Глава 5

– Эй ты, меридийское убожество! – крикнула с другой стороны квадрата моя первая соперница.

Для женского турнира квадратов для поединков оставили всего десять, потому что он был не слишком многочисленным в отличие от мужского, но зрителей на трибунах меньше не стало. Мне казалось, что наоборот, их число только увеличилось – и теперь целое людское море шумело и волновалось под внезапно распогодившимся небом Мейворта.

К тому же было еще одно море.

Если точнее, то я бы сказала, что целая людская река, которая безостановочно двигалась и перетекала от одного квадрата к другому. Потому что мужчинам, участвовавшим в Играх, позволили остаться на поле и наблюдать за происходящим вблизи.

Конечно, намекнули, что было бы лучше, если бы они отправились на трибуны, но таких сознательных нашлось не слишком много.

Остальные шатались между квадратами и подбадривали участниц, хотя, как по мне, лучше бы они молчали. Потому что они частенько делали вслух ставки, обсуждая плюсы и минусы соперниц, причем в фавориты записывали более фигуристых, с выдающимися достоинствами девиц.

Словно не понимали, что эти самые выдающиеся достоинства не давали ни малейшей добавки к скорости или мастерству, частенько наоборот, и в поединке они совсем не важны.

Кстати, первая моя соперница, судя по горячей поддержке столпившихся вокруг нашего квадрата зрителей, должна была победить меня быстро и без вариантов. Задавить теми самыми достоинствами, буквально рвущимися наружу из выреза ее облегающей туники.

К тому же девица была из Веллидора, да еще и из столицы, поэтому, подозреваю, была известна в определенных кругах, чьи представители явились, чтобы ее поддержать.

Она оказалась высоченной, одетой на грани приличия, с забранными в два рожка черными косами на голове, что придавало ей сходство с демоницей. Заодно она принялась извергать проклятия, забрасывая меня оскорблениями на потеху толпе.

Конечно, неплохо было бы ей ответить. Сказать, что вижу перед собой мейвортское отребье и быстро закрою ее грязный рот. Например, вобью туда рукоятку меча.

Но тут…

– Следующее оскорбление будет приравнено к синему касанию, – заявил девице из Мейворта судья на линии, и зрители встретили его слова с негодованием.

Стали просить, чтобы девица продолжила меня оскорблять: ведь три или четыре синих касания ничего не значат! Ясное дело, этой пигалице – то есть мне – из Меридии, в которой только глаза и коса, нечего противопоставить дородной девахе из Мейворта!

– Спасибо, – я кинула благодарный взгляд на судью, потому что моя соперница все же замолчала.

Тем временем один из организаторов заканчивал инструктаж.

До боя оставались считанные секунды.

Я еще раз покрутила в руках меч – более короткую и облегченную версию, чем была у мужчин, – порадовавшись, что именно с таким я тренировалась в академии.

Мой наставник Эгон Старвин, наш преподаватель по боевой магии, а заодно и фехтованию, многое сделал для моей подготовки. Натаскивал меня буквально денно и нощно. Сейчас он тоже стоял поблизости и смотрел на меня из толпы.

– Соберись! – негромко произнес на моем родном языке.

Нет, я его не услышала, но увидела, как шевельнулись губы.

– Конечно, – отозвалась я, а затем посмотрела в другую сторону.

На того, на кого я то и дело кидала взгляды.

…Перед этим мы провели чудесные сорок минут, отмечая с Райаном первый его пройденный этап в мужском турнире.

Рядом с ним я чувствовала себя свободно и вольготно, и немалая в этом заслуга была еще и Люция. Тот до сих пор ожидал свои подстроенные поединки, в которых ему следовало зрелищно и уверенно победить своих соперников на потеху толпе.

Эти поединки поставили одними из последних. Наверное, чтобы никто из зрителей не пропустил, даже те, кто не смог прибыть к самому началу турнира.

Поэтому у нас выдалось спокойное время вдали от безосновательной ревности Люция: мы отыскали тент, где кормили участников турнира. Райан съел те самые колбаски, которые постоянно мне расхваливал, тогда как я решила, что ограничусь маленькой пиалой с кашей.

