Глава 8

«Доброе утро. Машунь, я сегодня дико занят и помню про твои планы. В воскресенье утром мы с Соней за тобой заедем. Я знаю отличное место, где мы точно сможем спокойно поговорить.»

Тома вслух перечитывает сообщение от Святослава.

— Как думаешь, куда он тебя повезет? — подруга размешивает трубочкой молочный коктейль в высоком красивом бокале.

После ее домашнего вина пить больше совсем не хочется.

Нагулявшись по магазинам, мы устроились в кафе на набережной. Здесь все, как я люблю. Большие окна от пола до потолка, столики из светлого дерева, панели на стенах отличаются от них лишь на пару тонов, пахнет хорошим кофе, тихо играет музыка и можно спокойно говорить, не перекрикивая друг друга.

— Не знаю. Тем более с Соней. Может какой-то парк, где она сможет побегать, а у нас будет возможность пообщаться. Мне не особенно важно, где это будет, Том. Давай сменим тему, — прошу подругу.

В ее руке вздрагивает мой телефон. Она хитренько улыбается и разворачивает его экраном ко мне.

— Ты ему так и не перезвонила, — забавно играет бровями. — Возьмешь?

Пока мы раздумываем, звонок прерывается, но тут же повторяется снова.

— Настырный блондинчик, — смеется Тома.

Забрала у нее мобильник, мазнула пальцем по экрану принимая вызов. Подруга пытается что-то изобразить руками снова хитро щурясь.

— Привет, Кир, — стараюсь не смеяться, пока Тамара, пыхтя, копошится в сумке.

— Ну наконец-то! Я уже в розыск хотел подавать! — ругается он.

А Тома тем временем нашла ручку и написала мне на салфетке: «Поставь на громкую!». Отрицательно покрутила головой, обвела рукой кафе, показывая, что мы тут не одни.

— Не надо в розыск. Со мной все хорошо. У подруги была. А ты меня зачем искал? — не помню, чтобы мы с ним о чем-то договаривались.

— Очень хочу тебя увидеть, — признается Кирилл. — Можешь даже посоветоваться с подругой, — смеется голубоглазый архитектор.

— Да ну тебя, Кир! — взмахиваю рукой и лишь в последний момент успеваю поймать свой стакан с остатками молочного коктейля. Тома показательно вздыхает, качает головой и прячет смех закрывая лицо ладошками. — Заберешь меня через пару часов из кафе? — подруга теперь часто согласно кивает. Закатываю глаза и показываю ей кулак.

— Конечно. Адрес скинь.

Отправила Кириллу геолокацию. А вот теперь можно дать втык одной розовощекой заразе!

— Тома, блин!

— Что? — она делает большие глаза. — Я ничего не сделала, а вот ты… Машка, да у тебя так глаза не блестели с… Не важно, — машет на меня рукой. — Давно. Я вот сейчас вижу, что вчера была не права. Нет, Свята выслушать надо в любом случае. Но может стоит все же дать шанс этому Кириллу?

— По принципу «клин клином вышибают»? Думала я уже об этом, Том. Посмотрим.

Пунктуальный Кир приехал ровно через два часа. Красивый такой. Мы с подругой бессовестно на нем залипли. Легкая небритость на щеках подчеркивает мужественный квадратный подбородок. Модный черный пиджак идеально сидит на широких крепких плечах. Темно - синяя рубашка делает голубые глаза просто бездонными.

Не позволила себе опустить взгляд ниже квадратной бляшки ремня угольно-черных брюк.

Этот мужчина точно знает себе цену. Его губ коснулась лишь легкая приветливая улыбка.

— Ты готова ехать? — поинтересовался он своим необычным, каким-то кошачьим, тембром.

— Она готова, — за меня отвечает Тома. — Я уже вызвала себе такси. Машенька, твою машину Костик завтра пригонит к подъезду.

— Спасибо, — отдала ей ключи, позволила Киру взять себя за руку и под внимательным взглядом подруги вывести из кафе.

