Глава 13. Таймаут

«Нет ничего хуже, чем любить кого-то,

кто никогда не перестанет тебя разочаровывать».

Сериал «Доктор Хаус»

После еще одного отгула и выходных на Власову смотрели с еще большей завистью, чем после Берлина. Возможно, виной тому был влюбленный, совершенно сумасшедший блеск глаз. Возможно, засос на шее, который Ольга припудрила, но полностью маскировать не стала. Возможно, ее походка.

"Ты летаешь как качественно оттраханная женщина", - не скрывая гордости, сообщил ей утром Игорь. Это было настолько точно, что она лишь поцеловала его в ответ.

Именно такой, качественно оттраханной, легкой, а еще влюбленной Ольга себя и ощущала. Последнему она сопротивлялась изо всех сил вплоть до рыбалки, но теперь спасаться было поздно. Этот упрямый, простой и одновременно непредсказуемый мужчина забрался к ней не только под кожу, превратив в течную, готовую к постоянному спариванию самку, но и в сердце...

Теперь сомнений не было. Она не просто запала на очередного мужика - она влюбилась. Со всей дури! Так сильно, что было страшно. И Варшавский, который умело разгадывал любую ее эмоцию, сто процентов это чувствовал.

Все же ей повезло. В стаде наглых похотливых баранов среди хасимов и басманских нашелся один-единственный не похожий не остальных баран.

Этому можно было завидовать. Это стоило любых взглядов и перешептываний. Хоть в офисе, хоть в лифте, хоть еще на паркинге.

- Редакции скоро придется увеличивать количество мест на парковке? - облизав завистливым взглядом ее БМВ и уезжающий Мерседес Варшавского, возмутился Панин, журналист отдела свежих новостей.

Ольга любовно глянула на свою Бэху. Возможно, хранить машину на служебном паркинге было не лучшей идеей, но уж точно не Панин, которого привозила на работу жена, мог читать ей нотации.

- Нравится? - она погладила БМВ по капоту.

Ответом стало полное презрения выражение лица.

- Ходят слухи, что если не просиживать зад, а вкалывать, на такую можно заработать, - Ольга похлопала Панина по плечу.

- Некоторые предпочитают беречь свой зад, - процедил он с ненавистью, но Власова, не оборачиваясь, уже двинулась к лифту.

В спину привычно долетело "Стерва". Это было словно маленький утренний ритуал - точная настройка на рабочий лад.

На протяжении последних лет так начинался почти каждый будний день. Менялись лишь исполнители. Но сегодня Ольге впервые хотелось развернуться, взять Панина за шкирку и рассказать правду, как она есть.

Про кредит на машину, в который влезла на десять лет. Про подработки по ночам и вечерам для иностранных сайтов, чтобы было что отложить на выкуп сына. Про подарки от мужчин, из которых она не приняла ни один.

До смеха необычный для нее порыв. Будто прошивка от влюбленности полетела.

Привычная маска так и норовила упасть. Чтобы смолчать и сберечь образ стервы, Ольге даже пришлось ускорить шаг и попросить придержать лифт. Но уже в редакции под суровым взглядом Лобанова стало ясно, что перемены все равно заметны.

- Оля, от тебя неприлично фонит счастьем, - будто диагноз подтвердила Роза.

- А должно фонить чем-то другим?

Она огляделась на своем рабочем месте. Не была здесь всего три дня, а по ощущениям год.

- Учитывая, что еще недавно кому-то грозила статья… - подруга сощурилась. - Ты ведь уже без меня выяснила, кто наведывался в больницу?

- Да, - Ольга не смогла скрыть улыбку.

- И как? - Роза присела на край стола и взяла ее руку в свою. - Он что-нибудь обещал? Варшавский поможет?

Ольга на несколько мгновений выпала в недавнее прошлое.

Уютный деревянный домик у залива. Неспешная, наполненная поцелуями и нежными прикосновениями близость. Рыбалка до ночи и противные черви, которых со словами: "Представь, что это извилины твоего бывшего", - Игорь заставлял ее нанизывать на крючок.

Варшавский лечил ее, не церемонясь с выбором методов. Он буквально раскручивал ее на эмоции. Радость, грусть, эйфория, злость - их было даже больше, чем в Берлине.

Проблемы и страхи слетали как шелуха. Терялись в вечернем тумане над водой. Гасли как огни рыбацких костров. Но ночью, когда после близости совсем не осталось никаких сил, Игорь подарил ей еще один подарок - надежду.

