Глава 9
Ранним утром, когда еще толком не успело развиднеться, в дверь постучали, и Марси со встревоженным видом сказала:
- Ваша светлость, прибыл Эжен Дюпре, барон де Виньи. Настаивает на личной встрече.
Пол качнулся под ногами, и Нарцисса почувствовала, как ледяные пальцы страха сдавливают горло. Она могла находиться под опекой врага барона, могла сбежать в Драконий Чертог, - да хоть на край света! - но де Виньи не собирался просто так отпускать предмет одержимости. Он не мог не знать, что его появление в доме опекуна в отсутствии Дрейка означает только одно - любовную связь, порочащую как ее, так и репутацию лорда. Узнай об этом в обществе, - и скандала не избежать. Впрочем, именно этого барон и добивается, методично загоняя ее в угол.
- Конечно, нет, - растерянно проговорила Нарцисса, лихорадочно соображая, как ей правильнее поступить. - Скажи, что меня нет дома. Сбежала. В ванне утопилась. Выпрыгнула в окно. Придумай что-нибудь.
Служанка испуганно вытаращилась и быстро залепетала:
- Боюсь, это невозможно. У него бумага, подписанная королевой Витторией.
Законы Велирии и ее величества не действуют на территории Драконьего Чертога. Тем не менее де Виньи приехал в Эрвендейл и теперь находился в замке Дрейка. Черт бы побрал Натаниэля! Где он пропадает, когда так нужен?
- Лорд Валлори вернулся?
- Его, к сожалению, нет.
- Хорошо, я выйду к нему, - Нарцисса взяла себя в руки и, сев перед трельяжем, принялась расчесываться. - Проводите барона де Виньи в гостиную и передайте, что я скоро спущусь. В конце концов, он поднял даму ранним утром, так что пусть ожидает, пока я соберусь. А вы с дворецким будьте начеку. Вы будете моим свидетелями моей честности перед опекуном и светом.
Одевалась Нарцисса долго. Внутри теплилась слабая надежда, что барону осточертеет ждать ее, и он покинет замок. Но спустившись в гостиную, она с разочарованием обнаружила, что де Виньи терпеливо ждал. Он стоял возле окна, заложив руки за спину, и разглядывал сад с выражением непреодолимой скуки на красивом лице. Однако за скучающим видом Нарцисса явно чувствовала угрозу. Так мирабалис медленно порхает вокруг своей жертвы, прежде чем вонзить в нее хоботок, наполненный ядом.
- Вам никогда не бывало обидно тратить невероятное количество сил и вдруг обнаружить, что все ваши старания обратились в прах? - не утруждая себя приветствиями, Эжен нехотя повернул голову в сторону Нарциссы и снова отвернулся к окну.
За закрытой дверью послышалась возня и неразборчивое ворчание - похоже, Стивен и Марси пытались вслушаться в то, что происходило в гостиной, готовые ворваться в любой момент, чтобы выгнать незванного гостя. От этой мысли Нарциссе стало немного легче. Она не одна, и в случае чего есть те, кто придут на помощь.
- Это бесполезно. Они все равно не услышат ни единого слова, - спокойно проговорил де Виньи. - “Вакуум” не даст. Я могу вас пытать, а ваша прислуга не услышит ни единого вздоха.
Нарцисса похолодела.
- Вы за этим приехали сюда? Чтобы пытать?
Эжен ухмыльнулся и отошел от окна. Серебристые глаза всматривались в напряженное лицо ведьмы, и ей вдруг почудилось, что комната начинает медленно куда-то уплывать.
Мягкая улыбка осветила красивое лицо, и Нарциссе вдруг стало интересно, что будет дальше. Страх ушел, уступая место новому незнакомому чувству, похожему на смесь щекочущего азарта и нетерпения.
- А вы, дорогая моя, тот еще игрок, - Эжен смотрел с нескрываемым интересом. - Должно быть, именно это и зацепило Дрейка. Помнится, он всегда был охотником до девиц с норовом. Интересно, лорд Валлори знает, что вы используете его в своих интересах?
- Вы приехали, чтобы оскорбить меня? - парировала Нарцисса. Сквозь азарт пробивалась тревога. Что-то было не так. Ей казалось, что еще немного, и она потеряет контроль над собой. - Уберите артефакт. Или вы настолько неуверены в своих силах, что решили держать девицу с норовом под его воздействием?
