Глава 6

Чтобы не сказать еще что-нибудь не подходящее случаю, я отвернулась к окну, представляя, что набрала полный рот воды – отличный способ удержаться от опрометчивых слов, многократно испытанный на клиентах.

Это же надо было так сглупить… и как мне теперь подъехать к Энтони с вопросом о невесте лэрда Кристиана? Я тяжело вздохнула. А что спрашивать-то? Мы с лэри вроде бы расстались полюбовно…

Мужчины негромко переговаривались о каких-то своих делах, и я расслабилась. Теплый желтый свет от кристаллов освещал нашу улицу, по тротуарам прогуливались пожилые пары с собачками, а у одного из домов, нисколько не стесняясь ни жильцов, ни мобилей, объедало клумбы с цветами семейство оленей: мама и два олененка.

Да… расстались-то мы полюбовно, но рассказать о сверкающих рунах у её головы всё равно следует. Это сегодня у меня защита, а завтра она мне сброситься со скалы от ревности прикажет! Ну … или не мне, а еще кому-нибудь. Как говорит Инэс, иногда лучше перебдеть, чем недобдеть. Проявлю я, пожалуй, активную гражданскую позицию на благо общества. Я кивнула своему отражению – на благо. Исключительно из лучших побуждений и во имя справедливости, вовсе даже не от обиды, что Васкес на ней почти женат.

Вдруг, узнав о неподобающем поведении лэри, он передумает?

Богиня, Фелиция, ну и мысли! Даже если и передумает, тебе-то чего? Или ради симпатичного мужчины, которого ты и видела-то всего раз, уже и принципы свои забыла? Моё собственное отражение теперь смотрело на меня крайне неодобрительно. Тяжело вздохнув, я сосредоточилась на знакомых пейзажах.

Виктор ехал по широкому проспекту королевы Виктории – удивительная женщина была, после смерти супруга тридцать лет одна страной правила, подняла экономику, возродила культ богини-матери. А главное, благодаря её грамотному управлению, закончилась война с пустынниками! Есть у нас в истории примеры успешных одиноких женщин, слава Богине! Есть.

Зачем далеко ходить, да вот хотя бы моя Инэс!

Только плакать ночами она всего несколько лет как перестала…

– Не вздыхайте так, лея, всё будет хорошо, – тихо сказал мне лей Кортес. – Никто вас не съест, – с улыбкой добавил он.

– Это обнадеживает, – важно задрав нос, ответила я мужчине.

Он расхохотался, продемонстрировав ровные белые зубы, и я в очередной раз отметила, что с этим менталистом, в отличие от Тони, мне было как-то … надежно. Может быть, потому что он был старше лэрда Энтони? – на висках у лея уже поблескивала седина, что как ни странно только добавляло ему привлекательности. Или, дело было как раз в том, что лэрдом он не был.

Лей Максимиллиан отсмеялся и, поправив ворот белой рубашки, внимательно на меня посмотрел.

– Волнуетесь?

– Немного, – согласилась я.

– Если у вас есть вопросы – задавайте, – любезно предложил он.

И я, конечно, воспользовалась предложением, озвучив давно терзавший меня вопрос:

– Скажите, лей, разве способности к ментальной магии не должны открываться в детстве?

Кортес кивнул.

– Да, как правило, прорыв случается в подростковом возрасте, к этому моменту у близких не остается никаких сомнений в одаренности ребенка. Менталисты, скажем так … обладают некоторыми … особенностями.

– Ага, – мрачно хохотнул впереди Тони, – у всех присутствует отклонение психики в той или иной степени.

У меня, наверное, глаза оказались на лбу. И хуже всего, не потому, что я не ожидала ничего подобного, а как раз наоборот. Мои худшие опасения подтверждались, и только во всех отношениях приятный лей Максимиллиан внушал надежду, что шанс быть более-менее нормальной у меня имеется.

