Глава 11
У нее получилось! Нарцисса смотрела на крохотную птичку, скачущую по краю стола, и чувствовала, как от радости трепещет сердце в груди. В этот раз это была малиновка: серенькая, с ярко-розовой грудкой и черными глазами бусинками.
Пальцы едва-едва коснулись спинки и легонько погладили кроху. Один в один, как настоящие перышки. Ведьма громко шмыгнула. В носу навязчиво покалывало, в горле встал ком, как будто у ее начиналась ангина.
Нарцисса положила руку на стол, и малиновка тотчас запрыгнула на раскрытую ладонь. Острые коготки птичьих лапок щекотали кожу. Очертания птички и письменных принадлежностей размылись, и две крупные капли упали на раскрытую тетрадь, испещренную неровными записями. Ведьма подумала, что никогда не чувствовала себя такой растерянной и… такой счастливой.
Она была настолько поглощена мыслями, что даже не услышала шагов за своей спиной. И только когда на стол рядом с левой рукой, шурша оберточной бумагой, лег букет заозерских роз, Нарцисса вздрогнула, инстинктивно накрыла второй ладонью малиновку и подняла глаза на вошедшего.
- А-а, это ты, - растерянно прошелестела ведьма, звучно хлюпнула носом и смущенно сжалась. Услышь ее покойная тетка, на какие звуки способен женский носик в присутствие посторонних, наверняка бы рухнула в обморок.
Натаниэль молчаливо присел на корточки рядом со столом и, заглянув женщине в лицо, осторожно стер большим пальцем влажную дорожку на левой щеке.
- Что тебя расстроило? - тихо проговорил он и наклонил голову набок, давая понять, что готов ее внимательно выслушать.
- Скорее обрадовало.
- До такой степени, что плачешь?
Крылья носа нервно дернулись, и бледные губы ведьмы тронула по-девичьи робкая улыбка. Нарцисса вынула из-под стола руки и убрала правую ладонь.
Малиновка осуждающе покосилась на ведьму и воззрилась на Дрейка черными глазками-бусинками, словно пытаясь понять, кто этот пугающий мужик и что делать. Она неуверенно потопталась на месте и прижалась пушистым брюшком и теплой ладони.
- Невероятно, - только и всего проговорил Натаниэль.
Птица не была похоже на тех полупрозрачных бабочек, что он видел в экипаже, пока Нарцисса спала. Рука сама потянулась к малиновке, но зависла буквально в нескольких миллиметрах от серой головки.
Кроха же по-своему восприняла этот жест. Она испуганно сжалась, следя за каждым движением, попыталась клюнуть чужой палец и пронзительно закричала, когда это не удалось сделать. Дрейк поспешил убрать руку. В настороженном взгляде черных бусинок, мелькнуло знакомое выражение.
- Знаешь, а ведь она очень похоже на тебя, - Натаниэль озадаченно почесал подбородок и усмехнулся.
- Чем же? - удивилась Нарцисса.
- Смотрит также насуплено, словно проклинает.
Лицо ведьмы изумленно вытянулось. Малиновка бросила быстрый взгляд на свою создательницу и так же изумленно воззрилась на Дрейка. Сходство было настолько очевидным, что Натаниэль не выдержал и весело рассмеялся.
- Магия никогда не будет изучена до конца, - улыбаясь проговорил он. - Ее проявления никогда не перестают удивлять. Особенно психомагия. Но вот это, - он ткнул в малиновку, и та снова воинственно нахохлилась, - это действительно чудо!
- Ты сказал “психомагия”? - непонимающе повторила Нарцисса. - Никогда прежде не слышала о такой. А что это?
- Расскажу, но попозже. А сейчас ответить мне на один вопрос, - выражение лица Дрейка изменилось, и Нарцисса почувствовала, как в животе неприятно холодеет от страха. - Кто такой Карл фон Майер и как ты была с ним связана?
***
Нарцисса удивленно вскинула брови. Улыбчивое выражение застыло напряженной маской, и Натаниэль заметил, как от щек ведьмы отхлынула кровь.
- Мы с ним трахались. Кажется, это так называется.
Она небрежно передернула плечами, будто говорила о каком-то сущем пустяке. Взгляд изменился - стал цепким, сверлящим, словно ведьма пыталась предугадать, как поведет себя Дрейк. Малиновка беспокойно засуетилась на ладони, и Нарцисса осторожно пересадила ее себе на плечо. Птаха ухватилась лапками за ворот и прижалась к шее создательницы, ища защиты.