Хорошо, так и быть, немного масла и варенья не пойдут мне во вред.

Затем, смеясь, мы сбежали от журналистов, но я все-таки заметила вспышку аппарата для инпринта у нас за спиной. Потом, правда, журналистов прогнали со стадиона, но я понимала: дело было сделано. Н

– Боюсь, в газеты все же попадут наши убегающие физиономии, – расстроенным голосом предупредила я Райана. – Или же спины, что более вероятно.

– Уверен, мы переживем даже этот удар, – галантно отозвался он, и я почему-то обрадовалась этому «мы».

А потом он повел меня под тент, где разминались участницы, готовясь к началу поединков, сказав, что и мне тоже не помешает разогреться.

Там я представила ему нескольких девушек из своей команды, с легким раздражением поняв, что Райан вызвал у них волну интереса.

– Эмма, отдай мне его, – наклонившись к моему уху, негромко прошептала Иннара, деловитая шатенка с магическим даром Воздуха. – У тебя уже есть Харроу.

– А ты у меня его отбей, – заявила я ей холодно. – Наш с тобой поединок третий, так что можешь попытать удачу.

Иннара поморщилась.

– Прекрати так на меня смотреть!

– Как именно?

– Так, словно наш поединок мне не пережить, – произнесла она. – Не нужен мне твой Брентон, вот еще! Решила завести сразу двух? Вперед, это как раз в характере Эммы Карвилл – получать все, причем самое лучшее, еще и в двойном количестве!

Сказав это, она рассерженно развернулась и ушла, а я осталась, растерянно уставилась ей вслед. Не ожидала от нее ни подобного срыва, ни таких слов.

Да, я была из обеспеченной семьи, но редко получала то, что хотела. Моя мама умерла, когда мне было одиннадцать, и я была готова отдать все богатство мира, лишь бы она была жива.

Вместо этого отец уже скоро принялся искать себе новую жену. Правда, с браком он не спешил, поэтому в нашем доме его любовницы сменялись одна за другой. Я помнила некоторых из них – охочие до денег Карвиллов дамы с разрисованными лицами хищниц, которым до меня не было никакого дела.

Стоит ли говорить, что домой из закрытой школы магии, а потом из академии я старалась приезжать как можно реже?

– Что случилось? – поинтересовался у меня Райан.

Подошел, потому что до того он беседовал с моим наставником, и кивнул в сторону уходившей Иннары.

– Небольшой нервный срыв перед турниром, – пожала я плечами. – Но это вполне объяснимо.

Как и то, что Люций под разминочным тентом так и не появился, – я заметила, как он раздавал интервью, окруженный толпой журналистов. Затем раздались громкие звуки труб, означавшие, что первый этап мужского турнира завершен и да здравствует открытие женского!

Снова речи – на этот раз куда короче; снова гимны, и вот я уже стою на краю квадрата номер 3. Сжимаю в руке меч, уговаривая себя не нервничать и не обращать внимания, как напротив меня изрыгает проклятия местная «демоница».

Именно тогда нас и отыскал Люций. «Нас» – потому что сначала он уставился на меня, после чего направился к Райану.

Тогда-то я порядком занервничала, хотя делать этого, дожидаясь с секунды на секунду начала своего поединка, мне было нельзя. Ни к чему хорошему подобные волнения привести не могли!

– Эмма, соберись! – вновь шевельнулись губы моего наставника, потому что я не могла не смотреть, как разговаривали на повышенных тонах Люций и Райан.

Не должна была этого делать, но у меня не получалось отвести глаза.

А ведь я приехала в Мейворт, чтобы победить! Собиралась доказать себе, отцу, своему наставнику, всем в академии, а еще и в Меридии – хотя всем, по большому счету, на это наплевать, – что я – лучшая и все эти годы готовилась не зря.

В мои планы не входило влюбляться, а затем переживать и нервничать из-за другого человека, который прекрасно умел за себя постоять.

«Ну ты и дура, Эмма Карвилл!» – сказала я себе, всеми силами стараясь сосредоточиться.

