Глава 15

Автобус ехал в Паттайю на вполне приличной скорости, и Настя не могла оторваться от стекла. Ей было интересно всё: пейзаж за окном, автомобили, люди, деревья, цветы, разметка на дороге. Группа общалась с гидом, объясняющим, что, где и почём, но она слушала краем уха. Сейчас это было не так важно.

Хотелось поскорее увидеть море, хоть издали, хоть мельком. Во Владивостоке она привыкла повсюду натыкаться на сияющую в тёплых солнечных лучах синеву: когда ехала на учёбу, когда шла в магазин за хлебом, когда гуляла с друзьями или ехала за город по одной из трасс.

— Всё клёво, но чего–то не хватает, — раздался сзади озадаченный голос Алёнки. — Прямо какое–то странное чувство, не могу избавиться.

Настя усмехнулась. Шутки про жителей Владивостока и их приверженности родным пейзажам не на пустом месте возникли, и сейчас каждый из них, кто смутно, а кто и вполне осознанно, тосковал по дорогим сердцу сопкам7 и холодному Японскому морю.

Алёнке быстро объяснили, чего ей не хватает, и она удивлённо выдохнула:

— Вот ё-моё! А ведь так и есть! У меня такое в Хабаровске было. С папой на машине ездили, я утром просыпаюсь — за окном степи какие–то и так всё ровненько, аж подурнело, если честно. Неуютно, пипец. Но вообще надо как–то настраиваться уже на отдых, по дому рановато скучать!

— Семён, — обратился к гиду Костя, — а расскажи нам, пожалуйста, куда лучше всего сходить на представление с голыми девками. Тока нам надо такое, чтобы не проблеваться там от омерзения.

— Фу, Костя! — девчонки скривились от отвращения, но поддержали одногруппника: — Да, Семён, чтобы не противно было, а то и хочется, и колется.

— Идите на Big Eye: это больше эротическое шоу, чем порнографическое, хоть и очень откровенное. Мой совет — если не хотите случайно стать его участниками, садитесь повыше. Там и мячик может прилететь в лоб из срамного места и, пардон, дамы, по коленкам прибором настучать могут. Но повторюсь: только тем, кто на первых рядах. Совсем уж закомплексованным лучше не идти вообще. А, и ещё один момент для тех, кто хочет сэкономить: лучше ехать через агентство, у нас цена ровно такая же, как и в кассах самого шоу, но включен ещё трансфер туда и обратно. Шоу идёт минут сорок пять, иногда чуть дольше, и потом начинается заново.

— Ну что, закомплексованная моя, пойдём со всеми смотреть порнушку? — ехидным голосом прошептал Димка в самое ухо и не стал отказывать себе в удовольствии, ещё и чмокнул оголённое плечико.

— Пойдём, конечно! Мы таки в городе порока, буду раскомплексовываться. — Настя посмотрела игриво, с хитрым прищуром, подмигнула и отвернулась, закусив губу. Её преследовали воспоминания с борта самолёта, и на этот раз, в отличие от всех предыдущих, это были очень и очень приятные воспоминания.

Сидения в автобусе были комфортными, но довольно узкими, под стройных и в большинстве невысоких азиатов, и молодые люди сидели впритык друг к другу. В прохладном воздухе салона нога Димки, вплотную прижатая к её ноге, казалась особенно горячей. Настя чувствовала аромат его парфюма, и он кружил ей голову. Она редко обращала внимание на подобные мелочи, запахи или нравились, или раздражали, но именно этот аромат — смесь табака, полыни, можжевельника и, вполне вероятно, ещё каких–то ингредиентов, недоступных её обонянию, — будоражил и возбуждал.

— Чего принюхиваешься? — Дима заметил реакцию подруги и решил уточнить. В аэропорту Суварнабхуми стояла жуткая духота, и парень обоснованно заволновался, не пахнет ли от него потом. Антиперспирант антиперспирантом, но тридцать два градуса — это не домашние плюс пять, организм как минимум не перестроился под новый климат.

— Тащусь от этого твоего парфюма, зря ты им редко пользуешься.

Настя едва держала себя в руках, чтобы не прижаться носом к Димкиной шее, пока не загорелой, но мускулистой и очень красивой.