Ответ совершенно не понравился Натаниэлю. Даже не сами слова, сколько то, как он был преподнесен. В словах ясно слышался металлический лязг упавшего рыцарского забрала. Почувствовав угрозу, ведьма посчитала, что лучшая защита - это нападение.
- Нарцисса я не собираюсь тебя в чем-то обвинять, - начал он, но Нарцисса его тут же холодно перебила:
- Ты задал вопрос, я на него ответила. Что-то не так?
“Да все не так!” - захотелось заорать Дрейку, но вместо этого он поднялся на ноги и подошел к окну. Вдалеке мерцали огоньки города, скованного сонливым сумраком. Слышалось легкое шорканье. Наверняка старик Сандор решил проверить перед сном своих “красавиц” - так садовник называл кусты заозерских роз, к которым он относился едва ли не с большим трепетом, чем жених к любимой невесте.
От приторности драконьей магнолии начинало давить в висках. Натаниэль отрешенно заметил, что раньше он не был столь восприимчив, а сейчас… Сейчас что-то менялось. Не только и не столько вокруг него, сколько внутри.
Он прислушался к себе. Дракон не рвался наружу как прежде, но Дрейк был готов был поставить собственную голову против ночного горшка, что Зверь не дремлет. Он просто ждал. Спокойно и вдумчиво, не торопя события и созерцая происходящее вокруг. И это было настолько странное, незнакомое чувство, что Дрейк на долю секунды выпал из реальности.
Очертания ночного сада и городских домиков размылись. Из тьмы пещеры, словно из глубины веков на него смотрели янтарные глаза Дракона. Черной, будто лакированная, чешуя переливалась серебристо-синими отблесками. Тяжелая цепь сковывала зверя, не давая ему возможности оторвать от пола огромную голову. Его ноздри шевелились в такт тяжелому дыханию, с шумом выпуская клубы сизого дыма.
Ящер не вырывался, будто понимая бесполезность попыток. Лишь смотрел на пришлого человека с такой осознанностью, с таким немым упреком, что Натаниэлю стало не по себе.
Дрейк зажмурился и тряхнул головой. А когда открыл глаза, видение растворилось в аромате магнолии и медовых отблесках светового артефакта. Чертова магнолия! От ее запаха делалось до отвращения сладко во рту, будто он наелся проклятых цветов.
Натаниэль отвернулся от окна и посмотрел на ведьму. Нарцисса по-прежнему сидела столом и настороженно следила за каждым его движением. Ссутулившаяся, как будто стала меньше ростом. На бледном лице ни кровинки, зато серые глаза полыхали воинственной решимостью, будто она была готова кинуться на него с кулаками, если потребуется.
- Это он, верно? - Дрейка внезапно осенила догадка. Наклонив голову набок, он прищурился и медленно двинулся к ней. - Это же ведь из-за него твоя жизнь превратилась в сущий кошмар, ведь так?
Ее губы презрительно дрогнули, а в глазах проплыла тень острой боли - его слова ударили точно в цель.
- Когда тебе восемнадцать, и за твоими подругами, кажется, что также будет и с тобой, - глухо произнесла она, неосознанно и нервно ковыряя под ногтями. Взгляд поблек, будто Нарцисса была мыслями где-то очень далеко, но не здесь. - Все говорят о любви, светятся от счастья, когда тот или иной ухажёр присылает букет цветов или какой-нибудь пустячок в качестве подарка. Ты смотришь на это и думаешь, что так бывает со всеми. И что счастье вот-вот выйдет из-за угла. Нужно только еще чуть-чуть постараться. Лучше учиться, приличнее себя вести... Когда тебе двадцать, и все знакомые вышли замуж, начинаешь ловить на себе косые взгляды и глуповатые шутки. Когда тебе двадцать два, шутки становятся злее и обиднее, а косые взгляды превращаются в невыносимое давление… История стара, как мир, и такая же до безобразия обыденная. Я хотела, чтобы у меня было как у всех. Муж, дети. Семья, одним словом. Когда я встретила Карла, то была безумна счастлива. Не могу сказать, что любила его. Скорее я была влюблена в собственную мечту. А дальше все согласно жанру. Карл говорил, что не может жениться, потому что у него не хватает средств. Потом, что в наше время - брак это не главное. Главное, то, что мы любим друг друга. Этих “потому что” было очень много, а я верила, что для любви не существует преград, - ведьма покачала головой и горестно поджала губы. - Он исчез из моей жизни также стремительно, как и появился. Прихватив при этом средства, которые я откладывала на будущее. Я вернулась домой и принялась отстраивать жизнь заново. Не знаю, что мной тогда руководило больше - то ли девичья наивность, то ли мечта о маленьком уютном счастье. Через полгода я встретила другого. Он оказался другом Карла. Когда фон Майер узнал об этом, он обнародовал нашу личную переписку. Сам понимаешь, девица, сожительствующая с другим мужчиной… Потом в моей жизни появился третий. За ним еще один… Но мечта так и осталась мечтой. Каждый раз, как в моей жизни появлялся новый мужчина, тут же всплывало имя Карла фон Майера.
