Глава 11

Всю ночь я промаялась, переворачиваясь с бока на бок. Расспросить Макса о девушке в пустыне я не решилась – он был так на меня зол, что вряд ли бы поведал мне что-то большее, чем какой-нибудь «призрак прошлого» или вроде того.

Лэрд Кристиан, как мой сосед, вызвался сопроводить меня домой. Но я ушла в себя и дорогу даже не запомнила. Закрыла за ним дверь и сразу же пошла спать. Если бы спать … мучиться от бессонницы. В итоге поднялась с первыми лучами солнца, зато привела себя в порядок. Я остановилась в коридоре и бросила на себя взгляд в зеркало. Волосы убраны, белая блузка, сверху – черное платье без рукавов. Хороша. Настоящий бухгалтер. Кивнув самой себе я прошла на кухню – завтракать.

Сварив, а затем и допив отвратительный кофе (он у меня никогда не получался, всё время какая-то бурда выходила) я вернулась в свою комнату и достала из-под кровати резную деревянную шкатулку.

Когда все свои украшения Инэс заложила в ломбард, я была совсем ребенком. Но память у меня не хуже, чем у художника: погоревала я, погоревала, да и решила – слезами горю не поможешь, надо брать свою жизнь вот в эти, тогда еще детские руки и бороться за то, что тебе дорого.

В общем, следила я за нашим золотом. Что-то, конечно, ушло безвозвратно, что-то я выкупила в самом ломбарде. Лей Эррера, его владелец, так ко мне проникся, что браслеты даже на прилавок не выложил, потому что продав какой-то клиентке наше кольцо, имел счастье ежедневно наблюдать моё заплаканное лицо в своём окне. Ну и мода в столице была немного другой, браслеты из Альканы не интересовали дам как украшение, а по себестоимости отдавать ему смысла не было, проще дождаться, пока у меня появятся деньги. Что-то я выкупила у новых владельцев, и тоже благодаря лею. Он, хоть и под присмотром, но предоставил мне свою учетную книжечку. Там даже адреса покупателей были. Доверял он мне. Конечно, доверял. Я ему пару ошибок в финансовых отчетах нашла.

Я открыла крышку и любовно осмотрела свои сокровища. Достала широкий браслет, и пальцами погладив золотую змеиную голову, тяжело вздохнула.

Как быть-то? Что делать? Самое правильное в данной ситуации – рассказать обо всём Инэс. Вдруг я ошиблась? Но это точно были её руки, и этот самый браслет. Лэрд Гонсалес заказал его по рисунку дочери и для дочери. В подарок на шестнадцатилетие. Других таких больше нет.

Или, может быть, они с Максом дружили? Ну да, конечно. Дружили. Потому-то он и зовет её в минуту опасности, и именно она уже второй раз выводит его из пустыни.

Тогда … какого змея? Какого змея мы… вот это вот всё… какого змея мы золото закладывали?!

Хороший вопрос! И одной мне его точно не стоит решать, нет у меня таких полномочий. Надо посоветоваться…

Но Инэс далеко. Связаться с ней нет возможности. А вот Кортес – близко… мы, вроде бы, встретиться вечером должны. Или завтра утром? В голове у меня был такой кавардак, что я даже в днях недели запуталась. Какой сегодня день?

Я посмотрела на настенный календарь. Вчера я забыла передвинуть деревяшку, а значит, сегодня у нас … пятница. Пятница-пятница… я вернула браслет в шкатулку, захлопнула крышку и убрала сокровища обратно под кровать.

Какая-то мысль настойчиво стучала мне в голову, зудела и ныла, как простуженный зуб. Именно так я всегда ощущала приближающуюся неделю сдачи отчетов и экзаменационную сессию. Пальцем я подцепила цепочку с перстнем менталиста – во второй раз он уже мне его лично всучил, и отказать было нельзя. Попробуй, откажи троим мужчинам, когда они, все трое, находятся не в самом лучшем расположении духа. Зато все трое, кстати, хотя бы выглядеть стали прилично. Правда, Тони это не касалось, тот всегда как с картинки, а вот лэрд Кристиан поспал и посвежел, как и Макс. Он сообщил менталисту, что до отвала накачался силой и даже с Тони ею поделился.

Лучше б не делился, честное слово. Как будто мне было мало нотаций, Васкес-второй еще сверху добавил. Хотя он, наверное, и без сил бы не промолчал…

Так что же всё-таки не так? Отчеты сданы, до новых еще есть время. Сессия тоже давным-давно закрыта – последний курс как-никак. И что я в таком случае могла забыть?