Лишь совсем уставшая Ольга решилась опять спросить про бывшего мужа, и на этот раз Варшавский не стал уходить от ответа. Он крепко прижал ее к себе, зарылся носом в макушку и ответил: "Подожди немного. Просто не будет, но я постараюсь сделать, что смогу".

Это было не обещание вернуть сына, не гарантия, но Ольга впервые ощутила, что шанс есть. Настоящий, не иллюзорный, как все ее прежние.

И еще она поняла, что больше не одна.

***

Утро понедельника началось для Игоря почти так же, как на прошлой неделе и на позапрошлой. Завтрак с Ольгой. Дорога в редакцию и потом в офис. Власова традиционно, но уже без былого энтузиазма, порывалась укатить на такси, а потом при Коле лезла целоваться на прощание.

Смешно, но он начинал привыкать. Ко всему сразу. От пробуждения, когда кто-то ворочался под боком. До расставания - с салфеткой в руках, потому что каждый раз приходилось стирать с лица помаду.

Зачем Ольга красит губы перед поцелуем, Игорь упорно не понимал, но все же терпел. Позволял пачкать себя, любовался сверкающими глазами после и с трудом убеждал себя, что нужно ее отпускать. Каждый день. На ее долбанную работу, где любой носитель члена от коллег до героев статей спал и видел, как раздвинуть ей ноги.

Ревновать было непривычно, но, как ни странно, приятно. Сам от себя не ожидал, но с Ольгой было приятно все. Даже отменять свои планы и соглашаться на проекты, о которых раньше и слышать не хотел.

В больнице Хасим краснел, а потом бледнел не зря. Игорь блефовал, указывая суммы, но не лгал, называя фамилии. Хватило бы несколько звонков, чтобы устроить бывшему Ольги веселую жизнь. А еще согласия на скидку для небольшой частной конторы, через которую в один строго определенный карман потоком перетекали бюджетные средства, чтобы Хасим навсегда забыл о чартерах для своих клиентов, распрощался с офисом и заимел головную боль в виде нашествия проверок.

Скидку давать не хотелось. Игорь в принципе не хотел связываться с этим проектом - геморройный заказчик, почти никакой прибыли, да еще и без предоплаты. Но в середине дня все же вызвал к себе начальника отдела разработки и всучил подписанный контракт.

Следующим он вызвал к себе Мартынова. Еще недавно Виктор порывался обвешать Ольгу жучками и отследить каждый ее контакт. Сейчас у Варшавского было задание, для которого нужен был весь энтузиазм его заскучавшего начальника СБ.

Виктор явился спустя пару минут. Еще столько же ушло у Игоря, чтобы пересказать суть беседы с Хасимом. Судя по выражению лица, самодеятельность босса пришлась Мартынову не по душе, но от комментариев он благополучно воздержался.

- Может, ему реальное ДТП устроить? - предложил в самом конце.

- Я ему сам чуть не устроил прямо в палате, - со вздохом признался Игорь. - Лобовое со стеной.

- Хороший вариант. Лечащий доктор у этого козла мужик понятливый. Он бы, в случае чего, успокоительных укольчиков тому прописал. Для нервов и тишины.

- Жаль, я у тебя сразу про доктора не спросил. Так бы хоть пар выпустил.

- Так я, если что, всегда на связи.

- Конечно.

Игорь усмехнулся. Обмен шутками был хорош, но пора было переходить к серьезной части разговора.

- У нас в Интерполе и в Иордании кто-нибудь есть? - спросил он уже совсем другим, сухим тоном.

Мартынов сменил позу с вальяжной на собранную.

- В Интерполе есть. Связи надежные. Я мексиканцев и алжирцев в прошлом месяце через них пробивал. В накладе не остались, - задумался. - С Иорданией сложнее.

- Нужно исправить.

Варшавский не стал разжевывать, что именно ему нужно. Мартынов сам составлял последний уточненный отчет по Ольге и лучше босса знал, какие там могут возникнуть проблемы.

- Значит исправлю. Нужно будет немного потратиться, но…

- С этим проблем не возникнет, - сразу закрыл все вопросы с финансами Игорь.

Мартынов даже не моргнул.

- Я так и думал. Какой срок?

- Две недели. Лучше одна, но чтобы без косяков, - Варшавский постучал пальцем по лежавшей перед ним черной папке. - Одного уже хватило.

Густые брови Мартынова сошлись на переносице, и он кивнул.

- Найду кого отправить.

- Не справятся, поедешь сам.

