‍​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ​ ​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌‍76

Хлопаю ресницами, глядя на Лютого.

Беременность? Свадьба? И он еще так спокойно об этом говорит? Будто это все само собой разумеющееся. Будто он уже все обдумал и принял решение.

— Подожди, — невольно веду головой. — Ты что такое сейчас говоришь?

— А что не так? — невозмутимо выдает он.

— Да это же все, — начинаю и запинаюсь. — У нас даже отношений нет. Ну то есть мы не встречаемся. Мы не пара.

— Как — отношений нет? — криво усмехается Лютый. — А это что?

Ставит меня в тупик.

Не знаю, что это. Мой похититель стал моим первым мужчиной. То, что я собиралась сделать по любви, произошло сейчас.

Безумие. Безумный порыв. Вот. Наверное, так. Неправильно это все, но меня тянет к нему очень сильно.

— Отношения у нас, Надя, — хрипло заявляет Лютый. — Серьезные. Решено все. Или ты не поняла? Ну раз не поняла — объясню.

— Отношения? — оторопело переспрашиваю. — Ты сам говорил. Это не для тебя. Тебе ничего серьезного не нужно.

— Я дохуя чего говорил.

— Ты…

— Олег, — обрывает он. — Можешь так меня называть. А то все через погоняло. Лютый, Лютый. Это для других я Лютый. А для тебя — Олег.

Вообще, я к нему по этому прозвищу не обращалась. Лютым не называла. Да вслух я его никак не называла.

Видимо, ему такое не по вкусу.

— Хорошо, — выдаю, нервно закусываю губу. — Олег.

— Ну вот, — кивает. — Другое дело.

— Твои слова, — начинаю и замолкаю, потому что мысли путаются. — Детей же планировать надо. И свадьбу. Просто так. Из-за ребенка… я не хочу. Да и вообще не хочу пока. Рано мне. Универ. Учеба. Я же только на первый курс пойду.

Лютый мрачнеет.

— Что-то планов у тебя дохера, — замечает.

— Нам нужно предохраняться, — произношу это вслух.

Наконец…

И краснею до корней волос. Однако другого пути нет. Надо ведь сразу что к чему обозначить.

— Если мы, — осекаюсь. — Вообще…

А вот тут уже тяжелее слова подобрать.

— Что — мы? — уточняет Лютый с расстановкой.

— Ну… снова.

— Сомнения есть? — спрашивает он и еще сильнее мрачнеет. — Надь, я с тобой столько возился не для того, чтобы раз трахнуться и разойтись. Тебя обратно на учебу отправить. В универ, блядь. Где всякие сопляки будут мою женщину глазами жрать.

Теперь меня в жар бросает от его слов. От того, как хрипло и жестко звучит его голос, в котором явно читается подавляемая ярость. Похоже, не нравится ему, что у меня свои планы на жизнь намечаются.

И это его — моя женщина.

От такого сочетания слов невольно пробирает.

Мысли путаются. Противоречивые эмоции охватывают меня. Жутко это все звучит. Будто Лютый не собирается меня отпускать. Но разве я этого хочу? Чтобы отпустил? Нет. Просто страшно становится. Опасаюсь потеряться.

Он такой. Мощный. Старше меня. Сильнее. Опасный и влиятельный человек. Если начнет давить, напирать… как я буду? Нет, нет, надо сразу нам со всем разобраться. Наперед.

Однако разобраться мне Лютый не дает.

Закрывает мой рот поцелуем. Запечатывает рвущийся на волю возмущенный возглас. Напрочь сбивает с толку.

А его большая ладонь скользит по моему животу. Ниже. Горячие пальцы дотрагиваются до самых чувствительных точек.

Лютый все еще во мне. И я до сих пор ощущаю его твердость. Накал, который от него исходит, мощную пульсацию.

Он не двигается. Не совершает ни единого толчка. Просто продолжает меня целовать и касаться так, что перехватывает дыхание.

Давит и давит. Короткое движение. Нежно. И в то же время настойчиво. За считанные секунды внутри закручивается такой вихрь, что не могу сдержать стон в груди.

Порочные утробные звуки вырываются прямо в его рот. Все громче и громче. Иначе не получается.

Теряю контроль. Над разумом. Над телом. И очень скоро достигаю вершины просто от того, как его палец дотрагивается до моей плоти.

Меня будто выкручивает всю. Судорожно. Тягуче. Мозг плавится. Остатки самообладания слетают меня. И я издаю какой-то совершенно дикий звук, поясница выгибается дугой, бедра дрожат. Мелкая лихорадочная дрожь раскалывает меня на части. Судороги сводят мышцы. От икры до груди. И особенно остро эти спазмы ощущаются внизу живота.

Кажется, сам Лютый твердеет во мне. Сильнее прежнего. И как будто начинает подрагивать, пульсировать еще мощнее.

Трудно понять. Сейчас я слишком сильно захвачена собственными ощущениями. Яркими, ослепительными, прожигающими насквозь.

Содрогаюсь. Выгибаюсь под сводящими с ума движениями пальцев, которые продолжаю меня поглаживать, не замирая ни на секунду. Обводят, чертят круги. Чувство такое, будто отправляют разряды электрического тока по телу.

