15. Поезд до Олты

Я решила не торопиться и, по крайней мере, следующий день не делать никаких резких движений, никуда не сбегать. Просто обдумать все варианты, решить с холодной головой.

Я поеду сразу до Олты, так проще, пусть и придется подождать. Попросила охранника купить билеты, и еще — найти мне чемодан. А то та сумка, с которой я бежала из борделя, слишком маленькая, все мои новые платья, все вещи туда не уместить. Могла ли я подумать, что обернется так?

Мы договорились, что охрана поедет со мной до Корна, оттуда удобнее всего вернуться в столицу. И, к тому же, это достаточно далеко, чтобы не бояться больше угроз лорда Лангера. Оттуда до Тьорка я доеду сама.

Сложно представить, как я приду туда, покажу бумаги, скажу, что я теперь тут хозяйка. Немного страшно, вдруг решат, что я самозванка, что все это… Нет, это только мои страхи, конечно.

После обеда я вышла с черного хода, отправилась прогуляться в парк. Потом больше двух суток придется сидеть в вагоне, так что лучше размять ноги, пока есть возможность. Погода чудесная. Видела, как мой охранник, Патрик, шел следом, стараясь не слишком надоедать мне и бросаться в глаза.

Очень боялась, что кто-то узнает меня, но никто даже внимания не обращал. Не стоит беспокоиться, наверно. Фотография в газете не слишком четкая и издалека, да и там я в роскошном платье, с красивой прической. А сейчас — все самое обычное, никому даже в голову не придет.

Я могла бы остаться, пожалуй, скоро все это уляжется. Да и откуда у меня репутация, которой можно нанести урон? Наоборот — появившись с императором, я обратила на себя внимание, меня представили, как баронессу, дали понять, что император благоволит ко мне. Наверно, захоти я, могла бы использовать это…

Но уехать — все равно лучше. Не думать больше о нем.

К тому же, потом я смогу вернуться, если захочу.

Вечером Патрик, принес билеты.

Когда он постучал в дверь, у меня сердце дрогнуло. Мне на мгновение показалось…

И что бы я делала, если Рикхард действительно пришел? Не пустила бы на порог? У него есть свой ключ. Не стала бы слушать? Он император, он запросто может приказать…

Но самое главное — разочарование, которое я почувствовала, увидев Патрика. Почти обида. Неужели, я всерьез на что-то надеялась?

— Билеты, мэм. Пятый вагон. В купе два места, я надеюсь, вы не будете против, если я поеду с вами? Не подумайте только ничего такого…

Он смущался, и это выглядело немного забавно. Он ведь знает, кто я. Наверняка знает, а, может быть, даже был с Рикхардом в борделе, я не запомнила… Неужели меня можно смутить обществом мужчины? Тем более, он на службе, и, я уверена, не позволит себе ничего лишнего.

— Все нормально, Патрик, — сказала я. — Вы же сможете выйти, если вдруг мне понадобится переодеться?

— Конечно, мэм.

Я улыбнулась.

Вот и отлично. Значит, вопрос с моим отъездом решен. Осталось только дождаться завтра.

Самое противное — я ждала Рикхарда.

Умом я понимала, что не стоит его ждать. И ждать не хотела… Но все же, я дергалась от каждого звука за дверью, от стука копыт под окнами и шороха колес — вдруг это он. Я заставляла себя не думать, но не думать не могла.

Мы слишком плохо расстались, я не сказала ему всего, что хотела бы сказать, и теперь это мучило.

Ничего, я уеду и перестану об этом думать.

* * *

— Доброе утро, мэм! У Патрика заболела жена, и сопровождать вас буду я.

Он стоял у меня на пороге. Такой же амбал, в таком же строгом костюме. И билет, тот самый, что вчера купил Патрик — у него был. Даже сам Патрик говорил: «я или кто-то из моих коллег». Но отчего-то вдруг кольнуло сомнение. Что не так?

— Хорошо, — согласилась я. Да мне ведь все равно, кто поедет.

— Нам нужно будет выйти из дома где-то за час, так что будьте готовы.

Я кивнула. Он уже собирался было уйти…

— Подождите, — я едва не за рукав его поймала. — А как вас зовут?

Он вдруг замялся. Всего на мгновение, но это… я даже не знаю, почему это так зацепило меня.

— Бен Сомер, мэм, — сказал он.

Хорошо…

Я закрыла за ним дверь и долго стояла, не в силах понять, откуда такое жгучее желание сейчас взять, и самой сбежать отсюда, хоть через окно. Что-то не так…

Глупо, наверно.