Мартынов снова кивнул, но говорить уже ничего не стал.

- Ну, раз все понятно, тогда свободен, - Игорь развел руками. - Держи меня в курсе.

- Будет сделано.

Дверь за Виктором закрылась, но вместо облегчения, на которое Игорь так надеялся, пришла тревога. Меньше всего хотелось пускать в ход тяжелую артиллерию и использовать силовые приемы.

Обходились как-то без них все годы. Где-то продавливали связями, где-то деньгами. У Власовой не было шанса найти на него компромат. Искать было нечего.

Только сейчас Игоря не покидало сильное подозрение, что в этот раз чисто отделаться не удастся. Пока это было просто предчувствие. Хасиму он дал четкий срок - неделю. Но поторопиться Мартынову все же следовало. Совершать потом глупости - рисковать Ольгой или ребенком - не хотелось совсем.

Как Игорь и предчувствовал, самым сложным оказалось ждать. Ольга не подавала виду, что волнуется. Если бы иногда не слишком резкие жесты, застывший взгляд, ее можно бы принять за прежнюю. Только Игорь уже научился видеть больше, чем она показывала.

К началу второй недели Ольга неожиданно сдалась. Игорь ничего не почувствовал, забирая ее с работы, но дома заводка вдруг закончилась. Зайдя в ванную комнату освежиться после рабочего дня, она так и не вышла. Ни через двадцать минут, ни через тридцать.

На сороковой Варшавский нашел ее сам, скрутившуюся в позе эмбриона на полу под горячими струями.

- Я сейчас. Скоро приду, - она отвернула в сторону заплаканное лицо и сжалась еще сильнее.

Словно не женское лицо увидел, а получил удар под дых, Игорь с силой сжал косяк.

- Оль, что такое? - не раздумывая, он снял с себя майку, скинул брюки и вошел в кабинку. - Что-то случилось? - устроившись рядом, перетянул Ольгу к себе на ноги.

- Ничего, - она прижалась лбом к его плечу, снова пряча лицо. - Я просто раскисла. Иногда бывает. ПМС долбанный.

Такого бреда он от нее еще не слышал. Раскисла? Просто так? Власова?

- А если честно? - силой заставил посмотреть на себя.

- Я… Я… - зеленые глаза забегали. Ольга все еще боролась с собой, но спустя долгую минуту сдалась. - Никите сегодня ровно шесть лет и пять месяцев. Я не считала, честно. Оно само в голове все сложилось. По привычке.

- Твою ж… - Игорь стукнулся затылком о кафель.

- Клянусь, я старалась не думать, что к этому времени что-нибудь удастся, - слова потекли потоком. - Я даже не фантазировала. Работала как всегда. Статью дурацкую готовила… Новую, про депутата.

Варшавский понимающе закивал.

- Все хорошо было. Замечательно. А сейчас…

Счастье Хасима, что находился далеко. За то, что тянул с решением, Игорь точно выбил бы из него душу.

Из себя выбил бы тоже, за компанию. Не стоило просить Ольгу ждать. Не нужно было вообще признаваться, что решил вмешаться. Своими глазами видел ее после встречи с бывшим. Помнил, как убегала от него в хосписе.

Просить после такого ждать было садизмом. Лучше бы молчал и делал. Но теперь подстилать соломку было поздно.

- Пошли в кухню. Я тебе чай сделаю, - он заставил ее подняться.

- С ромом?

На распухших от слез губах мелькнуло подобие улыбки.

- А смысл его без рома пить?

Игорь укутал Ольгу в пушистое полотенце. Целомудренно подоткнул на груди, чтобы самому не сорваться.

- Тогда можно мне сразу ром с чаем, а не наоборот?

- А потом ты обвинишь меня, что я воспользовался твоим состоянием и наваяешь новую статью, - порог ванной был позади. Оставалось пройти еще несколько шагов до барной стойки.

- Я о тебе больше никому не скажу, - Ольга остановила его сама. Ни с того ни с сего прижалась к груди и замерла.

- Мда… Не стать мне знаменитостью, - он тоже обнял ее. - Хреново, конечно, но как-нибудь переживу.

- Придется.

Губы Ольги коснулись ключей щетины возле уха. Медленно, дорожкой поцелуев спустились ко рту.

- Если ты решила устроить один из твоих целовальных уроков, то я пас, - Игорь ловко крутанул ее вокруг оси, прижав спиной к себе, - нас еда в микроволновке разогретая ждет, а я жрать хочу зверски. С утра нормально не ел.