Она провела пальцем по лепесткам розы и, грустно усмехнувшись своим мыслям, проговорила:
- Красивые. Леди Блекхарт понравятся, - Нарцисса поднялась из-за стола и направилась к выходу. Но, остановившись возле самых дверей, вдруг обернулась и потрясла указательным пальцем. - Думаю, ты не это хотел услышать, но… Я не слышала о Карле уже много лет. Так что извини, мне нечем тебе помочь.
***
Когда в кабинет постучали, и высокий вихрастый полисмен сообщил, что прибыл господин начальник тайной полиции, Натаниэль, не отрывая взгляда от папки, негромко отозвался:
- Проси.
Вигельм ауф Кройц старался выглядеть уверенным, как человек, которому сама королева не указ. Он нарочито медленно расположился в предложенном кресле, стараясь не выдавать робость, овладевшую им под тяжелым внимательным взглядом лорда Валлори.
- До меня дошли слухи, что вы, ваша светлость, суете нос не в свои дела.
Острый дразнящий шлейф страха, пробирающий начальника тайной полиции, заставил Дракона заурчать от удовольствия. От него не ускользнуло и то, как ауф Кройц едва заметно вздрогнул и напрягся, когда скрипнула дверь, - вошел все тот же вихрастый полисмен с подносом, на котором стояли две фарфоровые чашки и кофейник.
- Отчего же не мои? - Дрейк отхлебнул кофе, и чашка с тихим звоном опустилась на блюдце. - Во-первых, взрыв произошел на моей земле. Во-вторых, обвиняемый, в чьей вине я сомневаюсь, является жителем Эрвендейла. В-третьих, виконт Дрейвен пропал. И, в-четвертых, мне очень интересно узнать, как “громобой” попал в Эрвендейл в обход службы военной безопасности. Я назвал достаточно причин?
- Вы забыли указать еще одну причину.
Натаниэль удивленно вскинул брови и доброжелательно улыбнулся.
- Карл фон Майер. Революционер. Кажется, ваша подопечная его отлично знает?
- Я рассчитывал, что вы куда более дальновидный, господин ауф Кройц, - Дрейк демонстративно подавил зевок и откинулся на спинку кресла. - Нарцисса не имеет понятия о том, где сейчас находится фон Майер. Я навел кое-какие справки, - он подцепил пальцем папку, выудил оттуда желтоватый лист с синими печатями и протянул начальнику тайной полиции. - Читайте.
Вигельма растерял остатки уверенности. Рука потянулась к воротнику и нервным жестом чуть ослабила шейный платок.
Натаниэль почувствовал острое злорадство, глядя как спесь слетает со сморщенного, как урюк из компота, лица. Приезд следственной группы был ничем иным, как отвлекающим маневром. Но он и подумать не мог, что они окажутся столь неподготовленными.
- Как видите, - равнодушно проговорил Дрейк, - господин фон Майер скоропостижно скончался примерно за три дня до взрыва. Его тело нашли в реке Арлис, что протекает неподалеку от столицы. По всем признакам, его сначала задушили, а тело сбросили, не удосужившись даже как следует спрятать. А о Эдварде Линсе известно только то, что ваш горе-революционер сбежал на восток, в Капту. Еще три года назад. У меня складывается впечатление, что тайная полиция вместо того, чтобы работать, лишь щеголяет своими званиями. Чтобы раздобыть информацию, мне потребовалось меньше суток, Вигельм. Интересно знать, чем вы занимались неделю в мое отсутствие?
Слова прозвучали, как удар хлыста. Ауф Кройц побагровел от злости, но взял себя в руки.
- Мне нужны ответы, Вигельм, - вкрадчиво проговорил Натаниэль. - Кто заказал взрыв? Кто исполнитель? Как “громобой” попал в Эрвендейл? И что на самом деле вы здесь делаете?