Де Виньи негромко рассмеялся, но Нарциссе вдруг стало страшно. Так жутко, что захотелось забиться в дальний угол гостиной и закрыть голову руками. Эжену не составило труда приехать в Драконий Чертог и выждать момент, когда дома не будет Натаниэля. Что если он действительно решит пытать ее прямо здесь? Ей никто и помочь не сможет.
- Я не собираюсь тебя пытать, Нарцисса, - вкрадчиво проговорил Эжен и медленно направился в ее сторону. - Ты мне нравишься. А разве можно причинить боль тому, кого любишь?
- Красиво говорите, де Виньи. Но что-то я сомневаюсь, что вы бросили свою работу в лабораториях и приехали за тридевять земель, чтобы рассказать мне о своей любви.
- Люди становятся глупцами, когда влюблены.
В спину ткнулась холодная стена, - отступать было некуда. Нарцисса выпалила первый пришедший голову вопрос:
- Что произошло с Аделин?
Эжен застыл на месте, а потом небрежно пожал плечами и равнодушно, по-светски ответил:
- Я ее задушил.
Слова прозвучали, подобно стеклу, что трескается и рассыпается на мириады осколков.
Вот так просто. Взял и задушил. Де Виньи даже не делал попыток, чтобы увернуться от правды, и это выбивало почву из-под ног. Нарцисса хотела знать правду об Аделин, - она узнала. Но что теперь делать с этим она не представляла себе. Грудь защемила тоскливое чувство. Лучше бы барон солгал.
- Не лучше, - ответил тот, пристально вглядываясь в побледневшее лицо, отчего ведьме показалось, будто Эжен читает ее мысли. - Я бы мог сказать, что Аделин стала жертвой болезни. Но разве ты бы поверила в это? Нет. Конечно же, нет. Ты бы не успокоилась, пока бы все не узнала. Впрочем, я предупреждал Ади, что рано или поздно ее своеобразные увлечения могут довести до беды. Но вместо рассудка она выбрала страсть. И вот к чему это привело.
Де Виньи демонстративно вздохнул и покачал головой. Будто ему и вправду было жаль несчастную жену. Однако в уголках красивых губ затаилась незаметная улыбка - Де Виньи намеренно ковырял старую рану, и Нарцисса увидела в серебристых глазах огонек удовольствия. Ему нравилось причинять боль. Он даже не собирался этого скрывать. Наверно, барон так же измывался над Аделин.
Ведьма прижала пальцы к губам, подавляя рвущийся из груди всхлип.
- Вы чудовище!
Артефактор пожал плечами - мол, подумаешь, эка невидаль. Ему подумалось, что, если каждый раз, когда его называли чудовищем или мразью, давали по медному крону, он стал бы богаче самой королевы Виттории. Отвернувшись от потрясенной Нарциссы, Эжен подошел к каминной полке и безотчетно поменял местами фарфоровые фигурки.
- Не большее, чем ваша дражайшая подруга, - в его голосе скользнуло нечто похожее на горькую усмешку. - Вы никогда не задавались вопросом, откуда я знаю о ваших способностях?
- Слышу, куда вы клоните, Эжен. Но я не верю, что Аделин рассказала вам.
- Ты плохо знала свою подругу. Ее родителям необходим был брак с главным военным артефактором для упрочнения своего статуса, а ее притягивала атмосфера опасности. Ей нравилось щекотать нервы. И себе, и окружающим. Нравится тебе или нет, но реальность от этого не измениться.
Тяжелое молчание обвалилось на плечи и подмяло под себя эмоции. Словно артефакт поглотил все звуки в мире. Нарцисса слушала де Виньи, и ей казалось, что весь ее привычный мирок трещит и рвется по швам. Аделин, единственная близкая подруга с детства, предала ее, рассказав все барону. Она не могла не знать, какая участь ожидает ведьморожденную. И тем не менее все рассказала тому, кто ставил опыты на живых людях, используя их способности для собственных изобретений.
- Всего три вопроса, Эжен, - проговорила Нарцисса, и сама невольно удивилась, как сухо и равнодушно звучит ее голос. - Первый - зачем Аделин рассказала вам обо мне?
Эжен обернулся. Светлые брови удивленно приподнялись, будто де Виньи был изумлен недогадливостью ведьмы. Он отошел от камина, устроился в кресле напротив и сложил на животе сплетенные вместе пальцы.