Я пригладила выбившиеся из пучка волосы – это всегда помогало мне сосредоточиться.

Забыла… богиня… я забыла про свой диплом! У меня же защита! Через четверть часа!

Я не стала себя ругать – деструктивное это дело! Я просто выхватила из верхнего ящика письменного стола папку с дипломом да заранее заготовленной речью и, сунув её под мышку, предусмотрительно обула туфли без каблуков. Сдернула с крючка сумочку, вылетела на улицу – до остановки маршрутного мобиля было всего ничего, если повезет, профессура моего опоздания не заметит. Хотя, скорее не поверит. Сложно поверить в опоздание того, кто за все годы учебы ни разу никуда не опоздал!

Повезло. Мобиль, хоть и словно банка с сардинами набитый горожанами, приехал быстро. Я юркнула к дверям, а дальше всё было просто, меня внесли внутрь, прямиком к окну. Погода радовала ярким солнечным днем, а я мысленно перебирала в памяти давно заученные наизусть тезисы.

– Билеты, уважаемые пассажиры. Не забываем пробивать билетики! – громко напомнила нам контролер.

Краем глаза заметив проезжающий мимо черный виктор, я щелкнула замочек на сумке. Билетик лежал внутри, я достала его из внутреннего кармашка и, привстав на носочки, пробила на нем дырочку. Ага… две поездки осталось, надо покупать новый.

– Ваш билет, лей?

– В кармане билет! – недовольно отозвался мужчина, а меня аж передернуло. Ощущения были такими, как будто кто-то прямо у моего уха ногтем царапал стекло.

Я внимательно присмотрелась к пассажиру. Не молодой, сухощавый, лысоватый и немного жуликоватый. Он хлопал себя по карману, резко высказываясь об отвратительном сервисе, за который, не понятно почему, еще и платить должен.

– Билетик, – непреклонно повторила контролер.

– Был, был билет! Пропал! Вытащили… обворовали!

И снова меня передернуло от того же противного ощущения, только на этот раз еще сильнее.

– Как вам не стыдно, лей! – не выдержала я. – Не было у вас никакого билета, вы их вот уже несколько лет принципиально не покупаете. Потому и ездите всякий раз в это время, хотя вам так рано не надо никуда!

– Это неправда! – возмутился он, покраснел, потом побледнел, а потом остановился мобиль, и я так и не узнала, правду сказала или нет – меня вынесли на улицу точно так же, как до этого внесли.

Остановка была моя, это радовало. А то, что я только что выдала – не очень. Что это было? Откуда вдруг такая уверенность? Наговорила на человека… ни с того ни с сего!

Я задумчиво посмотрела на отъезжающую маршрутку. А может и с того, Тони говорил, что менталисты чувствуют ложь, и даже мне обещал, что я скоро узнаю, как именно. Ну вот, кажется, узнала. Принеприятное ощущение.

Жила, не тужила…

С другой стороны, с лэрдом Кристианом познакомилась. Я больше не боялась своих явно проклёвывающихся к прокурору чувств. Любовь – штука страшная, это я на примере Инэс воочию наблюдала много лет. Но кто сказал, что любовью нельзя управлять? Очень даже можно, нужно всего лишь направить её в правильное русло. А что может быть правильнее детей? Ничего.

Черный виктор громко посигналил рядом. Наверное, какой-то водитель зазевался на перекрестке. Так, дети потом. Сначала диплом! Я кивнула сама себе, поправила ремешок на сумке и, прижав папку с дипломом к груди, почти бегом направилась в сторону университета.

Снова раздался протяжный гудок, но я не обернулась. Время – деньги, мне еще в дамскую комнату неплохо бы забежать. Поправить прическу и у зеркала нацепить на лицо выражение «бухгалтер не опаздывает, он задерживается».

– Лея Гарсиа! – услышала я знакомый окрик. Недовольный окрик.

Богиня… как же не вовремя тебя принесло!

Университетская калитка была совсем близко, и я прибавила скорость. Не слышу, не вижу, спасаю мозг! Потому что как только Тони меня догонит, непременно его мне выест. Ему и ложка не понадобится! И ладно бы во имя цели, так он ведь из природной вредности это сделает.

Но удача моя закончилась на вовремя подоспевшем мобиле. Менталист схватился за мою сумку за шаг до входа и, запнувшись начищенным ботинком о камень брусчатки, выругался:

– Фелиция, змеи бы тебя покусали!

Я остановилась, аккуратно забрала у него свою сумочку.

– И вам того же, лэрд Энтони, – вежливо сказала я.