Начальник тайной полиции задумчиво почесал подбородок.
- Что вы знаете о “Гласе Народа”?
- Кучка фанатиков, стремящаяся уравнять всех в правах. Кроме того, требующих узаконить права ведьморожденных наравне с обычными людьми.
Допив остатки кофе одним глотком, Вигельм подался вперед.
- Есть некоторые данные, что главари “Гласа” намереваются подорвать авторитет Ее Величества королевы Виттории. Раньше они действовали тихо: листовки, подпольные собрания. Пара забастовок, которые очень быстро закончились. Но в последние полгода нам стали поступать сведения о взрывах, готовящихся в столице. Три из них нам удалось ликвидировать еще до того, как они произошли…
- И поэтому вы решили, что взрыв в Эрвендейле с ними связан, - закончил за него Натаниэль. От тревоги стало мерзко до горечи во рту, будто он наелся полыни. - Кому-то выгодно развязать войну между Драконьим Чертогом и Велирией.
Начальник тайной полиции шумно выдохнул и согласно качнул головой.
- Именно, ваша светлость. Мы прибыли сразу, как только стало известно, что во взорвавшемся экипаже находился “громобой”. Из той же партии, что был обнаружен на складах, которые революционеры использовали для своих нужд. Мы думаем, что виконт Дрейвен мог быть причастен ко взрыву. И явно не из-за личных мотивов.
***
Когда Марси сообщила, что лорд Валлори уехал еще до завтрака, Нарцисса испытала невероятное облегчение. Ей не хотелось случайно пересечься с Натаниэлем ни в коридоре, ни, тем более, за одним обеденным столом. Ведьма ловила себя на мысли, что даже его молчаливого присутствия хватило бы для того, чтобы кусок не полез в горло.
- Вы слышали последние новости? - щебетала горничная, заплетая длинные каштановые волосы в тяжелые косы. - Будто взрыв устроил покойник с того света!
- Да будет тебе, Марси, - Нарцисса с равнодушием разглядывала собственное отражение в зеркале. Взгляд поблек и потяжелел, под глазами залегли темные круги усталости. Глубокая печаль оттянула уголки губ книзу. Темное-синие платье придавало лицу некую трагичность - один-в-один, как вдова, скорбящая по своему давно почившему мужу. - Уж не веришь ли ты в сказки про воскресших мертвецов?
Пухлые пальчики на мгновение замерли, как будто Марси задумалась о возможности возвращения с того света. Нахмурилась и продолжила заплетать волосы дальше.
- Я-то нет, а вот другие… - она наклонилась почти к самому уху Нарциссы и заговорщицки прошептала. - Другие говорят, что будто объявился в Эрвендейле объявился колдун, который поднял недавно умершего революционера, чтобы вершить свои черные дела. Мол, все сходится на этом революционере, да только как мертвеца судить-то? Он же ну того… уже все.
Сделалось тревожно. Одно дело изредка видеть мертвых во сне, и совершенно другое - слушать, как какой-то психопат кощунствует над покойным.
- Глупости, Марси. Кому в голову придет поднимать мертвого? За это можно и в особый отдел угодить.
- Так-то оно так. Но не в Драконьем Чертоге. Всем же известно, что ведьморожденные могут найти себе приют здесь.
- А зачем тогда взрыв устраивать? - удивилась Нарцисса.
- А Боги их знают, этих малахольных, - пожала плечами горничная. - Знамо только одно - неместный тот колдун. Свои никогда бы ни стали подобного учинять во владениях Черного Дракона. И умертвий тоже был неместный.
Отойдя на пару шагов, она полюбовалась своей работой и улыбнулась отражению ведьмы.
- Зря приехали сюда эти господа в красных мундирах. Все одно здесь они никого не найдут. Даже если и найдут, то только по частям. У здешних краев свои законы.
Фраза прозвучала зловеще. Но Марси, казалось, совершенно не обратила внимания на то, как невольно поежилась Нарцисса. Горничная ловко убрала принадлежности в шкатулку и встала рядом с туалетным столиком, ожидая дальнейших указаний.
- Мне нужно в город, - проговорила Нарцисса. - Так что к обеду меня не ждите.
Помнится, тетушка всегда говорила ей, что появляться барышне без сопровождения в обществе - неприлично. Но верх неприличия - появляться одной в утренние часы. Благовоспитанные девицы встают не раньше, чем подадут обед. А ранний подъем - для служанок.
