16

Эйден Наутро я решил вернуться в тот проулок. Не знаю, зачем – я точно знал, что тело уже убрали, но что-то тянуло ещё раз взглянуть на место, где моя первая жертва в последний раз сделала судорожный глоток воздуха. Возможно, я ожидал, что я смогу вновь испытать то сладостное волнение, которое наполняло меня ночью. Но этого не произошло. Омерзение от ужасной вони в этой дыре и полное разочарование – единственное что ждало меня здесь. Я сплюнул и выбрался из извилистых закоулков на центральную улицу. Придётся ждать темноты. Но ничего, теперь у меня много времени, можно не торопиться. Эйден больше не появится, не помешает мне жить так, как я хочу. Я вдохнул поглубже – после запаха гнили и нечистот здесь дышалось не в пример лучше, к тому же мимо прошла пара девиц, после которых в воздухе витал приятный аромат – то ли цветов, то ли фруктов. Я, не задумываясь, последовал за ними, размышляя, как бы они отреагировали на крепкую хватку моих пальцев на их нежных шеях. Внутри зажёгся огонь. Воображение рисовало заманчивые картины расширяющихся от ужаса зрачков, искажённых страхом лиц, хриплого дыхания. Я сглотнул, чувствуя, что готов сделать это прямо сейчас. Нужно только дождаться, когда они свёрнут с главной улицы… – Ещё одно убийство. – негромкий голос заставил меня остановиться. – Обычный пьянчуга, наверняка что-то не поделил с таким же выпивохой. Почему мы должны этим заниматься? – второй голос, чуть шепелявый, ответил первому. Я медленно обернулся. В нескольких шагах от меня стояли двое в тёмной одежде: штаны, заправленные в давно не новые сапоги, укороченные плащи, из-под которых видна перевязь с коротким мечом и красный знак щита у каждого на кожаном жилете. Стражники. – Это Столица, Хансен. Не та захудалая дыра, откуда тебя перевели. Здесь должен быть порядок. – первый чуть повысил голос. – И поверь, порядок будет. Я сжал кулаки и прибавил шаг. Обогнал парочку девиц, но не удержался и обернулся. Совсем юные, с такой нежной кожей, что я сглотнул слюну, вспомнив, как на плече Линн расползалось красное пятно после моих зубов. Кровь как таковая меня не привлекала. Но она была символом боли моей жертвы и моего наслаждения. Я перевёл взгляд на лицо одной из девушек – блондинки с такими пышными волосами, что ей приходилось ежесекундно поправлять их. Она заметила мой взгляд и смущённо улыбнулась. Я улыбнулся в ответ и подмигнул. Отметил, как по её щекам расползается румянец, отвернулся и зашагал прочь. Кажется, я знаю, чем можно заменить убийства. Весьма законным, но обещающим не меньшее удовольствие способом. Это было проще простого. Всё-таки я выгодно отличался от многих внешностью. Трудно было не замечать заинтересованные взгляды, когда я просто прогуливался по городу. А стоило сесть за стол в кабаке, местные девицы с подносами начинали слишком часто подходить с одним и тем же вопросом – не желаю ли я ещё их дрянного пива или чего-то горяченького. Причём последнее одна из девиц спрашивала с таким придыханием, что сразу было понятно, что она имеет в виду вовсе не еду. Ей хватило широкой улыбки, чтобы она последовала за мной, когда я вышел на задний двор трактира. Я прижал девицу к стене, чувствуя, как в её груди заходится бешеным стуком сердце. Она пыталась что-то сказать, но я опустил ладонь на её губы. – Не порти игру, крошка. Он едва заметно кивнула, хотя в глазах начал расползаться страх. Такой долгожданный и сладкий. Но этого было мало. Если я не могу убить её, то хотя бы сделаю так, чтобы её ужас можно было черпать полными пригоршнями. Я убрал руку с её рта, провёл пальцами по тонкой шее, чуть задержался на месте, где сквозь белую кожу пробивалась голубая жилка. Второй рукой сжал её талию. Девица улыбнулась и подалась вперёд. Кажется, она правда думала, что сейчас удовольствие получу не только я. Моя рука переместилась с талии вниз, задрала подол платья и сжала покатое бедро. Девица ахнула и облизнула губы, потянулась ко мне, закрывая глаза. Я усмехнулся, жалея, что не могу пустить ей кровь, сильнее впился пальцами в кожу на бедре, а когда от боли она открыла глаза с непониманием глядя на меня, стиснул её горло. Удовлетворение было не полным, но я всё-таки ощутил то, что разжигало внутри огонь жизни. Я впитывал ужас, растекающийся по зрачкам, отчаяние, когда ей перестало хватать воздуха, последнюю попытку вырваться, когда она пыталась оторвать мою руку от своего горла. Я наклонился к ней, прошептал: – Сопротивляйся, крошка. Я хочу поиграть подольше. Но она была ещё слабее, чем Линн. Взгляд начал мутнеть, огонь внутри погас, не успев разгореться как следует. Я с сожалением разжал пальцы, давая девке сделать первые судорожные глотки воздуха. Она продолжала молча таращиться на меня, а потом просипела: – Пожалуйста, не убивайте! Я раздражённо цокнул языком. – Разве ты не этого хотела? Развлечься на заднем дворе. Девица замотала головой и попыталась вырваться из моих рук. Я напоследок стиснул её руку, привлекая к себе. – Тебе не понравилось? Последняя капля ужаса, и она бросилась прочь. Я провёл языком по губам. После горького пива вкус её отчаяния казался невозможно сладким, приторным. Я сплюнул на землю и выбрался из калитки на многолюдную улицу. Хотелось поискать кого-то посильнее, кто даст мне сполна распробовать все грани своего страха. Кого-то, кто не сбежит и не умрёт в моих руках, подставляя меня под прицел внимания стражи. Я придал лицу безмятежное выражение и отправился на поиски новой жертвы.