- Все дело в зависти. Аделин терпеть не могла ведьм из-за их врожденных способностей. Поделившись с ней своей тайной, ты навсегда стала ее врагом.
- Но ведь я не сделала ей ничего дурного!
- А необязательно делать что-то дурное, Нарцисса. Порой достаточно быть не такой, как остальные, - развел руками де Виньи. - Следующий вопрос.
- За что вы убили Аделин?
Барон молчаливо посмотрел поверх плеча Нарциссы и чуть улыбнулся.
- Это был несчастный случай. Она любила, когда ее душат во время… - он красноречиво приподнял брови, и его правую сторону исказила плотоядная усмешка. - Она резко подалась назад, и петля затянулась туже, чем обычно. Я ничего не успел сделать.
На душе сделалось мерзко, словно ее вываляли в грязи. Светлая добрая Аделин, любящая прогулки по саду и мечтавшая однажды стать добропорядочной женой и матерь, никак не была похожа на ту, о которой сейчас говорил де Виньи. Мысли скакали в голове, словно горошины, упавшие на пол.
Нет, Аделин не могла рассказать. Бред какой-то! Но откуда тогда барон узнал о ее способностях? Родители не сказали бы. Какими бы они ни были, но признать дочь ведьморожденной - значит заклеймить себя еще больше. Значит, все же Аделин.
На подоконник села мелкая красногрудая птичка и, обведя гостиную черным глазом, громко чирикнула, сорвалась вниз.
- Мы с тобой очень похожи, Нарцисса, - наклонил голову Эжен. - Оба не умеем останавливаться вовремя. Обоим интересно, когда ставки повышаются. Кстати, - он руку в карман сюртука руку и вытащил шпильку с красным камнем. Нарцисса автоматически потянулась к прическе, и ту же секунду в груди разлился холод. - А твой опекун в курсе, что ты его используешь?
***
Держи друзей близко, а врагов - еще ближе. Особенно таких, как де Виньи - холодного, расчётливого, одержимого до одури собственной идеей, а потому непредсказуемого, как землетрясение на островах Южной Коалиции.
Нарцисса смотрела из окна гостиной вслед барону, шагающему прочь от замка. Между зеленых кустов промелькнул серебристый кафтан, и де Виньи, на мгновение остановившись возле кованой калитки, повернулся в сторону замка. Взгляд устремился в аккурат на окна гостиной, и ведьма тут же отшатнулась. На красивом лице барона промелькнула мерзкая усмешка. Он знал, что она следит за ним. Но ему больше всего нравилось ощущение собственной власти.
Артефактор мог бы вынудить Нарциссу пойти вместе с ним - ни слуги, ни охрана не смогли воспрепятствовать ее добровольному уходу. Но вместо этого де Виньи предпочел уйти, оставив ведьму в полной растерянности. Ему было мало просто так заполучить желаемое. Будучи моральным садистом по натуре, барону нравилось наблюдать за душевными терзаниями жертв. В сознании Нарциссы ясной картиной раскрылось понимание в общем-то пустого визита: де Виньи пришел, чтобы показать - ей никуда не сбежать и не спрятаться от него.
Не умеет останавливаться и любит повышать ставки. Де Виньи захватывала сама игра. Забрать сейчас с собой ведьму, значит, лишить себя удовольствия наблюдать чужое отчаянье. А он как всякий психопат не мог отказать себе в этом.
Нарцисса скривилась. Увидев страх на ее лице при виде шпильки, барон гадостливо улыбнулся и сообщил, что его ждут дела. Только что сидел в глубоком кресле и, самодовольно ухмыляясь, крутил в длинных холенных пальцах артефакт, - и вот его уже нет. Только терпкий парфюм с древесными нотками да ватные от страха и волнения ноги напоминали ведьме, что перед ней был не призрак, а реальный человек.
Со стороны города донесся тяжелый гул колокольни - башенные часы на Торговой Площади отбивали двенадцать часов дня.
- Обед подан, ваша светлость.
Нарцисса вздрогнула и обернулась. На обычно невозмутимом лице Стивена проскользнула тень обеспокоенности.
- Мерзкий человек этот барон, - ведьма зябко поежилась и сцепила пальцы. От беспокойства в висках начало неприятно ломить. - Очень мерзкий. Скажите, от лорда Валлори нет известий?