«Мать моя женщина! О чём я думаю?! — ужаснулась Настя. — Это Димка, мой друг Димка. Я его не хочу. Не хочу! Или хочу? Кому я вру вообще? Надо как–то держать себя в руках. Ничего, сейчас приедем, он небось с девками тут же уединится — праздновать прилёт. А там тусичи всякие, отвлекусь».

Спокойствия эти мысли не принесли, даже напротив. Она представила Диму у бассейна, затем на пляже, уже загорелого и красивого, с рельефными мышцами, тугими, как канаты, чертовски соблазнительного.

Настя неосознанно облизнула губы, глубоко вздохнула, шумно выдохнула. Образ полуобнажённого сексуального друга рассеялся, и пейзаж за окном обрёл структуру и краски.

Автобус мягко затормозил у Макдональдса, и Семён объявил десятиминутную остановку на туалет и покупку воды–еды. Никто не торопился и, пока все оглядывались по сторонам и переговаривались, Настя первой вошла в Мак. После пикантных видений ей срочно нужно было освежиться.

Туалет оказался на втором этаже, и Настя направилась к лестнице. Перед ней шли две красивые, стройные девушки–тайки с роскошными иссиня–чёрными волосами, гладкими и блестящими, как в рекламе шампуня. Настя невольно залюбовалась их движениями, плавными и грациозными: она могла бы поклясться, что девушки профессионально занимаются танцами. Тонюсенькие щиколотки, аристократические, как часто называла их мама, добавляли и без того стройным фигуркам изящества и даже эфемерности.

«Тайские феечки», — про себя окрестила девушек Настя и улыбнулась, довольная встречей.

«Феечки» первыми зашли в туалет, и одна из них скрылась в кабинке, а вторая осталась поправлять макияж. Яркий, но не вызывающий и кричащий, а довольно–таки аккуратный и подходящий эффектной красавице.

Настя подумала, что туалетная кабинка всего одна, и стала рядышком в ожидании. Подкрашивающая губы насыщенно алой помадой «фея» заметила в зеркальном отражении маневр туристки и обернулась.

— Welcome, — пробасила «феечка», улыбаясь во все тридцать два зуба, и сделала жест рукой, приглашая пройти за угол в другую кабинку.

Обескураженная Настя кивнула и скрылась за дверью. Она знала про трансвеститов, но почему–то была уверена, что они не разгуливают по улицам города вот так просто, как обычные люди. Когда первичный шок отпустил, нахлынуло чувство вины. Девушка — или не–девушка, как их правильно называть–то? — доброжелательно улыбнулась, позаботилась, а она! Испугалась, как мышь лису, запрыгнула в кабинку, хлопнула дверью. Тайки быстро свернулись и, хлопнув дверью, зацокали каблучками по лестнице.

«Истеричка!» — обозвала себя Настя, умыв покрасневшее от смущения лицо прохладной водой из–под крана.

— Пф–ф–ф, — выдохнула в который раз, выпуская напряжение, скопившееся в районе грудной клетки и живота. — Дура дурой! Феечки, блин!

К жаре Настя ещё не привыкла и из кафе сразу побежала в автобус. Девчонки вовсю фотографировались у ближайшей пальмы, весьма непрезентабельной, надо сказать, и присоединяться к очередному «шухеру» желания не было.

Шестичасовой перелёт утомил и хотелось просто принять душ и немного полежать, потом уже двигаться. Запоздало Настя поняла, что двигаться придётся очень много. В Таиланд прилетели самые энергичные и активные в их группе, а это автоматически гарантировало бесконечную смену декораций и впечатлений; на пляже отлежаться не получится.

«Получится. Натка будет всех будить с утра пораньше, гнать на завтрак, оттуда — на пляж; потом обед, бассейн, сборы на ночную тусовку. Взять, что ли, пару туров куда–нибудь подальше от них? Ленивых, чтобы позагорать, поплавать, а вечером тупо лечь спать. Или уже не спать? Прилетели–то всего на неделю. Это во мне усталость говорит, надо просто отдохнуть», — размышляла Настя по пути из Бангкока в Паттайю.