На улице совсем стемнело, пахнет свежестью и надвигающимся дождем. Теплая ладонь Кирилла все еще сжимает мою.

— Прогуляемся? — прошу его.

Совсем не хочется в машину. Возвращаться домой тоже пока нет никакого желания. Я сама тяну мужчину за собой поближе к резному забору набережной. Здесь узкая прогулочная дорожка. Как раз хватает для двоих, чтобы спокойно идти рядом. Речные волны накатываются на каменную насыпь. Их подгоняют резкие порывы ветра, что несут к нам ночную грозу.

Ежусь, отпускаю руку Кирилла, обнимаю себя за плечи.

— Замерзла? — на мои плечи ложится его пиджак. За его борта он разворачивает меня, притягивает к себе, обнимает.

Сначала захотелось оттолкнуть, но я остановилась, давая нам крохотный шанс на сближение. Вдохнула его запах. Загадочный архитектор пахнет взрывной смесью жгучих специй, табака и мха. От него слегка кружится голова, но я позволяю себе еще немного подышать этой силой, уверенностью и даже наглостью. Потому что Кирилл именно такой. Он словно бросает негласный вызов всему миру. Делает только то, что хочет сам. И сейчас он хочет быть здесь, со мной, поэтому рядом, а не потому, что я позволила приехать. Но иллюзия того, что это было моим решением, приятна.

Будто прочитав мои мысли, этот голубоглазый магнит касается пальцами моего подбородка приподнимая его вверх. Наклоняется к губам, я закрываю глаза, чувствую на своих его теплое дыхание.

— Давай я все же отвезу тебя домой, — шепчет Кир, не прикасаясь ко мне. Я слышу его тихий смешок и снова чувствую себя смущенной, неопытной девчонкой.

Он берет меня за руку, ведет в сторону парковки. Дождик начинает срываться с неба. Мы ускоряем шаг. Непогода догоняет. Мы бежим с ней наперегонки, но я не могу слишком быстро. Пиджак Кирилла постоянно падает.

У машины запыхавшись смеемся. Оба совершенно промокшие.

— Что-то мне везет в последнее время на мокрых мужчин, — забираюсь на пассажирское сидение.

— Вот с этого места можно подробнее, — Кир запускает пятерню в светлые волосы приподнимая их от корней. Мелкие брызги летят в разные стороны, образуют капли на кожаной обшивке салона.

— Нет уж. Ты же не рассказываешь, как так выходит, что ты оказываешься все время где-то рядом со мной, — стараюсь изобразить строгую училку, но хорошее настроение, заданное Томой еще ночью, не дает мне скатиться к этому нудному образу.

Мне сегодня легко и все время хочется улыбаться. Давно себя так не чувствовала. Стараюсь сохранить это состояние хотя бы на один вечер наплевав на проблемы, бывшего мужа, спонсоров и прочие неприятности.

— Совпадение, — пожав плечами, Кирилл заводит машину и плавно трогается с места включив печку, чтобы мы хоть немного просохли.

— Я не верю в совпадения, — спокойно отвечаю ему.

— А может просто не хочешь? — интересуется так вкрадчиво, что вибрации от его голоса несутся сумасшедшими ледяными мурашками по спине.

Под ненавязчивую музыку и ничего не значащую болтовню доехали до моего дома.

— Спасибо, — оставляю мужской пиджак на спинке сидения, берусь за ручку двери, чтобы выйти. — А хочешь чаю? — предлагаю Кириллу неожиданно для самой себя.

— Хочу, — соглашается голубоглазый блондин.

Уже поднимаясь по лестнице и чувствуя на своей спине его взгляд я сотню раз отругала себя за это предложение. Ключ не сразу вставился в замочную скважину. Кир поймал мою дрожащую руку, помог открыть дверь.

— Это Вася. Вася, это Кирилл, — знакомлю мужчину со своим котом.

Кир с деловым видом протягивает Ваське ладонь, берет его за лапу, трясет в знак приветствия.

— Очень приятно, Василий. Рад встрече, — его глаза снова смеются, поглядывая на меня.