– Ничего такого, не бойтесь! – заверил меня Кортес. – Обычно, это проявляется как небольшое расстройство. Кто-то, например, зациклен на чистоте. Кто-то слишком привязан к какому-то месту или вещи. Хуже, когда речь идет о влюбленности.

– Да уж, – понимающе поддакнул Энтони. – Влюбленный менталист – что-то среднее между ослом и идиотом, – брезгливо скривился он.

Лей Максимилиан хохотнул, только что-то веселья в этом смехе я не увидела. У него как будто глаза потемнели, цветом сравнившись с графитовым стержнем в карандашах Инэс. Удивительная внешность. Никогда не думала, что рыжие мужчины бывают настолько красивы…

Заметив моё внимание, Кортес тепло мне улыбнулся:

– Ну а поздние прорывы, как у вас лея, – признак высокой внутренней дисциплинированности мага. Нечасто, но случается. Дар обычно у этих магов тоже выше среднего.

– Все Черные перстни из таких, – вставил замечание Тони.

– И я, и Энтони, – подтвердил лей Максимиллиан. – Лея Эльза расскажет вам обо всем подробнее, – добавил он.

– Жду не дождусь… – пробормотала я.

Проспект закончился широкой площадью. Здесь, на самой высокой точке города стоял великолепный белокаменный дворцовый комплекс. Я немного напряглась, понимая, что мобиль снизил скорость. Неужели таинственное управление находится прямо во дворце? С другой стороны, а где ему быть, как ни под боком короля?

Но что-то не готова я случайно встретиться с кем-то сильно высокостоящим… да у меня и вид для этого … розовое платье чуть ниже колен в мелкий цветочек средней степени заношенности. Небезопасный у меня вид.

Я фыркнула, не удержав эмоции, и поймала тяжелый взгляд менталиста в зеркале. Как бы он меня не раздражал, но контакт налаживать было необходимо, и я вежливо ему улыбнулась. И это, вероятно, сработало. Тони недоуменно моргнул, а затем настороженно спросил:

– Как вы себя чувствуете, лея?

– За исключением того, что я голодна – прекрасно, – честно ответила я.

Нет ничего глупее, чем терпеть неудобства, когда ты можешь этих неудобств избежать.

– Голодны? – напряженно спросил у меня лей Кортес, а я заметила, как подобрался на переднем сидении лэрд Энтони и, повернувшись ко мне вполоборота мягко поинтересовался:

– Скажите, лея Фелиция, не случалось ли с вами сегодня чего-то необычного? Может быть, тревожного?

Это было идеальное время, рассказать о нервной лэри, что я с превеликим удовольствием и сделала:

– Да, пожалуй. Незадолго до вашего приезда ко мне приходила агрессивно настроенная лэри, представившаяся невестой лэрда Кристиана. Во время нашей беседы вокруг её головы я видела сияющие руны.

– И что же она хотела? – сглотнув, уточнил Тони.

Я, конечно, заметила, что реакция у мужчин на мои слова даже больше, чем просто внимательная. Похоже, менталистам неизвестная лэри была хорошо известна. И не в положительном ключе.

– Лэри сообщила мне, что у лэрда Кристиана скоро свадьба, – тщательно подбирая слова, чтобы ненароком не наговорить на неё лишнего (я не только честный, но еще и справедливый бухгалтер), и в тоже время не замолчать чего важного, ответила я.

– Свадьба… – задумчиво повторил лей Максимиллиан и, пригладив темно-рыжую бородку, взялся за перстень на левой руке.

«А девица-то натуральный маньяк! – с некоторым злорадством подумала я. – Иначе с чего бы Черному перстню за этот самый перстень хвататься?»

– После этого она настоятельно рекомендовала мне не обращаться к нему со своими проблемами, дабы не отвлекать, – договорила я уже менталисту.

– Ясно, – севшим голосом обронил Энтони.

И я, разумеется, тоже напряглась. Маньяки это ни разу не смешно!

– Вы … её знаете? Она сумасшедшая? – в лоб спросила я Тони.

