальцы только онемели почему-то. – Это оргазм. Ты очень чуткая. Поднимаюсь и смотрю прямо на мужчину, осторожно перебирая пальцами темные жесткие волосы на его груди. – Кирилл Александрович, спросить можно? – Смотря о чем. Улыбаюсь. Что-то мысли у меня совсем неприличные. – Я хочу приходить к вам на прием регулярно. Можно? Закусываю губу и смотрю прямо на него. Мужчина проводит рукой по моей спине, а после откидывает халат с плеча от жары. – Можно. Только мне халат надо полегче купить. Принимать такую пациентку, как ты, в нем жарко. Сам думал, сознание потеряю. Мы оба смеемся, и я прикладываюсь щекой к груди мужчины, слыша его сердце. Так спокойно, как сейчас, мне еще никогда в жизни не было.