— Мяу, — отвечает мой пушистый друг.

— Ну вот и славно. Раз все теперь официально представлены друг другу, проходите на кухню, а я переодеваться.

Сбежала в комнату, глянула в зеркало на свой растрёпанный вид и пылающие щеки.

«Ну ты же взрослая девочка, Маша» — общаюсь с внутренним голосом разыскивая что-то приличное из одежды. — «Ты ведь понимаешь, зачем он здесь. Ты свободная и никому ничем не обязанная женщина. Какого черта краснеешь, как девственница в первую брачную ночь?»

Выбрав длинный халат с разрезами по бокам, вышла на кухню. Кирилл устроился на подоконнике. Смотрит в окно на все сильнее расходящийся дождь и гладит между ушей громко мурлыкающего кота.

— Да вы родственники! — улыбнулась вспоминая, как Кир умеет вот так же забавно урчать.

— Конечно, — соглашается мужчина, спрыгивая на пол.

— У меня совсем нет подходящей одежды, чтобы ты мог переодеться.

Прохожу к плите, ставлю чайник.

— Ничего. Я так высохну.

Поворачиваюсь к нему и зависаю на пальцах, расстегивающих пуговицы на синей рубашке. Кирилл вытащил ее полы из брюк демонстрируя мне идеальный рельефный пресс.

— Так быстрее высохнет, — поясняет он.

И умудряется сделать так, что я уже через пару минут забываю, что он почти посторонний, немного раздетый и ужасно наглый. Он заставляет меня смеяться до слез, с совершенно серьезным лицом строит с котом всемирный заговор, открывает форточку, чтобы подышать дождем и смотрит на меня так, что ему хочется верить.

Я не знаю, что не дает это сделать до конца. Будто в этом идеальном образе постоянно что-то мешает. А может мне просто хочется так думать, чтобы не впустить его в свою жизнь, как мужчину.

— Иди сюда, — зовет Кирилл и тянет ко мне руку.

Встаю с табуретки, подхожу ближе и цепляюсь ладошкой за его пальцы. Мужчина притягивает ближе к себе, и мы просто смотрим в окно. Он пока не позволяет себе лишнего. Просто встает сзади, обнимает прижимая спиной к своему обнаженному торсу.

Его сердце бьется громко и рвано, а дыхание иногда сбивается с ритма.

— Я очень хочу поцеловать тебя, — хрипит мне в макушку, прочищает севшее горло. — Мне не нравится френд - зона, в которую ты меня задвинула, Маш. Я готов побороться за большее.

— Рассвет…

Кир тихо усмехается моей реакции.

Да. Я ничего не ответила. А что я ему скажу? Вот поговорю сегодня с Черновым. Если закрою для себя эту дверь, смогу открыть другую, а пока вот так. Пока я просто пытаюсь привыкнуть к незнакомым рукам, к теплу другого мужчины, к его голосу, необычному тембру и не теплым шоколадным глазам, как у Свята, а холодным голубым, которые умеют забавно смеяться.

— Тебе ведь за руль. Ты можешь немного поспать в гостиной, — предлагаю Кириллу.

— Спасибо. Было бы неплохо.

Выдаю ему постельные принадлежности. Пока он застилает диван, укладывается, я сбегаю в душ. Глаза закрываются сами прямо под струями горячей воды, так что стараюсь быстрее привести себя в порядок.

Сквозь шум барабанящих по дну капель слышу звонок в дверь. Сердце падает в поддон ванной. Приличная доза адреналина стреляет в голову по дороге прихватывая с собой весь кислород из легких.

Еще один звонок…

Тяжелые мужские шаги…

Отдергиваю занавеску, поскальзываюсь, ударяюсь голенью о керамический край до искорок перед глазами.

Быстро заматываюсь в полотенце, выскакиваю за дверь…

— Она в душе! Что тебе непонятно?! — стоя в одних брюках с болтающимися по бокам хлястиками ремня зло рычит Кирилл, глядя в глаза Чернова.