Глава 17

Краля

Больше всех моему переезду радовались дети. Шустро слопали мороженое, которое я грозилась съесть единолично и стали радостно носиться по дому раскладывая вещи. В целом, я была не против их помощи, ибо морально и физически устала настолько, что безвольной тряпочкой упала на диван.

Дом у полковника довольно большой. У деток свои просторные комнаты, а полковник ютится в микроскопической спаленке, куда у него поместилась только одна, зато большая, кровать. Разумеется, места под мой шкаф в ней не нашлось и пришлось немного потеснить Лизу.

Девочка была совсем не против.

- Пацаны, мы теперь постоянно будем пироги с мясом трескать, - в предвкушении потирая руки, заявила она, - А папка не промах. Быстро тебя в оборот взял.

- Он еще поплатится за свое коварство, - пообещала я, распихивая свое нижнее белье по ящикам.

- Останется без ужина? - хитро прищурилась она.

- Хуже. Без сладкого.

Со злостью захлопнула шкаф.

- Айда со мной ужин готовить! – крикнула мальчикам Лиза.

- А Ира? – вылупился Пашка.

- А Ира устала и хочет отдохнуть. Давай, картошка на тебе.

Пашка поплелся на кухню и, понурив голову, протянул:

- Как обычно…

Несколько мгновений смотрела детям вслед, а после пошла в ванну, смывать пережитый стресс под теплыми струями воды.

Все же повезло Фёдору с Лизкой. Умница растет. Не дочь, а ехидное сокровище.

Ополоснувшись под душем и переодевшись в пижаму, прилегла на кровать и сама не заметила, как крепко уснула. Только ночью почувствовала, как меня чуть повернули чьи-то загребущие руки и притиснули к большому сильному телу.

«Федя приехал» - мысленно вздохнула я и снова провалилась в счастливый сон.

Утро началось очень даже приятно – с чашечки ароматного кофе прямо в постель.

- Подмазываешься, - пробормотала я, с трудом разлепляя тяжелые веки.

- Есть такое дело, - улыбается уже полностью одетый и противно бодрый полковник, - Мне пора ехать на объект, но я не мог не поговорить с тобой.

- Угу, - буркнула я, - Сейчас запульну эту чашку в твою наглую морду и на этом наш разговор закончится.

Вру, конечно. Кофе было жалко. Поэтому я, поудобнее сев в постели, стала растягивать свое утреннее удовольствие.

- Не буду ходить вокруг да около. Вот, держи.

С этими словами на прикроватную тумбочку легла банковская карта. Зарплатная карта.

Это чего за фигня такая?

- Зачем? – вылупилась на мужчину я.

- Мы теперь живем вместе и бюджет у нас будет общий. Расходы на продукты…хозяйственные нужды, на детей. Поэтому я считаю правильным, если моя карта будет у тебя.

- А жениться ты не считаешь правильным? – не удержалась от подколки я, на что полковник ответил совершенно серьезным тоном:

- Собираюсь, но не сейчас, а как немного на работе поспокойнее станет.

Сказать, что у меня отвисла челюсть – ничего не сказать.

- А как же ты...? – пролепетала я.

- А мне много не надо, - отмахнулся он, - Бензин мне контора оплачивает, курить и пить я бросил, ем дома, одежду нормальную без тебя все равно выбрать не смогу.

Сказал и свалил на работу, оставив меня в полнейшей растерянности сжимать в руке карту и записку с пин-кодом.

Ничего не понимаю.

Это было такое неординарное предложение руки и сердца по-полковничьи?

Сижу так какое-то время и понимаю - что-то забыла.

Несколько мгновений усиленно дедукции уходит на то, чтобы осознать – я, черт возьми, забыла про работу.

Где мой телефон?

Где будильник?

Во вчерашнем хаосе из вещей я прошляпила его местоположение и, разумеется, не слышала звонка.

Бросила взгляд на настенные круглые часы и ахнула – была уже половина девятого.

Вскочила с постели и кинулась в поиске вещей.

- Ир, ты чего ищешь? – в коридоре столкнулась с зевающей Лизой.

- Вещи свои. На работу проспала, а папа твой, чтоб ему икалось, не разбудил вовремя.

- Я вчера все, что не поместилось, сюда сложила, - девочка кивнула на большой комод.

- Спасибо, - искренне поблагодарила я и стала рыться в ящиках, в надежде найти что-то не сильно мятое.

- Тебе бутерброд сделать? - Лизка ползет в сторону кухни и гремит холодильником.

Да, ты ж моя лапочка. Обожаю ее.

- Угу, - бурчу и несусь в ванную, чтобы в три приема превратить отёчное зомби в вполне себе симпатичную женщину.

Тональный крем – наше все!

Нацепила легкий сарафан лимонного цвета и, жуя на ходу Лизкин бутерброд, вылетела из дома.