Я просто волнуюсь.

Охрана прямо за дверью, незаметно вылезти в окно я тоже не смогу. Да и как-то это через чур.

Если этот Бен хочет убить меня… Зачем? Как обещал Лангер? Я умру, когда Рикхард отвернется от меня… Наверно, в этом все дело, я все еще боюсь его. Если Бен хотел убить меня, то мог бы легко сделать это, когда я открыла ему дверь. Придушить, застрелить, что угодно.

Значит, либо не хочет, либо не здесь.

Уж точно не на улице, где много народу.

Вместо вокзала увезти меня в какую-нибудь темную подворотню? Но наемные кэбы Эрлсгарда достаточно открыты, сложно не заметить с улицы, если я начну вырываться и кричать. В поезде сделать это будет проще всего. Возможно, ночью или где-то подальше…

Или у меня уже паранойя?

Только все ценные документы и деньги лучше спрятать под одеждой, чтобы можно было незаметно унести с собой. Как только поезд тронется, я выйду в туалет, и потом тихо переберусь в другой вагон… если не удастся сразу, то стоит идти в вагон-ресторан и как можно больше быть на виду. Ускользнуть оттуда, спрятаться и незаметно выйти на ближайшей станции. Спрыгнуть, в крайнем случае.

Или я уже совсем схожу с ума?

* * *

— Что-то не так, мэм?

Как ни старалась, но мое волнение все равно бросалось в глаза.

Попыталась улыбнуться.

— Я первый раз еду так далеко. Первый раз еду на поезде… Я никогда раньше не уезжала из города.

Очень надеюсь, это выглядело правдоподобно.

— Не волнуйтесь, мэм, все будет хорошо.

Мы зашли в вагон, Бен помог мне донести вещи. Да и в целом, он был общительным и довольно милым парнем, просто я…

Наверно, я просто искала повод остаться. Искала любую причину, которая могла бы мне помешать.

Я все еще вглядывалась в толпу, словно надеясь кого-то разглядеть там… Рикхарда? Смешно. Как можно думать, что он кинется за мной на вокзал, в последнюю минуту. Он же заранее знал, что я уеду, ему наверняка сообщили. Он сам говорил… Хватит смотреть.

Объявили отправление.

Вот и все…

Я выглянула в последний раз…

Там, в конце платформы, какое-то движение… какие-то люди бегут, расталкивая провожающих… Кто-то опоздал? Трое мужчин…

Но поезд уже тронулся, им не успеть.

Наверно, я разом переменилась в лице, потому что Бен заметил.

— Что там, мэм?

Мне это показалось, или действительно там Рикхард? Уже далеко, сложно разглядеть, да и люди на платформе загораживают. Я видела, как он отчаянно пытается догнать поезд.

Но ведь это же бред? Зачем?

Он не успеет. Да нет, это не может быть он, императоры за поездами не бегают. Просто похоже…

Я смотрела в окно…

И вдруг, что-то накинули мне на шею. Шнурок…

— Прости, дорогая, но придется сделать это сейчас, — шепнул Бен мне на ухо.

Только он не учел одно — к счастью, моя нелегкая жизнь научила меня реагировать мгновенно, сначала делать, а уже потом думать в таких ситуациях.

Я со всей силы оттолкнулась руками и ногами, резко назад и в сторону. Мы завалились на сидение, Бен не удержался на ногах. Петля на моей шее немного ослабла, душить в таком положении ему было неудобно, но вырваться я все равно не могла. Я пыталась закричать, но воздуха не хватало, пыталась отбиваться — ногами, руками, как угодно. Даже просто стукнуть в стену посильнее — там люди, и они, возможно, захотят узнать, что у нас происходит.

Не дать ему задушить себя. Он намного сильнее, но хоть немного потянуть время, вдруг кто-то поможет! Пихнуть его, завалить на бок. Я уже слышала голоса за дверью. Кто-то стучал… заперто.

Они не успеют…

Я пыталась ухватиться за шнурок, но толком не выходило, и уже темнело в глазах… Бен зло рычал, пытаясь справиться. Мне даже представить сложно, сколько это длилось.

Я задыхалась.

В какой-то момент показалось — все… вот все и закончилось. Темнело в глазах, воздуха не было совсем… как глупо…

И вдруг — звон бьющегося стекла. Меня даже отбросили в сторону, хотя я почти не осознавала, что происходит. И тут же — гром выстрела. Кажется, что-то горячее брызнуло мне в лицо.

Я пыталась дышать.

