Глава 27

— Лайк, ты чего? — изумленно смотрю на собаку, прыгающую вокруг меня. — Что ты хочешь, малыш?

— На ручки он хочет, — смеется охранник, по пятам следующий за мной. — Устал. Он быстро устает, Азия Александровна.

Вот так, по имени-отчеству. Азия Александровна. И мне нравится. Даже плечи расправляются от такого вежливого обращения.

— Иди ко мне, Лайк, — подхватываю щенка. Утыкаюсь носом в мягкую шерстку. И кажется, будто ребенка на руках держу. — Ты, наверное, проголодался? — заглядываю в маленькую мордочку.

Щенок умильно взвизгивает и лижет мне руку.

— Тогда идем домой, — заявляю решительно и направляюсь к дому. Рация на поясе охранника оживает. Подхватившись, он что-то слушает в трубке. Но кроме треска и каких-то нечленораздельных звуков ничего не разобрать. Да я и не пытаюсь. Сразу прохожу на кухню.

— Я понимаю, ты голодный, — выговариваю щенку, спрыгивающему с моих рук. — Но потерпи, пожалуйста, мне нужно найти твою еду. А то сейчас проглотишь меня…

Беру пакет с собачьей едой. Принюхиваясь, заглядываю внутрь. Вроде Ксения утром этим кормила.

— Это ты ешь? Да? — спрашиваю оживившегося Лайка. Он подпрыгивает, скулит и снова вьется около моих ног.

— Сейчас дам. — Кручу в руках пакет и не могу понять, в какую миску высыпать корм. У Лайка их несколько.

— Привет, — слышу сзади шум открываемой двери. На кухню вламывается какая-то высокая брюнетка. Волосы уложены красивыми волнами, а глаза мастерски подведены. Вот только дыхание сбивается. Бежала, что ли?

— Вы кто? — охаю в ужасе.

— Тему позови. Быстро, — велит мне она, прижимая руку к высокой груди, вздымающейся при каждом вздохе. Пытается отдышаться. И по-свойски тянется к собаке. — Лайк, иди ко мне, мой хороший.

— Вы кто? — повторяю строго. Поднимаю собаку на руки.

— Да тебе-то какая разница, — негодующе фыркает девица. — Что застыла? Темка в Генеральском. Я точно знаю. Вот и позови мне его. Что уставилась?

— Хорошо, — пожимаю плечами. — А вы его тут подождите, — велю, пришпиливая взглядом. И чувствую, как внутри поднимается новое незнакомое чувство. Закручивает внутренности черным жгутом.

Ревность.

Я что, ревную? Мужа вот к этой телке?

«Наверное, — выдыхаю печально. — Очень красивая девушка. Фигуристая, стройная. Не то что я!»

«Но женился он на тебе», — напоминает мне внутренний голос. А в голове уже зреет хитренькая мелкая идея. Оставить девицу на кухне. Никому ничего не говорить, а просто уйти к себе.

— Лайк, иди сюда, — зовет собаку девица. Но тот, не обращая внимания, преданно трусит следом за мной.

— Ася. Ты что такая перепуганная? — окликает меня Ксения. — О, и Лайк с тобой. Его кормить надо. По часам. У него диета. А то разжирел он у нас…

— Там на кухню какая-то девушка пришла, — охаю я. — Надо вызвать охрану…

— Странно, — пожимает плечами Ксения. И достав из кармашка сотовый, тыкает по экрану. — Эта? — показывает мне трансляцию с камеры наблюдения. Незваная гостья сидит за столом и ест пирожок. Вот же наглая! Или чувствует себя как дома?

— Да, она, — киваю нерешительно. — Кто это? Бывшая Артема?

— Их с Аленкой одноклассница, — уходит от прямого ответа хозяйка дома. — Я ее тоже не люблю. Пойдем прогоним, — заявляет, подбоченясь.

— Может, охрану позвать?

— Сами справимся, — морщит нос Ксения и сразу становится похожей на обычную дворовую девчонку.

— Вы куда, Ксенечка? — спускаясь по лестнице, окликает нас Георгий Алексеевич. Назвать его Джо у меня язык не поворачивается.

— У нас взлом контура и проникновение на территорию, — официально заявляет Ксения и поясняет неохотно: — Там Таня притащилась. Вот идем разбираться. Боевая собака с нами, — кивает на Лайка.