- К сожалению, нет, - ровно отозвался дворецкий, однако в голосе проскользнула едва слышная нотка растерянности.
Нарцисса отошла от окна и внимательно посмотрела на Стивена.
- Марси сказала, что у барона была подписанная королевой бумага. Что это за бумага?
- Он - доверенное лицо Ее Величества королевы Виттории в составе следственной группы. Она наделила его полномочиями следователя, - озадаченно нахмурившись, дворецкий торопливо добавил: - Не мог не пустить его.
Конечно, не мог. Будучи в столице, он вряд ли бы допустил де Виньи на порог дома. Однако сейчас, с одобрения самой королевы… Интересная картина вырисовывалась. Но она совершенно не нравилась Нарциссе. Смутные подозрения терзали душу. Но не обретая формы, они разрастались до невиданных размеров. Будь Натаниэль дома, де Виньи вряд ли бы осмелился заявиться в замок с видом человека, которому все дозволено.
Черт бы побрал Дрейка! Где его носит?! Шанс обещал, что они вернутся самое позднее через три дня. Однако прошла практически неделя, и ни от Шанса, ни от Натаниэля не было вестей.
- Все в порядке, Стивен, - механически улыбнулась Нарцисса. - Вы сделали все, что смогли. Я прогуляюсь. Пообедаю позже.
Вымощенная светлым кирпичом дорожка змеилась между кустами заозерских роз. Она огибала мелкий искусственный пруд, ведя в дальней беседке, где ведьма любила проводить время. За беседкой начиналась небольшая роща с разлапистыми деревьями, похожими на столичные клены.
Лишь оказавшись под тенью деревьев Нарцисса с удивлением поняла, что никогда не была в этой части сада. Она растерянно огляделась. Беседка с ее белоснежными колоннами осталась далеко позади. Сквозь сочную зелень пробивались солнечные лучи, которые ложились яркими пятнами на мелкие розовые цветы. С низкой ветки резко вспорхнула мелкая птица, потревоженная чужим присутствием, и, громко оглашая рощу мелодичным возмущенным свистом, исчезла в кронах деревьев. Здесь не было слышно ни окриков садовников, ни шума отдаленного шума города. Только заливистое пение дроздов и пестрых птиц, похожих на южных, которых Нарцисса видела в энциклопедии еще в далеком детстве.
Решив, что у нее еще предостаточно времени, она двинулась в глубь рощи.
Дорожка виляла между разросшимися кустами орешника. Светлые кипичи покрылись мхом, где-то они вовсе отсутствовали, а между стыками пробивалась высокая изумрудная трава. Это место было давно заброшенно, и Нарцисса, повинуясь проснувшемуся любопытству, вскоре вышла на крутой обрыв.
Между черными острыми скалами шумело море. Словно сонное чудовище с переливающейся чешуей, оно рокотало, разбиваясь пенистыми волнами о скалы. Белые чайки парили над ним, будто замерли на одном месте. Губы покалывало от привкуса соли, и Нарцисса подставила лицо свежему морскому ветерку и ласковому солнцу. Совсем как в детстве, когда она вместе с тетей Агатой отправились на курорт Западного моря.
Ведьма приблизилась к краю, замерев в паре шагов от него. Тревоги растворились, будто их не было вовсе. Она закрыла глаза и раскинула руки, будто собираясь воспарить над обрывом. Сердце восхищенно затрепетало в груди, а в голове зашумело от эйфории. Интересно, а знает ли Натаниэль об этом месте?
Нарцисса поймала себя на мысли, что с непривычным теплом вспоминает о хозяине Драконьего Чертога. Такой сильный, такой отчаянный и смелый. Он оберегает ее от этого подонка де Виньи и не побоялся пойти даже против самой королевы. Ее, Нарциссу, прежде никто и никогда не защищал. А Натаниэль не раздумывая спас ее, при этом лишившись своей руки.
Сделалось грустно. Обманывать Дрейка подло, и Нарцисса вдруг подумала, что обязательно во всем сознается. Она не станет ждать, пока барон выдаст ее. Она придет и честно признается Натаниэлю, что использовала Кристалл Драконьего Зова, чтобы склонить его на свою сторону. А еще признается, что любит его. Ведь такого мужчину, готового на все ради женщины, невозможно любить. Вот только она побудет здесь еще немного, вернется домой и…
Чьи-то руки сомкнулись на ее талии и резко потянули назад. Потеряв равновесие, Нарцисса буквально свалилась в чужие объятия.