– Случайно вырвалось, – поморщился Васкес-второй.

Видимо, совесть у него еще не окончательно умерла. Но Тони, на то и Тони, он тут же её добил:

– Я что, мальчик, за тобой бегать?! Мне, по-твоему, делать нечего?! – преграждая мне вход, навис он надо мной.

– Похоже, что нечего! – не выдержала я. – Иначе, какого змея ты за мной бегаешь?!

– Меня … заставили! – с некоторым опозданием возмутился менталист.

У меня свело зубы. Ощущение было таким противным, что я обличительно ткнула его пальцем в грудь, напрочь позабыв о дипломе подмышкой.

– Врешь!

Папка упала на землю. По закону подлости завязки на ней оказались не завязаны, и парочка листков вылетела на камни мостовой. Пришлось срочно наклоняться, чтобы их поднять.

– О, ты уже чувствуешь неправду? – обрадовался Энтони и наклонился ко мне.

– Чувствую-чувствую, – пробормотала я, пряча листки обратно в папку.

Змеи, мало того, что опоздала, теперь всё еще и не по порядку будет! Странно только, почему листы пустые?

– Очень хорошо, а еще что-то заметила? – спросил меня он, поднимая с земли последний выпавший лист.

– Нет. Не знаю. Давай потом! – практически взмолилась я, рукой потянувшись за своей бумажкой. Только вместо того, чтобы мне её отдать, Тони быстро поднялся в полный рост, внимательно вчитываясь в мою будущую речь.

Я поднялась вслед за ним, с удивлением отмечая, что брови у него уехали высоко на лоб, и челюсть, что называется, отвисла. Менталисты никогда не слышали о необходимости оптимизировать архивы? Что его там так поразило?

Я попыталась выхватить у него лист, он поднял руку выше. Я подпрыгнула, прическу растрепала, а маг просто от меня отвернулся!

– Тони, это не смешно! У меня защита диплома! Отдай! – гаркнула я на него, заправляя выбившуюся прядь волос за ухо, и для надежности ногой топнула.

Энтони наконец на меня посмотрел. Лицо у него было серьезным, а вот глаза буквально сияли от предвкушения. Шуточку мне приготовил, не иначе. Он их именно с таким выражением на лице отвешивает. Другого времени не нашлось!

– А ты, оказывается, опасная женщина, лея Гарсиа, – цокнул Тони.

– Дай сюда! – протянув руку, с угрозой повторила я.

– Пожалуйста, – отдал он мне бумагу и со смешком заметил: – Но вот уж не думал я, что темой дипломной работы может быть выполнение списка требований к потенциальному мужу! По пунктам!

И заржал. Гаденько так, раскатисто.

Список? Как список… Холодея, я вгляделась в исписанный лист.

– Бедный, бедный этот, как его, Густав? – продолжал менталист издеваться.

Я же читала чужие пометки напротив каждого из пунктов и не верила собственным глазам.

– Рауль, – пробормотала я и дрожащими руками вытащила из папки всё её содержимое.

Диплома не было. Одни только пустые листы. И мой список требований, разобранный от и до. Список, который я придумала, чтобы на первом году обучения избавиться от ухаживаний Рауля Коста, моего одногруппника! Избавилась, расслабилась, забыла. А он – не забыл. Отомстить решил… изощренно…

– Столько трудов, и всё разбивается о новый, неучтенный фактор – канцелярию его величества Франциска!

– Очень смешно, – сквозь зубы сказала я.

– Подумать только, парень даже научился доить коров! – восхищенно присвистнул Тони. – Признайся, Фелиция, за что ты так ненавидишь животных?

– Он говорил, что ни за что в жизни к корове не подойдет, – посмотрела я на менталиста исподлобья.

– Мотивация, Лици, – со знанием дела заявил Энтони, – когда она правильная, мужчина и не на то способен! Но фантазия у тебя… – покачал он головой и прежде чем снова расхохотаться, договорил: – богатая!

«Надеюсь, теперь-то ты понимаешь, что зря воротила нос, Лици?» – было написано в конце списка.

Я понимала. Понимала только одно: нам с Инэс срочно нужна собака! Большая, злая и зубастая.

Богиня, у меня украли диплом, а я только сейчас об этом узнала…

Тони продолжал посмеиваться. Ну да, что ему до моих проблем? В системе ценностей мага это и не проблема вовсе, а повод повеселиться. Делопроизводство – ерунда какая, не менталистика ведь. Только я ночами не спала, пытаясь объять необъятное, совмещая работу и учебу. Столько трудов… я бы справилась, написала бы диплом заново. За ночь, лучше прежнего! Если бы вчера вспомнила о нем…

Я вдруг поняла, что у меня нет сил. Совсем. Даже руку поднять не могла, чтобы щеки вытереть. Разревелась всё-таки…

– Лици? – позвал меня менталист.