Отвести взгляд и перестать смотреть туда, где спорили Люций и Райан.

Мне казалось, что Люций наседал на лорда Брентона – ругался, угрожал ему и изрыгал проклятия, тогда как Райан…

Тут объявили о начале поединка, и я не успела рассмотреть ни то, что сделал Райан, ни то, за какое время ко мне успела приблизиться мейвортская «демоница».

Только что она была в дальнем конце квадрата, и вот я уже делаю все, чтобы уйти от ее атаки и увернуться от просвистевшего всего в нескольких сантиметрах от моей шеи меча.

Повезло – мне все же удалось уклониться, и мой артефакт-защита вовсе не вспыхнул красным, фиксируя удар. Хотя он мог…

Я была слишком близко к собственному величайшему позору!

К тому, что Эмма Карвилл – звезда и надежда Меридии, так меня называли, – продула бы свой поединок в первые же секунды после его начала. Причем какой-то девахе, размахивающей мечом так, словно она привыкла разделывать говяжьи туши на местном рынке.

Наверное, она и разделывала, промелькнуло в голове, потому что мне удалось уйти и от второй незамедлительной и незамысловатой атаки, после чего я начала понемногу возвращаться в чувство.

Взяла себя в руки, принялась контролировать дыхание и движения. Затем выкинула Райана Брентона из головы, а Люция Харроу – так и вовсе на помойку.

А все эти голоса – тех, кто был против меня, потому что они болели за «демоницу», – они нисколько мне не мешали, лишь подзуживали. Заодно показывали, в какую пропасть я едва не угодила, позволив чувствам взять верх над моим разумом.

– Соберись! Соберись! – твердила я себе, потому что пришел черед уже моей атаки. – Дыхание! Шаг! Удар!..

Уже скоро подавляющее преимущество «демоницы» развеялось словно дым – потому что не было никакого преимущества, а имелся лишь мой временный и глупый ступор.

Теперь поединок шел уже по моим правилам – именно так, как и должно было быть изначально.

Потому что я смогла сосредоточиться. Следила за каждым ее движением и предугадывала, что она сделает дальше, понимая, что помощнице мясника с городского рынка нечего противопоставить Эмме Карвилл.

Но я все же дала зрителям еще немного насладиться нашим поединком, наслаждаясь им сама. А затем, когда мне стало это надоедать, я его закончила.

Три взмаха меча. Два желтых ранения, а затем последнее, красное. В шею – я сделала то же самое, что пыталась провернуть со мной «демоница», но той не удалось. Мне же не составило это никакого труда.

Хотя ей повезло, что я не затолкала рукоять меча в ее привыкший сквернословить рот.

– Полная победа… Леди Эмма Карвилл из Меридии… – долетели до меня слова главного судьи, на что я поклонилась и пошла.

Но не к Райану, стоявшему в конце квадрата. И не к Люцию, застывшему неподалеку от него. Я отправилась к своему наставнику Эгону Старвину, ни разу не посмотрев в сторону лорда Брентона.

– Эмма, – произнес Старвин сурово, стоило мне приблизиться.

– Ничего не говорите! – взмолилась я. – Просто заберите меня отсюда. Кажется, мне вредно общение…

Райан был уже рядом. Смотрел на меня, и, судя по его лицу, он надеялся…

На что?! На то, что это сумасшествие, во время которого мы невероятно сблизились и продолжали уверенно двигаться навстречу друг другу, продолжится?!

Но я не могла! Не могла…

И еще – я не понимала, что мне со всем этим делать.

– Мы уходим, – произнес за меня Старвин. – Лорд Брентон, лорд Харроу… – потому что тот тоже был рядом. – Эмме нужно сосредоточиться и побыть в одиночестве перед следующим поединком. Прошу вас оставить ее в покое.

Я стояла, смотря в небо, и твердила про себя: «Соберись! Сосредоточься и не думай о Райане! Не думай ни о ком, кроме самой себя!»

Впереди у меня было еще четыре поединка, и я собиралась победить в каждом.