У ворот меня ждал сюрприз – Федор вчера пригнал моего Нафаню, а ключи заботливо пристроил рядом с телефоном – в сумочку.

Вот как на него можно злиться?

Но надо. Из принципа пока не прощу ему эту наглую выходку с «переездом» Над ним бы так подшутить. Посмотрим, как бы он обрадовался.

В бухгалтерию влетела, источая волны позитива и кипучей энергии. Забросила сумку в шкаф и уселась в кресло с чувством, какого-то душевного подъема.

Вспомнился наш утренний разговор с полковником и сердце сладко подпрыгнуло в груди. Пусть он и был скуп на эмоции, но посыл был и так понятен. Любит и хочет жениться. Четко обозначил свои намерения.

Разве не об этом я мечтала?

Мечтала, но как-то иначе представляла начало нашей совместной жизни. И сейчас, размышляя о бескомпромиссном и решительном характере своего мужчины терялась в сомнениях.

Умом понимаю, что наша совместная жизнь потребует от меня большой мудрости в принятии решений. Именно мне выпадет роль дипломата в нашей семье. Тем более что в ней есть еще и дети, с которыми, кстати, оказалось гораздо проще с их ревнивым папой.

Страшно ли мне?

До дрожи в коленках.

Но это какай-то приятный, будоражащий страх.

Мне очень легко представить наши совместные завтраки, торопливые, шумные, немного бестолковые, но неизменно исполненные заботой друг о друге, ужины – тихие вечера в саду у костра, наполненные трепетом и нежностью друг к другу, когда мы на короткое время предоставлены друг другу и от этого эти мгновения еще слаще, еще желаннее.

- Ирина Викторовна, - из мечтаний меня выталкивает надоедливый голос бухгалтера Зои.

- Да, - молниеносно стираю с губ улыбку влюбленной дурочки, надевая привычный образ профессионала.

- Вы в курсе, что утром, пока вас не было, заезжал господин Шерстяков и забрал документы по залогу.

Сначала я не поняла, про какие она документы говорит, а когда дошло, то ноги сами меня понесли к папке, что была у меня подготовлена для Женьки. Дело в том, что бывший муженек на пару с его начальником на днях притащили допник на дополнительный залог по кредиту. Женька картинно его подмахнула, чтобы они отвязались, а я его аккуратно умыкнула.

Эти документы не должны были попасть в банк, ни под каким соусом.

- Кто?! – поняв, что какая-то сволочь лазила на моем столе, взревела я, - Кто у меня копался?

- Это Лерочка, - тут же сдала коллегу Зойка.

Наверное, мой рев «Лера!» был слышен даже на улице.

Молодая девочка-бухгалтер, которую взяла к себе в отдел, чтобы разбавить немного пенсионный цветник, вбежала в кабинет в образе перепуганного олененка.

- Ты зачем отдала документы? - стараясь упокоиться, понизила голос я.

- Я…я не знала…он сказал, что нужно передать в банк, а я смотрю все подписано…так положено…, - проблеяла эта овца.

Зарычав, как раненое животное, я упала обратно в кресло и на мгновение прикрыла глаза. На кой черт я, вообще, взяла эту профурсетку. Пенсионерки, конечно, работают словно черепахи, но зато таких подстав не устраивают. У них муха, как зря не сядет на драгоценные бухгалтерские талмуды.

- Ирина Викторовна, я не хотела, - по-сиротски состроила глазки Лера.

- Иди работай! - указала овечке на дверь, а сама повернулась к Зое, - Ну, то, что она дура понятно, а вы-то, куда глядели? Выжить девку захотели?

Зойка та еще великая комбинаторша. С нее станется.

И что мне теперь с этим всем делать?

Тяжело вздохнув, достала из сумочки телефон и набрала Шерстякову.

Интересно – обрадуется он мне, или нет?

- Дорогая! Ты по мне соскучилась? – раздался ненавистный голос бывшего в трубке.

- Не слышала тебя и еще век бы не слышала, - пропела я ему в тон, - Ты, говорят, у нас с утра был?

- Да, дела кое-какие с вашим Петерманом обсуждал.

- А меня не дождался? – типа надула губы я.

- Дела, милая, но если ты еще хочешь пригласить меня на чашечку чая, то я не совсем уехал.

Чая ему козлу захотелось? Я бы тебе этот чай засунула…

- Конечно, хочу, - елейно пропела я и добавила, чтобы все выглядело правдоподобно, - Не обольщайся сильно. У меня к тебе дело.

- Здесь на выезде, армянское кафе. Жду тебя, милая.

Переведя дух, отключилась и стала собираться на рандеву.

- Все, Зой. Я уехала, исправлять ваши косяки. Ты за старшую, и если кто еще что-то возьмет из моего кабинета – все пойдете вместо Степаныча навоз коровий подбирать.