Лицо его немного расплывалось, но то, что его почему-то перекосило, я всё равно разглядела. Что это с ним? Я даже от своих неприятностях отвлеклась – так необычно было видеть обычно идеального Тони неидеальным.

Ну-ка соберись, Фелиция! Чем ныть, лучше выслушай менталиста. Он же наверняка не просто так за тобой бежал. Открывшийся дар, змеи, пустынники, кровавые ритуалы – проблемы посерьезнее пропажи диплома. А тут… что-нибудь придумаю. Объясню ситуацию, попрошу перенести защиту. Я на хорошем счету, не может быть, чтобы мне не пошли на встречу. Так и сделаю.

Пока я размышляла, Васкес-второй стал мертвенно бледным, и я с ужасом догадалась: что-то стряслось… Только бы не убийство! Снова…

– Что случилось, лэрд Васкес? – минута слабости прошла быстро, даже голос уже не дрожал. Вон, даже то, что с менталистом на ты мы не переходили, вспомнила.

– Я … не знаю… – он растерянно хлопнул глазами.

– В смысле?

– Что … что случилось, Фелиция? Почему ты плачешь? – каким-то странным голосом спросил меня Тони.

– А, ерунда, – отмахнулась я. – Защита диплома временно отменяется. Вы совершенно справедливо заметили, что список требований к жениху за диплом не сойдет. Так что я в полном вашем распоряжении. Что вы хотели, лэрд?

Может и неплохо, что до самого университета я не дошла? Избежала, так сказать, позора.

К калитке подошла группа студентов, и Тони посторонился, пропуская их на территорию. Он больше не смеялся, только смотрел на мою папку таким взглядом, что если бы она ожила и созналась ему во всех своих прегрешениях, я бы не удивилась.

– Диплома, как я понимаю, в папке нет, – ровно сказал менталист.

– Нет, – подтвердила я.

– Зато есть записка от отставного ухажера.

Я пожала плечами.

– Идём, – процедил Тони и протянул руку, призывая меня отдать ему папку с белыми листами.

Отдала, проку-то мне с неё. Даже не спросила куда идём и зачем, смысл? Я просто пошла за ним. Странно только, что вел он меня на территорию университета. У виска менталиста ярко вспыхнула руна. Погасла, а потом засветилась снова.

– Лэрд Энтони?

Он не обернулся, но у меня почему-то возникло полное ощущение, что игнорирует он меня не из вредности, а потому, что действительно не слышит. Общается что ли с кем-то? Но почему тогда руна одна и та же? Придерживая ремешок сумочки, я побежала за ним, потому как успела от менталиста отстать.

– Лэрд Васкес! Лэрд Энтони! – ноль эмоций. – Тони! – особенно громко крикнула я.

Он услышал – не может быть! – и остановился, чтобы меня подождать.

– А мы куда? – отдышавшись, уточнила я.

– Что значит, куда? – состроив на лице излюбленное выражение: «что за идиоты меня окружают?», выгнул он правую бровь. – На твою защиту, конечно.

– Действительно, чего это я? Предъявлю комиссии список, проверю ученых мужей и жён на наличие и отсутствие у них чувства юмора. Рауля, опять-таки повеселю. Пусть порадуется, что мне, жалко что ли?..

Тони сцепил челюсти и посмотрел на меня убийственным взглядом, руна у его виска снова сверкнула фиолетовым.

– Шучу, я всё поняла – мы идем переносить защиту.

Менталист шагнул ко мне, я позорно от него отступила. Кто его знает, что у него в голове? Руна эта подозрительная, опять-таки…

– Спасибо, что идешь со мной. Я очень это ценю! – закивала я.

Сияющую руну я уже выучить успела, так часто она появлялась и исчезала. Прямо-таки рябила.

– Пожалуйста, – медленно выдохнув, ответил Тони. Прикрыл веки, а открыв, брюзгливо заявил: – дай руку и прекрати болтать, только время теряем.

Солнце светит, ветер дует, вода течет, менталист ворчит – всё в порядке, в общем.

– Вам когда-нибудь говорили, что у вас чудесный характер, лэрд? – уже на пороге главного корпуса между делом поинтересовалась я.

– Говорили, – буркнул Тони.

– Врали.