Отель оказался неожиданно хорошим. Чистый, уютный, с приветливым персоналом. В комнате Насти и Алёны не работал телевизор, о чём они сообщили на ресепшен после заселения. Через пару минут пришёл мужчина в спецовке, снял плазму со стены и принёс новую — скорее всего, из пустующего номера поблизости.

— Вот это сервис! Не наш Китай приграничный, — поразилась Алёнка и рухнула на одну из кроватей. — Слушай, а эротичненько, да? Я слышала про такое, но не видела никогда.

— А я и не слышала, если честно. Прозрачная стена в душевую — это как–то больше парочкам подходит, чем номерам с двумя раздельными кроватями. Хорошо, хоть шторка висит.

— Ну, я не из стеснительных. Но, знаешь, одно дело прилететь с парнем и эротично мыться, чтобы его поддразнить, и совсем другое — сидеть на унитазе, зная, что всё равно просвечивает. Можно, конечно, свет не включать, но это как–то глупо.

— Это да, — согласилась Настя. — Интимность чрезмерная. Хотя выглядит прикольно.

Девушки успели только сполоснуться в душе и переодеться в свежую одежду, когда в дверь забарабанили. Против ожидания, это оказался не Дима, а Костя, который звал всех в бассейн. Расстроенный парень сразу сообщил, что по правилам отеля все три имеющихся на территории бассейна работают лишь до восьми вечера, и это оскорбительно, унизительно и вообще издевательство чистой воды, но исключений ни для кого не делают; поэтому сбор внизу прямо сейчас, нельзя терять ни минуты, пора отдыхать и обсуждать планы на ближайшую ночь.

Костя умчался информировать остальных, и девушки, оглушённые громкоголосым парнем и тьмой свалившихся новостей, молча надели купальники, сарафаны и пошли к лифтам.

Часть группы уже развлекалась у бассейна, попивая коктейли из кокосов, а возможно, и просто кокосовое молоко, смеясь и болтая. Димка, конечно же, плавал, и Настя на мгновение замерла — вернулись видения из автобуса. Чтобы сбросить напряжение, она скинула сарафан на ближайший шезлонг и нырнула в приятно освежающую воду с лёгким, почти незаметным запахом хлорки.

«Блаженство!» — мурлыкнула она про себя и поплыла вод водой. Уставшие в статичной позе, мышцы с удовольствием заработали, кровь быстрее побежала по венам, и Настя вынырнула уже совсем другим человеком — обновлённым, полным энергии и сил.

— Ух! Хорошо! — с чувством выдохнула девушка и снова нырнула.

Она плавала и плавала, не находя в себе желания присоединиться к обсуждению планов на вечер или просто выйти из воды и полежать позагорать, как Алёнка с Ксюшей. Девчонки тоже не участвовали в споре, а только балдели, не забывая своевременно переворачиваться с живота на спину и обратно. Вот кто точно уедет из Таиланда с красивым загаром!

Дима уже подплыл к толпе и, уцепившись за бортик, но не вылезая, участвовал в жарких дебатах. В отличие от остальных ребят, он был одет в короткие плавательные шорты без пальм и прочих тропических атрибутов. Чёрные, будто опалённые красно–жёлтыми огненными всполохами снизу, они виднелись издалека, и Настя, погружаясь в воду, ориентировалась на них. Хотелось подплыть тихо и незаметно. В бассейне это, конечно, сделать непросто, видимость ведь отличная, но она рассчитывала на увлечённость спором и коварно задумала напугать друга. На отдыхе они, в конце концов, или как?

Не выныривая из воды, чтобы не насторожить «жертву» всплеском, Настя протянула руки и быстро ткнула Димку под рёбра. Не ожидавший подвоха парень за секунду до катастрофы нащупал ногами выступ–подножку и удобно встал, придерживаясь руками за бортик бассейна. Вскрикнуть он не успел, только инстинктивно взвился, сильно оттолкнувшись ногами.

Довольная проказой, Настя собиралась обнять его за талию и вынырнуть за спиной, но скользкий от крема для загара друг вышмыгнул, словно угорь, а она, потерявши опору, погрузилась в воду, нахлебалась воды.

— Пфе, пфе, — отплёвывалась Настя, вынырнув и глотнув воздуха. — Дима, ну ты, блин, даёшь!