- Что. Ты. Здесь. Делаешь?! - на потемневшем от гнева лице Натаниэля проступил чешуйчатый рисунок.
Нарцисса непонимающе уставилась на Дрейка и глуповато хихикнула. Серые глаза подернула мутная пелена, будто ведьма решила ополовинить бутылку северского крепкого и не рассчитала сил.
- Просто, - она уперлась руками в грудь и попыталась опереться на ноги. Однако коленки подкосились, и, если бы Натаниэль не держал ее в руках, наверняка бы свалилась на траву. - Тут так красиво. Почему ты мне раньше об этом месте не рассказал?
Она залилась счастливым смехом. Надо же, стоило ей только подумать о Дрейке, как он тут же материализовался, словно по мановению волшебной палочки. Только вместо радости, его лицо было каким-то понурым и даже злым.
- Пойдем.
Он потащил ее в сторону рощи, но Нарцисса уперлась и нахмурилась, совершенно не понимая, почему Натаниэль ведет себя так… по-свински. Здесь, на краю обрыва было так хорошо, а он почему-то зол.
- Я не хочу. Куда ты меня тащишь?
- Нарцисса, на тебя действует Драконий Источник, - проговорил Дрейк, но его голос казался таким далеким, будто он находился в нескольких метрах от нее. - Тебе нужно скорее уйти отсюда. Иначе все может закончиться печально.
Какие глупости! Ведьма открыла было рот, чтобы возразить, но Натаниэль подхватил ее на руки. Мир поплыл перед глазами, зашипел тающим воском, и Нарциссе показалось, что она словно морковка, оказавшаяся в кипящем бульоне.
Небо заколыхалось, задрожало и в ту же секунду куда-то исчезло.
***
Натаниэль почувствовал неладное сразу, едва переступил порог дома. Небывалая тишина давила на уши, словно обвалившийся на голову потолок. Выдраенная стараниями прислуги прихожая блестела, как выставочный зал Королевского музея в столице. Но эта чистота скорее пробуждала тревогу, нежели радовала глаз.
- Что-то не вижу старину Стивена, - усмехнулся Шанс, обводя взглядом залитую предзакатными лучами прихожую. - А я только хотел у него попросить откупорить бутылочку северского десятилетнего.
Натаниэль пропустил мимо ушей колкость друга и быстрым шагом направился в покои Нарциссы. Напряжение било по нервам, и Дрейк влетел в спальню, не удосужившись даже постучаться.
На краю стула сидела Марси и терзала распухший нос большим зеленым платком. По побледневшим щекам расплылись уродливые пятна, а в покрасневших глазах стояли слезы. Увидев хозяина, горничная резко подскочила и вытянулась по стойке “смирно”.
- Что с Нарциссой? - выдавил Натаниэль, чувствуя, как в груди расплывается леденящее чувство страха. - Где она?
Женщина ответила не сразу. Шумно высморкавшись, она жалостливо всхлипнула и пробормотала:
- Госпожа Ливингстон пропала.
Спальня покачнулась под ногами Дрейка, но он устоял. В ушах зазвенело от напряжения, а перед глазами запульсировала красная пелена. Встревоженный Дракон выбирался наружу, и в кой-то веке Натаниэль не собирался его сдерживать.
- Как “пропала”?
Он говорил тихо, деликатно, но Марси испуганно сжалась, будто стала меньше ростом. Захлопав слипшимися от слез ресницами, она бездумно покрутила в руках носовой платок и шмыгнула носом.
- Еще в обед. Сказала господину дворецкому, что пойдет прогуляться и скоро вернется. Однако ее до сих пор нет. Господин Стивен отправил на ее поиски Маркуса, Джозефа, Себастьяна и Эдварда с людьми из Эрвендейла. А мне сказал оставаться и ждать ее здесь. И все это после прихода того ужасного человека, барона де Виньи.
Натаниэль опрометью бросился из замка.
Рудольф оказался прав. Королева действительно отправила следственную группу, в состав которой входил де Виньи в качестве эксперта по взрывным артефактам. Но почему именно сейчас? Почему в тот момент, когда его, Дрейка, не было дома?
Под кожей разбегались огненные волны, но Натаниэль их практически не чувствовал. В голове одержимо билась мысль: найти Нарциссу во что бы то ни стало и вернуть домой.