— Кхмм, Ксеня, — закашливается Джо. Хмурит брови. Наверное, сейчас запретит соваться на кухню. Предложит подождать где-нибудь в гостиной, пока охрана выведет незваную гостью.

— Жора, — ласково просит Ксения. Да еще руку кладет на грудь мужа. — Не откажи. Вовек себе не прощу…

— А, ну тогда пожалуйста, — усмехается старший Сарматов, видимо, что-то вспомнив. И Ксения, развернувшись, спешит на кухню, куда уже вернулась экономка и пара горничных.

— Тему мне позовите! — гневно велит девица. — Я уже одну тетерю послала…

— Мы ничего не знаем, Татьяна Вадимовна. Кому вы поручили?

— Да вот ей, — указывает на меня девица. — Ну и где Тема, лахудра ты эдакая?

— Ты почему здесь распоряжаешься? — выступает вперед Ксения, укладывая руки на живот. На добром и простом лице мгновенно появляется маска холодности и надменности. Именно так и должна выглядеть хозяйка дома.

— Эмм, Ксюшенька… Жора, — тянет, побледнев, девица. — Я хотела повидаться с Артемом. Он мне написал, что женился…

— И поэтому ты пробралась через кухню? — с легкой усмешкой переспрашивает Ксения. — Через окно гостевого сортира не пробовала?

— Я хотела бы…

— А я хочу, чтобы ты ушла, Таня. И больше никогда не появлялась в нашем доме, — обрывает глупые разговоры хозяйка дома.

— Легко быть смелой, да, Ксюша? — усмехается девица, кивая на Джо, стоящего сзади.

— Моя жена попросила тебя уйти, — напрягается он. — Сейчас охрана вызовет тебе такси…

— Нет, — мотает головой девица. — Я хочу увидеть Артема. Пусть сам мне в лицо скажет, что женился. Он, видать, обкурился, а вы его тут покрываете. Устроили цирк с собачками, — мерит меня девица презрительным взглядом.

Вздрагиваю, как от удара. Но на плечо тут же ложится рука Джо. Видимо, он так просит не реагировать. Но все предостережения бессмысленны. На слове «обкурился» срабатывает некий спусковой крючок. Никому не позволю говорить плохо о муже.

— Артем женат, — делаю шаг вперед. — Вам лучше уехать…

— А ты кто такая? — вскидывается девица.

— Так супруга Артема Алексеевича, — охает кто-то из горничных.

— Ты? Жена? — подрывается гостья с места. В полшага оказывается рядом и уже заносит ладонь, собираясь меня ударить. Одним движением Джо прячет меня себе за спину, а сам выступает вперед. А Лайк, маленькая непослушная собака, вырывается из рук и кидается на Татьяну. Та взвизгивает скорее от неожиданности, чем от боли, когда маленькие зубки кусают тонкие наманикюренные пальцы.

— А говорили мальтипу! — ловит падающую собаку Сарматов. — А у нас тут бультерьер, оказывается… Идем, шмурдяк, дам тебе свежей печенки. Дамы, — улыбаясь, смотрит на меня и жену, — вы тоже приглашены. А вам, Татьяна, лучше покинуть мой дом до приезда полиции. Я ясно выражаюсь? — в голосе Сарматова сразу появляются арктические нотки, не сулящие ничего хорошего.

— Георгий Алексеевич, — виновато всхлипывает девица. Потирает пальцы, на которых остались слабые отметины собачьих зубок. — Только передайте Артему, пожалуйста…

— Он для вас вне зоны доступа, Таня, — отрезает Сарматов, пропуская нас с Ксенией. — Артем женат. И ясно дал вам понять, что дальнейшие отношения невозможны. Вы же как-то жили без него все эти годы…

Дверь захлопывается, отрезая от нас недовольную Таню. Мне ее даже жалко немного. Но только теперь я понимаю простую истину. Если Артем или кто-то из его семьи не захочет общаться, то считай, улетит на другую планету. Через КПП и личную охрану не доберешься, не достучишься. Отнимет ребенка, и буду я у порога сидеть…

«Нет! — приказываю сама себе. — Хочет Артем контракт, я его подпишу. Но и там попрошу изложить условия, защищающие мои права».

«Да влюби ты его в себя! — просыпается моя тень-интриганка. — Пусть всех баб, что были до тебя, забудет».