- Господи, какой ты примитивный тип! - Ольга рассмеялась.

- "Примитивный" - это лучше "скучного". Или меня понизили?

Он поставил на стол тарелки, достал приборы и бутылку кубинского рома.

- Не знаю, - Ольга не спрашивая взяла ром и сделала глоток прямо из горлышка. - Черт! - зашипела. - Крепкий!

Игорь закатил к потолку глаза, но, поняв, что помощи не будет, занялся ужином.

- Расскажи о себе, - вдруг произнесла она. - Обещаю напиться и все забыть.

В тишине раздался звонкий писк микроволновки. Варшавский достал мясо, разложил по двум тарелкам. Вывалил из контейнера готовый салат.

- Очень нужно? - вопрос прозвучал с непривычной безнадежностью.

Ольга поставила рядом с собой бутылку и закивала.

- Ладно. Спрашивай.

***

Ольга обалдела, но не от крепкого алкоголя, а от себя самой. Наверное, это все же был пресловутый ПМС. Еще в душе, когда в голове вдруг сложились цифры и даты, нужно было взять себя в руки и выдернуть из гребанного сплина.

Незачем Игорю было снова видеть ее во всей красе! Для его неподготовленной холостяцкой психики вполне хватило сопливо-слезливой ночи после задержания.

Но в ответ на просьбу Варшавский не отвернулся и даже не послал ее подышать свежим воздухом.

- Расскажи, как тебе тяжело живется с твоим богатством? - опьяненная ромом и его согласием, Оля сразу даже не нашла что спросить.

- Ты про счет в банке, как я понимаю. Или про то, что в штанах? - не обращая внимания на то, что его визави подперла голову руками и не ест, Игорь заработал вилкой.

- С твоим членом я знакома лично. У него от меня секретов нет, - несмотря на потрясающий аромат, свою тарелку Ольга будто и не замечала. Сидящий напротив мужчина был интереснее стократ. - Так как живется?

- Нормально. У меня не всегда была куча денег, но особой разницы не заметил.

- Серьезно? - Ольга аж наклонилась. Кое-что о его прошлом она знала, но ничего, что указывало на безденежье или хотя бы на экономию. Варшавский всегда был перспективным. Всегда по уши в проектах и на фото с красивыми бабами под руку.

- Конечно. Я даже знаю вкус доширака.

Это прозвучало как басня, но Игорь даже не усмехнулся. Лишь перехватил поудобнее нож и продолжил есть.

- И когда это было?

Темно-синие глаза внимательно глянули на нее.

- Доширак? Двенадцать - одиннадцать лет назад. Точно до месяца не скажу, но отъелся я им тогда до гастрита.

- То есть ты не был юным дарованием как Джобс или Цукерберг, которое со студенческой скамьи выдавало гениальные идеи?

- Хуже, - Игорь положил в рот следующий кусок филе. Прожевал и откинулся на спинку стула. - Я был посредственностью со средней по стране зарплатой и без планов на будущее.

Ольга открыла рот, словно он признался как минимум в убийстве.

- Но тогда… - она обвела взглядом квартиру, - …как это все появилось?

- Жизнь заставила. Мне понадобились деньги. Много денег, - взгляд Игоря стал совсем невеселым. - У Дашки, моей сестры, заболел ребенок. Наши врачи честно признались, что спасти не смогут. Но помогли найти клинику в Швейцарии, где делают нужные операции. Осталось быстро раздобыть деньги и отвезти пацана.

- Но… Быстро… Ты ведь не смог бы быстро заработать. Или уже тогда смог?

- Нет. Моей зарплаты хватило лишь на билеты. На лечение ушли деньги с продаж квартиры, машины и техники. Почти всей.

- То есть ты отдал, все что нажил.

- Если бы не я, это сделали бы родители или сама Дашка, а куда им потом? Ко мне в однушку? Выбора не было. - Игорь потер шею. - Потом его не было тоже. После операции понадобилась реабилитация и регулярные контрольные осмотры. Там же, в Швейцарии.

- И ты ушел с работы и купил свой первый стартап? - Ольга вспомнила текст одной из статей о нем.

- Про "купил" - басни. Тогда я не мог себе позволить и трусы купить. Я его основал. Идея была, не хватало лишь исполнителей, готовых рискнуть и на пару месяцев полностью погрузиться в проект без каких-либо гарантий. К счастью, мне повезло.

- Ничего себе!