Впрочем, когда Нарциссе приходилось работать самой, у нее не было ни времени, ни возможности соблюдать подобные правила. Будешь тут думать, когда голова забить на что купить еду и чем расплатиться с хозяйкой квартиры. Теперь же можно было не задумываться ни о пропитании, ни о жилье, а вот привычка рано вставать и решать с утра все самые неприятные вопросы - осталась.
Экипаж с фамильным гербом Валлори пронесся мимо зеленеющего парка Святого Эдмунда, на центральную мостовую и горделиво направился в сторону Торговой площади. Нарцисса с любопытством разглядывала фасады городских зданий. Кроме той злополучной прогулки, ей не предоставлялось возможности выбраться из замка, и теперь она с жадностью ребенка отрывала для себя новый мир.
Несмотря на некоторую схожесть со столицей, здесь все было по-другому. Возможно, потому что в Драконьем Чертоге люди чувствовали себя свободнее, чем там. Никто не тыкает в другого из-за магических способностей, не пытается оскорбить и не отворачивается, пытаясь скрыть испуг и отвращение.
Нарциссе вспомнились рассказы Стивена о Драконьем Источнике, наделяющем эти места Изначальной магией. Удивительно, что Натаниэль решил бросить все и уехать в столицу. Но еще больше ведьму удивляю то, что он мог избежать ссылки на Черные Болота после обвинений в убийстве жены. Но вместо этого решил сдаться на милость королевского суда, едва не отправившего его на виселицу. Впрочем, Нарцисса сомневалась, что потомка Черного Дракона смогли бы казнить таким простым способом. Сослать и ожидать, что виновник сам скончается от драконьей лихорадки казалось более реальным. Однако Дрейк выжил, но все равно не торопился возвращаться в родные края. Эта загадка не давала Нарциссе покоя.
“Сколько же здесь тайн”, - подумала она, и в этот момент экипаж остановился. Дверца распахнулась, и Маркус, кучер Дрейка, громко оповестил:
- Прибыли, ваша светлость.
***
Магазин печати и письменных принадлежностей “Висконти и Кроу” встретил приятным полумраком и тихой музыкой, будто под прилавком сидел маленький скрипач, чьей главной задачей было услаждать слух, как хозяина магазина, так и заглянувших покупателей. Для Нарциссы это оказалось в диковинку. В столичных магазинах, как правило, царили или тишина, или клацанье деревянных счет и звон монет, со звоном опускающихся на керамическую тарелочку.
Ведьма с интересом окинула взглядом прилавок и несколько лакированных стеллажей из рыжего дерева.
- Доброго утра, сьерра, - из-за прилавка поднялся высокий и тощий молодой человек, с курчавыми волосами и аккуратными тоненькими усиками. Черные глаза на смуглом лице блестели дружелюбным лукавым огоньком. - Могу ли я предложить вам свои услуги?
Он говорил с легким южным акцентом, чуть сдерживая размашистую жестикуляцию. “Лоританец”, - зачарованно разглядывая юношу, подумала Нарцисса. - “Нет, не лоританец. Эспиец”. Запах бумаги и свежей печати щекотал ноздри, и она с сожалением вспомнила, что буквально два дня назад закончила читать “Орла и змеицу”. Душа требовала очередной порции книжной романтики, но, как обычно бывает с книгами, ведьма не могла выразить, что именно ей бы хотелось.
- Мне бы что-нибудь наподобие “Орла и змеицы”, - робко произнесла она, словно стыдясь, что ей нравятся подобные книги.
Лавочник поднял вверх указательный палец, и его очаровательная улыбка стала еще шире.
- О! У нас есть много книг. Наример, “Эдвин и Ядвига” Вила Ширли. Прекрасная пьеса о трагической любви между юношей и девушкой из враждующих семей. Великолепный язык, а какой накал страстей! Могу посоветовать его же “Ахмена”, про яманца, который до безумия любил свою жену и в порыве ревности ее задушил…
- А есть что-то про счастливую любовь? - торопливо произнесла Нарцисса, с ужасом понимая, что после чтения подобного проведет неделю, давясь от слез и бессильной злости на автора, допустившего подобное. - Без трагедии.
- Вам из классики или современное?
- Неважно. Лишь бы после этого хотелось жить и верить, что любовь существует.
Юноша кивнул и скрылся темно-зеленой шторкой. Послышался шуршание и скрип передвигаемой лестницы. Спустя несколько минут, лоританец (или эспиец?) появился с двумя книгами.
