Глава 33

Температура у Димона спала до субфебрильной, но решили его не будить, пусть уж организм отдохнет. Кирилл с Мариной уехали в гостиницу, а Антон сам вызвался дежурить у «больного» с агрономом по очереди. Полночи один, полночи другой. Все-таки, когда мальчишка придет в себя, лучше ему пообщаться хотя бы с немного знакомым человеком. Николай Петрович поставил гостю раскладушку и дал какие-то треники на ночь из личных запасов. Антон переоделся, однако ложиться не стал. Первая вахта была его – побоялся отрубиться. Интернет ожидаемо отсутствовал. Парень решил развлечь себя чтением. К сожалению, в серванте у волка стояли только книги по селекции, мелиорации, специфические справочники и прочая профессиональная литература, от которой сон навевало еще сильнее. Антон взял из пачки бумаги на серванте лист, ручку со стола и сел обратно на раскладушку пытаться писать программу. Точнее, для начала алгоритм для примитивной бродилки с рабочим названием «Деревенские приключения». Предлагалось три игровых персонажа: волк-оборотень, маг и целитель. Пол и внешность можно будет выбирать по карточке. Целительница ему сразу представилась рыжеволосой и зеленоглазой… Он уже больше суток не видел Лиду. Мысли то и дело убегали к ней. Антон бы и сам убежал, вперед мыслей, но за Димоном нужен присмотр, да и спит она давно, даже издалека не полюбуешься. Ну ничего, он с утра примет животную форму и проводит Лиду до школы: теперь он знал нужное время. Хотя бы убедиться, что она в порядке. Почему это стало для него так важно? Неужели Маринка права и он на нее «запал»? Странное слово, и глагол, и существительное, зато в обоих случаях подходит к ситуации. Антон точно чувствовал что-то, что никогда до этого. Он не мог идентифицировать ощущения, однако не видеть Лиду было болезненно. Находиться с ней рядом тайно – тоже, но не настолько. Воспоминания буравили мозг, словно сверло, – одни и те же, по кругу, без спасения. Ее расширившиеся глаза при первой встрече, ладошки, которые он пытался согреть возле храма, губы… Черт, вот об этом точно не стоит вспоминать! Все тело аж выкручивать начинает. А как она доверчиво прижималась к нему во дворе, а потом старалась держать дистанцию в танце. Почему? Потому что рядом другие люди? Или… потому что заранее стеснялась того, что собиралась сказать? Нет, стоп! Об этом думать нельзя. Итак, три персонажа. Надо расписать каждому варианты способностей. Допустим… – Тоныч? – раздался рядом удивленный голос. Антон от неожиданности вздрогнул и поднял взгляд. – Ты как? – спросил он первое, что пришло в голову. – Нормально, – растерянно произнес Димон, и это выражение на лице совсем не вязалось с парнишкой, которого оборотень знал. – А как я здесь? И где это? Антон отложил бумагу с ручкой и развернулся к парнишке. Тот сидел на диване в позе лотоса, и теперь их глаза были почти на одном уровне. – Что последнее ты помнишь? – требовательно спросил Антон. – Ну… Я пришел из школы и спать лег. И сон такой… как будто я медведь. – Тебе раньше снились подобные сны? – Про медведя? Один раз. – Опиши. – А при чем здесь это? Где я вообще? – начал огрызаться Димон. Видимо, ему и правда стало значительно лучше. – Димон, я тебе все расскажу. Но прежде ответь, что было в том первом сне? – Антон старался не разрывать контакт глазами на случай, если мальчишка сильно разволнуется и «надумает» перекинуться – это станет понятно за пару секунд «до» по резко расширяющимся зрачкам. – Ну, в лесу бегал. А там охотник, и как выстрелит. А больно – жуть! Как по правде. Я его оттолкнул и бежать домой. И скоро проснулся. – И ничего странного после пробуждения? Антон хотел подвести мальчишку к осознанию осторожно. Чтобы он сам понял, так поверит быстрее. Но память того, похоже, сопротивлялась, блокируя травмирующие воспоминания. – Ничего. Поел и пошел гулять. – После сна ты проснулся голым? – Че это?! Я в трусах и майке обычно сплю! – возмутился Димон, хотя по забегавшим глазам