Будто это происходило сейчас, Ольга подняла бутылку и, отсалютовав, сделала щедрый глоток.

- Да, - Игорь рассмеялся. - Первый грант принес нам десять тысяч долларов. Тогда это казалось состоянием. Да еще за два месяца. Потом я, правда, узнал, что проект перепродали за двести, но свое дело он сделал - на работу я не вернулся.

После такого признания у Ольги родилось сразу с десяток вопросов. Однако большинство из них оказалось про женщин, потому пришлось себя притормозить.

- А дети? Ты им помогаешь, потому что с лечения племянника все началось?

Игорь забрал ром и тоже сделал глоток.

- Не хочу тебя расстраивать, но вся моя спонсорская помощь - это Дашка. Сестра не смогла остановиться на одном ребенке. Ей обязательно нужно кого-то спасать, кому-то помогать. Иногда мошенникам, иногда ввязываться в совершенно безнадежные случаи. Дашка даже теорию придумала. Якобы весь мой успех - это результат того, что я отдаю другим.

Наверное, можно было списать на ром, но Ольга почувствовала, как от рассказа внутри разливается тепло. Глаза, будто она какая-нибудь слезливая дамочка, начало пощипывать. Чтобы скрыть эмоции, снова пришлось тянуться за бутылкой и пить.

- И ты согласен? - просипела обожженными губами.

Игорь подтолкнул к Ольге ее тарелку и кивком указал на еду.

- Я ни в какие теории не верю. Мне просто не жалко, а про такую штуку как "налоги" сестра даже слышать не хочет.

- И все-таки я не понимаю… - Ольга потерла виски.

- Что?

- Почему ты до сих пор не женат? Как вообще такое возможно, чтобы никто не изловчился затянуть тебя в ЗАГС?

Ей показалось, что даже протрезвела, пока формулировала вопрос. Все вроде бы было ясно - работа, график, пустые красотки, годные лишь для использования по назначению и не отвлекающие от дел - но чего-то не хватало. Какой-то детали. Подробности.

Игорь не отвечал. Ел свой ужин, пару раз забирал у нее ром и пил из горлышка. Только когда тарелка оказалась пуста, а Ольга так и не изменила своей выжидающей позы, снова заговорил.

- Если бы не проблемы с племянником, вероятно, я был бы женат. На тот момент заявление в ЗАГСе уже лежало, но потом… - хмыкнул. - Я уже говорил. Денег не осталось. Невесты тоже. А через пару месяцев я узнал, что она еще и аборт сделала. Как мне было сказано: "Не хотела проблем". К сожалению, о гранте я рассказать не успел. Мы разминулись в двух днях.

Чтобы не ляпнуть ничего лишнего, а весь запас нецензурной лексики так и порывался слететь с языка, Ольга прижала ладонь к губам. В голове не укладывалось. Да, история была банальна до безобразия. Сотни женщин ежедневно делали то же самое по таким же прозаическим причинам. Но избавиться от ребенка этого мужчины… Она не хотела понимать. Она не хотела даже думать.

Лучше бы Игорь не говорил. Молчал, поддерживая свою загадочность. Возможно тогда не было бы так больно, и руки не ныли от дикого желания обнять его… Сказать какую-нибудь чушь про бабский идиотизм, непроходимую тупость. И не отпускать. Приклеиться и держать… Пока внутри не утихнет злость, и он не простит за то, что посмела жалеть.

- Все! Кто-то обещал напиться до беспамятства, - Варшавский сам не позволил ей наматывать сопли на кулак. Глянув на остатки рома в бутылке, он достал еще одну и два бокала. - Бери тарелку и пошли на диван. Отключаться лежа гораздо удобнее.

Нехотя, как не на своих ногах, Ольга встала. Дошла до огромного углового дивана.

- Ты простил ее? - один вопрос все же вырвался.

Игорь опустился рядом и сразу же протянул наполненный бокал.

- Мне нечего было прощать. Каждый сам сделал свой выбор. Мой просто оказался дороже, чем я предполагал.

Ольга открыла рот, чтобы узнать, не виделись ли они с тех пор, но мозги включились вовремя. Вместо вопроса она сделала щедрый глоток и заработала вилкой.

Собственные проблемы вдруг показались не такими уж важными. Боль отпустила, и только сильное желание обниматься никуда не ушло. На ее счастье, Игорь не сопротивлялся. Гладил по спине, даже не пытаясь стянуть полотенце. Позволял целовать себя в шею и при каждой возможности подносил ко рту вилку с едой.