- В таком случае смею предложить вам поэму Эльвиго-Старшего “Воин в драконьей шкуре”. Древнее сказание о юноше, который совершал подвиги ради своей любви к лоританской царевне Эсминье, - на прилавок легла тонкая с золотым тиснением книжица. Рядом с ней лавочник положил более увесистый роман в зеленой обложке. - “Мечты на восходе” Элиз Тэмпест. Про любовь между вампиром из Золотого Клана и бедной галантерейщицей. Между прочим, одна из самых популярных сейчас книг.
- Возьму обе, - улыбнулась Нарцисса и достала из ридикюля вышитый кошелек.
Через четверть часа довольная покупками ведьма вышла из магазина и направилась в сторону парка Святого Эдмунда. Мимо, с размеренным цокотом о булыжные мостовые, проносились экипажи и повозки. То и дело слышались удары хлыста да громкие выкрики возниц, подгоняющих лошадей. Из стеклянных дверей универмага выпорхнула стайка девушек, больше похожих на разноцветных птичек, за которыми присматривала пожилая дама в черном строгом платье. Нарцисса отметила про себя, что дама уж очень похожа на ворону - не только цветом одежды, но и важностью походки и таким же спесивым выражением лица.
Ведьма перешла на другую сторону улицы, свернула в переулок с говорящим названием “Кофейный” и замерла. Прикрыв глаза, она с улыбкой втянула воздух, пропитанный ароматами кофе и свежевыпеченных булочек, и поднялась на веранду открытого кафе.
Официантка расторопно предложила меню, однако Нарцисса отказалась и попросила принести лимонный чай и вишневый штрудель. Согретая солнцем, она погрузилась в размышления. Ей вовсе не хотелось вспоминать о том, что было, и представлять будущее. В конце концов, все, что есть сейчас, это настоящее. Так почему бы им не насладиться сполна.
Нарцисса с замиранием сердца наблюдала за прохожими. Вон две барышни, прячущиеся от солнца под белыми ажурными зонтиками, медленно прогуливаются вдоль улицы. К ним спешит молодой усатый офицер в синем военном мундире, явно желая вернуть как бы случайно оброненный носовой платок. А вон небольшое семейство решило выбраться на прогулку: отец, по виду конторский служащий, приветливо улыбающаяся мать, и две девочки лет восьми и десяти.
Сердце замерло, стиснутое грустной надеждой. Может и у нее, Нарциссы, все когда-нибудь наладиться? Может и она сможет вот так идти под руку с любимым человеком и говорить о каких-то незначительных пустяках? Интересно, а какой бы женой она могла стать? А матерью? Наверняка бы души не чаяла в муже и детях.
Впрочем, надежда, такая далекая и такая мучительно-манящая, тут же угасла. Ну кто захочет жениться на ведьме? Да еще в ее возрасте. Да еще и с ее прошлым.
Нарцисса тяжело вздохнула и принялась ковырять вилкой штрудель, внезапно оказавшимся кислым до оскомины.
Впереди весенний сезон. Разумеется, Дрейк сделает все, чтобы пристроить свою подопечную. Но если не получится, то у нее будет право женщины свободной профессии.
От этого делалось совсем горько. Нарцисса поймала себя на том, что ей в общем-то не слишком и хочется становиться этой женщиной. Она мечтала о своей семье, а не о том, чтобы всю жизнь доказывать, что ни в чем не уступает мужчине. Хотя, определенно, с аттестатом ей будет спокойнее. Нет любви - нет разочарования. Нет разочарования - нет мучительной боли, похожей на смерть.
Мимо проехал экипаж, запряженный четверкой вороных. Он остановился поодаль от кафе, безотчетно приковав к себе внимание ведьмы. Из экипажа вышла высокая брюнетка, и что-то в этой даме заставило Нарциссу недовольно поежиться. В брюнетке она узнала Аннабель.
“Надо же”, - едко усмехнулась ведьма, наблюдая, как леди Блекхарт скрылась за тяжелой дверью кафе. - “Приставучая, как репей”.
Ее уже не радовало ни кафе, ни чай, ни тем более кислый штрудель. Одним глотком допив остатки чая, она подозвала официантку и расплатилась. Но прежде чем покинуть кафе, она вдруг увидела то, что болезненно сжало сердце в тисках и выбило воздух из легких одним ударом - вслед за леди Блекхарт за дверью скрылся Натаниэль.