Бухгалтерши с тяпкой гонять по коровникам не хотели и стали разводить бурную деятельность, клятвенно пообещав больше не косячить. Надолго ли?

В кафе я приехала, находясь в очень нервозном состоянии и без конкретного плана. Каким образом забрать обратно у Шерстякова документы?

Мужчина уже ждал меня за дальним столиком, который очень удачно скрыт от любопытных глаз. Народу в кафе, правда, была немного – утро.

Увидев меня, мужчина обаятельно улыбнулся и, пройдясь, взглядом по моей фигуре, произнес:

- Ты не перестаешь меня удивлять. Как тебе удается с каждым днем все хорошеть и хорошеть?

- Скажешь тоже, - отмахнулась я от комплимента и уселась напротив бывшего.

Глаза тут же приметили черный кожаный портфель, с которым он обычно не расставался. Какова вероятность того, что допники именно там?

Поначалу мы обменялись любезностями и сделали заказ.

- Так, о чем ты хотела поговорить? – наконец, решил перейти к самому главному Шерстяков.

- Понимаешь…, - я закусила губу, лихорадочно придумывая, чтобы соврать, - Вся эта сельскохозяйственная возня не для меня.

- Правда? – удивился бывший, - Мне, казалось, что тебе нравится.

- Нравилось, пока зарплату не получила, - продолжала нести чушь я, - Жадный этот Петерман до чертиков. В банке мне лучше работалось, спокойнее и доход выше.

- Понятно. И что теперь?

- Может, возьмешь меня к себе в отдел, - со страху почти мурлыкнула я и кокетливо посмотрела на Шерстякова.

Видимо, сильно я польстила мужскому самолюбию это гада, раз он, протянув свою клешню в мою сторону и крепко сжав ледяные от волнения пальцы, низко произнес:

- Не вопрос. Я все устрою, детка.

Настолько приторно прозвучали его слова, насколько страшно раздалось за моей спиной:

- Ни хрена ты не устроишь! Убрал руки от моей женщины!

Божечки!!!

Только его тут не хватало…

Медленно оборачиваюсь и вижу очень-очень злого Федю, который побагровев от ярости, прожигает взглядом наши сцепленные с Шерстяковым ладони.

- Федь, это совсем не то, что ты подумал, - тихо и глупо пищу я, а сама ручку шкодливо тяну обратно.

Полковник бросает на меня кроткий взгляд, который обещает скорую расправу в виде очередной головомойки и снова обращает внимание на Шерстякова.

Последний и вовсе нагло откидывается на спинку своего стула и заявляет:

- И что ты мне сделаешь, колхозник? Ты думаешь Краля твоя? Кто ты ей вообще есть?

- Я ее мужчина, - рычит Федор.

- А я ее муж!

Если бы рядом взорвалась атомная бомба - никто даже этого не заметил.

- Бывший! – срываюсь почти на визг я, - Бывший муж!

Тут полковник вопреки моему стереотипному мнению о нем предвкушающее так улыбается и говорит:

- Вот значит как. Бывший козел. Ну, пошли, поговорим в сторонке.

Шерстяков идти особо никуда не собирался.

Да кто ж его спрашивать будет?

Фёдор, подхватив его за шкирку, буквально поволок за собой, сминая брендовую рубашку. Шерстяковское чувство прекрасного такого стерпеть, конечно, не могло и попыталось отбрыкнуться от сурового полковника. Да не тут-то было!

Мой колхозник с размаху, так и не дойдя до двери, впечатал кулак в челюсть бывшего мужа.

- Давно хотел это сделать, да повода не было…

Грязно матерясь Шерстяков кинулся на полковника, и они сцепились в зрелищной драке.

А я?

А я молодец, пользуясь тем, что все заняты разниманием драчунов, нырнула под стол и, схватив портфель со стула, запустила туда свой шпионский нос.

Документы нашлись почти сразу - прямо сверху лежали.

Подцепила сразу все три экземпляра и аккуратненько поставила Шерстяковское добро обратно.

Блин, а куда же мне документы-то спрятать?

Сумку я свою в машине оставила.

Недолго думая, кое-как, пыхтя под столом от усердия, встала на колени. Спасибо скатерть длинная. Кто со стороны увидел бы – обхохотался!

Молниеносно задрала юбку и запихнула бумагу за пояс. Юбка у платья довольно пышная – все скроет.

В это время звуки борьбы в зале стихли. Рядом звякнул стул – Шерстяков, дыша как загнанный морж, подхватил свой портфель и вылетел из кафе.

Так, пора выползать…

Осторожно полезла назад, чтобы потом незаметно спрятаться за большой пальмой и наткнулась на какое-то препятствие.

- Ты что там делала?

Меня подхватили подмышки, поставили на ноги.

- Миссию выполняла, - широко улыбаясь, сообщила офигевшему полковнику я и от радости кинулась на него с поцелуями.