- Дрейк! Твою мать дери… - гном смачно выругался, споткнувшись о каменную плиту и едва не растянувшись на пороге замка. - Дрейк!
Натаниэль остановился и резко обернулся.
- Отправляйся в город и узнай, чем конкретно занимается сейчас следственная группа и какого хрена здесь делает де Виньи, - он ткнул указательным пальцем в Шанса. - Делай, что хочешь, но я хочу знать все о каждом их шаге. Жду завтра к шести утра. Если узнаешь что-то сверхважное, я жду тебя в любое время.
- А ты куда?
- А я пойду искать Нарциссу.
- Ты хоть знаешь, где ее искать?
- Я нет. Дракон знает.
Гном хмуро кивнул и не тратя время на лишние вопросы и рассуждения направился в сторону города.
Натаниэль застыл на месте и закрыл глаза.
Задрожало кровавое марево, и грудь стянуло от удушливой боли. Мир превратился в мешанину из красок, звуков и запахов. Обостренные чувства били по нервным окончаниям. Мышцы свело судорогой, и в какой-то момент Дрейк почувствовал, как сознание соскальзывает в темную пучину.
Запах розмарина и бергамота разливались среди ароматов цветов, деревьев и навязчивой пыли. Он струился подобно шелковой ленте, звал за собой, и Дракон, развернув тяжелые кожистые крылья, воспарил над деревьями рощи.
В ушах тоненько звенели хрустальные переливы Драконьего Источника, зовущего свое дитя туда, где солнце встречается с морем, в мир, рожденный задолго до первых людей. Мир, который когда-то принадлежал таким же, как и он.
Теплые закатные лучи смешивались с родным ароматом и шелестели морской солью. Дракон сделал полукруг над бухтой и, заметив хрупкую фигуру, стоящую на самом краю обрыва, ушел в резкое пике…
Тело пробил противный озноб, словно его сбросил с ледяной прорубь. Натаниэлю вдруг показалось, что он вернулся обратно на двадцать пять лет назад. Перед ним нескольких шагах замерла Лилибет, покачиваясь на носках на самом краю обрыва и блаженно улыбаясь.
Он не запомнил, как подхватил Нарциссу на руки, как пересек с ней рощу. Дрейк пришел в себя окончательно лишь тогда, когда на порог выскочили Марси и Стивен с плащом в руках. Горничная замерла на пороге и стыдливо отвернулась, разглядев в сумерках обнаженного хозяина.
- С вами позже разберусь, - рыкнул Натаниэль, обрывая расспросы прислуги и пинком открыл дверь.
Драконий Источник давал жизнь Чертогу, но для обычных людей он был опасен. Он вытаскивал из потаенных уголков души эмоции и чувства, обнаруживал скрытые желания. И далеко не все желания оказывались благими. Источник открывал людям их темные стороны, и некоторые, не сумев принять и справиться с ними, сходили с ума.
Жители семи городов Драконьего Чертога знали, где находится Источник, и старались обходить это место стороной. Кто ж знал, что Нарциссу потянет именно туда и именно в тот момент, когда Дрейка не будет дома.
Натаниэль осторожно положил ведьму на кровать. Ей повезло. Нарцисса пробыла там мало времени, чтобы натворить глупостей под влиянием Источника. Но достаточно, чтобы он проник в ее разум.
Прерывистое дыхание выровнялось, длинные ресницы сонно затрепетали, но ведьма не проснулась. Вот и хорошо. Чем крепче сон, тем быстрее, она придет в себя.
Натаниэль легонько погладил по ее щеке и поцеловал женский висок, под которым размеренно билась голубая жилка. Подумав, что еще успеет устроить нагоняй прислуге, он направился в купальню. Надо смыть все переживания за несколько дней. А потом за работу.
***
Ноздрей коснулся нежная смесь розмарина и бергамота, пробудив спящего Дракона. Он нетерпеливо заскребся внутри, требуя выпустить ее из темницы подсознания. Под кожей разливались огненные ручейки желания, невыносимо острого и мучительного до одури.
Натаниэль повел ноздрями. Сонная пелена спала, обострив чувства до предела. Но он не пошевелился, из-под опущенных век наблюдая, как женский силуэт тихонько прикрыл за собой дверь и застыл на месте, словно раздумывая, что делать дальше. Тонкая, подсвеченная лучами предрассветного солнца, Нарцисса была похожа на рассветницу, что в давние времена водились в Драконьем Чертоге.