— Я даю? — друг возмущённо уставился на неё. — Слышь ты, извергиня, шорты верни.

— Чего? — Настя поморщилась и скосила глаза на правую руку, в которой крепко что–то сжимала. — Упс. Сорри. И вообще — сам виноват! Нефиг было прыгать как кенгуру. За что схватилась — за то схватилась! Шорты на завязочках надо брать.

— Гони сюда, — строго скомандовал Дима и сузил глаза.

— Хренов как дров! — выкрикнула Настя, отталкиваясь пятками от стенки бассейна и ныряя на глубину.

Она и сама не знала, что её подвигло на подобную шалость. Если бы парень дал хоть секунду времени подумать, не стал требовать, а просто попросил, она, конечно, отдала бы ему шорты, и он спокойно надел бы их под прикрытием стены с одной стороны и самой Насти — с другой.

Но тайский воздух, наполненный сладкими ароматами орхидей, пьянил и заставлял делать глупости. И сейчас она плыла под водой, крепко зажав в руке пестреющую огнём ткань.

Погони не было. Эта мысль дошла с опозданием и насторожила. Настя обернулась, уже выплывая на поверхность, но голых задниц в бассейне не обнаружила.

— Эй, ты чего? — обиженно спросила у парня, горой возвышающегося над ней.

Он стоял у лестницы, ожидая её выхода. Узкие бёдра были обёрнуты махровым полотенцем с логотипом отеля, и солнышко оказалось ровно в области паха.

«Чтобы девушки не промахнулись, набрасываясь». — Настя хихикнула, но вслух комментировать не стала — строила из себя обиженную и оскорблённую, делая хорошую мину при плохой игре. Она уже осознала и раскаялась, но признаваться в хулиганстве не хотелось совершенно, особенно при всём честном народе.

Дима притопывал правой ногой и молчал. С тяжёлым вздохом Настя поплыла сдаваться. Отсиживаться в бассейне было как–то глупо, да и шорты следовало вернуть. Мелькнула мысль, что она не воспользовалась шансом и не посмотрела на него без одежды, пусть и под водой. Настя ещё раз грустно вздохнула и протянула шорты.

— В принципе, чему я удивляюсь? У кого–кого, но у тебя и должны быть такие шорты, чтобы — раз! — и уже голенький. Тебе лишь бы приличных девушек скомпрометировать! — обвинила она друга, вспомнив, что лучший способ защиты — нападение.

Дима, который в этот момент как раз надевал выжатые от воды шорты, даже замер на мгновение от такой наглости. И тут же лишился полотенца — Настя стащила его и демонстративно принялась вытираться, с самым что ни на есть невинным и независимым видом.

Друзья с удовольствием следили за развитием событий. Языкастая Настька не раз и не два умудрялась удивить даже Димку, тоже не лыком шитого. К их пикировкам давно привыкли, но в последнее время между парочкой стало заметно искрить и все с любопытством прислушивались к каждому их диалогу.

— Когда–нибудь я тебя отшлёпаю, честное слово, — тихо и спокойно произнёс Дима, и Настя вздрогнула, подняла глаза.

Он смотрел серьёзно и внимательно. И она стушевалась. Понурила голову. Поджала губы. Сделала шаг навстречу, обняла вздрогнувшего от прикосновения прохладной и мокрой ундины парня.

— Извини. Ты же знаешь меня, — зашептала, уткнувшись носом ему в ключицу, — я сперва говорю, потом думаю.

— Всё равно отшлёпаю. Я уже включил это в список своих желаний на этот год, — хмыкнул Дима.

— Ну–ну! Посмотрим, — сверкнула зелёным глазом Настя и отстранилась. — Народ, так куда мы идём сегодня?

«В постель!» — хотел ответить Дима, но сдержался. Соблазнять язвительную чертовку надо было осторожнее, без тупых подкатов.

— Мы решили пойти на ХХХ-шоу, а оттуда в бар на Уолкин–стрит. Нырнуть, так сказать, в разврат с головой сразу, без предварительной подготовки. — Костя подмигнул, приоткрыв рот, как в тупых американских комедиях, и все расхохотались.

— Ох, чую, сценарий нашего отдыха — это фильм про мальчишник в Бангкоке. Трындец!