Очнулась, когда меня уложили, подсунув подушку под голову.

Поняла, что люди вокруг. Шум, суета… Резко тормозит поезд.

— Мэр! Мэр, как ты?

Чьи-то пальцы пытаются расстегнуть застежку на воротнике. Я вяло дернулась.

— Тихо, — сказал он. — Уже все хорошо.

Рикхард?

Я окончательно схожу с ума?

— Кто вы такой, сэр? — в дверях стоял растерянный проводник.

Рикхард вытащил удостоверение из кармана, сунул ему.

— Императорская служба безопасности. Эту женщину пытались убить.

— Он… он мертв, да?

Проводник кивнул куда-то вниз. Должно быть, с ним такое впервые.

— Да, — спокойно сказал Рикхард.

— Мне….э-ээ, сэр, мне стоит вызвать полицию?

— Как хотите. Сейчас здесь будут мои люди… если, конечно, смогут догнать поезд, — Рикхард фыркнул с едким сарказмом. — Выйдите ненадолго, мне нужно с этой леди поговорить.

Проводник замялся, что-то там буркнул под нос, но послушался, вышел, Рикхард умел говорить убедительно… «Давайте, расходимся, расходимся! Сейчас придет полиция!» — слышала я из-за двери.

Я пыталась поверить.

Рикхард достал платок, потянулся, собираясь вытереть мне лицо, но я перехватила.

— Тебя кровью забрызгало, — сказал он. — Вытри.

На мне и правда была кровь… этого Бена? Рикхард стрелял? Прямо в упор… Боже…

— Что… — я кашлянула, в горле першило. — Что ты здесь делаешь?

Рикхард усмехнулся, сел на краешек сидения рядом со мной.

— У меня большой вопрос к собственной охране, — сказал он. — Как вышло, что я бегаю лучше, чем они? Думал, уже не успею. Ты… не разговаривай, полежи.

Он все еще пытался отдышаться, я видела, красные пятна на лице, на висках капли пота.

— А стрелял? Ты?

— Да, — он кивнул, показал заткнутый за пояс револьвер.

— Как? В окно? Как ты…

Это в голове не укладывалось.

— По крыше, — сказал он. — Ухватился за выступ там сверху, и ногами разбил стекло. А поезд… успел запрыгнуть на подножку последнего вагона, но в дверь меня не пустили, и я решил, что по крыше будет даже быстрее. Прости, — он чуть сморщился, — это мой промах, не уследил… слишком поздно узнал, что происходит.

Я качнула головой. Все это слишком.

Попыталась сесть, опираясь на локти. Голова еще немного кружилась.

— Ты ненормальный.

— Похоже на то, — он широко улыбнулся. — Хотя раньше за мной такого не водилось. Слушай, нас ведь все равно сейчас высадят с поезда, будут разбираться. Может быть, ты не откажешься поужинать со мной? А то так нехорошо все вышло… Я ведь заслужил эту возможность геройскими прыжками в окно?

Он смотрел на меня.

Я зажмурилась, тряхнула головой, пытаясь собраться с мыслями.

Мертвый Бен (или кто он там?) на полу… Я тоже могла умереть. Рикхард мог умереть — сорваться с крыши или, кто знает, этот Бен мог первый застрелить его, наверняка у него тоже было оружие. Пятна крови…

Губы дрогнули.

Но начинать все сначала…

— О чем нам говорить?

Он вздохнул, вытер тыльной стороной ладони лоб и виски.

— Ты обижена на меня.

— Да. Или ты не понимаешь за что?

— Понимаю, — сказал он. — Да, знаю, я сам столько говорил о лжи и притворстве, и тут же… Я испугался, Мэр, — он смотрел мне в глаза. — Все немного сложнее, чем кажется.

— Хочешь сказать, ты не виноват?

— Виноват, — согласился он. — Но ведь мы же можем просто поговорить? Один шанс?

У меня сердце сжималось, я так боялась услышать то, что он может сказать. Боялась снова поверить ему. Снова начать мечтать о невозможном. Уезжая — я почти смирилась и поверила, что так будет лучше, но сейчас…

— Зачем? — спросила я, голос дрогнул. — Если я уеду… так ведь будет лучше для всех.

Он сжал зубы, сглотнул чуть судорожно.

— Лучше… — сказал тихо. И все. И замолчал. Он так смотрел на меня, серьезно, закусив губу, словно пытаясь решиться… но молчал.

Я сейчас расплачусь…

Постучали в дверь.

— Полиция!

— Зачем? — снова спросила я.

— Я не могу потерять тебя, Мэр.