Антон понял, что эту… пикантную ситуацию мальчишка вспомнил, просто не хочет признавать. – А вокруг по комнате мелкие клочки от ткани. Было такое? – Нет… – совсем неуверенно произнес парнишка. – Хорошо. Из последнего сна что ты помнишь? – Тоже гулял по лесу, как в компьютерной игре. У нас в классе информатики такая есть – как будто сидишь в голове солдата. А тут я просто сидел в голове медведя. – И управлял им, – подсказал Антон. – Ну… да. А потом что-то шумно стало, и дог огромный на поляну выбежал, вот такенский! – и Димон развел руки, как мужики на рыбалке обычно показывают щук. Антон хмыкнул. Нет, он, конечно, крупная собака, но не теленок. – Точно, не вру! – по-своему понял его смешок мальчишка. – А потом еще какой-то крендель с ружьем выстрелил. Его я отпихнуть не успел. – А дальше? – Уже проснулся тут. Вот черт! Таки придется рассказывать в лоб. Надо же, как разум Димона этой мысли сопротивляется. – Тебе было плохо, температура под тридцать девять. Я тебя сюда принес, в дом к агроному. Он отвар приготовил и тебя отпаивал. Тоже не помнишь? – Н-нет. Кажется… – Димон, смотри мне сейчас в глаза и попробуй вникнуть. Это не игра и не сон. Этим медведем и правда был ты. Ты оборотень, Димон, и это не шутка. – Что?! – пацан начал хохотать, да так заливисто, что смех грозился перейти в истерический. Антон тряхнул мальчишку за плечи, чтобы хоть немного привести его в чувства. – Соберись! Это правда! Если хочешь доказательств, я докажу! – Как?! – усмехнулся Димон, но за этой усмешкой уже пряталась червоточина сомнения. – Я тоже оборотень. Тот самый дог. Мальчишка неверяще скривил мордашку. – Если перекинусь, чтобы показать, не станешь орать на всю улицу? Димон кивнул с азартом или скорее глядя на Антона как на чокнутого. Оборотня прямо взъело, и он перекинулся, как был. Сразу, не раздеваясь. А то мало ли еще, что пацану в голову взбредет! Увидев перед собой здоровую собаченцию, парнишка таки громко вскрикнул и шарахнулся в дальний угол дивана. Антон хмыкнул, хотя в животной ипостаси это скорее походило на фырканье, и, медленно встав с раскладушки, пошел в сторону стола, где на спинке одного из стульев висела его одежда. Быстро перекинулся назад и, натянув комбинезон, вернулся к раскладушке. – Что? Теперь поговорим по-взрослому? – А… Я тоже так смогу? По собственному желанию? – хрипло и несколько испуганно спросил мальчишка. Вся спесь с него слетела, и Антону даже стало жаль пацана, который жил себе, жил в понятных условиях: ходил в школу, барыжил «экскурсиями», мечтал о чем-то… а теперь вот это все. – Непременно сможешь. Хотя нужны долгие тренировки и практика. Считай… что ты выиграл суперсилы в лотерею. – Сандро… Он про это говорил, да? Тогда почему я?! Я не прикасался к той статуэтке! – Нет, Димон, оборотень – это генетика. Знаешь такое слово уже? Ну вот. В твоем роду с чьей-то стороны были оборотни. И сейчас ген проявился. Обычно мы очень внимательно относимся к своему потомству. Нас мало, и секретность соблюдать необходимо. Но бывают разные обстоятельства. Разные обстоятельства… Антона, как молнией, прошила мысль. Точнее, гипотеза, почему Рекс не среагировал на Сандро. Вероятно, парень был носителем оборотнического гена, и собака это почувствовала. А поскольку наследственность не проявилась, по запаху для дога «коттеджский» никак от людей не отличался. Хотя, может, и да, но Антон никогда не задумывался, какой запах у неинициированного оборотня. И барьер на Сандро не подействовал, потому что он был все же человеком. В таком ракурсе и «пьяный бред» про призрака, и обещанные им силы выглядели вполне логичными. А тогда… Антону захотелось бросить все, кинуться в дом с зеленым забором и, прижав Графку к стенке, любыми средствами выяснить у нее правду. Что не так со статуэткой? Зачем она могла потребоваться сущности? Однако стояла глубокая ночь, так что Антон встряхнул головой и продолжил: – Давай сперва я тебе расскажу правила и законы твоей новой жизни.