– Да как бы сказать… – замялся он.

Энтони. Замялся? Да и вид у него был какой-то бледный…

– Не волнуйтесь, лея, – отвлек меня от разглядывания менталиста лей Кортес. – Эта лэри не опасна.

– Нет? – недоверчиво посмотрела я на мужчину.

– Абсолютно. Лея Эльза поможет вам от неё избавиться, и всё будет хорошо.

То есть старушка не просто легенда в сфере обучения менталистов, а ещё и ликвидатор? Что там Тони говорил про то, как мне повезло? Повезло, так повезло!

Со стороны Энтони раздался мученический стон и едва слышное, но явно витиеватое ругательство. Причем ругал он почему-то себя!

Я нервно оправила подол своего платья. Богиня, да что ж это такое?! Покосилась на Максимиллиана, он ласково мне улыбнулся, всем видом демонстрируя безмятежность.

Точно. Она – маньяк. Маньяк – рецидивист!

Конечно, они не хотят говорить мне правду! Сумасшедшая менталистка, это же какое пятно на репутации всех магов?! Тем более, благородная лэри! Перед законом все равны, но некоторые-то, как известно, равнее.

Я так испереживалась, что не сразу поняла – мобиль остановился у одного из корпусов дворца. Лей Кортес открыл свою дверь и, прежде чем выйти, положил ладонь на плечо Тони, чуть сжав.

– Вдвоем вы справитесь, и не такое случалось, – твердо сказал он.

Что это было? Не переживай, дружище, устраните маньяка сообща? Цеховая солидарность? Почему лей Максимиллиан сопереживает Энтони? Да что не так?! Змеи бы побрали этих менталистов с их секретами!

Страшно нервничая, я распахнула свою дверь, чуть не сбив с ног рыжеволосого мага – Кортес успел отскочить.

«Отличная реакция», – мрачно подумала я и вышла на дорогу, не дожидаясь помощи. Не нужно мне вежливости! – руку лея я проигнорировала. Расправила спину и, перекинув вперед рассыпавшиеся по плечам волосы, посмотрела на убийственно мрачного Тони. Он тоже уже вышел из мобиля и теперь оглядывал высокое здание с таким видом, как будто это не дворец, а как минимум зубодерня, а то и вовсе – пыточная.

Я быстро осмотрелась по сторонам – пути отступления надо прорабатывать заранее! Виктор стоял у статуи королевы Виктории, и её спокойная уверенность и меня успокоила. Жива, здорова, и на дом никто не претендует. С остальным – разберемся, и не с таким разбирались.

– … я сообщу Кристиану… – услышала я тихий голос Кортеса.

– Спасибо, – опустив плечи, ответил ему Энтони.

Да… жаль, что лэрд Васкес не менталист… уж он-то наверняка не стал бы отмахиваться, а объяснил всё как есть!

Лей Максимиллиан обернулся на меня и, одарив сияющей улыбкой, сообщил:

– Я ненадолго вас оставлю.

– До встречи, – ровно ответила я.

Ну не истерику же мне закатывать? Хотя, конечно, очень хочется.

Кортес вошел в здание, а Тони подошел к мобилю и, отпустив водителя, проследил за отъезжающим виктором тяжелым взглядом.

– Лэрд Энтони? – позвала я явно избегающего смотреть на меня менталиста.

– Да? – даже не удосужившись ко мне повернуться, ответил он.

– Разве лэрд Кристиан не в отпуске? Почему же он во дворце?

– В отпуске, – подтвердил менталист. – Просто на его должности отпуск зачастую проходит именно так – на работе.

Отвечает, и то хорошо. Можно сказать, есть у нас контакт.

– Понимаю. У бухгалтеров дела обстоят примерно так же, – заметила я.

Идеальной мы были бы с Васкесом парой. Если бы у него не было невесты, а я бы в принципе нуждалась в паре, разумеется.