Обмякаю.

Лютый отрывается от моих губ. И прерывистый стон вырывается на свободу. Стараюсь жадно глотнуть воздух, но у меня едва получается.

Чудится, словно кислород раскален.

Я вся раскалена. Меня прошибает испарина. Трепет продолжает колотить. Впечатление, точно сотрясается каждая моя клетка.

Лютый ловит мой затуманенный взгляд.

И сам достигает пика. Без единого движения. Просто оставаясь и дальше во мне. Отстраненно осознаю это. Смазанно. Просто ощущаю, как горячая жидкость снова заполняет меня изнутри. Пропитывает.

Он опять делает это. Без предохранения. А я даже возмутиться не способна. Не хватает ни воли, ни сил. Сознание плывет. Мысли растекаются словно воск.

Лютый перекатывается на спину. Сжимает мои ягодицы, притягиваю крепче, удерживая вплотную. Так и укладывает поверх своего тела. Не отстраняется, продолжая оставаться во мне.

Тихонько всхлипываю.

В душ надо. Помыться, освежиться. Проветриться.

Эта мысль приходит позже. Когда немного отхожу от переполняющих меня эмоций, когда начинаю соображать, пусть и с трудом. От марева в голове спутывается все.

Пальцы Лютого медленно скользят по моей спине. От лопаток вдоль позвоночника. Гладят, прорисовывают ломанные линии.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍А потом его рука застывает. Остается впечатана в мою поясницу.

Он спит?

Дыхание тяжелое. Ровное, размеренное. Грудь ритмично вздымается. И я чувствую гулкие удары его сердца.

Слегка пошевелившись, замираю.

Ловлю себя на том, что мне хорошо и уютно. Вот так, рядом с ним. Приятно, спокойно.

Нет. В ванную все равно нужно.

Осторожно пробую приподняться. Сначала получается. Двигаю бедрами, кровь ударяет в лицо, когда чувствую, как перемещается плоть Лютого во мне. Он и сейчас ощущается каким-то возбужденным.

Однако в последний момент Лютый возвращает меня обратно. Его ладони опускаются на мои бедра, притягивают, снова нанизывая на пульсирующую твердость.

— На второй круг хочешь? — спрашивает Лютый.

— Что? Нет…

— Тогда чего задергалась?

— Мне нужно в душ.

— Зачем?

— Ну как, — запинаюсь. — Душ надо принять. Помыться.

— Утром вместе пойдем.

— Нет, — головой мотаю. — Я так не могу.

— Почему?

— Не усну, — отвечаю. — Грязная не могу.

— Где ты грязная? — он трется щекой о мою шею, жадно втягивает воздух. — Чистая. Пахнешь вкусно.

Открываю рот, чтобы возразить.

Но Лютый снова целует меня. Заставляя забыть о том, что я вообще собиралась что-то сказать.

— Завтра утром пойдем, — говорит он, когда разрывает наш поцелуй. — Вместе.

Решаю не спорить. Да и чувствуется, что спорить здесь бесполезно.

— Давай, спи, — добавляет Лютый. — Не дразни меня, Надя. Не дергайся. А то я бы тебя всю ночь трахал. Если бы это не был первый раз.

Невольно ерзаю.

— Чего? — хмурится он.

— Ну не могу я так.

— Как?

— Когда ты…

Трудно слова подобрать. Жар бьет в лицо.

— Что — я? — спрашивает Лютый.

— Ну так, — выдаю, выразительно приподнимая брови, а после прижимаюсь лицом к его груди, потому что не выдерживаю настолько прямой и давящий взгляд в упор.

— Когда мой хер внутри?

Только и выдыхаю в ответ.

— Ладно, — говорит. — Понял.

Приподнимает меня за бедра. Перекладывает на бок, так, чтобы расположилась рядом с ним.

Происходит это все с развратным хлюпающим звуком. А после я чувствую, как жидкость растекается по моим бедрам. Бросаю взгляд вниз, вижу белесые следы. А еще на коже виднеются темные подтеки.

От такой картины хочется провалиться сквозь землю. До жути смущаюсь.

— Куда опять намылилась? — хрипло бросает Лютый, удерживая меня, когда пытаюсь соскользнуть с постели.

— В душ, — выдаю. — Я вся… в этом.

— И что?

— И еще тут кровь, — говорю тихо.

— Ясно, — говорит. — Идем в душ.

— Я сама, я же… ай!

Не обсуждается.

Лютый уже подхватывает меня. Относит в ванную. А там купает, не позволяя ничего сделать самостоятельно. Проходится по мне мочалкой, щедро политой гелем для душа. Потом подталкивает под бурные струи, льющиеся из-под верхней части кабины.

Сам тоже наспех обмывается. По большей части его внимание направлено на меня. И он не упускает возможности меня облапать. Везде. Самые сокровенные места не исключение.

В один момент Лютый вдруг подхватывает меня на руки снова. Причем так, что раздвигает мои бедра, заставляя обхватить ногами крепкий торс. Прижимает вплотную к себе. Возбуждение у него острое. Таранящее.