Дракон замер, боясь, что случайное движение может спугнуть ее, и Дрейк отрешенно отметил, что Дракон ведет себя, как прирученный хищник, готовый прийти на зов хозяйки и лечь возле ее ног, ожидая одобрения. Натаниэль чувствовал собственную беспомощность, и это пугало. Даже больше, чем, когда он потерял руку.
Послышался тихий шелест, - Нарцисса скинула тонкий пеньюар, отбросив его на кресло и медленно, неуверенно скользнула под одеяло. Разгоряченной кожи спины коснулись сухие прохладные губы, Дрейк, едва сдержав судорожный вздох, прикрыл глаза. Возбуждение било по оголившимся нервам, однако внутри пробудился интерес, что она будет делать дальше.
Тонкие пальчики медленно скользнули по обнаженному плечу, осторожно касаясь кожи, будто ведьма боялась потревожить сон, но любопытство оказалось сильнее. Где-то на задворках сознания промелькнула мысль, что Нарцисса все еще находится под влиянием Драконьего Источника. Но тотчас растворилась в ощущениях. Какая разница почему она это делает? Главное, что она рядом.
Сердце так тяжело билось в груди, что стало трудно дышать. Перед глазами расплывался пульсирующий туман. Осмелев, прохладная ладонь медленно погладила по крепкой груди и спустилась по животу.
Он поймал ее за запястье. Нарцисса испуганно подалась назад и попыталась высвободить руку.
- Ниже. Еще ниже - еле слышно прохрипел он, не оборачиваясь. Тонкие пальцы нерешительно обхватили член и робко скользнули по нему, словно ведьма пыталась понять, правильно ли делает. - И чуть сильнее. Не бойся.
Неумелые, боязливые прикосновения возбуждали больше, чем ловкость отточенных движений элитных шлюх Лунного Квартала. Натаниэль резко обернулся, порывисто откинул одеяло и подмял ведьму под себя. Теплая, нежная, дурманящая до помутнения рассудка. Маленькая грудь упиралась острыми сосками в ладони, дразня и распаляя желание еще больше. Из приоткрытых губ вырывалось прерывистое дыхания, а серые глаза лихорадочно блестели от пробудившейся страсти.
В голове зашумел океанский прибой, хрустально зазвенел Драконий Источник, и Натаниэлю чудилось, будто он снова завис над бездной. Фраза “овладеть женщиной”, казавшаяся раньше смешным и неуместным пережитком прошлого, заиграла новыми красками. Нарциссой хотелось владеть. Полностью, без остатка. Поглотить и не отпускать.
Исступленно целуя нежные губы с мятным привкусом ахмантуса и белладонны, Дрейк осаживал себя: не сжимать до боли, не пытаться подавить, не оставлять синяков. Нарцисса обхватила ладонями его лицо и, заглянув в глаза, медленно подалась навстречу. На губах блуждала рассеянная, чуть удивленная улыбка, такая уязвимая, такая открытая, что помрачало разум. Потеряв остатки контроля, Натаниэль вбивался в хрупкое женское тело, чувствуя, как неутолима жажда. Ему мало. Ему всегда будет мало ее.
От привычной робости не осталось и следа. Нарцисса извивалась в объятиях подобно змее, больше не пытаясь сдерживать ни стонов, ни сладострастных криков. В тот момент она была настолько прекрасна, настолько доверчива и желанна, что Натаниэль и сам не понял, как кончил. Просто потемнело в глазах, и вдоль позвоночника пробежала обжигающая огненная волна, выбивающее остатки воздуха из легких.
Он пришел в себя, лишь когда Нарцисса тихонько зашевелилась под ним. Скатившись на бок, Дрейк стиснул ее в объятиях, давая понять, что никуда ее не отпустит.
- Если это сон, то я не хочу просыпаться.
Она тихо рассмеялась.
- Если ты чуть ослабишь хватку, то вполне возможно я доживу до утра.
Он зарылся пальцами в каштановые волосы, обнял ее стройные ноги своими, словно пытаясь согреть.
- Не уходи, хорошо? - Натаниэль шумно зевнул. Теперь, когда страсть потихоньку ускользала, его потянуло в сон.
Зашелестело одеяло, и Нарцисса заворочалась в его объятиях, устраиваясь поудобнее.
- Не пойду. Мне здесь спокойно.