Тони хмыкнул и, наконец, обернулся ко мне. Встретился со мной взглядом, нахмурился и замер, погружаясь в себя. Богиня, с совой общий язык найти проще, чем с этим менталистом! Что ему опять не так?

– Эмоциональная встряска… – сказал он и сфокусировал на мне горящий безумной надеждой взгляд.

Я машинально отступила, но затем, задрав подбородок, вновь шагнула вперед. Ну не будет же он меня убивать? Не под окнами же дворца! А показывать хищнику страх, это только его раззадоривать.

– Хуже уже не будет, – тем временем кивнул он себе и решительной походкой идущего на верную смерть воина направился ко мне.

– Лэрд Тони, не надо! – пискнула я, когда он, в два удара сердца оказавшись рядом, навис надо мной непоколебимой черной горой. Что за страсть у него к этому цвету?

«А ты бы предпочла, чтобы твоя смерть носила розовый?» – нервно хохотнула я.

– Надо! – заявил мне менталист. – Это единственный шанс решить проблему с постпрорывным раздвоением личности максимально быстро, – добавил он и крепко обхватил меня за плечи, не давая вырваться.

Да я и не пыталась. Я хлопала глазами, пытаясь осознать услышанное. Какое ещё, к змеям, раздвоение личности?! У кого?

– Это какая-то … – пробормотала я, глядя в темные глаза менталиста с огромным жутким черным зрачком.

Богиня, и этот тоже маньяк… Маньяк, как все менталисты!

Великая мать, я, конечно, очень благодарна тебе за то, что ты меня отметила, но, может, заберешь свой дар обратно? Обещаю исправно посещать твои храмы! Даже во время отчетной недели!

– Потом, – поморщился Тони, а дальше случилось совсем уж невероятное: лэрд Энтони еще сильнее стиснул пальцы, наклонился ко мне и нагло, бесцеремонно и совершенно неожиданно ворвался мне в рот. Языком!

«А язык Тони наверняка в прямом смысле ядовит!» – холодея от ужаса, догадалась я.

Сердце у меня ударилось о ребра, и ноги задрожали. Но время шло, горячие губы менталиста становились всё горячее, он положил правую ладонь мне на затылок, пальцами зарываясь в мои волосы, а смерть всё не думала наступать.

Лэрд явственно увлекся процессом убивания, подозрительно напоминавшим обыкновенный поцелуй…

Только тем самым пресловутым эффектом неожиданности можно объяснить, что сопротивляться я начала с хорошей такой задержкой. Ну и с детства взрощенным благоговением к менталистам, маг всё-таки, да еще и Черный перстень.

Зато когда пришла в себя, то компенсировала скорость реакции её силой! Уж пнула я его, так пнула! Острым носком туфли прямо по ноге, я бы и коленом пнула, да не дотянуться было! Не обидела Тони природа ростом и наглости ему сверх меры определила!

Он взвыл и машинально согнулся, отпуская меня. Я стянула правую лодочку, поудобнее её перехватив.

Эмоциональная встряска?! Будет вам, лэрд, встряска! Даже совы не понадобятся! Я и сама справлюсь!

Отца у меня не было, у меня вообще не было мало-мальски близких мужчин в окружении. Некому было провожать меня после занятий, и рассчитывать ни на какое заступничество не приходилось. Вот я и была с детских лет сама себе заступник!

И я от всей души отходила его по спине, голове, докуда дотянулась! Жаль, не было на этой паре высоких каблуков!

– Всё-всё, хватит, лея! – закрываясь руками, взмолился он.

Я сдула со лба прилипшую длинную прядь – вспотела, пока отстаивала свою честь! Но остановилась и посмотрела на дело туфлей своих – на побитого менталиста.

Если уж быть совсем честной, ни разу мне не приходилось заступаться за саму себя таким агрессивным манером. Лучший способ избавиться от ненужного внимания – это от мужчины удрать, что я обычно и делала… а тут …

Менталист, согнувшись под ударами судьбы, по-прежнему закрывал своё лицо руками. Пиджак помят, волосы в беспорядке, штаны испачканы – от былого лоска не осталось и следа. Второй раз за сутки, и снова по моей вине.