— Олег, — выдаю. — Я больше не могу. Не сегодня.

— Знаю, — отвечает он коротко.

— Тогда…

— Хочу тебя чувствовать, — чеканит. — Пусть даже без траха.

Он снова целует меня. И я отвечаю. Обнимаю его сильнее. Не знаю, сколько проходит времени, как долго мы остаемся под бьющими нас струями воды. Но целуемся так, что у меня начинают неметь губы.

И все равно прекращать не хочется. Сама не могу от него оторваться.

Лютый наконец выносит меня из душевой. Тщательно обтирает полотенцем. Закутывает в халат и относит на постель.

Механически отмечаю, что простыни перестелены. Не представляю, когда он распорядился, чтобы горничные все заменили. Но это и не важно.

Когда он так обнимает меня. Когда продолжает постоянно целовать. Если не в губы, то в шею. Или прижимается губами к плечам, к груди. Потом, когда укладывает на постель, проходится жадными скользящими поцелуями везде. Будто помечая. Касается всюду. Напоследок дотрагивается между ног, там, где все еще слегка тянет и саднит.

Лютый отстраняется. Опять запахивает мой халат и направляется на выход из комнаты.

— Ты куда? — теперь удивленный вопрос вырывается у меня.

— В душ.

— Но мы же только оттуда.

— И что? — хмыкает. — Напряг надо сбросить, Надя. Или ты не видишь, как меня довела?

Он выразительно переводит взгляд вниз. Туда, где виднеется его возбуждение.

Заметно, что Лютый возбужден. Очень. До предела.

— Оу, — вырывается у меня с трудом различимое.

— Спи давай.

Лютый выключает свет в спальне. Уходит.

Поворачиваюсь на бок. Меня до сих пор немного потряхивает, морозит. Потому натягиваю сверху одеяло.

Возвращается Лютый не скоро. Так мне кажется. Долго ворочаюсь. Как будто не спится мне без него. И хочется ощутить его рядом снова.

В один момент замок все же щелкает, слышится звук открываемой двери. А вскоре кровать пружинит под тяжестью чужого веса.

Лютый прижимается ко мне сзади. Зарывается лицом в мои волосы.

— Ты чего не спишь? — спрашивает хрипло.

— Сплю.

Чувствую, как его губы прижимаются к моему виску. Чувствую, как он ухмыляется.

Горячее дыхание щекочет кожу. Невольно ёжусь. А потом прикрываю глаза, сознание затуманивается, уплывает.

***

— Проснулась? — доносится до меня голос Лютого, едва открываю глаза.

— Угу.

Сонно качаю головой. Присматриваюсь к нему. Вижу, что он полностью одет. Смотрит на часы, а потом переводит взгляд на меня.

— Собирайся, Надя. Нам ехать пора.

— Куда? — спросонья тяжело соображаю. — На то мероприятие, о котором ты говорил?

— Что за мероприятие? — хмуро бросает он.

— Ну ты сам сказал. Какое-то мероприятие. Надо там побывать и потом можно лететь домой.

— Никуда мы не едем, — качает головой Лютый. — Вылетаем домой сегодня.

— Сегодня? — удивленно переспрашиваю.

— А ты против? — хмыкает. — Вроде сама хотела. Рвалась обратно.

У него звонит телефон, и Лютый отвлекается. Мрачнеет, глядя на экран своего мобильного.

— Ладно, Надь, — продолжает, уже даже не глядя на меня. — Ты давай, собирай вещи. На борту позавтракаем. Здесь время тратить не будем.

Принимает вызов, выходит из комнаты.

Странно все. Что-то со мной не то. Сама себя не узнаю и не понимаю сейчас. Еще недавно мечтала скорее вернуться домой. А теперь мне вдруг совсем не хочется уезжать.

Как может все настолько резко поменяться? Всего за одну ночь.

Внутри вспыхивает неясная тревога. Почему-то кажется, что как только мы вернемся, все поменяется. Оборвется.

Сказка закончится.

А это сказка?

Сама своим мыслям поражаюсь. Пытаюсь очнуться от этого пугающего морока. От дурмана, в который погружаюсь. Стараюсь напомнить себе про реальность. Ведь Лютый похититель. Удерживал меня против воли.

Но… теперь его так воспринимать не получается.

Ладно. Тогда иначе.

Я же так хотела скорее вернуться домой. Он правильно мне напомнил. Соскучилась по родителям, по сестре.

За Настю было тревожно.

И что сейчас?

Качаю головой. Нет, хватит себя накручивать и расстраиваться. Надо собираться.

Потом видно будет.

Время покажет.

Вот только успокоиться совсем не просто. Особенно когда чувствую, как вдруг меняется Лютый. Напряженный. Мрачный. Отстраненный. Сосредоточенный на своем телефоне.

Меня будто и не замечает. Даже когда едем в аэропорт, сидя в одной машине. Он взгляд от экрана мобильного почти не сводит.

Ну все. Хватит.

Что за глупости?

Видимо, у него дела. Возможно, проблемы. Что-то поменялось на работе. Потому и график другой. Возвращаемся домой раньше.

Однако тень сомнения никуда не пропадает.