51

Ожидание затягивается.

Поднимаюсь, расхаживаю по комнате. От одного угла до другого. Снова присаживаюсь. Время тянется невыносимо медленно.

Часов здесь нигде нет. Зато есть большое панорамное окно, потому я вижу, как солнце опускается все ниже и ниже, наконец, полностью скрываясь из виду.

Шейх не спешит приходить.

Лучше бы он вообще не появился. Но рано или поздно все равно придется с ним встретиться. И тогда…

Меня от одних лишь мыслей начинает потряхивать.

Множество раз прокручиваю все, что ему расскажу. Про Лютого. Про то, что это все чудовищная ошибка. Недоразумение.

Безумие какое-то. Всерьез собираюсь проситься обратно к Лютому. В его власть. Но этот мерзавец хотя бы мне знаком. С ним я когда-нибудь вернусь домой.

А чего ждать от шейха?

Стараюсь не думать. Не могу уже себя накручивать. В мыслях и без того творится полный раздрай.

Трудно сказать, сколько времени проходит. По ощущениям — несколько часов. Никто так и не появляется. Ни сам шейх, ни его слуги.

От этого напряжение нарастает все сильнее.

Пробую отвлечься. Репетирую свою речь. Придумываю что именно скажу, как. Потом обессиленно опускаюсь на диван. Смотрю на тележку с едой, и хоть умом понимаю, что лучше бы поесть, набраться сил, но меня буквально воротит от одного вида всех этих блюд.

Выпиваю минеральной воды. Снова меряю комнату шагами. Чувствую себя птицей, которая отчаянно бьется о прутья золотой клетки.

С Лютым хотя бы была какая-то определенность. Пугающая, но все же… А тут? Абсолютная неизвестность.

Как назло в памяти всплывают разные репортажи о девушках, пропавших без вести. Память услужливо подбрасывает все кошмары, которые мне доводилось в прошлом услышать, а сегодняшний визит в чудовищный бордель на окраине Дубая добавляет остроты без того пугающим картинам.

Обнимаю себя руками, вжимаюсь в спинку дивана. Не знаю, как долго сижу так, вздрагивая от каждого шороха.

Все время чудится, будто вот-вот и кто-то точно зайдет…

Но никого нет.

Наверное, уже за полночь. И я настолько измотана, что сама не замечаю, как отключаюсь. Несмотря на дикий стресс, меня буквально начинает валить. Глаза слипаются. Голова заваливается на спинку дивана.

Прошлой ночью плохо спала. Лютый не дал отдохнуть. А сегодня весь день на ногах.

Видимо, потому меня и вырубает.

Хотя стараюсь не проваливаться в сон. Мотаю головой, осматриваюсь. Так несколько раз ныряю и снова выныриваю на поверхность.

В итоге отключаюсь уже по-настоящему. Но сон беспокойный, нервный. Будто сплю наяву. Глаза прикрыты, а кажется, что так и хожу по комнате, бормочу ту речь, которую для шейха приготовила. Про Лютого.

И вдруг меня будто кипятком обдает.

Чувствую чужое прикосновение.

Явно. Остро.

Даже сквозь пелену сна меня будто ледяной водой обдает.

Горячие ладони на моих плечах. Массивные, тяжелые. Движутся по телу уверенно, будто право на собственность закрепляют.

Одна секунда — ладони на моей груди. Сжимают так, что сердце останавливается.

Меня парализует от ужаса.

Дыхание сбивается.

Но что-то есть в этих прикосновениях, что-то такое… необъяснимо знакомое. От чего мороз еще сильнее растекается под кожей. Сковывает каждую клетку.

— Ну чего? — хриплый голос ударяет в затылок, горячее дыхание обжигает мою щеку. — Хорошо набегалась, Надя?

Сбрасываю оцепенение. И крупные ладони сбрасываю со своего тела. Подскакиваю с дивана. Разворачиваюсь.

Лютый! Прямо передо мной. Мрачно усмехается, окидывает пристальным взглядом.

— Еще побегать хочешь? — оскаливается будто хищник. — Или тебе хватило приключений?