Богиня … а в тюрьму-то меня не посадят за нападение?

– Как … к-к-как вы себя чувствуете, б-б-благородный лэрд? – запинаясь, вежливо поинтересовалась я.

Великая мать, что я такое спрашиваю?!

Менталист убрал от лица сначала правую руку, осторожно оглядел меня с ног до головы. Затем убрал вторую ладонь и возмутительно довольно … заржал!

– Хорошо я себя чувствую, – сквозь смех, услышала я.

Ему ещё и смешно! Меня бросило в жар, я вернула туфлю на ногу и, уперев руки в бока, беззаппеляционо заявила:

– Я требую объяснений! Немедленно!

Тони продолжал хохотать, а я бы наверняка продолжила избиение менталиста, если бы не злое шипение позади:

– Мне бы тоже очень хотелось услышать эти объяснения. Интересно проводите время, лэрд Энтони?

Шипение было знакомое, очень знакомое. У меня волосы на руках дыбом встали от этого голоса. Психопатическая лэри приехала к своему жениху во дворец! Логично, если она Васкеса даже у меня умудрилась искать, что ей какой-то король на пути?

И точно – рядом с нами, у статуи королевы, ожидал прокурорскую невесту её мобиль. А мы с лэрдом Энтони были так заняты друг другом, что не заметили, как он приехал …

Я осторожно покосилась на брюнетку. По странной случайности именно в этот миг на том пятачке, где она стояла, зажглось множество кристаллов в ветках едва зазеленевших крон. И выглядела лэри в этом свете волшебно и одновременно жутко. Длинные темные волосы развеваются за спиной – она разобрала свою прическу, хотя до того так неодобрительно смотрела на мою, – ноздри трепещут, глаза мечут молнии.

Только с чего бы такая злость на Тони?

– Вполне, – равнодушно ответил ей менталист. – Добрый вечер, лэри Ракель. Познакомьтесь – лея Фелиция Гарсиа, – и он кивнул в мою сторону головой.

– Мы знакомы, – одновременно с красоткой ответила я.

На лице менталиста отразилось полное недоумение, а я впервые в жизни поняла, что злорадство – это в тысячу раз приятнее обыкновенной, доброй радости!

– Лэри искала у меня своего жениха, – добила я Тони.

Он сглотнул.

Раздвоение личности, подумать только! Ни он, ни лей Максимиллиан мне не поверили! Ничего, зато теперь уж Энтони точно убедится, что женщин надо слушать, а не списывать неприятную тебе информацию на постпрорывное сумасшествие!

– И ведь нашла, – кривя губы, с ненавистью посмотрела на меня девица.

Менталист изобразил мученическую гримасу.

– Ракель, пожалуйста, не заставляй меня …

– Всё в порядке, – зло улыбнулась она. – Не нужно повторяться. Оставляю вас. Доброй ночи, лея Фелиция, – посмотрела она мне в глаза, и если бы взглядом можно было испепелить, от меня бы только горстка осталась.

Не стоит лишний раз провоцировать сумасшедшую магиню.

– До свидания, – вежливо попрощалась я.

Она кивнула и, взглядом впиваясь в лицо избитого Тони, ядовито заметила:

– Сладких вам снов, лэрд Васкес.

Ракель вернулась в свой виктор, он благополучно отъехал от статуи королевы. Тони отряхивал белый след с рукава черного пиджака, а я всё пыталась осмыслить услышанное.

– Так вы … вас … двое? – уточнила я, а когда поняла, как странно это прозвучало, дополнила: – Васкесов…

– В некоторых семьях, лея, бывает по несколько детей, – не отрываясь от своего занятия, ехидно заметил он.

– Логично … – я кивнула. – Трое?

С силой хлопнув себя по правой ноге, Энтони посмотрел на меня исподлобья.

– Четверо?

Он выгнул бровь, и я спешно добавила:

– Чем больше Васкесов, тем лучше!

Менталист выпрямился и, сложив руки на груди, протянул:

– Что вы говорите?

Свет от кристаллов упал на черный перстень мага, на миг вспыхивая фиолетовыми искрами, и я сощурилась, припоминая брошенную лэрдом Кристианом фразу. Перстень – это своеобразный маячок. Выходит, лэри не просто так пришла ко мне? Она шла на артефакт Энтони!

– Конечно! Такой … славный древний род … – я запнулась и, не сдержав довольной улыбки, закончила свою мысль: – Вот лэри Ракель вам его сейчас и увеличит! Она ведь по вашу душу ко мне приходила, да, лэрд Васкес?

– Нас двое, – недовольно скривившись, уронил менталист.

Настроение у меня подпрыгнуло до самых небес. Даже то, что маг мне сначала не поверил, а затем устроил так называемую эмоциональную встряску, уже почти меня не возмущало. Ненормальная лэри – невеста Энтони. Жизнь многократно отомстила менталисту сама!

– Вы такая красивая пара! – нарочито восторженно заметила я и закрыла рот руками – запрещая себе смеяться. Только вышло у меня ровно наоборот, даже слёзы из глаз потекли, а всё Тони – такое у него было обиженное на лице выражение.

Но долго радоваться он мне, разумеется, не дал. Как же это возможно? Над ним, великим и ужасным – и смеются! Васкес-второй мотнул головой, хмыкнул и решительно двинулся в мою сторону.

Памятуя недавнее прошлое – точно так же он наступал, прежде чем на меня наброситься, я тут же перестала смеяться и попятилась.

– Смешно? – остановившись в шаге напротив, холодно спросил он у меня.

– Уже не очень…

– И это правильно. Неразделенная любовь менталиста, в данном случае менталистки, это совсем не смешно, лея. Это болезнь. Вам расскажут.

Даже так?

– Извините…

– Мы надеялись, что это пройдет. Но … не проходит. Ракель не принимает отказа уже несколько лет.

Да, пожалуй, жизнь ему отомстила даже слишком. Я уже через пару минут общения с этой невестой бежать хотела, а Тони она несколько лет преследует. И наверняка никакой жизни ему не дает, отгоняя от любимого всех симпатичных девушек в зоне видимости. Я это на своем примере увидела.

– Мне очень вас жаль, – искренне заверила его я.

– О, поверьте, мне тоже очень, очень вас жаль, лея, – саркастично ответил Тони.

– Меня? – растерялась я.

– Вас-вас, Фелиция, – довольно, даже с видом победителя, улыбнулся он. – Стать объектом неприязни и ревности менталистки … древнего, славного и очень богатого рода … я вам не завидую.

– Что?

– Она ведь видела не только то, как вы отлупили меня своей обувью, но и за что вы меня отлупили.

И тут-то я поняла, что дела мои плохи. Богиня, не одно, так другое, и всё наперекосяк!

– Ну что вы, не нужно так пугаться, – вкрадчиво шепнул Энтони мне на ухо.

А когда он успел ко мне наклониться?

– Я вам помогу, – радостно пообещал он.

Интуиция у меня всегда отменно работала, а потому я сощурилась и недоверчиво на него посмотрела:

– Неужели?

– Как менталист менталисту, – ярко сверкнули его глаза.

Я наклонила голову к плечу:

– Ваши условия?

– Я решаю вопрос с Ракель, а вы никому не рассказываете о том, что тут только что было.

Ага, боится Тони, что получит нагоняй за примененную ко мне эмоциональную встряску. Но ссориться мне с ним всё равно не с руки. Лучше иметь одного менталиста на своей стороне, чем сразу двоих – против. Я тяжело вздохнула.

Васкес второй протянул мне ладонь.

– Сделка? – тихо спросил меня он.

Да и не так уж мне было противно …

– Сделка, – решила я и скрепила данное менталисту слово рукопожатием.